Tears of blood

      — Юнги? — прошептал Чонгук спустя несколько минут тишины, нарушаемой лишь гулом крови в ушах, пытаясь понять эмоции альфы. — Что ты здесь делаешь?       — Проходил мимо, услышал шум, — так же тихо ответил Мин. — Спрятался и наблюдал со стороны, когда услышал твой голос, решил помочь, но… ты неплохо справился и в одиночку.       — Спасибо, — кивнул Чон, вытирая лезвие об одежду трупа. — Ты освободил меня от заботы об остальных.       — Не за что, — как на автомате произнес Юнги. — Мы снова встретились.       — Да, — омега медленно подходил к альфе, всё ещё сжимая клинок в руке. — Всё ещё хочешь взять меня с собой?       — Да, — немедля, без тени сомнения произнёс Мин. — Почему я должен был передумать?       — А это представление тебя не напугало? — приподнял бровь Чонгук, направляя остриё на старшего. — Не боишься, что я точно также могу снести голову и тебе или кому-то из твоей компании?       — Нет, — помотал головой Юнги, делая шаг вперёд. — Ты не станешь этого делать.       — Я уже не тот цветочек, что был прежде, — злобно оскалился Чон, кидая взгляд на голову в ногах.       — Не тот, — кивнул альфа, — я знаю, ты изменился, повзрослел. А этот ублюдок заслужил и худшей смерти, — глаза Мина застилала ярость от воспоминаний об услышанных фразах, брошенных омеге. — Если бы это не сделал ты, сделал бы я. Может, ты и не тот цветочек, но для меня ты не перестал быть дорогим человеком, ты не перестал быть частью моей семьи. Насколько бы ты не изменился, я не хочу оставлять тебя. Я уверен, что ты не убьешь ни меня, ни кого-то из моих, а если и сделаешь это, то заслуженно, — альфа сделал ещё один шаг, упираясь кадыком в остриё клинка. — Тебе стоит всего лишь резко надавить на рукоять, если я не прав, а если прав — пошли со мной.       Чонгук перевёл свой взгляд с лица альфы на остриё, от которого по шее текла маленькая капелька крови. Его рука была твёрдой, не дрожала и крепко держала клинок. Мысли жужжали в голове, в ушах слышался бешеный стук сердца, что пробивал рёбра, дыхание замерло и он резко отошёл назад, опуская лезвие вниз.       — Айщ, — фыркнул Чон, убирая оружие в ножны. — Ты ведь не отстанешь, да?       — Неа, — расслабился Юнги, — ты обещал, если встретимся вновь, пойдёшь со мной.       — Кто ж знал, что это случится так скоро? — закатил глаза омега. — И что это вообще случится…       — Судьба, — пожал плечами Мин и подошёл ближе. — У тебя есть место для ночлега?       — Да, тут недалеко, а у тебя?       — Как раз искал, когда наткнулся на вас, — взял он Чонгука за руку, переплетая их пальцы. — Веди и даже не думай, что я тебя отпущу в этот раз. Я теперь с тебя глаз не спущу.       Чон закатил глаза и повёл Юнги к дому, где собирался ночевать. Это был небольшой домик, снаружи выглядевший очень плачевно, с потрескавшимися стенами, отсутствием окон и дверей, внутри же с маленькой кухонькой, ванной комнатой, спальней и гостиной, которая пострадала больше всего, вся мебель была поломана и свалена в одну кучу. Спальня же осталась почти целой, у разбитого местами окна боком стояла двуспальная кровать, шкаф, что до этого был завален на спальное место, обломками валялся у противоположной стены.       — Я смотрю, ты тут навёл красоту, — оглядывая помещение, усмехнулся Мин.       — Да, подготовился немного, — пожал плечами Чон, пытаясь высвободить руку из крепкой хватки. — Предлагаю перетащить стол с кухни сюда и поесть здесь, чтобы с улицы не было видно света. Да отпусти ты меня уже, я не сбегу.       — Ага, — фыркнул альфа, — в прошлый раз я тоже так думал.       — Так мы стол не перетащим, — подняв скрепленные руки и, помахав ими у лица старшего, продолжал гнуть свою линию Чонгук.       — Ладно, — Юнги нехотя отпустил младшего. — Пойдём.       — Хватай с той стороны, я с этой, — командовал Чонгук. — Аккуратнее, медленно, он может… — только они подняли стол с двух сторон, как ножки от него отвалились и с шумом рухнули на пол, поднимая облако пыли, — развалиться…       Двое мужчин так и стояли посреди маленькой кухни в облаке пыли со столешницей в руках, смотря друг на друга. Спустя минуту они дружно рассмеялись, разнося по дому иллюзорную мелодию веселья. От пыли, что кружила в воздухе, оба закашлялись и перестав смеяться, аккуратно положили столешницу на упавшие ножки. Продолжая кашлять и отряхиваясь от пыли, они зашли в комнату. Поставили рядом с кроватью шаткий стульчик, а на него фонарик.       — Пожалуй, — скинул с себя рюкзак Чон, — можно поесть и в постели.       — Верно, — сняв с себя свой рюкзак, кивнул Юнги, протягивая чистый, на удивление белый, смоченный водой платок. — Тебе бы умыться.       — Спасибо, — принял вещь Чонгук, вытирая лицо от пыли, грязи и чужой засохшей крови. Мин тем временем тоже очищал лицо, шею и руки. — Подожди, — остановил омега, не дав вытереть горло уже грязным платком, — надо обработать.       — Это всего лишь царапина, — отмахнулся альфа.       — Не мне тебя учить, что даже от маленькой царапины, может пойти заражение, а ты лезешь туда грязной тряпкой, — закатил глаза Чон и потянулся к рюкзаку, доставая небольшую аптечку. Аккуратно, но быстро и умело младший обработал царапину и заклеил её пластырем. — Готово.       — Спасибо, — прошептал немного севшим голосом Юнги и потянулся к щеке Чонгука, стирая пальцем остатки крови.       — Не за что, — отстранился омега и снова вытер своё лицо и руки платком, уже после вытаскивая из рюкзака продовольствие, — надо подготовить наш ужин.       — Ты что отыскал клад? — шокировано, смотря на хлебцы с крекерами, а также на консервы с тунцом, индейкой, фасолью и ананасами спросил Юнги.       — Вроде того, — ухмыльнулся Чонгук. — Завтра тебе его покажу, наберем еще. Не смотри на меня так, я не исчезну.       — Очень на это надеюсь, — сказал Мин, открывая консервы. — Приятного аппетита.       — Спасибо, — кивнул Чон. — И тебе.       Некоторое время они молча наслаждались едой, а после вкусного и сытного ужина, убрав за собой мусор, Чонгук направился к выходу, но его остановила крепкая хватка на руке.       — Я всего лишь в кустики, — усмехнулся омега, — сейчас вернусь. У меня тут вещи. Я никуда не денусь, приготовь пока спальное место.       — Хорошо, — нехотя отпустил младшего альфа, раскладывая спальники.       — Я что, сплю у стенки? — удивился вернувшийся Чон, смотря на подготовленное для него место.       — Да, чтобы не сбежал, — поклонился в реверансе Юнги, пропуская омегу на кровать.       — Говорил же, — цыкнул омега, залезая на кровать прямо в ботинках, — я не сбегу.       — Доверяй, но проверяй, — серьёзно выдал Мин, ложась рядом. — Спокойной ночи.       — Спокойной, — фыркнул Чонгук, отворачиваясь к стенке.       В эту ночь Юнги не сомкнул глаз, боясь, что младший снова исчезнет. Несколько часов смотрел на чёрную взъерошенную макушку и слушал размеренное дыхание омеги. На утро, проснувшись, Чон повернулся и зевнул, прикрывая рот ладошкой.       — Ты что всю ночь не спал? — тихо спросил он, смотря в шоколадные глаза и потягиваясь, незаметно втянул аромат хвои и мяты, что исходил от альфы.       — Нет, — пожал плечами Мин, — не мог уснуть.       — Я не исчезну, — повторил Чонгук, — но не обещаю, что мне там понравится и я задержусь надолго.       — Я понимаю, — перевернулся на спину альфа, смотря в потолок, — но надеюсь, что ты захочешь остаться.       — Посмотрим, — неопределенно пожал плечами Чон, вставая и ловко перепрыгивая через старшего. — Я умываться, не сбегаю, — оповестил омега, доставая всё необходимое из рюкзака. — Нужен зубной порошок?       — Нет, — улыбнулся Юнги, на секунду он увидел того самого мальчишку, которого все звали цветочком из-за его нежности и приятного аромата цветущей сакуры, — у меня есть.       Умывшись, перекусив и собрав вещи, они двинулись в путь. Альфа, защищаясь от палящего солнца, надел серую кепку, выпуская собранные волосы в хвост, через отверстие сзади, а омега, завязав в низкий хвостик локоны, нацепил чёрную панаму. Чонгук взял велосипед с собой, аргументируя это тем, что на него можно повесить больше продовольствия и везти будет проще. Мин не стал спорить, лишь предложил помочь, на что омега ответил отказом. Дойдя до нужного дома обходным путём и не сговариваясь, избегая вчерашнего переулка, младший продемонстрировал свою находку.       — Вау, — восхитился Юнги, внимательно осматривая полностью набитый продовольствием самодельный погреб. — Тут просто куча всего и не только продукты, ещё лекарства, и даже патроны. Нам придётся сделать несколько ходок.       — А твоя база или что там у тебя, недалеко? — удивился Чонгук.       — Ну, типо того, — кивнул Мин, думая, как лучше, всё унести.       Вытащив из рюкзака спальные мешки и связав их, они сделали своеобразные сумки, в которые максимально набивали сокровища погреба. Чон во дворе отыскал старую тачку, хоть и с шатающимся колесом, но вполне целую, её тоже заполнили до отказа.       Снова замаскировав дверцу к своему кладу, ребята двинулись в путь. Омега вёз велосипед, к которому привязали спальные мешки, а альфа, идя сзади, удерживал тачку и комментировал куда повернуть, чтобы добраться до нужного места. Чонгук лишь закатывал глаза на желание старшего теперь всегда держать его в поле видимости.       — Всё, — крикнул Мин, — пришли.       — Здесь? — обернулся Чонгук с неверием указывая на почти полностью разрушенное здание.       — Здесь, — усмехнулся Юнги и, оставив тачку, подошёл к обломкам ни то рекламного щита, ни то остановки. А убрав ненужный мусор, продемонстрировал небольшой пикап.       — Машина? — удивился Чон. — Но как? Вы бензоколонку ограбили? Это что гибрид?       — Да, — кивнул довольный реакцией Мин, — это гибрид. У нас на, как ты выразился, базе есть небольшой запас бензина, когда мы отправляемся на такие вылазки, осматриваем все машины, бензоколонки и гаражи на наличие остатков бензина.       — А вы всегда отправляетесь в одиночку? — недоверчиво приподнял одну бровь Чонгук.       — Нет, — покачал головой альфа, начиная загружать всё в машину, — просто на базе у всех много дел, а мне нужна была возможность развеяться в одиночестве. Меня не хотели отпускать одного, но я настоял.       Омега нахмурился, но решил не лезть и молча стал помогать забивать запасами пикап. Они сделали три ходки и на последней заглянув ещё в пару мест, отправились в путь. Несколько часов провели в дороге за бессмысленной болтовнёй или в комфортном молчании, а когда стало темнеть, мужчины решили остановиться переночевать в деревушке, встреченной на пути, ночью путешествовать опаснее. Спрятав машину в старом сарае и прикрыв вход в него ветками сухих деревьев, они взяли рюкзаки и направились к домику, в котором Юнги ночевал по дороге сюда. Он стоял чуть в отдалении, на опушке леса. Почти подойдя к нему, они услышали шорох и замерли, прислушиваясь и всматриваясь в темноту густого леса, что высох и умер давно, но сквозь эту безжизненную стену, прорывались редкие кусты или растения, что мечтали жить и спасались в тени своих погибших предков.       Из тени деревьев послышался грозный рык, а после показались глаза, горящие в темноте. Юнги инстинктивно спрятал Чонгука за своей спиной, преграждая путь и защищая от дикого зверя, что, скалясь и демонстрируя острые клыки, медленно приближался к мужчинам.       — Тихо, — прошептал Мин, не оборачиваясь и следя за хищником, — я думал они все вымерли…       Чон медленно выглянул из-за плеча альфы, стараясь разглядеть, что там такое ужасное. Увидев блеск глаз хищника в сумраке приближающейся ночи, у омеги пробежали мурашки по всему телу, а сердце громко отбивало чечетку, нещадно стараясь пробить рёбра. Перед глазами вспыхивали картинки прошлого, а дыхание замерло. Наконец, совладав с чувствами, Чонгук на выдохе прошептал:       — Бам…