Мой идеал

Следующие дни для Агаты были обычными на вид, но внутри она ощущала напряжение. Чувства, которые она пыталась скрыть, захватывали её всё сильнее, но она была осторожна, чтобы никто этого не заметил. Рисунок с глазами Минервы, её сокровенная тайна, был спрятан в ящике стола в кабинете, где она хранила свои личные вещи. Но однажды утром, зайдя в кабинет, Агата сразу почувствовала что-то неладное. Вещи на столе были чуть сдвинуты, а ящик, который она закрывала на ключ, был приоткрыт. Сердце забилось быстрее, когда она проверила свои бумаги. Рисунок пропал. В тот же день Долорес Амбридж, как всегда, появилась в учительской с той же искусственной улыбкой, которая внушала тревогу. Она вела себя более уверенно, чем обычно, и Агата сразу заметила её настойчивый взгляд. — Ах, мисс Хэмилтон, могу я с вами поговорить? — начала Амбридж сладким голосом, подойдя ближе. Агата напряглась, чувствуя, что сейчас произойдёт что-то неприятное. Она кивнула и последовала за Амбридж в её кабинет. Как только дверь закрылась, выражение лица Долорес резко изменилось. Она больше не изображала дружелюбие, её взгляд стал холодным, а улыбка превратилась в усмешку. — Знаете, Агата, я нашла нечто… интересное, — начала она, доставая из папки сложенный лист бумаги. Агата замерла, её сердце сжалось. Она узнала рисунок сразу, даже прежде чем Амбридж развернула его. — Очаровательное творчество, не правда ли? — сказала Долорес с ядовитым тоном. — Думаю, вам стоит объяснить, что это такое. Агата почувствовала, как её лицо заливается жаром. Её руки невольно сжались в кулаки, но она заставила себя говорить спокойно. — Это всего лишь набросок, — сказала она тихо. — Ничего значимого. Амбридж усмехнулась, разглядывая рисунок. — О, правда? — произнесла она медленно, как будто наслаждаясь ситуацией. — Мне кажется, этот набросок говорит о многом. Особенно о том, как вы смотрите на одну из ваших коллег. Агата молчала, чувствуя, как её горло сдавливает страх. — Удивительно, не правда ли, как много можно узнать о человеке из его… увлечений? — продолжила Долорес. — Я, конечно, могла бы оставить это между нами, но… я думаю, вы понимаете, что я не стану этого делать просто так. — Чего вы хотите? — наконец спросила Агата, её голос дрожал, но она старалась держаться. — О, немного, — сказала Амбридж, складывая рисунок и убирая его обратно в папку. — Мне просто нужно, чтобы вы были на моей стороне. Поддерживали мои решения в школе, не вставали на сторону… тех, кто против меня. Агата почувствовала, как её охватывает гнев, но она знала, что сейчас не может позволить себе вспышки эмоций. — Вы не имеете права использовать это против меня, — сказала она, стараясь сохранить спокойствие. Амбридж лишь усмехнулась. — О, мисс Хэмилтон, я думаю, вы недооцениваете мою изобретательность. Я всегда нахожу способы убедить людей сотрудничать со мной. Вы же не хотите, чтобы кто-то ещё увидел этот рисунок? Агата молчала, понимая, что сейчас у неё нет выбора. Амбридж получила рычаг давления, и противостоять ей было слишком рискованно. Когда она покинула кабинет Амбридж, её охватило чувство беспомощности. Рисунок, который был её тайной, её личным моментом слабости, теперь оказался оружием в руках женщины, которая умела использовать чужие слабости.