Долгожданная встреча

Шёл снег. Если сощуриться и долго смотреть вверх, покажется, что небо с землёй плывут навстречу, и уже не понять, то ли снежинки спускаются на лицо, то ли сам летишь, летишь вверх. Но как только подует ветер, снежинки перестают спускаться, а летят в глаза, в рот. Снег летел, становясь плотной белой стеной. Пробраться через снежную стену нам с папенькой было непросто. Сильный ветер чуть не сбивал с ног, не давая гостям добраться до дверей, скрывавших за собой прекрасное торжество танца, которое вот-вот должно было начаться. Бал разгорается; танцующие кружатся неистово; в вихре развевающихся платьев и локонов мелькают белые, обнаженные, душистые плечи прекрасных дам. А я прячусь за огромной вазой с цветами. Чтобы хоть чуть-чуть перевести дух, пока снова не вовлекли в вихрь танца. Балы кажутся мне необыкновенно скучными. Хотя их и балами сейчас не зовут. Петровские ассамблеи, так их теперь называют. Ассамблеи — слово французское, которое на русском языке одним словом выразить невозможно, но обстоятельно сказать: вольное, в каком доме собрание или съезд; делается не для только забавы, но для дела, ибо тут можно друг друга видеть и о всякой нужде переговорить, также слышать, что где делается. Конечно, им не сравниться с путешествиями по волшебным мирам в компании верного друга. Ассамблеи начинаются со светских бесед. Здесь собеседника можно встретить разного. Есть те, с кем можно провести довольно приятную беседу, а есть такие, от которых уши вянут. Нескончаемый поток лести льётся на тебя, что из-за него не видишь способа его перекрыть. Наши беседы с Петей с ними не сравниться. Правда, они больше похожи на Петин монолог, а я его внимательно слушаю и, когда задаю вопросы в шутку, иногда называю его бисиктрисиусом. Он смотрит на меня сурово, а потом мы вместе смеёмся. Петя сразу сказал, что не обижается на меня за тот случай, но я знаю, что поначалу это было неправдой. Ну почти правдой, а потом он привык и смеётся над этим от всей души. Как мне сейчас не хватает его смеха. У всех этих кавалеров смех какой-то надменный. «Хо-хо-хо! Мадемуазель, вы сегодня так прелестны. Хо-хо-хо!» Какие они противные. За светскими беседами следовали настольные игры. Настольные игры являются частью ассамблеи, но исключая карты. Азартные развлечения под запретом, и его светлость не выносит карточных игр. Однако, он считает, что в шашки и шахматы играют ради интеллектуального развития. Поэтому шашки и шахматы разрешены на ассамблеях. Был бы здесь Петя, он бы им всем нос утёр. Им всем не сравниться с Петей. Петя каждый раз меня обыгрывает, а Кубику очень нравится восклицать: «Шах и мат, шах и мат». Один раз мне удалось избежать проигрыша. Как-то папенька вместе с этим сферичиским ставили опыт, и в результате что-то взорвалось, а от взрыва тряхнуло так хорошо, что все фигуры попадали на пол вместе с доской. Партию мы так и не закончили, а свои ходы, как принято на ассамблеях, мы не записывали. Меня находят в моём укромном месте. И ставят в пару с пожилым графом. Сам Государь поставил нас в пару. Пётр иногда лично руководит танцами. Он начинает с того, что расставляет танцующих в ряды, ставя дряхлых стариков вместе с молодыми дамами, и сам занимает место в первой паре. Так получается танец из нескольких пар. Все участвующие в танце кавалеры должны в точности повторять движения ног, которые выделывает царь. Хочу заметить, граф оказывается весьма неплохим танцором. Отточенным за годы движениям не хватает юношеской лёгкости. Наверно, в свои юные годы он был лучшим партнёром для дам, но годы берут своё. И вот праздник подходит к концу. К концу праздника избирается наиболее изящная дама, которая должна быть искусной в танцах, умелой в общении и которой в конце ассамблеи вручался букет цветов. Этой дамой становится дочь какого-то министра, с которым папенька имел честь вести дела. Этот букет она должна отдать кавалеру, у которого в доме хотела бы танцевать на следующем празднике. Вот если бы мне отдали букет. Я бы без раздумий отдала бы букет Пете, но Пети здесь нет.