Привязанность.

, Феликс сглотнул. Сердце билось тревожно, но он не мог оторвать взгляда от Вару. — Вару… ты пугаешь меня, — выдохнул он, но голос предательски дрожал. Пиковый тихо усмехнулся, но его пальцы не ослабили хватку. — Я просто не хочу терять тебя. Не вижу в этом ничего страшного. Блондин попытался отступить, но спиной уперся в стену. — Отпусти меня, — он дернул рукой, но Вару сжал его запястье крепче. — Куда ты пойдешь, Феликс? Ты ведь сам знаешь, что без меня тебе будет хуже. — Это неправда, — Феликс сжал зубы, чувствуя, как внутри поднимается паника. — Ты не можешь так со мной поступать. — Я? — Вару вскинул брови. — Я ничего не делаю. Это ты решил разбить мне сердце, помнишь? Феликс отвернулся, чувствуя, как Вару приближается. Его дыхание обжигало шею, а голос звучал почти ласково: — Ты привык ко мне, Феликс. К моему голосу, к моему прикосновению… к моей любви. И ты хочешь просто так уйти? — Я заслуживаю право выбора, — Феликс стиснул зубы. — Нет, — холодно ответил Вару. — Ты заслуживаешь меня. Феликс резко вдохнул, когда его бывший любовник провел пальцами по его ключице, затем ниже — по тонкой ткани футболки. — Разве тебе не хорошо со мной? — голос Вару стал мягче, но в нем скользило что-то опасное. — Мы ведь так долго были вместе. — Это… не так работает, — Феликс чувствовал, как его тело сковывает страх. — А как? — Вару наклонил голову, наблюдая за ним, как охотник за загнанной в угол жертвой. Феликс ничего не ответил. Он знал, что любое слово, любое движение могут только ухудшить ситуацию. Тишина между ними тянулась мучительно долго. Вару вздохнул и наконец отступил. — Хорошо, — он улыбнулся, но в его глазах не было теплоты. — Я дам тебе время подумать. Феликс не двигался, ожидая какого-то подвоха. — Отдохни. Завтра поговорим, — Вару развернулся и вышел из комнаты, оставив его одного. Феликс схватился за запястье, где только что была рука Вару, и почувствовал, как из глаз сами собой потекли слезы. Внутри все кричало, что он совершил огромную ошибку. , Феликс сидел на кровати, вцепившись пальцами в простынь. Комната казалась слишком тихой, слишком… чужой. Он знал, что Вару где-то рядом. Ждет. Наблюдает. Он мог бы попытаться сбежать. Но куда? Пиковый не просто так дал ему "время подумать". Это была игра, тонкая нить, на которой он балансировал, пока Вару держал в руках ножницы. Феликс встал и медленно подошел к двери. Заперто. Конечно. Он выдохнул, стараясь не паниковать. Все не так плохо. Он просто должен… просто должен найти способ договориться. Но как? Он услышал звук шагов. Вару. Феликс быстро отошел от двери и сел обратно на кровать, пытаясь выглядеть спокойным. Щелчок замка. Дверь открылась, и Пиковый вошел, неся на подносе что-то похожее на ужин. — Ты не ел весь день, — мягко заметил он, ставя поднос на тумбочку. — Это не очень хорошо, Феликс. Блондин сжал губы. — Я не голоден. Вару опустил на него взгляд, затем плавно сел рядом. — Почему ты так сопротивляешься? — его голос был тихим, почти нежным. — Ты знаешь, что я не сделаю тебе больно. Феликс сжал кулаки. — Это уже больно. Вару на секунду замер. Затем его пальцы медленно коснулись лица Феликса, проводя по щеке. — Ты так говоришь… будто я твой враг. — Разве не так? Пиковый усмехнулся. — Если бы я был твоим врагом, ты бы уже не разговаривал со мной. Феликс сглотнул. — Значит, я должен быть благодарен? — Ты должен быть честен. Феликс резко отвернулся. — Я больше тебя не люблю, Вару. Тишина. Ледяная, давящая, тяжелая. Феликс сжал простынь в кулаках, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. — Это неправда, — наконец произнес Вару, голос его был тихим, но в нем скользило что-то угрожающее. — Это правда. — Нет, — Вару наклонился ближе. — Ты просто запутался. Феликс выдохнул. — Ты не можешь меня заставить. Вару наклонился к его уху, дыхание обожгло кожу. — Но и ты не можешь меня оставить. Феликс вздрогнул. Он понял это слишком поздно.