Сумма обстоятельств

      А дальше началась подготовка к зимней сессии и Новому году. У Михи всё было разложено по полочкам, попарно-параллельно, как карандашики на столе. А у Валерки вечно всё было через пень-колоду: все конспекты перепутаны, лабы частично сданы, наполовину недописаны. И хотя контрольные все у него были на «четвёрочку», в основном, из-за почерка, по трём предметам у него выходили, в лучшем случае, «тройки.»       Миху это бесило до невозможности, потому что Валерка был умница и схватывал на лету то, что самому Михе приходилось зубрить наизусть, еле понимая, вообще, о чём речь. Но Валерка ему объяснял на пальцах, как и что, легко и не напрягаясь, и в результате у Михи выходила «пятёрка», а у Валерки – «трояк.»       Но стоило задать Михе вопрос чуть в сторону от темы, как он «поплыл» бы, отчего и боялся экзаменов, как кары небесной. А Валерку всегда кривая вывозила на дополнительных вопросах, на которые он отвечал чуть ли не лучше, чем на основную тему билета.       Наконец, Михе надоело с ним бороться, каждый день попинывая своего дружка: «сегодня ты должен сделать это, а завтра сдать, а через два дня контрольная, не забудь, потому что до зачёта иначе не допустят» – и он пообещал, что будет того пороть по понедельникам «в целях профилактики.»       – И никаких тебе поцелуев и всего прочего, пока не сдашь! – хмуро заявил Миха, глядя на список его «хвостов.» Валерка обиженно поморгал, но со вздохом взялся за учёбу. Это, конечно, был удар ниже пояса, и сам Миха после этого неделю ходил, как в воду опущенный, пока Валерка дулся на него, вымещая всю злость на форумах и уравнениях.       Но через десять дней, когда «хвостов» стало в половину меньше, а ко всем зачётам Валерку всё-таки допустили, закрыв глаза на некоторые оплошности, Миха устроил ему настоящий праздник. Вытащил его в кино, чудом урвав два билета на новый боевик, на последний ряд. Сеанс прошёл с некоторым хулиганством в полутёмном кинозале, после которого на них с лёгким удивлением косились мальчики и девочки, выходя из зала, а Миха с Валеркой топали за ними и ржали, как ненормальные.       А дома их ждал заранее приготовленный Михой ужин из любимых Валеркой креветок и кальмаров колечками с пастой. И хотя Миха не стал брать крепкий алкоголь, только пиво – на всякий случай, чтобы не вышло чего – вечер удался на славу.       Но Валерка не был бы Валеркой, если бы не удивил его и на этот раз. Может быть, он слегка опьянел не столько от пива, сколько от нежных ласк и всего остального, но в тот момент, когда Миха потянулся к его паху губами, Валерка заговорщически усмехнулся и тихонько шепнул:       – Сегодня я хочу по-другому.       Он достал детский крем в алюминиевом тюбике, выдавил себе на ладошку и, раздвинув ноги, смазал себя сам. А потом перевернулся на живот и слегка напряжённо произнёс, повернув голову:       – Давай.       Миха погладил его по напряжённым голым ягодицам и неловко поинтересовался:       – Валер… Ты уверен?       Тот нетерпеливо сжал его руку и выдохнул:       – Ну же, Миха, не ломайся! Пока я сам этого хочу…       – Ладно, – прошептал Миха. Смазал на всякий случай и себя, зачем-то поцеловал его в ягодицы и раздвинул их. Дырочка казалась такой маленькой, что он боялся, что сделает Валерке больно и замер в самый последний момент.       – Да не тяни же ты уже, – чуть ли не сердитым шёпотом проговорил Валерка и взялся за него сам, сжимая в ладони и направляя в себя. А потом расслабился и выдохнул:       – Только не спеши, не весь сразу…       Когда Миха всё-таки исхитрился войти в него, тот звонко пукнул и заскрипел зубами, сжимая пальцами простыню.       – Больно? – испугался Миха, двинувшись обратно.       Валерка сглотнул, пробормотал:       – Терпимо… Не переживай, я сам хочу! Давай, Миха, не останавливайся!       Внутри Валерка был таким тугим и горячим, что Миха после нескольких толчков уже почувствовал, как на него накатывает неудержимая волна – и свалился лицом на его потную спину, выпрямляя дрожащие ноги. Он обхватил Валерку под руки через подмышки снизу и принялся облизывать его шею и плечи, прижимаясь к нему всём телом и входя до самого лобка.       Тот забился под ним, завертелся и вдруг вывернул шею, ища губами его рот:       – Мишка, поцелуй меня!       Но Миха уже улетел, вцепившись зубами в мочку его уха и содрогаясь всем телом. А когда пришёл в себя, поискал губами его рот и засунул свой язык так глубоко, как смог. Чуть сам не поперхнулся. И проговорил, оторвавшись и целуя в косточку за ухом:       – Люблю тебя.       Валерка пошевелился под ним, отпустил простыню и обхватил его ноги снизу своими.       – Я тебя тоже, – хрипло отозвался он. – Не выходи… Давай так полежим немножко, ладно?       Он вытянул Михину ладошку из-под себя и уткнулся в неё губами.       – Ты будешь смеяться, но я, похоже, обоссался от счастья, – с ехидцей проговорил он.       – Не буду, – смущённо ответил Миха. И осторожно спросил:       – Тебе хоть понравилось?       Валерка помедлил с ответом и честно признался:       – Не знаю. Но у меня ещё ни разув жизни не было, чтобы я без рук кончил! – дурашливо ответил он.       Миха вздохнул и слез с него, глядя на перепачканные простыни и себя.       – Пошли мыться, – шлёпнул он Валерку по попе. И вздрогнул, только сейчас сообразив, что они сделали. – Тебе правда этого хотелось? – неуверенно спросил он.       Валерка перевернулся на спину и внимательно на него посмотрел.       – Правда, – кивнул он. – Хотелось. И чтобы именно ты, а никто другой… Давно хотелось, Мишка.       Он опустил глаза и виновато пробормотал:       – Миха, прости. Кажется, я тебя совсем совратил, да?       Миха встал с постели и потянул из-под него простынь с мокрым пятном.       – Не выдумывай, – попросил он. И добавил:       – Мне всегда нравились парни, только я сам боялся себе в этом признаться.       Валерка уставился на него изумлённо, а потом вскочил с кровати, сорвал с неё бельё и с облегчением зарылся в него носом. И тихонечко засмеялся.       – Ты мне чуть ухо не откусил!       Миха виновато погладил его по голове.       – Прости, – сказал он смущённо.       – Ещё скажи: «Я больше не буду!» – заржал Валерка, подтираясь простыней. У него ощутимо подрагивали ноги.       – Буду, – пообещал Миха. – Мне понравилось... Но только с тобой, ясно?       Валерка улыбнулся и кивнул.       – Можем повторить в душе, – слегка смущаясь, предложил он.