Немирские удовольствия

      Тихое пение зябликов, журчание воды, уходящей короткими волнами всё дальше и дальше, невесомое дыхание на каменных образованиях…       Хвост аккуратно и медленно ворошил воду, рога неприятно щекотали спину. Хотелось одного — забыться. Раствориться в красоте природы. Навсегда слиться с ландшафтом. Быть может, оказаться травинкой, с которой обязательно будет играть ветер или на которую сядет бабочка с жёлтыми крыльями. Именно с таким цветом, ни с каким-либо другим. Или взмыть вверх, точно облако, плывущее по океану ясных небес навстречу солнцу, уходящему за горизонт. Встретиться с луной и её маленькими далёкими служащими. Поприветствовать новый рассвет, проявившийся первыми лучами, которые с небес виделись куда красочнее и ярче, еле-еле выглядывая из-за горизонта. Почувствовать невесомое дыхание природы, прикоснуться хоть на долю секунды к её мирной беззаботной жизни.       Рукава рубашки липли к коже, слегла просвечивая её сквозь белую ткань. Сухими, пожалуй, остались только манжеты. Влажные концы волос холодили спину.       Вальяжные журавли вышагивали вдоль берега, точно маршировали, не забыв вытянуть длинные шеи и обратить голову к приветливым лучам солнца. Находились они тем не менее всё равно поодаль. Мимо пробежала ящерка с красной чешуёй. Большими ладонями ветер приглаживал волосы. Веки медленно прикрылись.       В воздухе пахло свежестью, которая то и дело ощущалась лёгким покалыванием на кончиках пальцев и обнажённой шее, обласканной слабым ветром, что невесомо прикасался к ней, будто оставлял целомудренные поцелуи.       Ухо обдало горячим дыханием от шёпота, настолько неожиданного, что глаза против воли удивлённо распахнулись, а ресницы затрепетали.       –Не самое плохое место для уединения.       Он аккуратно отошёл, отмеряя каждый шаг, чтобы не сделать его резким, зная о возможных проявлениях драконьей сущности, или не оступиться, встретившись ногой с камнем.       Дыхание подвело, не указало на приближающееся скопление гео частиц… Может он вовсе нарочно не обратил на них внимание, предавшись забвению и тихому желанию получения расправы от него за неясную провинность перед Небесным порядком.       Хвост осторожно поднялся из воды и, прежде чем мирно опуститься обратно, свернулся в пару петель. Кончик пускал аккуратную рябь по водной глади, покачиваясь из одной стороны в другую. Голова пала на сложенные на каменных образованиях ладони. Веки устало прикрылись. Это не значило, что взгляд не цеплялся за него. Зрачки медленно проследили, как нарушитель спокойствия опустился на каменные ступени, впрочем, тоже не уводя взора.       –Я понял, зачем вы вновь пришли. — его голос ласкал слух. Он был продолжением мелодии природы. Пожалуй, нарушителем спокойствия был именно Невиллет, а не…       –Имеете что-то против, господин Чжун Ли..? — ресницы блеснули под светом ярких лучей, когда открыли радужку чуть больше.       –Вы сами мне сказали ещё в ту нашу встречу о причине вашего посещения Ли Юэ. — руки сложились на груди. — Могу ли я иметь что-то против, если я, как вы выразились «умер для своих людей»?       Укоризненный тон. Что ж, на совести сыграть не получится. Чжун Ли должен был знать об этом, однако, судя по всему, не решился упустить возможность воззвать к стыдливости, вместо этого лишь напомнив об их личной и, кажется, первой встрече лицом к лицу.       Голова осторожно отвернулась. Хвост резким взмахом укрыл тело, придавив. Боковым зрением удалось подметить, как напряглись плечи Моракса, чуть ли не вставшего по струнке. Отвечать что-либо не хотелось. Неясный ком засел в горле, пока сердце вновь заныло с удвоенной силой.       –Тогда вы сказали, что требуете одной встречи с Волей Небес. Но посещаете Ли Юэ уже в третий раз.       –Госпожа Нин Гуан самолично просила меня прибыть для решения некоторых вопросов…       По прибытии во дворец Мермония его застала одна лишь Седэна, чьё внимание тут же сосредоточилось на фигуре Верховного судьи, вернувшегося спустя столько суток. Она не волновала его попусту бессмысленными вопросами, указала только на пришедшее из Ли Юэ парой дней назад письмо, которое осталось дожидаться получателя в кабинете, где впоследствии и было вскрыто. Невиллет помнил о своих обязательствах перед Цисин и самой Нин Гуан по вопросам торговых отношений со Снежной, невзирая на забивающие голову мысли, вовсе не связанные с этим, потому и нисколько не впал в замешательство от конверта, запечатанного эмблемой гео региона, и просьбы нанести очередной визит на земли Архонта контактов.       В этот раз его никто не сопровождал. Возможно, то и стало роковым решением, из-за которого всю дорогу и ночь, проведённую в порту Илун, его не прекращали посещать навязчивые мысли, не дающие однозначного ответа, как поступить. Безусловно, он оставил распоряжение, предупредив палаты и Сумеречный двор о новом отъезде, вот только ни словом не обмолвился о своём уходе перед леди Фуриной, Сиджвин или герцогом, не собираясь привлекать их внимание к своей персоне. Тогда ему бы точно не удалось найти и минуты спокойствия, потраченной на мнимую попытку возвращения самоконтроля, неизвестно куда пропавшего после того злополучного вечера.       Немало мыслей приходило к нему, стоило выдаться минуте тишины или одиночества. И Невиллет не помнил, как неосознанно начинал на них отвечать, дав волю самоанализу. Вот только ответа на главный вопрос так и не удавалось, к сожалению, найти в бурном потоке, движущемся по течению.       Переговоры, которые ещё даже не начались, по заверениям представительниц Цисин, требовали долгого обсуждения. Вновь он не знает, когда сможет вернуться и это, говоря по правде, поднимало со дна поселившейся внутри Бездны сохранившийся неясным образом осколок радости и тихую надежду впасть в забытьи хотя бы на время пребывания в Ли Юэ, чтобы наконец иметь возможность на короткое время попрощаться с завыванием сердца и порядком надоевшими и изматывающими до изнеможения чувствами.       Ему не довелось оповестить госпожу Ху о своём приезде. То и не требовалось. Невиллет не сомневался, что ей запросто удастся добраться до сокровенного не самым гуманным способом, из всех возможных. К тому же зачем беспокоить управляющую похоронным бюром? У неё, должно быть, много работы, требующей ещё больше времени на завершение. В отличие от него, она, скорее всего, не пренебрегала обязанностями, пусть если бы её и терзали какие-либо волнения. Да и зачем это делать? Зазря беспокоить. Если на небесах сойдутся в правильном положении звёзды, возможно, они встретятся. Кто знает, сколько продлиться их разговор и о чём он будет. Быть может, удастся упомянуть леди Фурину или господина Чжун Ли во время беседы. К тому же, Невиллет не прибыл ради увеселений или желания наконец узнать регион чуть лучше. Отнюдь. На его плечи вот-вот должны были вновь наброситься бумаги, документы, рабочие записи. Одним словом — неизбежная работа. Без сомнений, его дни совсем скоро превратятся в одно мгновение. Вот только разбавить его будет нечем. В прошлый раз хотя бы леди Фурина могла отвлечь от приевшихся мыслей. В этот раз он на попечительстве у самого себя.       Тем не менее ему удалось немного ознакомиться с местной культурой, обычаями и сотой частью всего региона. Переговоры не смогли выпасть на ближайшие дни. Неясно, что послужило подобному на самом деле. Может общая совокупность некоторых факторов: неизменной работы Цисин и общего неидеального состояния Верховного судьи. Беспокойства и советы посетить некую хижину Бубу и господина Бая пришлось пропустить мимо ушей. Вряд ли ему удастся каким-либо образом остудить бурлящий внутри поток непонимания собственного «я» и истинных намерений по тому, какое же решение принять в отношении Ризли и его… Потому нога юдекса смогла ступить по многим улочкам Ли Юэ.       Ему довелось посетить порт, откуда открывался вид на далёкую электро нацию, где восседал ещё один узурпатор. Очертания самой Инадзумы были расплывчаты. Между ней и Ли Юэ многие километры океана. Вдали виднелась лишь часть островов, находящихся ближе остальных. Держал путь Невиллет и на верхние террасы города. Неважно, что ему удалось на них побывать во второе по счёту посещение региона. Куда более значимой была ночь, медленно опустившаяся в тот вечер покрывалом на небо. То тут, то там постепенно загорались жёлтые фонари, а вид открывался поистине неповторимый и изумительный. Город не спал. Нисколько. Он продолжал жить своим чуть замедлившимся и утихшим чередом. Многие люди не спали, предпочтя сладкому сновидению прогулку на свежем воздухе. Некоторые детские радостные возгласы не утихли с наступлением сумерек. В дополнение к тёплому свету фонарей проявили сияние крохотные пугливые светлячки, постоянно норовящие ускользнуть в более уединённое место, где их не потревожат люди. Вопреки наступившей ночи, глазурные лилии не скрыли свои лепестки, не завернулись в кокон. Они напомнили ему о ней… Столь чистые невинные цветки. На глазах появилась неясная пелена. То было неизбежно. Никому не под силу избежать небесного наказания. В том числе и ей… что была казнена.       Его нога ступила и на тропу, ведущую к долине Гуйли. Уйти далеко не удалось. Изучать самостоятельно земли гео Архонта было той ещё морокой, никто не отменял возможности свернуть не в ту сторону, заблудиться или встрять в стычку с похитителями сокровищ или наткнуться на лагерь хиличурлов. Зато открывался незабываемый вид на каменный лес Гуюнь, сформировавшийся, если легенды и книги не соврали, из копий, которые метал сам Золотой Бог. По пути встречались одинокие домики, в которых будто был другой мир, менее суетливый и более скромный, тёплый. Было удивительным то, как Ли Юэ сочетал в себе одновременно повседневную суету, шумливость с столь тихими уголками, прячущимися по всему региону, и природой, в которой будто бы каждый житель находился в гармонии.       Тихая мелодия природы сопровождала на каждом шагу: то почти неслышно, еле уловимо зазвенит стеклянный колокольчик, растущий на склонах гор, то слух словит заливной скрежет зябликов, отдыхающих в красно-зелёных кронах деревьев, встречающихся по пути то тут, то там, то журавли зарокочут, чистя перья возле реки, которая аккомпанировала основному мотиву, то листьями начнёт играть порыв ветра, словно перебирая клавиши фортепиано.       И столь медленные прогулки вдали от суеты позволяли ненадолго отвлечься от мыслей. Вернуть прежний самоконтроль, сдержанность и беспристрастность. Они проходили в глубоком одиночестве. Невиллет не был уверен, но догадывался, что чья-либо компания может только усугубить уже имеющееся состояние.       Сложно сказать, сколько времени Невиллет проводил за прогулками, поскольку разум будто погружался в забытье. Тело само собой двигалось в известном исключительно ему направлении, не слушая указаний, которых и не было. Голова могла хотя бы отдохнуть некоторое время, прежде чем быть загруженной рабочими обязанностями, переговорами и прочими несущественными на первый взгляд элементами должности правителя соседствующей нации. Тем не менее расслабиться не удавалось. Не столько из-за предстоящего раута, сколько от осознания небольшой истины, заключающейся в том, что спокойно довести конец дня не получится из-за нагрянувших новым потоком высоких волн переживаний.       Его сердце по-прежнему увядало только сильнее. Не стоит забывать об этом. Прогулки и любые другие способы отвлечься лишь отсрачивали неминуемые волнения, возвращающиеся чаще всего ночью перед самым сном, когда глаза закрывались, усыплённые сонливостью и томлением ночи, желающей забрать в свои объятия бренное тело.       Так происходило из раза в раз, пока не настал день, назначенный на переговоры. Более его не посетит сон. Даже на короткую минуту. Придётся всю ночь напролёт заниматься бумагами и протоколами, чтобы вступить в новый очередной загруженный день, который повторится ещё неопределённое количество раз. Возможно, до отбытия из Ли Юэ.       Встретила его не впервой знакомая фигура. Хотя бы успокаивало то, что переговоры продолжатся с Нин Гуан, а не с кем-либо из других членов Цисин, зная в лицо одну лишь госпожу Кэ Цин, присутствующую в этот раз вместе с ними.       Угаснут надежда и мольба о спокойном проведении переговоров, если они теплились где-то в уголке сознания. Отнюдь о таком даже мечтать нельзя.       Безусловно, возникли противоречия. Существенные. Решить их предстояло в ближайшие дни, чтобы не накалить ситуацию куда сильнее. Что ж, требования действительно имелись немалые. Что со стороны Снежной, что с берега Ли Юэ. И нужно было каким-то образом решать возникший конфуз.       Бесспорно, обсуждались моменты, связанные с соглашением гео нации и Фонтейна, что не могло не радовать, учитывая то, что Невиллет заранее озаботился фактом желаний двух сторон для исключения серьёзных недомолвок и претензий. Они, конечно, оставались. Так просто убирать их в сторону, сославшись на «позже» или «потом», в любом случае не получится, пусть их серьёзность и не была на наивысшем уровне. Тем даже лучше. Не придётся лишний раз напрягаться больше, чем положено. Добавляло в копилку правильности решения, подсказанного Фуриной, деликатность, с которой госпожа Нин Гуан говорила о делах Фонтейна, тоже не спуская всё с рук, мол само решится.       В номер Верховный судья, без иронии, возвращался поутру. Но только не этого дня, а следующего. Переговоры были длительными. Очень даже слишком. Хотя стоит вспомнить, что об этом предупреждали и ставили в известность.       Вот только иногда всё же выдавался спокойный день. Редкий и неуловимый, ведь время не тянулось, словно выпавшая шёлковая нить платья, позволяя насладиться утекающими, как песок сквозь пальцы, мгновениями, а мчалось со всей имеющейся скоростью, точно орёл, выследивший добычу. Но в любом случае бòльшая часть дня отводилась для сна, раз ночью он к нему не шёл, да и сам судья не поддавался его очаровывающим чарам, а вечер тратился либо на проверку и подписание бумаг, от количества которых у обычного человека поседеют волосы, либо удавалось развеяться. Будь то значило простую прогулку по самому городу или получение удовольствия от мелодии природы, будь то имело связь с оказавшимися в руках книгами, а то и вовсе иногда Невиллет оставался в номере, слишком уж разморённый и уставший.       Озеро Лухуа привлекло внимание ещё с прошлого пребывания в Ли Юэ. Они как раз с госпожой Кэ Цин и леди Фуриной проходили но тропе мимо него. Пусть так просто увидеть его не удалось из-за ограниченности времени и невозможности устроить небольшой привал, чтобы подойти ближе и наконец увидеть террасы каменных образований, в которых тихо журчала вода, во всей красе, а не почувствовать слабо отдающуюся гидро энергию с примесью гео.       Однако не стоит поддаваться неприятным думам. Посетить это место удалось. К тому же не раз.       Впервые Невиллет прибыл к озеру Лухуа глубокой ночью, когда весь Тейват отдавался в руки очаровательной из-за своей красоты ночи. Не сказать, что путь был лёгким, но и не настолько сложным, что затея вдруг могла бы показаться не самой благоприятной и удачной. На дороге не встретились похитители сокровищ и хиличурлы — уже успех, подкрепившийся столь завораживающей обителью. Тонкие капли гидро энергии оседали на коже, будто щекотали, и отдавали лёгким свечением, почти неуловимым для человеческого глаза. Сама вода тихо журчала, унося волны куда-то вдаль, пока та, которую заточил в объятия камень, переливалась и блестела под лучами луны, отражая её бледный лик. Неужели то единственное место, где Невиллет может почувствовать себя как в Фонтейне? В родном Фонтейне, который питал его силами, тихо радовал приятной повседневностью и тишиной, а не том, в котором он провёл по меньшей мере последние три недели. В порту Илун их разделяла преграда в виде насыщенной гео энергии, потому ощущение собственных сил исчезло сразу, стоило ступить на чужие земли.       Но здесь… Сама гидро энергия тянулась к его рукам, проникала сквозь слои одежды под кожу, через вены добиралась до груди и наполняла нутро силами, и, неожиданно, бодростью. Он по-прежнему элементальный дракон. Осознание этого настолько очевидного факта, в мгновение успокоило и даже вызвало короткую усмешку, ведь действительно ещё в Фонтейне юдекс усомнился в этом, когда вода отвергала его, хоть Верховный судья и был её властителем.       Уже из-за гор показывались первые лучи, разгоняя тьму, не желающую уходить. Во всём теле ощущалось простое и ясное, как белый день, спокойствие. Именно то, чего он был лишён и чего так искреннее желал.       –Вот как. — минутное молчание спустя добавил Чжун Ли.       Следующее посещение преподнесло довольно неожиданную встречу. Кажется, вновь звёзды, скрытые под белой вуалью, сошлись нужной стороной.       –Отчего же вы здесь?       Грузный вздох и сбившиеся к переносице брови, а также еле уловимое гортанное рычание показывали лучше слов. Уж для дракона-то точно. Вот только, кажется, Чжун Ли либо совсем позабыл о всех повадках, характерных для древних существ, либо косил под дурачка, всем видом показывая явное непонимание и заинтересованность.       –Выдалась свободная минута.       –Очередная?       –Не понимаю, к чему вы клоните. — клятва, гласящая, что через минуту от Моракса останется только мокрое место, если он продолжит в том же духе язвить, тихо произносилась сама про себя.       –Вы уже побывали на улицах Ли Юэ. А сейчас решили зайти чуть дальше, верно?       Пусть так. Не его это точно дело.       –Не понимаю, почему это вызывает столько переживаний у тебя, Моракс.       –С чего вы взяли, Верховной судья, что это вызывает волнения у меня? — хвост недовольно замахал из одной стороны в другую. — Если желаете знать мои намерения, хотелось лишь поинтересоваться, как вам Ли Юэ.       Это уже не походило на язвительность… К чему такой вопрос? У Моракса мозги отшибло со своей, так называемой, кончиной, чтобы заводить с тем, кто поклялся его подвести под суд чуть ли не за руку, разговоры, любезничая, как старые добрые товарищи?       –Для чего интересуетесь? — с нескрываемым любопытством протянул гидро дракон, чуть вытягивая шею навстречу.       –Мисс Ху интересовалась. — выдержанная минута показалась вечностью, особенно в условиях наброшенной на лицо судьи маски сомнений и тихого разочарования. — Она не знает о том, что вы здесь, не волнуйтесь. — ответить же на вмиг сменившееся на замешательство выражение лица Чжун Ли не торопился и, кажется, вовсе не собирался. — Как себя чувствует мисс Фурина?       –Предположу, что неплохо.       А ответом послужил лишь хмык. К чему он был? Что из их разговора для себя понял Чжун Ли? Или то было лишь подтверждением каких-то его умозаключений и суждений? Впервые за последние пару веков Невиллет встречает того, кого действительно трудно считать. Люди для него подавно являлись открытыми книгами. Да, безусловно, они менялись, приобретали новое содержание. Порой оно могло существенно отличаться от предыдущего, будто вовсе была изложена доселе незнакомая история, однако тем интереснее. Но всё оставалось довольно простым по своей сути. Не вызывало особых проблем с пониманием, чего от него требуют и как необходимо было отреагировать.       Чжун Ли же не давал не только подступиться, но и почву прощупать, а книга не поддавалась открытию. Скрытный. Не то ли дело обстояло с тем, что он держался со всеми подобным образом, не то ли исключительно с юдексом, возможно, даже от страха или нетерпения судьи. В любом случае так просто просчитать себя Чжун Ли не позволял.       Но вот он поднимается со ступеней, по-прежнему не сокращая расстояния. Только поправляет выпавшую прядь, вовсе не подмечая направленного на него настороженного взгляда. А может он и вовсе нарочно был не замечен.       –Погода сегодня хорошая.       Вот в этом он был прав, особенно если учитывать, какая буря осела над Фонтейном на протяжении месяца. Только к чему подобные заявления? Усыпить бдительность? Если бы это была ещё хорошая идея.       –Вы же явно пришли не с тем, чтобы со мной обсуждать погоду. — по водной глади прошлась рябь, когда тело поднялось из воды, но полностью её не покинуло.       –Вы проницательны. — и что за взгляд, с которым на него посмотрели? Без лукавства, по спине тонким шлейфом прошёлся холод.       –Не желаете поведать о своём замысле?       –От чего же нет? — ох уж эта сдержанность, с которой Чжун Ли разговаривал с ним. Порой, как сейчас, Невиллету хотелось придушить его за излишние промедления, хоть и взаимодействовали они недолго и мало. — Но при условии, что вы составите мне компанию в прогулке.       Вырвался тихий смешок. Невиллет, без иронии, хотел рассмеяться, но вовремя сдержался, если не считать нервно подрагивающих плеч. Моракс изволил пригласить его на прогулку? Что за чушь? Скажешь кому — не поверят. Чтобы сам некогда Архонт контрактов, Золотой Бог, великий Моракс предлагал пройтись Верховному судье, от которого в несостоявшуюся первую встречу трусливо сбежал?       Иной раз мимолётно пробежит мысль ущипнуть себя, вдруг происходящее являлось обычным очень затяжным и правдоподобных до нынешнего момента сном. Достаточно логично звучит. Ведь не может же сам Моракс изволить подставить голову под покаяние перед судом? К тому же они не приходились друг другу банальными не то, что друзьями, а даже товарищами, чтобы хотя бы произнесённая фраза имела долю смысла.       Однако взгляд консультант не сменил. В нём ясно читалась твёрдая уверенность в предложенной прогулке.       Бездна подери… Что происходит? Что ни день, то приключение. То свершившееся пророчество, к которому, правда, можно было подготовится, в отличие от всего следующего, то приставший с чувствами Ризли, из-за которого внутреннее состояние Невиллета постепенно разъедалось, будто ядом, то вдруг Моракс предлагает пройтись, несмотря на их некое, наверное, даже непринятие друг друга. Небесный порядок решил в полной мере потешиться над ним, как люди смеются над персонажами лёгких романов и глупых детективов?       Плечи прекратили нервно трястись, брови свелись к переносице, а взгляд напряжённо поднялся на Моракса. Он же шутит, так?       –К чему такое предложение?       –Если желаете знать, что у меня на уме, то не в ваших же интересах отказываться в моём предложении.       Серьёзно? Моракс сейчас говорит с твёрдой уверенностью это и на ясную голову?       –К чему мне доверять вам? — плечи напряглись.       Это точно не к добру. Стал бы Моракс подобное предлагать, зная, какую угрозу для него может принести взаимодействие с судьёй? Он же не лишился инстинкта самосохранения, ведь тот был в тот самый праздник морских фонарей? Время, конечно, утекло немало, но не настолько уж много, чтобы забыться, в понимании древней сущности.       –Боитесь, что не избежать стычки? — в его взгляде Невиллет чётко читал усмешку, но что-то примешанное с ней не поддавалось осмыслению. — Стал бы я приглашать вас куда-то, чтобы расправиться с потенциальной в будущем угрозой, если мог окончить всё несколькими минутами ранее? — была выдержана минута. — Так вы принимаете моё предложение?       Домыслы консультанта были резонными. Ему труда не составило бы раз и навсегда окончить жизнь юдекса, поскольку такая возможности имелась, к тому же не только в упомянутый момент, но и несколько ранее. Тогда к чему ему намеренно сближаться с неприятелем? Вроде только про врагов говорят, что их необходимо держать ближе остальных. Но они же не были таковыми друг для друга или всё же Невиллет ошибся в формулировках?       –Надеюсь, без глупостей?       –Безусловно…       По небосводу небыстро вышагивала приближающаяся ночь: тьма подступала всё ближе и ближе, вдали угасали последние яркие краски засыпающего солнца, уже почти наступил мрак; поддавшись сладкому чарующему забвению, природа начинала засыпать, зяблики почти не пиликали, спрятавшись, должно быть, в кронах деревьев, последние журавли домывали и дочищали перья.       Вдалеке виднелся каменный лес Гуйюнь, а где-то за горами долины Гуйли разгорался Ли Юэ, продолжал жить свою бурную, изредка спокойную, жизнь, полную стольких красок, где, наверняка, многие жители ещё не спали или вовсе не задумывались о сновидениях, которые могли бы настигнуть их в эту звёздную ночь. Вместо этого лишь шумно и с улыбкой встречали нависший над небом бледный лунный лик.       По воде бежала рябь с каждым медленным шагом. Здесь было необычайно тихо и спокойно. Кто знал, что в Ли Юэ бывает немало мест, способствующих обретению умиротворения, о котором порой можно было исключительно мечтать?        Пожалуй, сюда редко ступала нога человека, а может и вовсе не посещала это место. На отмели Яогуан царила природа, ни в чём не читалась рука смертного. При должных условиях это место можно было бы с лёгкостью назвать обителью чего-то божественного или неземного.       Шаги прекратились. Взор обратился к небу, встречая с приветливой радостью луну, что уже некоторое время назад присоединилась к маленькому путешествию, став третьим спутником.       –Вы были правы, когда говорили, что погода прекрасная. — было тихо подмечено. А в ответ удивлённое короткое мычание, невольно вызвавшее смех. Вот же… Селестия казни, но Чжун Ли удивительным образом своими недолгими рассказами заставлял успокаиваться и отдаваться мгновению, как сейчас.       –Вижу, вы выглядите более расслабленно. — зашелестели листья.       А ведь не сразу Невиллет понял кое-что настолько простое и очевидное. Не зря же было задумано естеством, что нельзя тревожить древних существ в родной стихии, чтобы не прочувствовать гнев, сродни проклятию всех Архонтов вместе взятых, не так ли?       –Всё выискиваете подходящий момент расправиться с моей жизнью? — короткий хмык всё же слетел с губ. — Так просто я не дамся, вы знаете.       –Если бы я желал лишить вас жизни, то сделал бы это уже давно.       А в ответ только понимающий взгляд. Сейчас явно был не тот момент, он нисколько не подходил для расправы и выяснения, кто больше достоин жизни и продолжения выполнения своих, известных исключительно самому себе, целей.       –Вы обещали рассказать о своих замыслах, если я соглашусь на прогулку. Прошло достаточно времени, чтобы я наконец удостоился объяснений?       –Я помню свои обещания, юдекс. — и аккуратный шаг навстречу с позволения. — Хоть вы и выражались, что я умер для своих людей, — прервало его недовольство и задумчивость, замеченные на лице Верховного судьи, — но полностью всё оставлять на самотёк судьбы не входило в мои планы. К тому же в вашем случае.       –Не понимаю, что вы имеете в виду. Ещё тогда я выразился, что не имею намерений причинять вреда жителям Ли Юэ.       Взор аккуратно обратился к Чжун Ли, когда молчание излишне затянулось. Что…       Страх? Кажется, он плескался в золотой радужке глаз, скрытых под вуалью тёмных ресниц… Получается, всё же Моракс не изменял своей настороженности и чувству опасности, возникающем непосредственно рядом с Верховным судьёй…       –Дело обстоит в том, — начал он, уловив на себе чужой взгляд, — что у вас было нестабильное состояние. — коротким мгновением Невиллет ощутил на себе чужой взор. — Я не был уверен, что вы будете иметь достаточно сил для полного контроля над собой, чтобы вести переговоры с Волей Небес и не поддаться обуздывающим внутри чувствам. — Чжун Ли не добавил, но в его тоне Невиллет ясно уловил намёк на то, что его до сих пор волнует судьба Ли Юэ. — Благодаря нашей прогулке я убедился в кое-чём важном для меня.       Вот только…       –Вот как…