Ноксианская богачка

В положении постельного раба богатой ноксианской аристократки имеются некоторые преимущества. Например, почти неограниченный доступ до её семейной библиотеки, в которой обнаруживается немало редких старинных изданий. Некоторые книги и вовсе существуют лишь в единственном экземпляре и Виктор о них только мельком слышал, а некоторые, к его стыду, ни одному из них совершенно не знакомы. Они с Джейсом несказанно рады лично познакомиться с самими выдающимися трудами своих предшественников. Взять себе частичку интеллектуальных богатств госпожи Мэл. Если они не в трапезной, не в спальни и не в купальне, их практически всегда можно найти в библиотеке. Мэл над ними за это беззлобно посмеивается. В очередной раз находя своих компаньонов среди стопок пыльных книг, называет книжными червями. Джейс смеётся и дурашливо интересуется в ответ, каким из червей "птица Мэл" желает перекусить, а Виктор однажды, не отрываясь от особенно интересной книги, бурчит, называет её "землеройкой". Мэл тут же берётся выяснять, что такое эта самая "землеройка". "Землеройка Мэл" в ту же ночь "случайно" оставляет на плече Виктора болезненный укус. Их отношения на троих странные, не похожие ни на что, что Виктор видел прежде, совершенно точно не походящие на отношения между забитым рабом и ноксианским поработителем. Но странно - не значит плохо. Джейс (с согласования с Виктором, разумеется; у них был разговор об этом тет а тет) старательно окучивает Мэл. Или это Мэл окучивает Джейса Талиса, окружая Виктора всяческой заботой, комфортом и задаривая обоих подарками. За почти год отношений Виктору так и не удаётся разобраться в этом хитросплетении, но результатом становится то, что Джейс называет Мэл "их женщиной", а Мэл их - "своими мужчинами". Определение, по мнению Виктора, не совсем справедливое, ведь ни разу за этот год госпожа Мэл не требовала соития с Виктором. Иногда ноксианка припадает к его губам в почти целомудренном поцелуе, иногда ластится к нему в постели, чаще смотрит на них двоих, передающихся ласкам. Порой сам Виктор становится свидетелем происходящего под боком разврата, в процессе которого Виктору перепадают прикосновения и поцелуи от обоих. Мэл не пытается стребовать заявленную цель покупки с Виктора и его полностью устраивает такое положение дел. Ноксианка любит поговорить томными вечерами, пока Джейс усердно выцеловывает её изящные запястья и лодыжки. Их женщина предпочитает говорить о политике. Она много говорит о том, сколь несправедлив Ноксус, насколько прогнила система бесконтрольной власти одного лица, и о том, как сильно она хотела бы всё изменить, и о том, что однажды она непременно изменит. Оба, и Виктор, и Джейс, слушают эти слишком амбициозные пустые мечтания вполуха, не придавая им особого значения, пока однажды вечером Мэл не приходит к ним в весьма интересом украшении на голове. Виктор первым подмечает символы Ноксуса и власти, выгравированные на новом золотом обруче "их женщины". Позволить себе такое украшение может только действующий монарх. Госпожа Мэл вовсе не птица и не землеройка. Крупная рыба клюнула на двух лабораторных червей из Пилтовера. * * * * На второй день от коронации королева Мэл Медарда запрещает рабство.