Сумма обстоятельств

      На Новый год Евгений припёрся в общагу полтретьего ночи, отпросившись у родителей, и, захмелев буквально с одного бокала шампанского, полез ко всем приставать, не разбирая ни пола, ни возраста.       Миха и Валерка отбивались от него, дурашливо щекоча и насмешничая. А Танюха сначала грозилась отшлёпать по попе, как маленького. Но через четверть часа они уже целовались, разобравшись по парам, и смущённо поглядывая друг на друга.       Правда, когда утром Миха с Валеркой, проснувшись в одной постели, обнаружили на соседней койке спящих в обнимку голого мальчишку и раздетую девушку, то решили, что пора поговорить.       – Танюха, тебя посадят за совращение малолетних, – пообещал ей за завтраком Валерка, прихлёбывая из кружки свой кофе.       Та покраснела, опустила глаза в свою тарелку и ехидно сообщила, что ему с Михой тоже не поздоровится, если про них кто-то узнает.       Миха икнул, уткнувшись в чашку, и возразил, что Валерка, скорее всего, имел в виду, что нечего спаивать мальчишку.       Евгений сердито звякнул вилкой об тарелку и сообщил, что он уже не мальчик, а мужчина, и сам за себя отвечает.       Валерка неожиданно с ним согласился, собирая со стола грязную посуду. И прямо в лоб сообщил ему, что теперь он, вообще-то, как мужчина, несёт ответственность и за свою девушку.       Тот сначала приподнял брови, а потом согласно закивал. И гордо заявил, что и не собирался ни о чём болтать, чтобы не подставить свою девушку под удар.       – Молодец, – кивнул Валерка и спокойно предложил отметить всем вместе сдачу зимней сессии вчетвером. Только безо всяких глупостей.       – Без секса и алкоголя? – усмехнулась Танюха. Миха обиженно поджал губы: вот ещё, новости! Он-то почему должен ото всего отказываться? Валерка покачал головой:       – Знаете, что, девочки-мальчики… Раз у нас с вами сложилась такая чудная компания, то давайте решать всё вопросы сообща. Например, голосованием. Идёт?       – Идёт! – быстро брякнул Женька и посмотрел на Танюху. Та насмешливо улыбнулась и наклонила голову:       – Хорошо, – согласилась она.       – Ладно, – буркнул Миха и жалобно посмотрел на Валерку: «Ты уверен, что нам с тобой это надо?»       Тот взял его за руку и, не стесняясь, поцеловал его в ладошку. При всех. Но тут же отпустил его руку.       – Так что там с сессией? – с любопытством поинтересовался Женька. – Как насчёт алкоголя и секса?       Танюха повела плечом:       – Я за! - заявила она с усмешкой.       Миха тоже усмехнулся, глядя, как Женька берёт её за руку и точно так же целует ладонь.       – Ладно, – согласно кивнул он.       – Ну вот и отлично, – с облегчением выговорил Валерка. И шутливо добвил:       – Из нас бы получилась отличная семейка!       Танюха оглядела всех троих парней с лёгким сомнением на лице:       – Слыхала я про многожёнство, но чтобы наоборот...       Женька ехидно подколол:       – А ты попробуй! Вдруг тебе понравится?       Валерка фыркнул и ляпнул:       – Колхозом жить легче, – чуть насмешливо проговорил он. – Если мы поссоримся, вы нас помирите, и наоборот… – он заглянул в глаза Танюхе и Женьке. – А самое главное, что рядом с каждым из нас будут люди, которые нас принимают такими, какие мы есть.       Миха удивлённо захлопал глазами:       – Ты что, предлагаешь так и жить вчетвером всю жизнь?       Танюха взяла его за другую руку, спросив глазами разрешения у Валерки: «можно?»       Тот с улыбкой кивнул.       – Мишка, – спокойно произнёс он, – а почему нет? Никто тебя не заставляет спать со всеми. Но если мы останемся все вместе, вчетвером, то такого романа ещё никто не видел!       И тут Миха, наконец, обо всём догадался. И побледнел, как полотно.       – А я не против, – слегка покраснев, быстро проговорил Женька. И, запинаясь, объяснил:       – И жить со всеми, и спать.       Валерка расхохотался и шлёпнул его по руке:       – Вот ведь неугомонный! – с усмешкой проговорил он и вполне серьёзно добавил:       – Миха, тебе решать.       И тогда Миха молча кивнул, глядя, как Валерка берёт за руку Женьку, и протянул ему свою ладошку, словно прощаясь:       – Ладно, – просто сказал он. – Только при одном условии.       Тот поднял на него глаза, замер и выдохнул.       – Ты больше не напишешь про нас ни строчки, – медленно произнёс Миха, заглядывая в его испуганные глаза. – Дальше мы сами, ладно? Все мы, и ты тоже.       И зажмурился, сжимая Валеркину ладонь, точно ожидая, что прямо сейчас для него всё закончится.       Может быть, это была ошибка, последняя из всех. Самая глупая и самая главная… А может, и нет.       В крайнем случае, каждый, кто угодно может переписать этот роман заново сам для себя. Хоть с самого начала до самого конца. Так, как ему понравится. С другими героями или обстоятельствами… А почему нет?       Ведь самое больное одиночество – это конец любой книги: всё, что могло произойти, уже случилось. Персонажи остались друг с другом, а ты, читатель – наедине с собой. И остаётся только вспоминать отдельные сцены и события или перечитывать всю книгу заново. Но это, в сущности, одно и то же.       Можно написать продолжение, но от этого та, первая книга уже не изменится.       Главное, не забывать при этом сделать свою жизнь. Чтобы тот, кто пишет про тебя, задумался: а он-то сам – герой чьего романа?       2021