Злые Британские Волшебники

»….мне очень жаль, что я поддалась угрозам — настоящие журналисты должны смело смотреть в глаза опасности и быть честными со своими читателями. Тем более, когда речь идёт о чужой репутации, и ещё более — о судьбах детей. Передел власти в Министерстве Магии — явление обыденное, но распространение его на Школу чародейства и волшебства Хогвартс попирает всякие законы морали. Оставлю это поле людям сильнее меня, сама же обещаю более никак не вмешиваться в дела, касающиеся политики и жизни детей или преподавателей. Рита Скитер» На столе в маленькой комнатке сидел Джулиан Розье и наблюдал, как Рита медленно, через силу, выводит буквы. Сова, которая должна была отправить письмо в газету, от скуки жевала пачку свежей бумаги. Пожалуй, впервые в тексте Скитер не было ни слова лжи. *** Руфус влетел в свой кабинет, швырнул на стол тоненькую папку с отчетом доктора Розье и закурил. Его трясло от гнева, он мельком глянул на часы. Отсчет пошел. У него было где-то около двух минут. Сделав первую затяжку, он небрежно раскрыл отчет. Уже наизусть успел выучить бесстрастный дежурный текст: ничто не предвещало, состояние было стабильно, найдена записка руки Айзека. Состоянию пациента ничего не угрожало, утечек местоположения не было. Шелби сбежал — это полбеды. Руфус понимал бывшего коллегу и на него не сердился. Вся его палитра сложных чувств была направлена на… Скримджер снова посмотрел на часы. Три, два, один! -Позвольте, мистер Скримджер? — Дамблдор приоткрыл дверь, и Руфус, прикрыв глаза, выпустил изо рта облако дыма, молча указывая на свободный стул. -Какие-то зацепки? — Без лишних предисловий поинтересовался Дамблдор, и Руфус нехорошо усмехнулся: старик, должно быть, мысленно ногами топает, требуя подать ему Шелби, но — хрен ему. -Никаких, — качнул головой Скримджер, хмурясь. — В голову Розье мы влезть не можем: во-первых, ее профессия не позволит, во-вторых, ее муж. -Помнится, в случае, если речь идет о преступлении, аврорат вполне может вмешиваться в память докторов. У Отдела Тайн была встреча по этому поводу, — отозвался Дамблдор, но Руфус раздраженно выдохнул. -Речь не идет о преступлении. Речь идет о том, что мы не знаем, где Айзек, но он не преступник, не сбегал из-под стражи, не нарушал ничего… Кроме ваших планов, Альбус, так причем же здесь аврорат? — Скримджер тяжело уставился на великого британского волшебника. Дверь открылась снова, в этот раз на пороге возник Поттер, пока еще начальник отдела правопорядка. -Вот — мое начальство, — Руфус ткнул сигаретой в Флимонта, и тот с досадой прицокнул языком. — У него спросите, если мне не верите. -Погоди, — Поттер ладонью остановил Руфуса, который было устремился к выходу. — Давайте все вместе тут проясним. Альбус, как старые напарники, ладно?.. Руфус, сядь. Скримджер, рыкнув что-то, уселся обратно. Поттер, за неимением свободного стула, пристроился прямо на краю стола. -У Шелби не было палочки, — начал он, — ушел порт-ключом? -Или ему принесли какую контрабанду, в последнее время этого добра в Лютном полно, из ветки слепить какую-то рабочую дуру — не велика задача. Завелся артефактолог. -Надо им заняться, — кивнул Поттер, — потом. Счет Айзека не трогали, палочку человек с его именем не покупал — или продавцы не хотят об этом говорить. -Или он купил контрабанду, — еще раз напомнил Руфус. — Послушай, развилок очень много, и мне не ясно, почему мы вообще копаем в эту сторону. -Потому что есть риск, что нашего друга и коллегу похитили, чтобы обезопасить себя. — Ответил Поттер, глядя прямо в глаза Дамблдору. Тот умел притворяться, как никто другой, и Флимонт, знавший Альбуса достаточно хорошо, заметил, как на миг взгляд старика стал слишком уж честным. -А нельзя было обезопасить нашего друга и коллегу так, чтобы он не чувствовал себя взаперти? Альбус, ваш любимый ученик, между прочим, — Руфус достал новую сигарету. — Сунули бы в Хогвартс его преподавателем чего угодно, хоть бега с препятствиями, все больше свободы. Свободолюбивый малец! Душа у него широкая — во! Всех наших шире. Не унять и не удержать. Какого дьявола вы его в клетку посадили, Альбус?! -Руфус… — Поморщился Поттер, но настаивать не стал. Скримджера несло по делу; Дамблдор сидел, плотно сцепив пальцы, и было видно, что удары приходятся в цель. -В тот день в Мунго, — заговорил он наконец, и оба аврора сразу же прислушались. В голосе Дамблдора наконец не было никакого кокетства. — В тот день в Мунго Айзек видел что-то очень важное. То, что помогло бы нам с вами предъявить всему миру доказательства — кто виновен, в чем виновен. Нападение на больницу — не то, что мог предусмотреть кто-либо из нас, не приписывайте мне лишних способностей. Говоря начистоту, странно, что Айзек пережил это нападение. Не думаете? -Ни капли, — качнул головой Поттер, — нас макнули лицом в лужу. Для того и выжил. -Не нас, — возразил хрипло Руфус. — Начальство, Министерство. То, которое как бы ру-ко-во-дит всем этим цирком. Защищает нас, сука, бережет. -Спустя несколько дней после Мунго хоронили Корбана Яксли. Хоронили палочку, без тела. Вам не кажется странным, что здоровый, как бык, Яксли вдруг внезапно, по каком-то совпадению отошел в мир иной именно тогда? -Палочку-то хоронили, — заметил Флимонт, — значит, она оказалась у семьи, так что Корбан, скорее всего, умер своей смертью дома. Тело сожгли — может, была оспа? -Праха не было, я слышал обсуждения. Правда пустая секция в склепе. — Спокойнее ответил Скримджер, разгоняя палочкой дым. Дамблдор будто бы вздохнул чуть свободнее — то ли от этого жеста, то ли потому что его начали слушать. — Айзек, кроме всего прочего, остался цел. Ментально. У него не пропала магия, не пропала речь, он в сознании. У него даже Патронус остался, бестелесный, судя по словам доктора, но — что за удивительное событие. Его пытали, — Руфус и Поттер кивнули, эти отчеты они читали, — а потом — практически в кровать уложили и одеяло подоткнули. Его спасали, коллеги. -Пятиног вам коллега, Альбус, — буркнул Руфус, но с остальным спорить не стал. — И что, поэтому вы заточили Айзека в четырех стенах? Вы столько лет его учили и не поняли ничего о его бескомпромиссности? -Моя вина, — кивнул Дамблдор. — Я надеялся, что он услышит нас… Пойдет рано или поздно на контакт. -Ну, как-то на контакт он пошел, — заключил Флимонт и пояснил. — Ну не смог бы он сам убежать. Помогли ему. Но, возвращаясь к началу нашей беседы — это не преступление, Альбус. Все, что сделали с Айзеком мы и Министерство — подлость и совершенное с особым цинизмом преступление, а его побег — нет. Забудьте. Альбус поднялся. Стул мягко скрипнул. -Проверьте Доминик Розье на Империо, — попросил он по-хорошему, устало, и Флимонт кивнул, — чтобы мы хотя бы знали, что в этом правда не участвовали те же, кто напали на Мунго. -Да раз пять уже, — вмял сигарету в пепельницу Скримджер. — Не учите работать. -И думать не смел, — без улыбки ответил Альбус, кивнул Поттеру и вышел из кабинета. Дверь закрылась. Флимонт вздохнул. -Обижать Верховного чародея Визенгамота — это так… Недальновидно. -Он когда обижается, сразу человечнее делается, — бросил Руфус, ни капли не жалея, — если в этом мой долг как защитника страны, я его еще обижу. Манипулятор стареет — даже пса Айзеку вернуть запрещал, все ожидая, что псом можно будет поощрить, а не замотивирвать. Дождался. Надеюсь, он там сейчас бесится и нервничает, а я сегодня высплюсь. В своем все еще не защищенном Фиделиусом домике, кстати, потому что ничего в нашей работе не изменилось. Счастливого пути Айзеку. Он тоже встал, но тут вспомнил, что кабинет, в общем-то, его собственный. Поттер понимающе оттолкнулся от края стола. -Доброго вечера, Руфус, — он устало улыбнулся и оставил Скримджера одного. Тот зажег очередную сигарету и запрокинул голову назад. Следовало отдохнуть.