Злые Британские Волшебники

Процесс восстановления самки фестрала в иерархии стаи несет взрывной характер. Обычно застенчивые животные проявляют ритуальную агрессию к вернувшейся особи, даже если ранее эта особь занимала одну из самых сильных позиций. Проверка силы нужна, чтобы животные убедились в безопасности вернувшегося члена стаи для других сородичей. К примеру, если животное вернулось заболевшим и ослабленным, в интересах стаи будет его изгнать или даже убить. Впрочем, фестралы редко проявляют летальную внутривидовую агрессию.

«Социальные животные — фестралы», 1981 г. Е. Кинкейд

Процедура подтверждения магической идентичности и пригодности к службе

«Имя: Шелби Айзек Дата рождения: 12 октября 1926 г. Место рождения: Лондон Статус крови: Чистокровный Факультет: Гриффиндор Год поступления в Хогвартс: 1938 Год выпуска: 1945 Волшебная палочка: орех, волос вейлы, 12 и ¾. Жесткая. Зарегистрированный патронус: колли. Анимагическая форма: отсутствует. Личные характеристики: Отмечается высокая точность выполнения инструкций. Предпочитает чёткие формулировки, прямую коммуникацию, избегает двусмысленных указаний. Склонен к буквальному следованию фактам, не демонстрирует склонности к искажению показаний. Эмоциональные реакции сдержанные. В стрессовых ситуациях демонстрирует не аффективную, а операциональную реакцию.» Айзек полистал собственное дело и закрыл его. Дальнейшая процедура была ему знакома, каждый аврор проходил ее на старте своей карьеры. И каждый выбывший из службы на долгое время аврор вынужден был повторять этот опыт. Опросы, многочисленные опросы; проверки на Империо, на ментальные воздействия, собеседования с легилиментами из Отдела Тайн, часы у Омута Памяти. Ради этой работы нужно было обнажить целую душу Министерству, и когда-то Айзек охотно сделал это. Секретов с тех пор лишь набралось, не убавилось. А скрывать было ничего нельзя, и сегодня это и стало сильной стороной Шелби. Проверка на оборотное зелье, на маскировочные чары, на трансфигурацию, смена одежды, чтобы избежать возможных оберегов, досмотр… Полный досмотр. Над новоиспеченным аврором колдовало обычно несколько специалистов разных сфер, а Айзеку предстояло пройти куда более жесткое дознание. В слишком уж странное время он вернулся. Он сидел после очередного сеанса бесед с сотрудником Отдела Тайн в небольшом кабинете — не своем кабинете — и пил чай, листая оставленное ему досье на него же. Это был милый жест доверия и признания, Шелби его оценил. Забрать папку у Айзека означало бы то же самое, что забрать школьный журнал у классного руководителя. Хоть кто-то в этой авроратне позволил Айзеку почувствовать себя дома. Отрадно. Свейн начала лютовать, едва узнав, что Шелби вернулся — сейчас и сам. Айзек предложил ей присутствовать при всех процедурах, согласившись на это таким тоном, что следовательница просто вынуждена была признать неуместность собственного поведения. Тут Айзек был с ней не согласен и напротив отметил про себя, что Свейн склонна действительно биться за правила и за здравый смысл, а не за имена и звания. Она могла бы быть хорошей коллегой, но Шелби слишком устал. Он покорно терпел опрос за опросом, экспертизу за экспертизой, попутно постепенно увеличивая собственное влияние на все вокруг. Зарегистрировал палочку, спокойно вывел пса прогуляться — никто и слова ему не сказал, на лицах людей читалось явное замешательство. Айзек окончательно утвердил свое положение в аврорате: не заключенный, а восстанавливающийся в должности будущий руководитель. «Руководитель этой богодельни», — добавил Шелби некоторую эмоцию во взгляд, став окончательно своим. Почему-то Руфус избегал его. И Шелби, поглаживая за ушами пса, догадывался, почему. Был занят выяснением отношений с Дамблдором. …Показания о событиях в госпитале и ранее, в доме Шелби, Айзек закончил давать час назад. Дело Нотта сейчас тоже лежало на столе, изрядно увеличившись в толщине. Магнусу теперь следовало податься в бега — или наконец уложить Министерство на лопатки, поменяв весь мир под себя в своем нежелании меняться самому. Айзеку казалось, что так Нотт и поступит. Но сначала ему нужно было вернуть свою невесту. Для Айзека это означало окончательно расписаться в договоре с Дамблдором. Он свистнул псу — тот поднялся на длинные лапы и потрусил за хозяином. Они прошли мимо кабинета Скримджера — ну точно, Руфус криком кричал, что дела так не делаются, а Дамблдор что-то монотонно выговаривал ему. Шелби не стал даже вслушиваться, что именно. Он шагал по коридорам, здороваясь с редкими сотрудниками — все они были рады видеть его, а настороженность во взглядах Шелби старательно игнорировал. Он шел все глубже — к камерам временного содержания, в самый конец, где позволили испытать хоть какое-то уединение Элис Яксли. Они компенсировали это дементором, зависшим у самого входа в коридор с камерами. Для Айзека это стало неожиданностью. Пес взвизгнул, Шелби достал палочку — лучше, чем та, что ему досталась от Доминик Розье, но все еще хуже родной, Олливандеровской — и понял, что ничего с этой палочкой не сумеет. Что очередной виток системы поглотит его — если работа не убила его в этот раз, то сумеет завершить свои планы рано или поздно. Ради кого, ради чего? Любимого человека он только что выдал с потрохами, передав воспоминания о каждом «круцио», прозвучавшем его голосом. Он был настолько не нужным в этом мире? Настолько, что даже Пожиратель Смерти от него отвернулся, и оставалось лишь вернуться на работу?.. -Айзек! — Услышал он вдруг женский голос и понял, что все вокруг заполнила тьма. Дементор буквально обволакивал аврора, заставляя промерзнуть до костей. Шелби прикрыл глаза, бессильный перед этим холодом и одиночеством. В его пальцы ткнулся мокрый холодный нос. Узкая длинная морда легла ровно под ладонь, заставив пальцы рефлекторно огладить жесткие шерстинки. Короткие рыжие ресницы дрогнули под ладонью, когда пес, зажмурившись, вжался лбом в руку Айзека. И было очень, очень тепло. -Экспекто-Патронум! — Воскликнул Шелби, инстинктивно сразу же закрыв лицо рукой от света, потому что света было много. Серебристый колли, точь-в-точь Айзек, взметнулся вверх, пастью разрывая тьму. Дементор обрел очертания — весьма ограниченные; забился вверх, под потолок, удерживаемый там патронусом, который мог бы пасти целое стадо дементоров. Айзек зашагал вперед, к камере, где к решетке прижалась Элис. -Я не уверен, что получится, — Айзек не зря регистрировал палочку. Замки открывались аврорской палочкой — просто касанием к решетке. Он попробовал — и в замке что-то щелкнуло. -Получилось, — голос Элис дрогнул. Она поняла механизм. — Вы вернулись на работу, мистер Шелби? Айзек не ответил на вопрос, ответ на который знали и видели оба. Он поглядел на руки Элис — отекшие, потемневшие. Представил, какой пожар устраивает Нотт в Министерстве. Улыбнулся — и взмахнул палочкой дважды. Элис коротко вскрикнула — Годрик, бродивший рядом кругами, озадаченно поставил уши. -Если вы примкнули к жестким людям, вам и самой нужно стать такой, — произнес Шелби, и Элис неожиданно увидела его с новой стороны — увидела прошедшего через смерть человека, вовсе не дурака и не наивного фаната. Влюбленного в ее будущего мужа. Потерявшего сегодня покой в очередной раз. Преданного и предавшего. Опустевшего и еще не нашедшего, чем наполнить себя заново. Она опустила взгляд. Зимой она перед всеми Пожирателями рассказывала, какой сильной она может быть. Теперь быть сильной ее призывал аврор. -Что будет дальше? Вы что-то знаете о Елене? О Магнусе? Джеффри? — Элис попыталась пошевелить пальцами, но не смогла. Лицо сморщилось от боли. -Джеффри должен быть на ферме. Магнус и ваша дочь где-то не здесь. У авроров их нет. Я должен сообщить, что передал аврорату официально все свои воспоминания о тех преступлениях лорда Нотта, которые видел своими глазами. «И испытал». Элис непонимающе уставилась на него. В ее глазах постепенно поднимались обида пополам с гневом. -Почему? То есть... Вы имели право, я понимаю. Но почему сейчас? -Это было условие вашего освобождения. Я слишком уважаю вас и лорда Нотта, чтобы скрывать это. Передайте ему, что теперь ему всерьез не стоит пока покидать свои земли. Вы никого не убили и формально предъявить вам нечего. Вы можете быть свободна. Там дементор, поэтому ступайте за мной. Элис потрясла головой. Дементор, постоянно маячивший в конце коридора, действительно лишил ее всяческой воли и способности трезво мыслить. Годрик носом ткнулся куда-то под коленку Элис, призывая шагать. Айзек вопросительно обернулся, отойдя на несколько шагов. В общем, пришлось действительно идти. -Нужно вызвать колдомедика, но ждать его лучше в более… удобном месте. -Вам ничего не будет за это? — Элис прошмыгнула мимо дементора, которого удерживал на месте патронус, и внутренне содрогнулась. Дверь за спиной закрылась — патронус исчез, дементор исчез, в голове стало тише. Айзек обернулся на вопрос и как-то странно посмотрел на Элис. -Нет. В контексте, который вы имеете в виду — нет. Здесь налево. В кабинете Скримджера все еще разорялся его владелец. Значит, и Дамблдор был там. Айзек не стал возвращаться в ту каморку, где его самого временно принимали, и сразу направился в свой кабинет. Он вышел первым, но оставил дверь открытой для Элис; зажег свет, не глядя испепелил несколько «уставших» бумажных самолетиков, которыми передавали послания внутри министерства. Их срок все равно истек, ничего важного теперь в них не содержалось, а Айзек планировал начать работу с чистого листа. Так и вышло: он написал короткую записку и отправил ее самолетиком в полет. Элис тем временем огляделась в кабинете истинного гриффиндорца. Пыльный факультетский шарф, фотографии собак. Безделушки — подарки от коллег. Пустовато, без души: собой Айзек не любовался, оставил какие-то свидетельства прошлых приятных моментов, заполнил пустоты любимой собачьей темой. Все, что любил Айзек, когда-то сжег Нотт в отместку за Долохова. Шелби не стал восстанавливать из пепла ровным счетом ничего. -Я не уверена, что колдомедик нужен, — наконец, Элис обернулась к самому владельцу кабинета. — Мне хотелось бы, скорее, знать, что будет дальше. В каком я статусе. Чего ожидать. -Вы не сражались, не нападали, не участвовали в рейдах преступной группировки, именующей себя Пожирателями Смерти, — Айзек говорил отстраненно и скупо. — Однако, вы, абсолютно точно, поддерживаете эту организацию, а непосредственно ваш будущий муж — один из наиболее важных ее членов. Он молча уставился на Элис. Та кивнула и отвела взгляд. Аврорат бы, может, и отпустил ее, если правильно надавить. А вот следователи типа Свейн — ни за что. Поттер, Скримджер, Моуди, Прюэтт — они не желали Элис зла, все они выглядели очень сбитыми с толку. Просто они не вели допрос.