Новая волна старых сильнейших

      Входная дверь открылась, и в проеме появился Артём. Как и всегда, вампир выглядел безупречно, несмотря на явные признаки похмелья. Он был одет в толстовку, которую ранее девушки видела на Диме, и широкие спортивные штаны, подчеркивающие его фигуру. От него пахло дорогим древесным парфюмом с легкими нотами цитруса.       — Добрый де-ень! — его голос звучал чуть хрипло, но по-прежнему обаятельно.       Соня улыбнулась, отступая в сторону:       — Ну наконец-то! Кофе будешь? Или чай?       — Кофе, конечно, — вампир легко шагнул в квартиру, его взгляд скользнул по Нелли, которая стояла чуть позади Сони.       Когда он наклонился для приветственного поцелуя, Нелли едва заметно отклонилась, и его губы лишь слегка коснулись её щеки.       — Ой, что-то сегодня холодно, — он приподнял бровь, но тут же увлекся ароматом свежесваренного кофе.       Нелли бросила на Соню убийственный взгляд, когда они проследовали на кухню. Её глаза ясно говорили: "Ты серьезно?! Сидеть тут чаевничать, когда в соседней комнате Влад, который может выкинуть что угодно?!"       На кухне Соня ловко управлялась с кофемашиной, наливая Артёму свежий эспрессо. Сама ведьма допивала свой начатый ранее капучино, а для Нелли заварила травяной чай.       — Ну как вчерашний вечер? — спросила Соня, усаживаясь за стол.       Артём оживился:       — Маша нас еле до дому довезла. А потом мы продолжили и вообще... а-а-а, с Димкой просто жесть как посидели, до утра почти!       — Куда вам еще? Вас и так еле уволокли... — Нелли сделала осторожный глоток чая.       — А мы часок вздремнули и — бац! — второй заход! — он рассмеялся.       В этот момент из спальни раздался звонок телефона. Нелли вздрогнула так сильно, что чай немного расплескался на стол, а ладони моментально покрылись испариной.       — Блять, Глеб отсыпается и забыл будильник убрать! — Соня вскочила так резко, что стул грохнулся на пол, и бросилась в спальню.       Артём усмехнулся и приподнял бровь:       — Видимо, не только мы с Димкой вчера перебрали.       — Да... мы его еле дотащили домой... — Нелли нервно подхватила, стараясь поддержать легенду о том, что она была этой ночью с ведьмой и её мужем.       Краснов медленно поставил чашку на стол, его пальцы задержались на стекле дольше необходимого. Внезапно он наклонился вперед, и его голос стал мягким, но с отчетливой металлической ноткой:       — Слушай, кошка... А почему ты не поехала домой после лофта? — он сделал паузу, изучая её реакцию, — Я переживал...       Его вопрос повис в воздухе, будто лезвие бритвы. Нелли почувствовала, как её горло внезапно пересохло. Она сделала слишком большой глоток чая, обжигая язык.       — Ну... ты просто не видел, насколько мы все напились под конец... — девушка нервно провела рукой по волосам, хотя ни одна прядь не выбивалась из причёски, — У меня состояние было... мм... такое себе. А с Соней и Глебом мы... коллективным мозгом добрались.       Артём замер, его тёмные глаза сузились. На мгновение в них вспыхнуло что-то острое, хищное, но тут же исчезло за привычной обаятельной улыбкой. Он медленно откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, но почти у ту же секунду поднялся и обошёл стол неторопливыми шагами. Остановившись за спиной Нелли, он бережно положил руки ей на плечи.       — Главное, что всё в порядке, — спокойно протянул Артём, слегка сжимая плечи девушки в тёплых ладонях.       Наклонившись, он нежно поцеловал её в макушку — лёгкое, едва ощутимое прикосновение губ. Затем просто постоял так несколько мгновений, его дыхание было ровным и спокойным.       — Я рад, что ты в безопасности, — добавил он простодушно, прежде чем вернуться на своё место.

***

      Дверь в спальню захлопнулась с глухим стуком. Соня, прижавшись спиной к деревянной поверхности, выдохнула так, будто только что пробежала марафон. Обычно светлые глаза метали чёрные молнии в сторону Влада, который, развалившись на кровати, с невозмутимым видом листал какую-то книгу, явно позаимствованную с её тумбочки.       — Ты совсем ебнулся?! — прошипела она, стараясь не повышать голос, но от этого её шёпот звучал только яростнее. — Я тебе сказала сидеть тихо! Что за, блять, звонок?!       Влад медленно поднял глаза от страницы, его губы дрогнули в лёгкой усмешке.       — Ну и что? Звонок как звонок, работа.       — Нелли сейчас на кухне с Артёмом! — Соня чуть не задохнулась от ярости.       Он отложил книгу и сел на край кровати, пальцы нервно постукивали по колену.       — А мне, собственно, какое дело? — его голос звучал нарочито спокойно, но в глазах читалось раздражение. — Она сама решила врать, я бы поступил иначе.       — Мы оба её прикрываем, потому что она наша подруга! И если ты сейчас всё испортишь, то выглядеть виноватой буду я, потому что это моя квартира! — Соня сжала кулаки.       — А мне вот интересно, — его голос стал тише, но от этого только опаснее, — почему это я должен прятаться, как последний подкаблучник?       — Потому что ты сам согласился на эту авантюру! — ведьма закатила глаза. — Ой, Влад, ну серьёзно? Ты сейчас будешь ревновать Нелли к её же парню?       Он резко отстранился, лицо исказила гримаса раздражения.       — Я не ревную. Просто не люблю, когда меня используют.       — Используют? — Соня фыркнула. — Ой, да ты просто герой! Прячешься в моей спальне, пока твоя пассия на кухне врёт своему кавалеру... Классика жанра.       Влад стиснул зубы, но не ответил. Вместо этого он снова схватил книгу, швырнул её на кровать и прошёлся по комнате, будто загнанный зверь. Соня вздохнула и скрестила руки.       — Ладно, слушай. Потерпи ещё полчаса. Артём скоро уедет, Нелли уйдёт с ним, и ты спокойно выйдешь. Всё.       Он остановился, посмотрел на неё с едким сарказмом.       — А если я передумал терпеть?       — Тогда ты не только подставишь Нелли, — её голос стал ледяным, — но и мне устроишь скандал на ровном месте. И поверь, после этого я больше связываться с вами всеми не стану.       Влад замер, оценивая её слова. Потом резко махнул рукой и снова плюхнулся на кровать.       — Чёрт с тобой. Полчаса. Но если он полезет сюда — я не буду сидеть тихо.       Соня закрыла глаза, мысленно считая до десяти. Главное — чтобы Артём не услышал. А за дверью тем временем раздался смех Нелли — слишком громкий, слишком нервный.

***

      Когда Егорова вернулась на кухню, Артём с жаром что-то рассказывал, размахивая руками, а Нелли сидела, уставившись в чашку с недопитым чаем, и лишь изредка кивала с пустым взглядом.       — ...ну представляешь, море, солнце, мы на яхте! — Артём щёлкнул пальцами перед лицом Нелли, пытаясь поймать её внимание. — Или, может, горы? Ты же любишь холод!       — М-м, ну да... — Нелли механически улыбнулась, но её глаза оставались стеклянными.       Стул скрипнул, когда Соня подсела к столу. Нелли тут же оживилась, словно только сейчас по-настоящему проснулась.       — Сонь, как там Глеб? — спросила она с наигранной заботой, но в голосе явно читалось: "Ради бога, скажи что-нибудь, чтобы этот разговор закончился".       — Пока ещё не в форме, чтобы вставать, — девушка лениво потянулась, делая вид, что зевает. — Но я потом разберусь, не переживай.       Артём фыркнул и потянулся за телефоном.       — Ну, раз наш друг ещё в отключке, то, может, поедем, солнце? — он ткнул пальцем в экран, вызывая такси. — Я тебя домой отвезу, ещё отоспишься, а то вся какая-то... сонная.       — Да, давай, — Нелли чуть ли не подпрыгнула от облегчения, но тут же сгладила порыв, добавив мягче: — Просто голова болит после вчерашнего.       — Почему-то я не удивлён. А ещё на нас с Димкой фыркали! — Артём подмигнул Соне, та лишь усмехнулась в ответ.       Пока он возился с приложением такси, девушки встали, и Нелли обняла Соню чуть крепче, чем обычно.       — Спасибо, — прошептала она так тихо, что даже Артём не услышал.       — Не благодари, — Соня ответила в том же тоне, но с лёгкой язвинкой. — Только в следующий раз предупреждай заранее, что будешь проводить время не с вампиром, а чернокнижником.       Нелли фальшиво засмеялась, будто это была шутка, и поспешно натянула куртку.       — Так, машина через пять минут, — объявил Артём, закидывая телефон в карман. — Сонь, ты как? Одна тут с Глебом справишься?       — Ой, да я вообще героиня сегодня, — она махнула рукой. — Идите уже, а то он ещё проснётся и начнёт требовать завтрак.       Артём рассмеялся, потянул Нелли за собой, а Соня, скрестив руки, наблюдала, как они выходят в подъезд. Дверь закрылась. Тишина. Она глубоко вздохнула и повернулась к спальне, где ждал Влад.       — Ну что, "Глеб", — крикнула она уже громче, — теперь давай разберёмся с тобой. Из-за двери послышался недовольный вздох.

***

      Чёрный седан мягко подкатил к подъезду, шины шуршали по мокрому асфальту. Артём щелчком открыл заднюю дверь и галантным жестом пропустил Нелли внутрь. Девушка молча скользнула на кожаное сиденье, пальцы судорожно вцепились в пластиковый пакет — внутри болталось смятое вечернее платье и телефон.       — Давай, садись, — бросил он через плечо, обходя машину.       Дверь захлопнулась с глухим, ватным стуком. Таксист — молодой парень в чёрной бейсболке и обтягивающей футболке — оживился при виде Артёма:       — О, братан, вижу ты тоже железом балуешься? — он кивнул на рельеф бицепса под рукавом.       — Как без этого, — вампир лениво усмехнулся, устраиваясь рядом с Нелли. Он привычно нашёл её руку, тёплую, но неподатливую. Девушка не ответила.       Разговор завязался сам собой — про сплиты, креатин, новые клубы в центре. Нелли закрыла глаза. Её лицо было почти прозрачным — под глазами синела усталость, дыхание ровное, но срывающееся. Она устроилась у стекла, лбом к каплям дождя, словно прячась от мира. Артём смотрел на неё краем глаза. Город за окном тек мимо, размытым калейдоскопом фонарей.       — Эй, красотка, тут же неудобно, — он мягко перехватил её плечи и притянул ближе.       Нелли безвольно устроилась у него под плечом — движение привычное, механическое. Одна рука всё ещё сжимала злополучный пакет. Он обнял её за талию, пальцы скользнули по плотной ткани пальто, ощутив даже через неё едва заметную дрожь. Артём наклонился и коснулся губами её макушки. Яблочный шампунь, лёгкий шлейф ванили от геля для душа. Вампир-парфюмер точно помнил, что обычно так пахла Егорова. Ничего необычного, девушка же ночевала у ведьмы.       Но потом он опустил голову чуть ниже — к её открытому вороту. Вдохнул. И замер. Запах. Не её. Неожиданный, чужой, резкий в своей точности. Металлический, с терпкими нотами пачули и тёплой тяжестью мускуса. Что-то острое, будто статика перед грозой. Память не подвела: этот аромат он уже знал. Не из своего опыта с парфюмами. Не со своих тренировок по смешиванию отдушек. Просто — знал. Откуда-то из недавней жизни. Съемки, тусовки. Мимолётное рукопожатие. Или плечо, мелькнувшее в толпе друзей, слишком близко к ней. Влад. Он увидел лицо, вспомнил голос. И — запах. Мужской. Слишком уверенный. И теперь он здесь, на ней.       Пальцы Артёма невольно сжались на её талии. Легко. Почти незаметно. Но внутри что-то уже хрустнуло.       — Так я ему и говорю — без BCAA никак! — бодро произнёс таксист, крутя руль.       — Ага, — автоматически ответил Артём.       Он посмотрел на неё. Близко. В глаза не смотрел — они были закрыты, как створки, за которыми что-то спрятано. Ресницы разметались по щекам, дыхание сбилось, будто во сне ей снилось что-то тревожное.       Артём медленно выдохнул. Губы сжались в тонкую линию. В груди разлилось ощущение пустоты — вязкой, липкой. Как кровь, но уже свернувшаяся. Таксист что-то сказал про новый клуб на Ленина, но голос его плыл, отдалялся. Всё отдалялось. Он обнял Нелли крепче. Слишком крепко. Почти как удержать, не дать уйти. Не отпустить. Он прижал губы к её виску, будто бы прощаясь, хотя ничего не говорил.       Запах ванили, шампуня — всё исчезло. Осталось только то, чужое. Мужское. Осталось ощущение предательства, ещё не доказанного, но уже непреложно знаемого. Он не знал, что было на самом деле. Не знал, когда и почему. Но знал, что это случилось. И что между ними теперь — тишина. Не молчание. Именно тишина — та, в которой больше нечего сказать. Он не сделал ни сцены, ни допроса. Не отстранился. Только держал.

***

      Разбитый стакан валялся в луже виски, осколки поблескивали под тусклым светом кухонной лампы. На полу — пятна алкоголя, пропитанная злостью тряпка, запах спирта, едва не смешанный с потом и чем-то железистым, как у крови. Влад, опустившись на колени, дрожащими руками пытался собрать последствия прошлой ночи, разговора, прикосновений, но пальцы не слушались — то ли от ярости, то ли от отходняка после очередного приступа. Каждое движение отзывалось болью. Не физической — глубже.       Вдруг воздух в комнате как будто сгустился — стал вязким, тяжёлым, словно кто-то пролил нефть в атмосферу. Появился запах — гарь, прелые страницы, прогорклая сера. Старый, мерзкий, липкий.

— Ну что, Владюш, как успехи? — скрипучий голос вспыхнул у него в голове, как гвоздь, забитый внутрь. — Добился своего? Ну, кроме воняющей вискарём кухни, конечно.

      Влад резко выпрямился, хватаясь за край стола, словно пытаясь остаться на поверхности. Зубы стиснуты. — Толя... я не в настроении.

— Ой, да неужели?! — голос демона взвизгнул от восторга. — А что, девочка опять ушла к вампиру? Да не может быть! Никогда бы не подумал, Владик, серьёзно.

      Чернокнижник швырнул тряпку в раковину с такой силой, что брызги поднялись на кафель. — Она не с ним, она просто...

— Просто? — Толик перебил, голос стал сладким, как гнилой мёд. — Просто поехала домой, прижавшись к нему всем телом? Просто устроилась у него под плечом, как этим утром делала с тобой? Просто спала, пока он вдыхал запах её кожи, проверяя, не оставил ли ты там свой след?

      У Влада перед глазами вспыхнула сцена, которую он не мог видеть — но чувствовал. Запах. Тот самый момент. Губы вампира рядом с её шеей. Её макушка, её тишина. Он знал. — Ты... видел? — Влад выдохнул, не веря, но уже не удивляясь.

— Видел? — демон захохотал, с хрипотцой. — Влад, родной, я в твоей башке сижу. Я — ты, только без твоего нытья и иллюзий. Всё, что чувствуешь ты — я проживаю глубже. Ты сам всё понял, даже если не хотел признавать.

      Влад резко ударил кулаком по столу. Дерево застонало, дрогнуло. Боль в костяшках отозвалась как звон в черепе. А Толик — только засмеялся громче.

— О да, бей, бей, разомни кулачки! Я ж говорил тебе: она его выберет. Потому что он — стабильность, искренность. Красивый. Тихий. Вечно спокойный, как холодильник в морге. А ты? С тобой же жить невозможно. У тебя то магия прет из глаз, то крыша едет, то демон в башке вещает.

— Заткнись... — прошипел Влад, голос дрогнул, сорвался.

— А знаешь, что самое смешное? — Толя понизил голос, почти до интимного шёпота. — Она даже не догадывается, как ты её любишь. Не влюблён, Влад, не "нравится". Ты в ней утонул. Она — причина, по которой ты ещё не спалил этот чёртов дом со всеми потрохами.

      Чернокнижник всхлипнул — беззвучно, почти без воздуха. Челюсть ходила ходуном.

— А он, между прочим, сегодня её уложил. Спать. Тихо. Осторожно. Может, поцеловал. Может, нет. Но знаешь, в чём суть?

Пауза.

— Он — рядом. А ты — нет.

      Бутылка с виски метнулась в стену и разлетелась на сотни осколков. Плеск, звон, падение. Толик захохотал с настоящим удовольствием.

— Вот это другое дело! Наконец-то! Гнев, ненависть — вот, чем питается сила, малыш! Не сопли твои жалкие, не розовые фантазии. Ты не романтик, Влад. Ты — чернокнижник. В тебе кровь, злая и древняя. Слушай её.

      Влад опёрся обеими руками на стол, дышал тяжело, как будто выполз из-под воды. — Что мне делать? — спросил он хрипло, не глядя в сторону, просто — в пустоту.

— Во-первых — признать: ты проебал. Пока. — Толик щёлкнул языком. — Во-вторых, перестать себя жалеть. А в-третьих...

      Он замолчал. На пару секунд. Просто, чтобы создать эффект.

— ...в-третьих, начать уже играть. Не как обиженный мальчик. А как хищник. Ты думаешь, у вампира нет слабостей? Он сам одна сплошная слабость. Ты просто не дал себе разрешения ударить первым.

      Влад медленно поднял глаза. Зрачки узкие, как точки. Лицо перекосилось — не от боли, не от страха. От пробуждения. — По-взрослому, — прошептал он.

— Именно. Ты — не мальчик. Ты — угроза. И у тебя есть сила, кровь, знания. Я. — Толик усмехнулся, смачно, в ухо, — И мы с тобой ещё покажем им, что такое любовь. По-настоящему.

      Влад выпрямился, разжал кулаки, встал ровно. Глаза были спокойны — пугающе. Пелена слетела. Страдание выгорело. Осталась — суть. Разбитое стекло под ногами хрустнуло, лужи алкоголя, шрамы на ладонях, ночные терзания.

***

      Такси уехало, оставив их у подъезда в тишине медленно угасающего дня. Воздух был тёплым, липковатым, с примесью асфальта, зелени и чужого ужина из открытого окна. Солнце уже начало опускаться за дома, но небо ещё хранило остаточный, тусклый свет. Артём мягко коснулся плеча Нелли.       — Мы приехали, — проговорил он негромко.       Она вздрогнула, распахнув глаза, будто возвращалась не из сна, а из какой-то глубокой, вязкой задумчивости. Молча кивнула и крепче сжала в руках пакет с вещами.       Парадная пахла железом, недавно уложенной плиткой и чем-то пыльным. Лифт долго поднимался, сопровождаемый гулом и дребезжанием. В зеркале тускло отражались их силуэты — усталые, почти не двигающиеся.       Нелли прижалась плечом к холодной стенке лифта, моргала тяжело, будто сквозь стекло. Мысли её были где-то далеко, в другом месте, в другой реальности. Артём стоял напротив, руки в карманах, взгляд опущен. Он тоже будто утонул в своих размышлениях.       — Ты сегодня какая-то... не здесь, — произнёс он вдруг, тихо.       Она задержала взгляд на его лице, потом отвела глаза.       — Просто устала. Мне нужен отдых, — сказала спокойно, почти ровно.       Вампир ничего не ответил. Только слегка кивнул. Лифт остановился. Металлические двери разошлись, открывая выход на полутёмный коридор. Свет от окна падал косо, расплываясь по стенам и полу.       Артём первым шагнул вперёд, уже доставая ключи. Обычно он ждал Нелли, позволял ей открывать — ему нравилось, когда она как бы впускает его в их квартиру. Сегодня он сам открыл дверь, точно и без паузы.       Квартира встретила их привычной полутьмой. Шторы в гостиной были закрыты, воздух внутри тёплый и немного душный. Всё было как всегда — и одновременно не так. Нелли сбросила пальто, повесила его на вешалку. Движения были машинальными, но в них сквозила неустойчивость, как будто тело чуть запаздывало за мыслями.       — Мне ещё нужно поработать, — сказал Артём, не глядя на неё. — По поводу курса.       Девушка лишь кивнула, опустив глаза. Он уже повернулся было в сторону зала, где обычно созванивался с коллегами, но потом вдруг остановился, словно вспомнив что-то.       — Кстати, — голос ровный, почти равнодушный, — давно шампунь Егоровой пахнет Череватым?       В прихожей воцарилась глухая пауза. Нелли замерла. Пальцы сжались в кулак. Она попыталась что-то сказать — но не смогла. Только тихий вдох, неуверенный взгляд в пол. Артём смотрел на неё с того же места, его лицо оставалось спокойным, холодным — таким, каким она видела его в кадре, на выступлениях, среди фанатов. Чужим.       — Иди спать, — произнёс он тихо, без осуждения, но и без тепла.       Он прошёл мимо, направляясь в зал, и закрыл за собой дверь. Щелчок был негромким, но будто подчеркнул границу между ними.       Нелли осталась в прихожей, всё ещё сжимая пакет. Тишина вокруг словно распласталась по стенам. Она не знала, сколько прошло времени — секунда, минута. Только одно было ясно: он больше не смотрел на неё как на свою.