Наша любовь.

***

Ибо на мгновение остановился, чтобы перевести дух. Он смотрел на Бэлль, её слегка растрёпанные волосы, припухшие от его поцелуев губы и блестящие глаза, в которых смешались растерянность и желание. Она выглядела одновременно смущённой и захваченной этим моментом. Его рука поднялась, чтобы нежно убрать прядь волос с её лица, а потом он аккуратно коснулся её щеки, будто проверяя, реальна ли она. – Бэлль, – его голос звучал хрипло, но в нём была нежность. – Нам нужно остановиться. Она моргнула, всё ещё тяжело дыша, и не сразу поняла, о чём он говорит. – Почему? – тихо спросила она, её голос звучал почти шёпотом. Ибо слегка улыбнулся, но в его глазах читалась борьба. – Потому что, если мы не остановимся сейчас, я не смогу сдержаться. А я не хочу… Я не такой. Бэлль почувствовала, как её щеки заливает жар. Она опустила глаза, чувствуя смущение. Её сердце всё ещё колотилось в груди, а в голове стоял туман от их поцелуев. – Ты ничего плохого не сделала, – добавил Ибо, поднимая её лицо за подбородок, чтобы она снова посмотрела на него. – Просто… я хочу, чтобы всё было правильно. Она кивнула, чувствуя одновременно облегчение и разочарование. Ибо протянул руки и обнял её, мягко притягивая к себе. Он уложил её голову на своё плечо, а сам устроился на диване поудобнее, накрыв их пледом. – Давай просто побудем так, – прошептал он, касаясь губами её макушки. Бэлль закрыла глаза, чувствуя, как его тепло окутывает её. Это было странное, но приятное ощущение – быть в его объятиях. Её тело расслабилось, а мысли начали ускользать. Ибо смотрел на её лицо, когда она начала засыпать. Её ровное дыхание успокаивало его, но внутри всё ещё бушевали эмоции. Он знал, что поступил правильно, но удержаться было невероятно сложно. “Ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу,” – подумал он, осторожно касаясь её руки. Но это не только про физическое влечение. Он хотел заботиться о ней, делать её счастливой, видеть, как она улыбается. Когда её дыхание стало ровным, Ибо закрыл глаза. Он устроился поудобнее, прижимая её к себе, и, чувствуя её тепло, впервые за долгое время заснул с ощущением абсолютного покоя.

***

Ибо проснулся первым. Его инстинкты сработали, как только тишину нарушил звук телефона. Он приподнялся, слегка нахмурившись, и увидел, как Бэлль, сонно потянувшись, нащупала свой телефон. Она взглянула на экран, и её сонливость мгновенно сменилась тревогой. – Мама… – прошептала она, а затем заметила десятки уведомлений: пропущенные звонки и сообщения от Дин. “Бэлль, твоя мама здесь! Она ищет тебя! Где ты?” – одно из сообщений явно было отправлено в панике. Бэлль почувствовала, как её сердце сжалось. Она быстро подняла трубку, но едва успела открыть рот, как услышала строгий голос матери: – Где ты сейчас?! – Я… я с подругой, – пробормотала Бэлль, чувствуя, как её голос предательски дрожит. – С подругой? Ты думаешь, я поверю в это враньё? Ты в общаге, а я почему-то тебя там не вижу! – голос матери звучал холодно и властно, как всегда. – Ты вообще понимаешь, что сейчас три часа ночи? Где ты, Бэлль?! Бэлль глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Её взгляд скользнул к Ибо, который смотрел на неё с вопросом в глазах, готовый вмешаться, если потребуется. Она попыталась сохранить спокойствие: – Я… я скоро буду. Не переживай. – Не переживать? – раздался саркастический смешок. – Ты говоришь мне не переживать, когда ты, взрослая, разумная девушка, исчезаешь на всю ночь? Ты хочешь, чтобы я вызвала полицию? Ты представляешь, что я чувствую? Бэлль закрыла глаза, чувствуя, как у неё начинается головная боль. Она знала, что мать не прекратит свой монолог, пока не добьётся ответа. – Мама, я в порядке. Я не одна. Я с… другом. Я вернусь через полчаса. На другом конце линии повисла напряжённая пауза, а затем последовал колючий вопрос: – Друг? Какой ещё друг? Ты совсем с ума сошла? Вместо того чтобы заниматься учёбой, ты шляешься непонятно где с кем попало? Бэлль, я тебя этому учила? Бэлль прикусила губу, сдерживая раздражение и обиду. Слова матери, как всегда, проникали глубоко, задевая больные места. Она почувствовала, как Ибо, не говоря ни слова, положил руку ей на плечо, будто пытаясь передать поддержку. – Я вернусь, – повторила она тихо, закрывая глаза, чтобы сдержать слёзы. – Мама, пожалуйста, просто подожди. – Полчаса. Не больше, – резко ответила мать и бросила трубку. Бэлль опустила телефон, чувствуя, как нарастает чувство вины и беспомощности. Её руки дрожали, и она не сразу смогла посмотреть на Ибо. – Всё в порядке? – тихо спросил он, склонившись ближе. Она покачала головой, убирая волосы с лица. – Нет, – ответила честно, голос её был полон усталости. – Моя мама… она вечно требует от меня больше, чем я могу дать. Ибо мягко провёл рукой по её плечу, пытаясь успокоить. – Поехали. Я отвезу тебя, – сказал он. Бэлль молча кивнула, чувствуя, как внутри всё кипит от тревоги и обиды. Она знала, что ей предстоит сложный разговор с матерью, но сейчас единственное, чего ей хотелось, – это оказаться дома, пусть даже там её ждёт буря.

***

Ибо завёл машину и включил мягкую музыку, надеясь, что это поможет Бэлль немного расслабиться. Но её напряжение было настолько очевидным, что он сам начинал нервничать. Она сидела рядом, нервно покусывая ногти и постукивая ногой по полу машины. Взгляд её метался из стороны в сторону, словно она пыталась найти выход из лабиринта, в котором оказалась. – Эй, Бэлль, всё будет хорошо, – тихо сказал Ибо, не отрывая глаз от дороги. – Ты не понимаешь, – пробормотала она, даже не взглянув на него. – Она всегда такая… холодная. Ей всё равно, как я себя чувствую. Главное, чтобы я была идеальной. И чтобы всё шло так, как она хочет. Ибо бросил на неё быстрый взгляд. Ему не нравилось, как дрожат её руки, как она сжимает и разжимает кулаки, словно пытается справиться с бурей внутри. – Мне войти с тобой? – спросил он, нарушая напряжённое молчание. Бэлль мгновенно покачала головой. Она прекрасно знала, что это не поможет, хотя, если быть честной с собой, ей ужасно хотелось, чтобы он был рядом. Чтобы его спокойствие и уверенность помогли ей выдержать этот разговор. Но она не могла. – Не хочу, чтобы она отчитала меня при тебе, – прошептала она, чувствуя, как сердце сжимается от одной только мысли. – Потом мне будет стыдно… перед тобой. Ибо вздохнул. Ему не нравилось это решение, но он понимал, что не может её заставить. Вместо этого он остановил машину возле общежития, но не торопился прощаться. – Бэлль, ты не должна справляться со всем этим одна, – сказал он, поворачиваясь к ней и беря её за руку. Его голос был мягким, но серьёзным. – Если тебе станет плохо, или ты почувствуешь, что не можешь больше это терпеть, просто позвони. Ладно? Я приеду, даже если это будет три утра. Она с трудом улыбнулась, глядя на его искреннее лицо. Его забота растопила что-то внутри неё, но она всё ещё чувствовала груз предстоящего разговора. – Спасибо, – тихо ответила она, слегка сжимая его руку. Бэлль открыла дверь, но перед тем как выйти, обернулась. – Ибо… ты лучший, правда. Спасибо, что был со мной этой ночью. Это… значит больше, чем ты думаешь. Он улыбнулся своей фирменной полуухмылкой, но в его глазах была нежность. – Иди, тигрёнок. А я буду ждать. Если что, я тут. Бэлль закрыла дверь и, глубоко вздохнув, направилась к входу. Её ноги всё ещё дрожали, но слова Ибо продолжали звучать в её голове, давая ей крошечную искру уверенности.