Немирские удовольствия

      Поутру Дебор Отель принимал значительно меньше гостей, чем днём и тем более вечером. Оттого было значительно тише. Да и по правде, стоит заметить, что посетители отдавали предпочтение первому этажу, пока ресторан не заполнился большим количеством людей, должно быть за счёт огороженных колоннами посадочных мест. Да и при любом раскладе сегодняшнее утро было особенно ленивым, из-за чего здание почти пустовало.       Пожалуй лишь для Верховного судьи, пребывающего в компании гнетущего одиночества и сверлящего взглядом пока ещё пустующее место напротив, оно было отнюдь не лёгким. Несмотря на довольно неплохой сон, сопроводивший усталое тело на протяжении всего сонного путешествия, при пробуждении Невиллет не чувствовал себя бодрым и отдохнувшим, словно вся ночь, пусть и прошла в спящем состоянии, вот только оно не принесло ни капли пользы, будто было бессмысленным, что, в целом, не так уж и далеко от правды. Вдобавок моментально вернулось ощущение, доселе забывшееся на время не принёсшего пользы отдыха.       Что ж, действительно утро не было достаточно благоприятным, если, конечно, можно таким образом выразить сбитую в комки усталость, забившуюся в конечностях, а также ощущение элементальной энергии. Причём настолько насыщенное, словно её обладатель находился буквально за стенкой, отчего невольно внутренний дракон порывался наружу из-за ослабшей сдержанности, причиной которой служило ещё полусонное состояние. По смене позиции удалось понять, что утро началось и для Чжун Ли…       Взгляд на короткое время сбился с точки, завоевавшей пристальное внимание, и лениво обвёл убранство, задержавшись в этот раз на происходящем за окном. По улицам неспешно гуляли фонтейнцы, вприпрыжку патрулировали мелюзины жандармы, а в это время юдекс, что несчётное количество времени провёл в довольно душном помещении, ожидал прибытия Моракса. Для него не было секретом, где же конкретно в нынешний момент находился Чжун Ли. Но из-за внутреннего желания настроится на предстоящий разговор, о сути которого у Верховного судьи не было ни малейшего понятия, поскольку консультант предпочёл не сообщать о деталях, из-за которых, впрочем, можно было бы и проигнорировать его просьбу, Невиллет вот уже некоторое время находился в ресторане. Его предложение не осталось незамеченным не столько из-за интереса, возникшего к мотивам Моракса, сколько от несильных волн волнений, по какой причине в голову Чжун Ли пришла подобного рода затея. Верховный судья по-прежнему был убеждён, что они друг для друга не враги, потому причины сокращения расстояния казались до сих пор непонятны.       На отлив окна приземлился зяблик, начав стучать клювом по стеклу, что тут же довольно нетихий звук прервал размышления. Брови расслабились, взгляд смягчился, раздался тяжёлый вздох. Из принесённого некогда ранее стакана было выпито немного воды.       Настроится, на самом-то деле, не составило особого труда. Вот только невольно проскальзывали искры сомнений насчёт того, как поведёт себя внутренний дракон в присутствии Чжун Ли, учитывая состояние, которое было при пробуждении. Если он сможет проявить себя, несмотря на щепетильную выдержку, весь Фонтейн узнает о настоящем обличии Верховного судьи. Сомневаться не стоило, исходя из простого факта — все новости в гидро нации распространяются с небывалой скоростью.       Зяблик ещё некоторое время стучал клювом по стеклу, но, вероятнее всего, из-за потери интереса принялся клевать уже отлив, прыгая из одной стороны в другую.       Вырвался новый тяжёлый вздох. Взгляд лениво проследил за зябликом, резковатыми движениями поворачивающим головой из стороны в сторону. В последний раз клюв ударил несколько раз по отливу, но, не найдя и крошки, он, вспорхнув крыльями, улетел.       Теперь вновь Верховный судья остался наедине с мыслями, что медленно кружились в голове.       –Господин Невиллет?       Тело вмиг отреагировало на чужой голос, раздавшийся настолько неожиданно, что юдекс вот-вот бы подпрыгнул на месте.       Чжун Ли занял место напротив, кивнув в качестве приветствия, на что Невиллет машинально ответил те же жестом.       –Приношу извинения, что задержался.       –В этом нет необходимости. Фонтейн действительно недоброжелателен по ориентации на местности для гостей. — спокойным тоном протянул на одном дыхании судья, вот только осознание сказанных слов пришло сильно позже. Быстрый взгляд, незаметно брошенный на Моракса, не подметил никаких изменений в его выражении лица. Он никак не отреагировал на то, что юдекс буквально признался, что знал почти о каждом шаге консультанта? — Кхм… Вы желали встречи не просто так, верно? — не к чему было медлить, потому элементальный дракон сразу начал с сути.       –Не имею возможности к более длительному разговору, — то ли как признание, что на спине Чжун Ли повисли какие-то дела, то ли как намёк, что для него невыносимо присутствие судьи, независимо от причины — страха или непринятия — прозвучало с его стороны, — потому отвечу коротким «да».       –И по какой же причине вы решили в очередной раз встретиться со мной, Моракс? — чуть ли не шёпотом с долей небольшого пренебрежения из-за неизвестности, насколько важна тема встречи, медленно произнёс судья, смотря за неподвижной водой в стакане.       На лице Чжун Ли отразилось замешательство, что было подмечено после нескольких долгих секунд молчания, в то время как брови властителя гидро свелись к переносице.       –Ныне нет необходимости в том, чтобы отвлекать меня разговорами…       –Дело не в этом, господин Невиллет. — спешно перебил консультант, нахмуривший брови и явно от какого-то недуга, а не от слов юдекса.       –Тогда в чём оно? — всё же уточнил Невиллет, прервав возобновившееся молчание.       –В вас.       Наступила минута молчания. Так и хотелось вопросить: «То есть?» Однако слова застревали в пересохшем горле, походящего на пустыню. Что же такого могло произойти, что причиной встречи стал сам юдекс? На хвост Мораксу он не наступал. Неужели дело в том контракте, который они заключили несколько месяцев назад? Насколько Невиллет помнил, ему никогда не доводилось по личным мотивам нарушать покой Чжун Ли. Скорее это было его прерогативой нежданно-негаданно появляться и проводить время вместе. Да и у Невиллета присутствовало неоспоримое доказательство невиновности — все его дела, предполагающие Ли Юэ, никогда не имели переменной под наименованием «Моракс». То есть, властитель гидро не докучал ему из простой прихоти. Да и для Чжун Ли это должно было быть очевидно, раз в предыдущую встречу он напрямую заявил, что понимает, с какой целью легально нарушают границы между нациями. Не могло же в моменте поменяться его отношение к ситуации?        –Прошу, прекрати. — с еле слышным шипением пробубнил консультант, уже ухватившись руками за голову.       –Вы о чём? — с искренним непониманием Невиллет посмотрел на него, всё же продрав горло.       –Давить на меня. — по замешательству, которое отразилось на лице Невиллета, Чжун Ли, кажется убедился в чём-то, еле-еле слышно промычав. — Господин Невиллет, успокойтесь.       Не понимая, каким образом недуг Чжун Ли и состояние Невиллета были взаимосвязаны, юдекс всё же опустил веки, машинально расслабляя плечи и сосредотачиваясь на внутренней гидро энергии, оказывающей успокаивающее воздействие; выдохнув через рот и распахнув ресницы, судья тут же чуть шире раскрыл глаза, подмечая, как консультант сокрушался над столом. Его локти упёрлись в край, пока пальцы с явной силой сжимали на голове волосы.       Когда же Моракс резко выпрямился, по-странному уперев взгляд в скатерть, гидро дракон подал слабый сигнал, отреагировав едва слышимым рычанием, на которое, впрочем, не последовало ответной реакции, из-за чего тот, пусть и остался напряжённым, но тем не менее несколько утихомирился.       –Господин Чжун Ли, объясните, что происходит. — с нескрываемым давлением подал голос Невиллет, напрямую показывая нетерпение и желание наконец разобраться во всей ситуации.       –Господин Невиллет, ответьте для начала на мой вопрос: вы не знаете о всех возможностях, которыми обладают элементальные существа, не так ли? — на него уставились исподлобья два золотых помутневших, вероятно после произошедшего парой секунд назад, глаза.       –Это имеет значение. — не как вопрос, а утверждение, в котором удалось убедится после уточнения Чжун Ли, прозвучало со стороны властителя гидро, откинувшегося на спинку сиденья.       Не хотелось признавать, но раз вынуждали обстоятельства, Невиллет взаправду знал не обо всех возможностях, которыми обладают не только лишь элементальные существа, но и драконы, поскольку получение какой-либо информации, отсылающей к событиям, произошедших несколько тысяч лет назад, всегда становилось особо трудным занятием. Осталось не так много сведений, как можно было бы подумать. Но несмотря на это, немало книг и свитков находилось в домашней библиотеке Верховного судьи. Однако кто-то разве начнёт спорить, что этого достаточно для понимания полной картины прошлого?       Послышался хмык. Не имело смысла гадать, в чём убедился Чжун Ли. То было очевидным. Верховный судья, не скрывая, обладал меньшим количеством знаний в сравнении с тем, кто уже не одну тысячу лет бороздил просторы Тейвата.       –И немалое. — в подтверждение предыдущих слов юдекса добавил Чжун Ли. — Вам следует знать, что попытки излишнего переживания неподвластной вам стихии оказывает немалое воздействие на её обладателя. — вновь на судью обратился взор исподлобья. — И научится контролировать сдерживать порывы предпринять это вновь.       –То есть, хотите сказать, что мне стоит прекратить придавать значения ощущению гео энергии, исходящей от вас? — взгляд медленно обвёл Чжун Ли, пока в солнечном сплетении билась упомянутая гео энергия, дающая понимание о всё ещё своём присутствии.       –Именно.       –Если бы это было подвластно мне. — не в упрёк, а в качестве пояснения протянул Невиллет, пожав плечами.       От вида напрягшегося гео Архонта гидро дракон еле слышно фыркнул. Разрядил обстановку тяжёлый вздох Чжун Ли и короткий, но быстрый взгляд, заметавшийся в поисках часов.       –Уверен, что для вас это не составит труда в условиях того, что я не придерживаюсь никаких идей по тому, как навредить фонтейнцам и самому городу. — по какой-то причине консультант смутился, не подняв взора.       А когда же глаза наконец отыскали часы, Чжун Ли поспешил подняться, не забыв добавить:       –Приношу извинения, но мне нужно идти. — в качестве прощания последовал кивок, на который ответили тем же жестом.       Ещё некоторое время по помещению раздавался звук шагов, который стих спустя короткое время. Закрывшаяся дверь послужила сигналом к тому, что Верховный судья вновь остался наедине в компании с размышлениями, подсказывающими, что властитель гидро был прав в убеждении, что Чжун Ли не преследует цели нанести вреда. Быть может, действительно следовало прислушаться к его словам и взять под контроль неугомонное чутьё, раз ничего не угрожало Фонтейну…

***

      Нередко в театре Эпиклез разносились шум и гам, подкреплённые ажиотажем и ожиданиями от предстоящего выступления, но сегодня они были особенно громкими. Казалось, с каждой минутой те становились всё звучнее из-за новоприбывающих лиц, занимающих свои места, что неизменно подключались к обсуждениям и несмолкающей толпе.       Кто-то шептал о своих представлениях от предстоящего номера милой даме, в чьём поле зрения пребывало исключительно состояние уложенной причёски и в меру пышного платья, на котором не должны были находится складки. В ответ же разносились разговоры, не имеющие и капли связи с тем, что последует после серии из трёх колокольных звонов, служащих знаком к тому, что пора обратить взор к сцене. В соседнем ряду, кажется, находилась милая супружеская пара, терпеливо и молча ожидающая начала, пока с другого места слышался по-детски невинный смех. Пару раз проскальзывали едва слышимые жалобы на духоту помещения.       Раздался первый звон. Шум значительно стих. От него остались тихие шепотки, вьющиеся, словно змеи, вокруг рядов мест.       Ладонь, облачённая в белую перчатку, аккуратно накрыла напряжённую руку. Большой палец пару раз провёл вдоль тёмной одежды, будто пытался помочь сосредоточится и на мгновение обрести покой.       Это не помогало, поскольку Невиллет не нуждался в утешении и помощи Фурины, сидящей по правую руку от него, пока вслед за ней на соседнем месте расположилась Ху Тао, которая нередко заводила разговоры с девушкой, пока ещё не прозвенело три сигнала, а бывало и с властителем гидро, признаваясь, что значительно соскучилась и по нему.       Раздался второй звонок.       Что привело Невиллета в театр Эпиклез? Ответ донельзя прост. Редкий человек не знает о не такой уж и тёмной тайне Верховного судьи, испытывающего страсть к театру. Не так уж и нечасто его можно встретить не в роли юдекса, вершащего судьбы виновных в преступлениях, а как обычного зрителя, наслаждающегося представлением. В связи с последними событиями это, конечно, стало более затруднительно, однако не невыполнимо, пусть последний раз удавалось посетить Эпиклез не в должности судьи значительное время назад, ещё до соглашения с Ли Юэ и сбывшегося пророчества.       К тому же удивительным образом Фурина всё же попала ровно в яблочко, когда в отправленном сообщении приглашала на новый номер Лини и Линетт. Без сомнений Невиллет понимал, с какой компанией ему предстоит разделить ранний вечер, согласившись и ответив на письмо. Вот только он нисколько не ожидал, что забронированное место будет соседствовать с Мораксом… Впрочем объяснения расставили всё по местам: оба занятые до изнеможения мужчины просто обязаны были не пропустить заманчивую возможность встретится спустя некоторое количество времени и завести беседу.       Прозвучал последний звон, знаменующий начало представления. Свет погас, погрузив помещение в тьму, сквозь которую пробивались лучи прожекторов.       Взгляды зрителей тут же приковались к сцене, на которой появились в ту же секунду Лини и Линетт.       Пальцы, некогда выводящие вдоль одежды аккуратные линии по-странному сильно сжались. Стоило обратить на Фурину короткий взор, чтобы в мгновение понять её волнение. Последний раз представление иллюзионистов закончилось необычным убийством, повлёкшим за собой разбирательство, выразившееся в судебном процессе. А последовавшая после него череда событий привела к тому, что пророчество сбылось, а гидро Архонт была казнена.       Выпутать одежду из цепкой хватки пальцев не составило труда, и, пока девушка не до конца осознала произошедшее, рука накрыла её ладонь. Фурина же, стоило ей понять, что нашло на судью, прошептала слова благодарности, и выражение её лица сменилось с тихой тревоги на спокойствие.       В это же время иллюзионисты приветствовали публику и начинали представление с, без сомнения, завораживающих фокусов, но довольно простых, чтобы разогреть ликующую публику для чего-то более грандиозного и сложного.       Стоило только моргнуть глазом, как на сцене развернулось захватывающее выступление, поражающее необычностью до мурашек на кончиках пальцев и замирания сердца в груди. Публика восторженно охала и ахала, слышались громкие хлопки, звучащие после каждого отдельного номера, который, казалось, только больше подзадоривал собравшихся зрителей. Милые дамы и вовсе забыли про пышные платья, укладки и кавалеров, чьё внимание точно так же было захвачено играющими актёрами. А дети так и совсем выглядели загипнотизированными. Они смотрели своими большими глазками, в которых отражался яркий свет прожекторов, на сцену так, будто на ней блестела пара звёздочек, столь красивых и недосягаемых, о касании к которым мечтал, наверняка, каждый, пока не пришла взрослая пора.       Поначалу большее внимание сосредотачивалось на Лини, который, в чём не следовало сомневаться, моментально зажигал толпу, будто для этого необходимо было всего-лишь взмахнуть рукой. А уже на середине выступления звёздный час достался и Линетт. Пожалуй, главным удивлением для публики было то, что они всё же осуществили тот трюк со сменой мест, который в необозримом прошлом привёл к убийству, обвинениям и судебному процессу. В этот же раз никто не подставил под удар их репутацию и возможное лишение свободы. Номер закончился благополучно, встретив ответную реакцию в виде оглушающих аплодисментов и не верящих: «Неужели они всё же решили провернуть тот трюк?» Только до слуха иллюзионистов дошла эта фраза, как Лини заразительно ярко улыбнулся, поклонившись вместе с Линетт, а после изрёк, что не стоит заставлять зрителей скучать в ожидании следующего номера и самое время его начать.       А зрители не скучали, и этому следовало поверить на слово. Чего только стояли восторженные крики Ху Тао и и более сдержанные от Фурины, обращённые в поддержку иллюзионистов. Зрелище поистине было захватывающим.       Чжун Ли же, как и Невиллет, вёл себя более сдержанно, тем не менее не скупясь на аплодисменты, выражая тем самым восхищение и изумление.       А номер продолжался. И Невиллет лишний раз убедился, что Фурина, пожалуй действительно нужно это признать, за проведённое время вместе достаточно хорошо изучила судью и явно не прогадала с тем, как его выманить из кабинета и всё же устроить встречу с Чжун Ли и Ху Тао, на которой он будет присутствовать.       Между ним и управляющей ритуальным бюром ещё до начала выступления складывался вполне интересный разговор, несмотря на внимание девушки, метающиеся между властителем гидро, Фуриной и консультантом. Да и, признаваясь честно, с Чжун Ли тоже удалось перекинуться парой фраз, служащих ответом на те немногочисленные вопросы, которые он всё же задавал.       Точно не о таком вечере думал Невиллет, не только когда просто продолжал выполнять обязанности как правителя и Верховного судьи, но и когда получил от бывшего Архонта письмо. О спокойно проведённом времени, которое ничего не омрачало, будь то чувства или смятения, вполне не без основательно можно было мечтать.       И ведь то сделала Фурина, попытав надежду в простом приглашении. На неё Невиллет не кидал долгих взглядом. Лишь изредка читал эмоции на её лице, не подмечая переживаний, страха или чего-то схожего. Только мягкая улыбка и радостный блеск в глазах, который успокаивал от осознания, что прошлое отпустило девушку, как и та роль, которую она играла долгое время.       Большой палец провёл вдоль тыльной стороны ладони, выражая тем самым благодарность.       А представление тем временем продолжалось. Несчётное количество времени блестели лучи прожекторов. Толпа нисколько не теряла запала и интереса к тому, чем ещё могут удивить иллюзионисты. И они это делали. Звуки аплодисментов не смолкали, как и восторженные отклики. Уже прошло достаточно времени, и рано или поздно интерес к устроенному шоу должен был стихнуть, однако обоим удивительным образом удавалось его поддерживать. Казалось, не то что дети не моргали, а взрослые, чтобы ничего не упустить и не удержаться оттого, чтобы не попытаться разгадать секрет исполненного трюка.       Но всегда и у всего существует конец, точно так же, как и у их представления. Помещение вновь озарилось ярким светом, когда был исполнен последний поклон со сцены и когда стихли громкие аплодисменты. Ещё не сразу пришло осознание, что номер окончен, потому некоторые люди продолжали сидеть в немом ожидании, прервавшемся в скором времени. Безусловно, остались и те, кто забрал некоторое время иллюзионистов, возжелав подарить цветы или словесно выразить почтение и похвалу. А они поднялись вслед за некоторыми фонтейнцами, которые уже покидали театр Эпиклез.       Некоторое время Фурина шла с Невиллетом, ухватившись за его локоть, но после того, как их встретила вечерняя свежесть, она вместе с Ху Тао ушла чуть вперёд, оставив Чжун Ли и судью позади. Ещё не время для подведения итогов дня. Пусть изначально властитель гидро и желал ограничится выступлением, после которого пришлось бы покинуть собравшуюся компанию, сейчас прогулка воспринималась как благодарность, которую он выражал Фурине за возможность спокойно провести время, а главное насладится им. Несмотря на то, что девушка уже давно ушла вперёд и, судя по обрывкам слов, что-то воодушевлённо обсуждала с госпожой Ху, не обращая пристального внимания на него и консультанта.       И компания Чжун Ли не напрягала. По правде, по его внешнему виду, Невиллет мог сказать, что и он получил своего рода возможность провести в более тихой и необычной обстановке время, беря от неё всё возможное, что было. Да и как-то избегать судью он, по-видимому, не собирался, раз продолжал идти рядом и, возможно, невольно подстраивал шаг под юдекса.       Водная гладь блестела под отражающимися лучами заката, словно на небо из-за неаккуратного движения художник пролил краску, из-за чего оно пестрело всеми цветами, начиная от фиолетового, заканчивая красным. Длинные линии вились по небу, пока внизу тихо журчала тёмная вода, а дополняло её звучание рокочущих птиц.       –Как вам представление? — невзначай и неясно отчего спросил Невиллет, подняв на Чжун Ли взгляд.       –Думаю, могу ответить так: они профессионалы своего дела. — нельзя было не заметить, как осторожничал консультант, не показав явного отношения.       –Не могу не согласиться. — от неосознанно пришедших воспоминаний о том судебном процессе, в котором удалось доказать невиновность фатуйцев благодаря путешественнику и тем уликам, что удалось обнаружить на месте преступления, и о последующих неоднозначных событиях вырвался вздох. — Но вы не ответили на вопрос. — упрямо продолжил Невиллет, сложив за спиной руки.       –Разве это так важно? — в непонимании спросил Чжун Ли, обратив взор на судью.       Но ответить не позволил вырвавшийся крик Ху Тао, приглашающей мужчин не отставать и поднажать, иначе девушки вот-вот уйдут, оставив их. Вдобавок прозвучало то, что управляющая похоронным бюром, конечно, не сомневается, что Невиллет знает Фонтейн, как родные пять пальцев на руке, но это не оберегает их оттого, что они упустят, как обе скроются и без их ведома испробуют некоторые деликатесы гидро нации, когда вернутся в сам город, пока Верховный судья и консультант даже не будут знать об этом.       На заявление Ху Тао у Моракса вырвалось тихое фырчание, подкреплённое приподнявшимися уголками губ.       Невзирая на его ускорившийся шаг, Невиллет не собирался спешить. Лишь молча махнул на непонимающий взгляд Ху Тао как ответ, который ей, судя по изогнувшейся брови, не удалось до конца понять. Тогда уже помогла Фурина, что-то прошептавшая ей на ухо, после чего они, втроём, спокойно направились дальше, оставив властителя гидро позади.       Было спокойно… Приливали розовые пенистые гребни. Небо не прекратило пылать яркими красками разнообразных цветов. И где-то неподалёку послышалось знакомое пищание. А вскоре и вовсе ближе к суше подплыла выдра, держащая в лапках розово-белую ракушку.       Воспоминания о последней прогулке, проведённой в полном одиночестве, настигли неспешно, как волны, что сейчас омывали обувь. Тогда было так же умиротворённо, как сейчас. Лёгкий ветер заставлял дышать полной грудью, играл с волосами и одеждой. Утекло немало времени. Прошло значительное количество событий, о которых совсем не хотелось вспоминать в нынешний момент, когда нутро поддалось нотке меланхолии, когда по спине пробежали мурашки, когда веки спокойно закрылись. И лёгкие вдыхали свежий воздух.       Вновь раздался писк. Малышка выдра выпустила ракушку из лапок, которую пришлось придержать, чтобы её не унесло течением, и присесть, чтобы она смогла дотянуться до ниспадающих волос. Узор на ребристой поверхности отличался от тех, что доводилось видеть в тех случаях, когда ему их дарили. Ей удалось найти настоящее уникальное сокровище.       Утолив любопытство, выдра вернулась в воду, не забыв ухватить свой трофей, за сохранение которого она ткнулась носиком в ногу в качестве благодарности.       А Невиллету пора была нагонять достаточно далеко ушедших Фурину, Ху Тао и Чжун Ли…       Постепенно время тянулось к сумеркам. На небосводе уже проглядывались первые звёздочки. Ветер привёл с собой холод, который, впрочем, пока не доставлял особых неудобств и который позднее мог послужить подспорьем для окончания прогулки. От линии горизонта до сих пор тянулись витиеватые яркие ленты, начинающие постепенно угасать вместе с уходящем солнцем.       Фурина и Ху Тао вновь вырвались вперёд. Их разговор не смолкал, казалось, ни на минуту с того момента, как все четверо покинули театр Эпиклез. Но и винить-то их никто и не собирался. Прошло значительное количество времени, чтобы завести такую беседу о всех произошедших событиях, что единственным ограничением, которое смогло бы помешать, стал бы отсохший язык. Да и девушки, о чём не стоит спорить, без труда не только сошлись, найдя точки соприкосновений, но и так же легко заводили новые темы.       А в это же время Чжун Ли и Невиллет лишь молча продолжали идти. Их внимание завоевал не интерес к какой-либо теме, а окружающая природа, уходящая в короткую спячку. Именно это наполняло обоих умиротворением. Да и слова, по правде, были излишни.       Ни Чжун Ли не знал Невиллета, ни Невиллет не знал Чжун Ли настолько, чтобы с необычайной лёгкостью начать разговор, который при этом с большим энтузиазмом поддержат.       Да и о чём им следовало говорить? Быть может о…       –… Не сомневался, что вам удастся контролировать свои порывы. — начал Чжун Ли, сразу обратив на себя чужое внимание.       –Признаться честно, мне и не довелось контролировать себя. — дополнил Невиллет, склонив голову и прикрыв глаза. Лишние мысли тут же были отогнаны.       –Вот оно как. — с долей удивления ответил консультант. — Должно быть, ваши дела были настолько важны, что вам было совсем не до ощущений.       –Вы правы, но отчего же, по-вашему, тогда сейчас вы не ощущаете недуга? — Невиллет удивлённо осознал, что на лице заиграла невольная улыбка от замешательства Чжун Ли.       Ответа он не получил. Только уловил, насколько неловко, неясно отчего именно, стало консультанту, и продолжил:       –Возможно, моё внутреннее чутьё согласилось с той мыслью, что от вас не последует явной угрозы. По крайней мере в данное посещение Фонтейна. — уточнил Верховный судья, пока взгляд метал стрелы и копья. Никак иначе, кроме как предупреждением и лёгкой угрозой, это нельзя было назвать.       –Вам следует успокоиться, господин Невиллет, и прекратить рычать. — холодно и строго изрёк Чжун Ли, посторонившись.       Осознание того, что внутренний дракон взаправду высказывал недовольство тихим рычанием, пришло тогда, когда об этом упомянули.       –… Приношу извинения. — неловко прокашлявшись, извинился Невиллет и уронил взгляд в сторону.       Повисшее молчание прерывалось отрывками фраз, которые доносились от девушек, вовсе забывших, кажется, о том, что вслед за ними идут мужчины.       Шаги невольно замедлились, тем самым увеличив между ними расстояние, а Чжун Ли обратил на Невиллета свой взгляд.       –… Скажу честно, мне понравилось то выступление. — всё же признался Чжун Ли, ответив на некогда ранее заданный вопрос судьи…