Злые Британские Волшебники

Выбирать местом встречи «Косого оленя» Нотт не стал — Стиви потом всю душу вынет расспросами, с кем Магнус беседовал. Однако, оставаться с Дамблдором наедине где-нибудь в глухом лесу Нотт тоже не рискнул. Достаточно было кабачка попроще, причем в Косом Переулке, а не на его темной, лютой, стороне. Дамблдор появился в простой егерьской одежде, под обороткой, конечно же. Он перехватил Нотта у барной стойки, где лорд делал заказ, и пригласил за столик у стены. -Бизнес у меня, милорд… Сторговаться хотели бы мы, — разыграл сцену «простой делец просит внимания у их милости» Дамблдор, и Нотт, кинув бармену монету, направился к столу. Магнус, опустившись на стул, перевел дух. У авроров не было никаких улик на него после той ночи с Кинкейдом — потому что никто не выжил. К великому его же разочарованию, к слову; было бы куда проще, знай был он, как авроры вообще там оказались. Чувство было, что их послали на Нотта под империусом — иного способа заставить мракоборцев вставать против огненного мага трудно было вообразить. Однако, множество авроров полегли в огне. Магнус не до конца понимал своего текущего статуса в обществе. Судя по всему, его не разыскивали — так что, быть может, и авроры-то были не слишком настоящие. -Как ваше самочувствие, лорд Нотт? — Вежливо поинтересовался Дамблдор под зельем, и лорд ласково улыбнулся крестьянину-просителю: ах ты ж сучий ты сын. Безусловно, Дамблдор не стал скрывать, что видит некоторую потрепанность своего собеседника. -Превосходно, — Магнус откинулся на спинку стула и коротким взмахом палочки повесил заглушки вокруг. Здесь это было делом обычным — на «светлой» стороне магического Лондона не всегда знали, когда правильно не слышать ничего лишнего, и люди защищали свои тайны, как могли. — Так что вы хотели обсудить? -Вашу старую школьную дружбу, — покачал головой Дамблдор, мол, виноват. -У меня много друзей, — и бровью не повел Нотт, отпивая виски — действительно недурный, а после нескольких дней на здоровом питании миссис Фокс — и вовсе божественный. — Вас кто-то конкретный интересует? -Мистер Шелби, — оборотка не смогла скрыть типично дамблдоровского взгляда, и Нотт едва не подавился виски. -Кто? — Развеселился он. — Я думал, мы о моих друзьях, а не гриффиндорских недоумках. -О межфакультетской борьбе в ваши учебные годы я осведомлен больше, чем кто бы то ни был, — прикрыл глаза «фермер». — Но многие отношения выходят за пределы школы и с годами крепнут… Вы же не пересекались в школьные годы с Элис Яксли? -Уверен, ваш ум еще достаточно ясен, и нужные даты вы помните, — покривился Нотт. -От судьбы не уйдешь, — Дамблдор то ли делал вид, что не замечает, как бесит Нотта, то ли в самом деле впал в маразм. На какой-то миг Магнус даже был готов в это поверить. — То же самое я мог бы сказать и ей. -Мистер Дамблдор, — рассмеялся Нотт несколько натянуто. — Давайте к делу. Уж коли вы начали с моего здоровья, я был бы не против этим самым здоровьем заняться вместо того, чтобы сидеть здесь. -Разумеется, — кивнул «фермер». — Итак, мистер Шелби. Он сбежал из госпиталя, и я искренне озабочен его текущим состоянием, потому как считаю, что угроза еще не миновала, и он не в безопасности. -Сочувствую вам, — ухмыльнулся Нотт. — Ваши союзники не считают вас достаточным укрытием и не являются к вам на порог для защиты и совета. Как же так вышло? -Я допустил ряд ошибок, — прикрыл глаза Дамблдор, и Магнус напрягся — Альбус делал шаг назад только для того, чтобы сделать потом два прыжка вперед. — Некоторые мои последователи… Выгорают. Но это — ради будущего страны. Какой у меня есть выбор? Мистер Скамандер в свое время, мистер Шелби — сейчас. Они были нужны Британии. Интересно не это, а то, как уставшие от моего общества волшебники начинают тянуться к вам. Мистер Скамандер делился с вами заметками о кентаврах? Никогда бы не подумал. -Вы действительно хорошо осведомлены, — пожал плечами Нотт. — Однако, я владелец обширных земель, и, пока Министерство сопли жует, в состоянии договориться с Кинкейдом и Скамандером о выгодной сделке, предоставив кентаврам свои угодья. Из любви, замечу, к ближнему. Вы-то готовы прорубить магглам окно прямо в лагерь кентавров, не так ли? -Я думал об этом, — кивнул Альбус, — о ваших крепнущих связях тут и там. В какой-то момент мне показалось, что Темный Лорд, глава Пожирателей, это вы сам. Магнус улыбнулся — ощерился мелкими ровными зубами. Однажды к этому должно было прийти все Министерство разом, и он много раз думал, что будет в таком случае делать. -Пока не понял, что мотивы лорда Нотта — все-таки рыцарские. Опекая тех и иных, он служит кому-то большему… — Дамблдор припал к чашечке с чаем. — Так что другая кандидатура утвердилась в моей голове на посту Темного Лорда куда прочнее. Мой любимый, самый одаренный, яркий и талантливый ученик… -Записали Шелби в Темные Лорды? — Магнус глотнул еще виски. -Что вы. Было бы мерзко — усомниться в его чести. Мистер Шелби действительно ведет какую-то свою священную борьбу, хотел бы я знать, на какой он стадии сейчас. Нотт невольно покачал головой. Альбус был невыносим — и сейчас он отрубал возможных союзников Айзека от него самого, буквально говоря Нотту: ты — его враг. Не забывай и знай свое место. -Если вам нужно было просто предаться воспоминаниям за чашкой чая, собеседником вам мог бы быть ваш цыпленок — тоже птица весьма горячая, мистер Дамблдор. — Магнус неодобрительно поджал губы. -Дружище Фоукс сейчас не в самой лучшей форме — в этом есть некая ирония, не находите? Лорд Нотт, я предлагаю сделку. Айзек рвался следовать за вами всю жизнь — вы вряд ли знавали кого-то более преданного. Однако, вам эта преданность ни к чему — лишь дополнительная ответственность, а у вас таковой хоть отбавляй. Вы приведете мне Айзека — или меня к нему. Я сделаю так, чтобы история с гибелью авроров и дьявольским огнем стихла сама собой. У вас же, кажется, свадьба на носу? -Говоря о носах, мистер Дамблдор, ваш — чрезмерно длинен, — Нотт был близок к тому, чтобы повозить «фермера» лицом по столу прямо здесь. И никто ничего не сделает, лорд в своем праве, если простой земледелец его чем-то оскорбил. Вот только Альбус запомнит. — Я не нянька мистеру Шелби и никогда не был. Не понимаю, на каких основаниях вы меня записали в его сопровождающие. -Вы неверно поняли, лорд Нотт, — голос Дамблдора звенел от ярости, но он сдерживался. — Все наоборот. Я записал его в ваши извечные спутники. Вы знаете, что дело, которое имеется у аврората на вас, вел мистер Шелби? -Я полагал, это старье уже никто не читает, но, видимо, мистер Шелби и впрямь мой фанат со школьной скамьи. -Он считает, что должен вам, что виноват перед вами, что вы всегда были правы — все эти годы. Он готов многим пожертвовать ради вас и своего комплекса вины и служения, и, если вы действительно последний рыцарь из Ноттов, вы не дадите ему пропасть. Под моим контролем ему будет безопаснее. -Рядом с вами, видит Мерлин, никому и никогда не бывало безопасно, — ледяным тоном отчеканил Магнус. Пламя в камине взревело, и бармен что-то прокричал из-за стойки Нотту, но тот не обратил внимания. — Еще один ваш верный пес это понял — значит, он не безнадежен. Дамблдор в обличии простого фермера выглядел усталым и изможденным. Он достал помятый платок, вытер пот со лба — в зале стало очень жарко. Взгляд, впрочем, оставался ясным и сосредоточенным. -Я вас понял, лорд Нотт. — Альбус встал, и Магнус неспешно поднялся тоже. Отсюда следовало убираться как можно скорее. -Вряд ли, — проронил Нотт, взмахом руки успокаивая огонь — и бармена заодно. — Но я рад, что мы прощаемся. Дамблдор кивнул и развернулся прочь, направившись к дверям. Бармен ничего не сказал ему: было очевидно, что Нотт беседует с кем-то под оборотным зельем, и, не зная истинной персоны под чужим лицом, бармен не рисковал нахамить или подбодрить. Выругавшись, он направился в местный зоомагазин — чтобы найти там самую болезную на вид тварь и уже с ней заявиться к Кинкейду. Было, о чем поговорить. *** Дело на Магнуса действительно существовало. Большая такая папка в архиве, не успевавшая покрываться пылью. Малфоев листали реже — с ними и так все было ясно, раз в полгода подшивали уже остывшие разрешения на обыск. Однако, Нотт был связан с множеством темных личностей по долгу своей «службы», и его историю доставали на белый свет всякий раз, когда речь заходила о Лютном переулке. Лорд Нотт был лордом Лютного едва ли не с выпуска из школы. Сыграло роль и наследие — гриффиндорца Годрика весь этот сброд хорошо знал, слову его — верил. Когда после смерти отца егеря, браконьеры, даже пара оборотней нарушили границы земель Ноттов, Магнус собственнолично пришел и нарушил границы Лютного — все и разом. Разве что девиц в борделях не трогал, а вот мелким мальчишкам наоборот старался запомниться истинным ужасом — потому что сегодняшние дети завтра должны были стать взрослыми мужчинами. Нотта запомнили. Первое самостоятельное расследование Айзека было связано именно с Магнусом. Он не сразу опомнился, увидев папку с именем однокурсника на своем столе. Как зачарованный, смотрел на маленькую фотографию, подшитую к тонкому пока что делу. Нотт перед первой ночевкой в местной камере смотрел на колдографа нахально, а на фото в профиль явно выговаривал что-то сопровождающему его аврору. Айзеку трудно было не принять это на свой счет — он практически слышал посыл к черту знакомым до боли голосом. Допрос по делу об ограблении почтового экипажа прошел как одно сплошное недоразумение. Магнус не воспринимал всерьез ни обвинения, ни Айзека, ни ситуацию вообще. Однако, гордость была уязвлена: Нотт поклялся себе в дальнейшем делать все, чтобы не оставаться задержанным. Можно было сколько угодно судить огонь, но удержать его позволялось не многим. Сам он, конечно, никого не грабил, но о предстоящем мероприятии знал. Сдавать тоже никого не стал, в голову лезть не позволил, продемонстрировав вместо мыслей средний палец. Ушел из аврората лорд Нотт пружинистым шагом, весь вес случившегося почувствовав уже дома. Айзеку в Лютном было безопаснее всего. Весь Лютный расстилался перед ним, как райский сад. Никто не смел даже плюнуть ему под ноги. Местные жители откровенно глумились, поднимая метлами пыль перед аврором, если тот решался ступить на их улицы: наводили чистоту перед таким важным гостем. Люди отставляли кружки и бросали еду, морщась — в присутствии высокой персоны кусок в горло не лез. Работницы борделей приседали в реверансах. А главное — с ним говорили, как с дурачком, наивным и далеким от реальности. О том, чтобы завести в Лютном свои контакты, не шло и речи. Даже такие «серые» по морали люди, как тот же Стиви из Косого оленя, не шли навстречу Шелби. Если аврор и обладал какой-то платежеспособностью, некому было ее оценить. Еще много раз после Айзек готов был поклясться, что в рейдах ловит именно Нотта. По молодости Магнус выходил иногда на «работу» под обороткой, но Шелби было не обмануть — он чувствовал волшебные палочки, узнавал их, а Магнуса находил буквально по запаху. Он был одержим Магнусом, как пес одержим лисом. Но ему доставался лишь след. Когда однажды, спустя много лет, этот след привел Айзека к Элис Кинкейд, он понадеялся, что дело Магнуса скоро можно будет закрыть. Но все только начиналось.