Никак

— Необходимо! Я оторвалась от проверки тетрадей студентов и непонимающе посмотрела на Марину. Кажется, она что-то говорила, пока я погрязла в своих мыслях. Хотелось бы верить, что мысли были о сочинении Евгении Ральковой, но увы, судя по тому, что одну страницу я не переворачивала уже минут десять, в голове вертелся образ совсем другой девушки. — Что? — переспросила я. Марина раздражённо цокнула языком, но всё-таки повторила: — Тебе необходимо присутствовать на примерке! — На какой примерке? Подруга вздохнула и посмотрела на меня усталым взглядом. — Примерке свадебного платья! Орлова, где ты витаешь?! Я уже десять минут тебе рассказываю, что Саша и Паша думают сделать свадьбу в один день. А значит примерка платьев у девочек тоже состоится в один день! В целом, кажется, они подружились. Я тут же вскинула голову. — Кира подружилась с Викой? Марина с подозрением прищурила глаза. — Ты переживаешь, что я теперь тоже буду всё свободное время проводить в их компании? — она улыбнулась, я лишь растерянно кивнула. — Да расслабься, ты всё равно всегда будешь моей лучшей подружкой! И чего меня так заволновало, с кем там подружилась Кира? Это уже вовсе не моё дело. К тому же, они обе почти замужем. — Значит, решено! Идём на примерку с девчонками! Я слегка приоткрыла рот, потому что до меня только что дошла суть сказанного. Смотреть, как Кира примеряет свадебное платье для росписи с медвежонком... — Знаешь, я не очень люблю все эти свадебные салоны... — я попыталась дать заднюю. Мысль о том, что мне придется смотреть на то, как любимый человек надевает белое платье для свадьбы с другим... Хоть сейчас мы не в отношениях, и я стараюсь всё забыть, но это слишком. — Полин, я уже пообещала Вике. — Значит скажи, что я не смогу! — я сама не заметила, как повысила голос. — Что я уехала, заболела, умерла в конце концов! — Но я думала, что ты наоборот будешь рада провести время в компании девчонок! Ты живёшь одна, особо ни с кем не общаешься, это же круто, что можно куда-то выбраться, завести новых друзей! Я сжала губы. Со стороны Марины всё выглядело именно так, потому что она не знала о моих отношениях. — Прости, но я никуда не пойду, — сказала я. Марина обиженно отвернулась. Если бы это была примерка Вики, я бы с удовольствием сходила. Мне и правда не хватало общения с новыми людьми. Но видеть там Киру... Я просто не смогу. Да и вряд ли ей это тоже понравится. *** Как назло именно сегодня у меня было занятие с одиннадцатой группой. Так что предмет моих мыслей сейчас сидел передо мной и что-то задумчиво записывал в тетрадь. Я слушала отрывок стихотворения Байрона. Студенты читали его по очереди, по две строчки. Затем каждый должен был написать небольшое сочинение-рассуждение на тему своих строчек. Те, кому достались странные отрывки, либо хихикали, либо угрюмо смотрели на своих более удачливых одногруппников. — Your shepherds, your flocks, those fantastical themes, — на ломаном английском прочитал парень, сидящий в третьем ряду. —  Perhaps may amuse, yet they never can move...¹ What a fuck! ¹ Ваши пастухи, ваши стада, эти фантастические темы, Возможно, могут развлекать, но они никогда не смогут тронуть — Горелов! — я тут же осуждающе на него посмотрела. Хотя очень хотелось рассмеяться. Отрывок и правда был просто бомбический. — I'm so sorry, Polina Alexandrovna, but prease understand me!  — Горелов умоляюще сложил руки в форме молитвы. Я лишь усмехнулась и кивнула. Чтения продолжились. Через какое-то время дошла очередь до Киры, её строчки были последними. — The dearest remembrance will still be the last, — Кира прочитала это слегка приглушённым голосом, с выражением, и после запятой посмотрела на меня. Следующие слова она произнесла, глядя мне в глаза: — Our sweetest memorial, the first kiss of love.² ² Самым дорогим воспоминанием всё равно останется последнее, Наш самый светлый мемориал, первый поцелуй любви. На мгновение мне показалось, что она не просто читала это, а говорила именно мне. Но через секунду Кира опустила голову. — Amazing! — произнесла я и записала на доске то, что они должны принести к следующему занятию. Где-то за моей спиной взвыл Горелов. — Brief, but meaningful, — добавила я, повернувшись. Бедный Горелов схватился за голову. Да, написать краткое, но содержательное сочинение-рассуждение на строчки про пастухов со стадом задача не из лёгких. Но в мире журналистики им ещё и не из таких узких тем воду придётся выжимать. Половина из них уедет работать в небольшие города в редакции местных газет. А там про пастухов со стадом надо будет не то, что рассуждение, а целое расследование выдавать каждую неделю. — Что же мне такое написать про первый поцелуй... Кира сказала это Ральковой, с которой они, видимо, хорошо общались. Но смотрела она при этом на меня. Вот только её первый поцелуй был не со мной. Или она имеет в виду первый поцелуй с девушкой? Внезапно мне стало интересно, целовалась ли она с девушками после меня. Мне такой возможности не представилось. Сначала нужно было закончить учёбу, потом адаптироваться в чужой стране. Было совсем не до знакомств, и уж тем более не до отношений с девушками. Может быть я врала себе, когда думала, что мне просто не нужны отношения. В глубине души я не могла забыть то, что произошло. А вступить в отношения с кем-то означало начать всё заново и полностью стереть прошлое. Вот только от прошлого мне сейчас никак не убежать. — Полина Александровна, здравствуйте, — в аудиторию вошла проректор по учебной работе. Занятие уже заканчивалось, и студенты собирали вещи. Я тоже последовала их примеру. — Как ваша одиннадцатая группа? Уже провели кураторский час? Я кивнула, хотя на самом деле напрочь забыла о том, что я их куратор. Теперь вся группа недоумевающе смотрела на меня. Но никто не решился задать этот тупой вопрос, ведь это грозило тем, что мы все дружно останемся на дополнительный час после занятий. — Отлично! А у меня для вас радостная новость! Я невольно скривилась, но тут же попыталась улыбнуться, получилась лишь кривая усмешка. Ох уж эти её "радостные новости", которые каждый раз лишь прибавляли мне работы. Студенты тоже застыли и напряглись. Для них "радостные новости" обычно означали что-то сверхурочное, непременно обязательное, но совершенно бесполезное.  — Десятая, одиннадцатая и двенадцатая группы все эти выходные проведут на природе! — What a fuck... — до меня донёсся тихий шепот Горелова. На этот раз я была с ним абсолютно согласна. — Не вижу восторга на ваших лицах! — проректор повернулась ко мне. — Полина Александровна, в нашем университете это ежегодная традиция! Во-первых, мы едем для того, чтобы собрать материал. По итогам этого уик-энда каждый делает экзаменационную работу, которую я потом оцениваю на зимней сессии. Во-вторых, это прекрасная возможность вам в том числе влиться в коллектив, ну и выполнить план по кураторской работе. А в-третьих, лично я обожаю поездки на природу, особенно в такую прекрасную погоду! Бабье лето не каждый год бывает. Знала бы она, как я ненавижу поездки на природу. Особенно в бабье лето, когда помимо обычных насекомых, весь лес пронизан летающими на паутинах пауками. — Вы не переживайте, вы не одна поедете, с вами будут ещё кураторы десятой и двенадцатой групп, — проректор неверно истолковала моё кислое лицо. — Вас заберут на парковке университета, будет один автобус и маршрутка. К сожалению, я не смогу с вами поехать в этом году. Лица студентов мигом прояснились. Видимо, проректор запрещала им проводить развлекательную программу на природе. — Так что я даже вам немного завидую, — с грустью сказала она. — Ну ничего, в следующем году! На этом проректор ушла, среди группы началось громкое обсуждение предстоящей поездки. — Надо сегодня затариться! — Мы с тобой пойдем, а то ты опять паль купишь. Я усмехнулась. Лично я пить на природе не планировала. Ну разве что немного пригубить хорошего грузинского киндзмараули. К тому же, я скорее всего буду в полном одиночестве. Вряд ли удастся найти общий язык с остальными преподавателями, так как они намного старше меня. — Это на пару дней всего, — услышала я, выходя из аудитории и вставляя ключ в замок. — Конечно же мы будем отдельно от парней! Я не собираюсь там ни с кем трахаться! Ты предлагаешь мне отказаться от поездки и не сдать сессию? Я не сомневалась в том, что ты можешь купить весь этот универ. А что, если я сама хочу поехать? Придурок! Спрятав ключи в сумочку, я повернулась. Возле окна стояла Кира, она вся раскраснелась от гнева, её глаза были мокрые, а руки сжимались в кулаки. Она со злостью сунула телефон в карман и отвернулась. Однако я слышала её прерывистое дыхание. — Вы поссорились? — я осторожно подошла к ней. — Я не хочу обсуждать это с тобой! Я сделала шаг назад. — Извини, я не должна была лезть. — Единственное, что ты не должна была, это бросать меня в постели, — прошептала она. Я застыла посреди коридора. Мои руки дрожали, я едва не выронила сумку на пол. Внутри опять всколыхнулась рана, с которой будто содрали только появившийся рубец. Заставив вновь кровоточить. — Прости меня, — снова произнесла я. Я буду говорить это столько, сколько потребуется для её прощения. Ладони Киры разжались. Она всё ещё была повёрнута спиной, и я не видела её лица. Но услышала лишь тихое: — Если смогу... Мы стояли посреди коридора и молчали. Наверное, мне следовало уйти, но я не хотела оставлять её одну в таком состоянии. Наконец, Кира повернулась ко мне. Я достала из сумки салфетки, пропитанные мицелляркой. — У тебя тушь под глазами, держи, — она нехотя взяла салфетку из моих рук. — Я вовсе не хотела тебя обидеть своим вопросом, просто если Паша не хочет, чтобы ты ехала, то может тебе лучше остаться с ним дома? Девушка раздражённо фыркнула. — А что дальше? Запретит мне ходить в универ? Посадит дома, запрёт на замок, заставит рожать детей и драить дом? — она вытерла щеки и со злостью скомкала салфетку. — Я не собираюсь становиться домохозяйкой. И если он ещё это не понял, что пусть лучше поймет сейчас, чем после свадьбы. — Неужели вы не говорили с ним об этом до предложения? — Не было возможности. Он сам недавно прилетел из Брюсселя. До этого мы всего несколько раз ходили на свидание. И вот он опять в очередной командировке, — она вдруг подняла голову и посмотрела на меня. — Почему я вообще тебе это рассказываю? Я тепло улыбнулась ей в ответ. — Когда-то мы были подругами и делились всем. Кира вздохнула, сунула влажную салфетку в сумку, застегнула её и пове сила себе на плечо. — Да, только мы давно уже не подруги. На этих словах она двинулась в сторону лестницы, оставив меня задумчиво смотреть ей вслед.