Peccatores ante omnes

— Чувствую себя как-то странно, — Джисон сделал глоток холодного кофе и огляделся по сторонам. — Это потому, что ты окопался у себя и выходишь только под покровом ночи, — усмехнулся Минхо. — На, закрой свой рот чем-то вкусным, — Ли пододвинул к младшему тарелку с шоколадным чизкейком. — Чего же ты мне вчера это не сказал? — прыснул Джи и подмигнул старшему. Подцепив на ложку немного десерта, он отправил его в рот, в удовольствии закатывая глаза. — Фу, пошляк, — хихикнул Ли, потянувшись за горячим сэндвичем с ветчиной и сыром. Они проспали до самого обеда, что Джисону не очень-то понравилось. Он бурчал все время, пока одевался и чистил зубы, причитая, что не планировал менять свой режим жизни на дневной и это ему еще аукнется. Минхо дразнил его, не стесняясь шлепать по ягодицам или прижимать к себе для быстрых поцелуев. К такому легко привыкнуть. Они выглядели, как счастливая парочка после пробуждения. Жаль, что это все временно. Так не будет вечно. Они просто живут одним моментом, предпочитая не обсуждать то, что между ними происходит. Как Минхо решил думать: «Пусть идет, как идет». Хотя он все-таки вытащил Хана на улицу, чтобы позавтракать вместе в ближайшем кафе. Вот вообще ни капли не имея никакого романтического настроя. Ну, почти. Просто у демона в квартире из съедобного только пиво и уже умирающие онигири. Джи немного поспорил, убеждая, что проще попросить Чонина сгонять в ближайший магазин и купить что-нибудь из еды, но он не учел того, что проснулся утром, а не вечером. Это значит, что младший еще у себя дома и, скорее всего, спит сам. Минхо не жалеет. Все еще слегка растрепанный после пробуждения Джисон набивает свои пухлые щеки чизкейком, облизывая губы и причмокивая. Прекрасное зрелище. Он даже залип, забыв про собственную еду. — Ну так, — начал Минхо. — Крис знаком с Чанбином или мне показалось? — Типа того, — угукнул Хан. — У них есть общая история, я бы сказал. — Твой отец… — Ли опустил тон почти до шепота, чтобы никто из посетителей случайно не прислушался. Конечно, днем в обычном кафе явно не будет кого-то из клана, но осторожность не помешает. — Он убил родителей Со? Ложка со звоном ударилась об тарелку. Джисон удивленно расширил глаза. В уголке губ осталось немного крема, который он быстро стер тыльной стороной ладони, не отводя взгляда от старшего. — Откуда ты… — Это не я, — Минхо почему-то почувствовал себя виноватым, словно он полез не в свое дело. — Мин мне передал информацию на вас, когда я только обо всем узнал, — он глотнул немного газированной воды, чтобы смочить резко пересохшее горло. — Я ничего не говорил отцу, честно! — Хо приподнял ладони и посмотрел прямо в черные оленьи глаза, чтобы доказать свою честность. Джисон прыснул, закрывая рот рукой, чтобы не рассмеяться во весь голос. Он помотал головой и снова вернулся к поеданию своего лакомства. — Успокойся. Все равно вы ничего толком не нашли, я прав? — пробубнел он с набитым ртом. Старший неуверенно кивнул. — Мне стоит опасаться твоего Сынмина? Кажется, он толковый парень. Не люблю таких, если они играют на другом поле. — Ваш лавандовый чай, — миловидная девушка в розовом фартуке поставила на стол чашку с горячим напитком, придвинув ее к Минхо. Ли учтиво склонил голову, на что она только широко улыбнулась. На щеках официантки появился легкий румянец, который она застенчиво прикрыла волосами и поспешила удалиться. — Спасибо… — ответил Хо в пустоту, понимая, что благодарности она уже не услышит. Он перевел взгляд на демона, который продолжал обращать внимание только на свою тарелку. — Мин не на другом поле, — Минхо вернулся к разговору. — Он все знает и ничего не расскажет, даю слово. — Ладно, — Джисон пожал плечами. В голове старшего крутилось еще много вопросов, которые он хотел бы задать, пока Хан в нормальном настроении. Всего-то и нужно было — задобрить парня сладким, чтобы он настроился на диалог и немного подобрел. С утра он был не зол, но явно напряжен. Залипал в своих мыслях, но игнорировал вопросы по этому поводу. — Слушай, я хот- Его прервала вибрация на телефоне. Смотреть на сообщение не хочется, но определенно надо. Джисон здесь, рядом, а значит, что написать могут только отец или Ким. Есть еще вариант с Бан Чаном, с которым они обменялись номерами накануне. Не думается, что он решит написать сразу на следующий день после встречи. Обреченно выдохнув, Хо перевернул мобильник экраном вверх и нажал на кнопку блокировки. Отец; сегодня в 13:37; Какого черта ты не на работе? У тебя есть пол часа, чтобы явиться в офис. Готовься к серьезному разговору. В твоих же интересах, сказать мне что-то стоящее. Ли в который раз оставил смс без ответа. Это снова приказ. Он не имеет права отказаться или сказать, что занят. Хо раздраженно ударил кулаком по столу, не рассчитав свою силу. Стакан младшего немного подскочил, чуть не расплескав весь напиток на стол. Джисон удивленно поднял глаза, сведя брови к переносице, и бросил взгляд на телефон в руках парня напротив. — Отец? — спросил он, отодвигая тарелку подальше. Вдруг Минхо еще не до конца выбесился и начнет что-нибудь крушить. Они не так хорошо друг друга знают, чтобы понимать, как он может себя вести. — Да, — хрипло ответил Ли. — Видимо, что-то хочет узнать. Прошлый раз он сказал, чтобы я поторопился с… с поиском J.One. Джисон кивнул, поставив локти на стол и положил на них подбородок. — Что будешь делать? — Пх, ничего, — фыркнул Хо. — Скажу, что работаю, огребу немного и все, — выражение его лица было даже насмешливым. Обычное дело, чего удивляться. Не нужно быть предсказателем, чтобы предугадать каждый шаг Ли Квана по отношению к своей собственности. — Понимаю, — отозвался Джи. Ему очень знакома такая ситуация. Сами с отцом практикуют. — Он говорил что-то насчет аукциона? — решил узнать младший. Не лучшее время, но судя по тому, как редко они видятся, не факт, что предоставится еще такая возможность. — Ничего того, что ты хотел бы услышать. Только… — Минхо осекся, резко захлопнув рот. Чуть не сказал лишнего. Он не собирался скрывать от Хана то, как угрожает ему глава клана, но все-таки не решился просветить. Есть сомнения, что Джисону все равно. У него судьба потяжелее будет, чтобы вешать на себя еще и чужие проблемы. — Только что? — Не парься, — отмахнулся Ли, откидываясь на спинку стула. — Так, обычные обещания наказать меня за косяк, — он постарался улыбнуться. Атмосфера стала немного напряженной. В кафе, где работал кондиционер и была комфортная температура, вдруг стало душно. Джисон как будто управлял даже воздухом вокруг себя, меняя полностью его структуру, делая гуще в зависимости от своего настроения. А настроение у него сейчас резко изменилось. Он сжал зубы почти до скрипа и впился взглядом в старшего. Минхо почувствовал, как по спине пробежал холодок. Демон сейчас снова стал демоном. — Ты чего? — Хо протянул свою руку, немного касаясь чужого локтя. Прикосновения, вроде как, успокаивают дьявола. Этого так точно. — Что он хочет с тобой сделать? — пробасил Джисон. — Блять, — шикнул старший, оборачиваясь по сторонам. Убедившись, что никто не обращает на них внимания, он приложил палец к губам. — Давай тише. Ничего не сделает, все, — твердо сказал он. — Минхо, — Хану не потребовалось больше ничего говорить. Сам тон, которым он позвал старшего по имени, нес в себе угрозу. Он давал парню шанс ответить самому, пока Джи не решил вытащить информацию по-другому. «Хочу тебя, прямо сейчас» — пронеслось в голове Минхо. Он чуть не ударил себя по губам, чтобы они не выпалили это вслух против его воли. Черт, как же его заводит Джисон, когда включает своего босса. Никогда бы не подумал, что самого Ли Минхо будет жестко заводить доминация кудрявого бесёнка. — Он, — Хо сглотнул. Сам виноват, что не держал язык за зубами. — Сказал, что прострелит мне колени, если на аукционе что-то пойдет не так, — протараторил он, видя, как младший сжал кулак. Ли поспешил перехватить его руку, взяв в свою. — Все окей, я разберусь с этим. Вопреки ожиданиям, Хан не психанул и ничего не разбил. Он глубоко вдохнул и поднял голову к потолку, прикрывая глаза. В таком положении парень провел несколько минут, все еще сжимая ладонь старшего. Мысленно ругая самого себя за глупость, Минхо не спускал обеспокоенного взгляда с демона. Время шло, а у него и так его было мало, раз отец ждет. Каждая минута может стоить очередного удара книгой, а может, и чего поинтереснее. Тем более, напрягала эта неизвестность. Не думается, что Кван позвал его к себе, чтобы в очередной раз спросить про группировку. В чем смысл? Он знает, что Ли сам отправит ему информацию, когда такая появится. — Малыш? — Хо решил обратить на себя внимание. Это вышло успешно. Джисон посмотрел прямо в его глаза, уже без былого напряжения. — Мне пора идти. — Подожди, — младший выдернул свою руку и достал из кармана телефон. — Я думал об этом всю ночь. Сейчас покажу, — ответил он на вопросительный взгляд Минхо. Достав из кармана наушники, протянул один старшему, положив мобильник на стол прямо между ними. — У меня есть план, — Джи нажал на экран, включив запись своего ночного разговора с Чэвоном. С каждой последующей секундой лицо Минхо вытягивалось в немом шоке. Он открывал и закрывал рот, как рыба, резко выброшенная на сушу. Глаза метались от погасшего экрана к младшему, который смотрел в окно, но совершенно не заинтересовано. Небо затянуло тучами, а мелкий дождь моросью застилал весь вид на ничем не примечательную улицу. Серая погода. Такая же серая, как их гребаная жизнь, не желающая давать им хоть каплю послабления. Может быть хоть один спокойный и приятный день? Без всего этого дерьма. Постоянно что-то новое вылезает на пути, напоминая, что нельзя расслабляться. — Это… — начал Ли, вынимая наушник, убедившись, что запись закончилась. Мысли путались, смешиваясь во что-то непонятное. Он только что услышал, как главный партнер его отца, казавшийся самым преданным их делу, приказывал своему сыну воспользоваться Минхо, чтобы попасть в дом главы и выкрасть меч. Уму непостижимо. Джисон дал согласие. Услышав это, Хо чуть не захлебнулся воздухом. Парень с сюрпризами, так что должно быть соврал своему отцу о том, что согласен пойти на это. А дальше? — Ты все правильно услышал. Если я не достану ему меч — он убьет меня, как давно собирался, — Хан отвлекся от рассматривания мокрого стекла и повернулся к Минхо, убирая наушники обратно в кейс. — Что ты будешь делать? Джисон прикусил губу. Что он будет делать? Он много над этим размышлял. Настолько много, что голова была готова взорваться. Выхода, словно не было. Либо он приносит отцу меч и предает своих друзей и себя, либо отказывается, и Чэвон заявляется в бар. Потерять бар страшно, но не так сильно, как потерять всех близких, которые будут стоять до последнего. Тем более, вся затея — это бред сумасшедшего. Если бы было возможно забраться в дом Ли Квана и вынести меч прямо оттуда, то они бы давно это сделали. Видимо, папаша слишком в него поверил, или совсем отчаялся. Все-таки после аукциона он может попрощаться со своим желанием занять место главы. Якудза не позволят кому-то идти против своего прямого союзника. — Неверный вопрос, — Джи щелкнул пальцами, подзывая старшего указательным ближе к себе. Минхо повиновался и наклонился немного вперед. — Правильный вопрос: что мы будем делать? — прошептал он и ухмыльнулся, отстраняясь. Хо ощутил себя школьником младших классов на уроке выпускников. Ничего не понятно, но очень интересно. Он открыл рот, чтобы задать какой-нибудь еще один глупый вопрос, который окончательно выставит его идиотом, но не успел. Телефон снова завибрировал. Минхо закатил глаза, надеясь, что это не отец решил его поторопить, и взглянул на имя отправителя. А нет — это Джисон. Стоп, Джисон? Он снова посмотрел на младшего. Тот убрал свой мобильник из-под стола, засунув в карман джинсов, и кивнул, давая знак, чтобы Хо посмотрел. Минхо так и сделал. В сообщении не было ничего, кроме файла с копией разговора, который он только что прослушал. Что за игры опять? — Покажи Квану, — сказал Хан. — Что сделать?! — выпалил Минхо. Он сам не ожидал, что случайно вскрикнет так сильно, что посетители с соседних столиков укоризненно повернутся в их сторону. — Ты хочешь, чтобы я сдал Чэвона отцу? С ума сошел? — прошептал он, осознав свою прошлую ошибку. — Ага, — безучастно кивнул Хан. — Он его убьет. — Знаю. — Это нормально? — Хо вскинул брови. Мыслей, что Джисон должен пожалеть своего отца, не было. Просто это… Это странно. Разве Хан не давал ему жить так долго для какой-то цели? Мог же сам убить и намного раньше, но не делал этого. Значит, были на то причины. Неужели, он сейчас спасает задницу Минхо? — А что-то в нашем мире может быть нормально? — фыркнул Джисон. — Чэвон стал мне серьезно мешать. Раз ему известно о Peccator – вопрос времени, когда он туда явится. Плюс, это еще один человек, который метит на Квана. Я не собираюсь вести две параллельные игры, — он поморщился. — Ты говоришь об этом отцу, дальше он убирает Чэвона. Сделаем вид, что J.Onе так же имеют отношение напрямую к нему. Кван успокоится и даст нам время придумать, куда тебя спрятать после аукциона. — Что будет, если он решит убрать не только его? — нервно спросил Хо. — Он же знает про тебя. Тем более на записи слышно, как ты соглашаешься. Это опасно, Джи, черт возьми! Если нависшая угроза и волновала Хана, то он все равно не собирался этого показывать. Он улыбнулся без зубов и наклонил голову набок, снова переводя взгляд в окно. — Опасность — мое второе имя. Доверься мне, — уверенно проговорил он. — Просто делай так, как я говорю. — Ага, — недовольно фыркнул Хо. — Минхо, — снова строго. — Ты сам решил к нам присоединиться, а значит, должен понимать: это приказ. — Слишком дохера людей решили, что могут мне приказывать! — огрызнулся Ли и поднялся со своего места. Стул с грохотом отскочил, почти свалившись на пол. Посетители кафе снова повернулись, закатывая глаза. Шумная пара возле окна уже порядком им надоела. И что теперь? Шептать, как мыши? Это, блять, кафе, а не библиотека. Минхо схватил свое пальто и бросил на стол несколько купюр в счет оплаты своего завтрака, после чего сорвался с места по направлению к выходу. Джисон покачал головой и развернулся корпусом, крикнув в спину старшему: — Я рассчитываю на тебя! Ответа не последовало, но он и не ждал. Друзья точно убьют его за эту авантюрную идею. Главное, что решение не было импульсивным. Будь оно таковым, он бы просто заявился к Чэвону и пристрелил его лично. В первую очередь, Хан думает о деле. В этом решении слишком много плюсов, чтобы от них отказываться. И спасение задницы Минхо тут совершенно не при чем. Определенно нет. Минхо буквально залетел в офис, как вихрь, оставляя после себя шлейф взбудораженного воздуха и раздражения. Поздоровавшись с Сынмином, который все еще сидел за его столом во вчерашней одежде, он немного успокоился. Похоже, что Ким ночь провел в кабинете, занятый работой. Ли почувствовал укол вины. Из-за него друг делал лишнюю работу и, скорее всего, получил от Квана за то, что позволил Хо отлучиться. Мин заверил его, сказав, что успел отдохнуть, и даже пытался спокойно поговорить с главой, но он был чем-то сильно недоволен. И Минхо не горел желанием знать причину. Но он ее скоро узнает. По пути в кабинет отца парень несколько раз прокрутил в голове приказ демона. Он казался до пиздеца дебильным. И приказ, и демон. И в то же время он был, блять, единственным выходом из ситуации. Минхо не дурак и сам понимает, что если Чэвон осмелился действовать, то пострадают многие люди. Плевать он хотел на Квана. Ему самое место в каком-нибудь темном углу ада, но были же и другие. Например, Сынмин и он сам. Оба знают слишком много, чтобы оставлять их в живых. Или же Джисон… Решив, что будет действовать по обстоятельствам, Ли распахнул дверь отцовского кабинета, впервые так резко и уверенно. J.Onе плохо на него влияют, раз он стал таким смелым. Внутри стоял запах алкоголя, вперемешку с сигарным дымом, режущим глаза. Хо сморщил нос, задержав дыхание. Пассивное курение намного хуже его нового пристрастия к ментоловым сигаретам. Они хотя бы не воняли, как табачная фабрика. Он подошел к столу и встал на свое привычное место напротив восседавшего в кресле отца. Тот медленно повернулся к нему, откладывая сигару в пепельницу, и сцепил руки в замок, положив их на колени. — Где ты был? — подозрительно спокойно спросил мужчина. — Работал, — Минхо нацепил на лицо привычную маску, за которой скрывал целую бурю еще не успокоившихся эмоций. Что он собрался делать? Сходить с ума, вот что. — Работал значит, — повторил Кван. — Работал в казино у Бана? Дыхание перехватило. Минхо сглотнул ком в горле, чувствуя, как проглатывает еще и этот мерзкий дым. Непроницаемое выражение так и не сходило с его лица, натренированное годами, но в голове происходил хаос. Мысли метались, путаясь и гремя на всю мощь. Незаметно для чужого взгляда, он сжал телефон, который держал в руках за своей спиной. — Что ты молчишь? — снова спросил отец, окидывая суровым взглядом сына. Иногда он даже пытался вести себя, как настоящий отец. Правда это заключалось только в наказаниях, упреках и отчитывании, как провинившегося ребенка. Прикусив щеку изнутри, Хо умолял свой мозг поторопиться с ответом. Подставлять Хана по его же приказу — это уже из ряда вон, но подставлять ни в чем не повинного Бан Чана? Он не может себе этого позволить. Тем более не тогда, когда тот так им доверился, пойдя на этот безумный риск. — Да, — с трудом выдавил Минхо. Чтобы продолжить, пришлось прокашляться, прижав кулак к губам. — Это было в рамках задания, которое ты мне дал, — осталось придумать, какие, блять, это были «рамки». — Хм, — Кван приподнял брови и сделал глоток рома из своего стакана. — А мне сообщили, что видели тебя в компании… мужчины, — он буквально выплюнул последнее слово и скривился. «Сука, дайте мне имена этих глазастых и я выколю им зрачки» — подумал Хо. Теперь понятно, что хочет отец. Он уже начинал подобные разговоры, но довольно давно. Настолько, что они успели забыться. После нескольких неудачных попыток втянуть сына в свои посиделки с проститутками, старший Ли заподозрил, что Минхо гей. Для брутального главы клана мафии это было непозволительно. Он презирал все однополые связи. Однажды за такое были убиты двое мужчин из охраны. И неизвестно, правда ли они друг друга любили. Доказательств этому не было, кто-то просто наплел чепухи Квану, и он отдал приказ уничтожить «позор всего мужского рода» немедленно. Минхо же оправдался тем, что просто не хочет случайных связей и целиком и полностью принадлежит работе и семье. Как бы мерзко ни было это говорить, ему пришлось. И Кван поверил, потому что даже понятия не имел, чем занимался его сын, когда тот отсутствовал. Видимо, его больные подозрения вновь вернулись. — Я там не отдыхал и был с Ханом, — честно ответил Минхо. Нет повода выдумывать какое-то другое имя и историю, ведь Кван и так знает, что у него нет друзей, кроме Сынмина, а он был здесь. — Ханом? Отпрыск Чэвона? — мужчина усмехнулся. — И что вы там делали? Есть основания подозревать Бана? О да, отец именно этого и ждет. Как бы ни была сейчас сильна власть в его руках, ее все еще недостаточно, чтобы просто взять и убрать ненужного игрока с поля. Крис вставляет ему палки в колеса, отказываясь продавать в своих заведениях наркотики или девушек, наплевав на то, сколько денег можно с этого выручить. Совет никогда этого не поддержит. Да, они бы не смогли остановить своего главу, но могли бы всерьез засомневаться в собственной безопасности, начав что-то планировать за спиной. Так и будет до того, как Чан сильно ошибется, что все сами пожелают его смерти. Есть еще второй вариант: сделка с Якудза. Связи с сильнейшим кланом Японии напугают каждого босса, так что никто и не подумает идти против слова Квана. Нет, Минхо не позволит случиться ни тому, ни другому. — Таких оснований нет. Просто мы… — телефон снова завибрировал. Ли воспользовался тем, что Кван именно сейчас решил налить себе еще алкоголя и бросил взгляд за спину, чтобы проверить сообщение. Демон; сегодня в 14:42; Покажи ему запись. Минхо резко оглянулся. Кабинет все так же пуст, за исключением его и отца. Двери плотно закрыты. Не может же быть, что Джисон где-то рядом? Не в окно же подглядывает? Блять. Хо прикрыл глаза, успокаивая свое ускорившееся сердце. Одни проблемы. — Вы что? — Кван снова повернулся, потягивая прохладный алкоголь. «Ну, Джисон, я убью тебя, если он тебя убьет» — Мы должны были убедиться, что Чэвон не связывался с другими боссами для заговора, — на одном дыхании выпалил он. Наживка заброшена, осталось понять, клюнет ли акула на обычного червяка. Стакан с сильным стуком ударился о поверхность стола так, что даже кубики льда подпрыгнули, звеня о стеклянные стенки. Кван резко изменился во взгляде. Его скучающе-насмешливое настроение сменилось непониманием, вперемешку с нарастающей злостью. Он ненавидел, когда кто-то находил ошибки в его работе. А уж если один из доверенных людей оказался предателем — это определенно его ошибка. — Что ты имеешь в виду? — спросил он сквозь сжатые зубы. Минхо случайно сделал шаг назад. Всегда за таким тоном следует удар. Даже смешно от того, что он привык определять злость и раздражение отца по звуку шагов, что говорить о голосе. — Хан Чэвон хочет украсть меч Тисона, — как можно спокойнее ответил Минхо. Неожиданно Ли сорвался с места и в два широких шага оказался возле Минхо. С силой схватив его за ворот свитера, который он одолжил у Джисона, так как его собственная рубашка была разорвана и больше не пригодна для носки. Мужчина потянул ткань на себя, от чего Хо невольно подался вперед, оказавшись слишком близко к лицу отца. Если тот начнет орать, то забрызгает слюнями даже глаза парня. Ноздри Квана раздулись от тяжелого гневного дыхания, а губы скривились, обнажив сжатые зубы. — Ты понимаешь, в чем обвиняешь одного из боссов?! — выкрикнул он. Да, слюни брызнули прямо на щеки Минхо, но он сдержался, чтобы не вытереться. Это разозлит отца еще больше. Он знает. Проверено. — За такие беспочвенные обвинения я сам могу прямо сейчас впечатать твой лживый рот в этот стол, — он развернулся, направляясь к рабочему месту. Минхо шел следом, понимая, что еще чуть-чуть и его нос окажется разбит. Будет больно. Это тоже проверено. Пути назад нет. Он и так сказал слишком много, поэтому отступать некуда. Тогда, когда до встречи его лица с поверхностью отцовского стола оставалось буквально несколько секунд, он выкрикнул: — У меня есть доказательства! Мужчина остановился, не уменьшая своей хватки. — Какие доказательства? — недоверчиво спросил Кван. — Позволь? — Хо поднял голову, заглядывая в эти ненавистные мутные глаза и показал свой телефон. Ли отпустил его, складывая руки на груди. — Вот запись его звонка с Джисоном, — Минхо включил файл, который ему прислал демон в кафе, не сводя глаз с отца. Он должен видеть реакцию, чтобы понимать, что вообще ждать от этой ситуации. О чем Джисон только думал? Прошло несколько долгих минут. Кван прослушал запись уже три или четыре раза, хмурясь с каждым словом Чэвона из динамика все сильнее. Его руки сжались в кулаки, дыхание стало слишком резким и шумным, а по челюсти гуляли желваки. На лице не просто злость, а неописуемая ненависть. За все свое время, что Минхо прожил с этим человеком, ни разу не видел его таким. Это до жути пугало. Хо уже представил, как разозленный мужчина прямо сейчас убьет сначала его, перед тем как поквитаться с главным виновником. Все-таки гонца с плохими вестями зачастую устраняли. Без весомых причин. Просто потому что. Когда запись пошла по еще одному кругу, отец сорвался с места и схватил пепельницу из толстого стекла, в которой все еще лежала потухшая сигара. С диким воплем он швырнул ее через все помещение. Ни в чем не повинная вещь разлетелась на множество осколков сразу, как впечаталась в стену. На обоях остался след от удара, и Минхо благодарил судьбу, что досталось все-таки стене, а не его лицу. Он с опаской посмотрел на все еще гневного Квана, который впился руками в спинку своего кресла, склонившись над ним, тяжело дыша. Хо решил, что лучше пока не стоит ничего говорить или спрашивать. Он будет делать так, как всегда — стоять молча, пока на него не обратят внимание. Это затянулось минут на двадцать, как не больше. Ноги начинали ныть, потому что парень боялся даже просто пошевелиться, не то что пройтись. За все время отец больше ничего не сделал, только оторвался от кресла, усевшись на него, глядя в одну точку перед собой. Такая реакция могла быть вызвана болью от предательства, но нет. Это была злость и ненависть из-за того, что кто-то все-таки решил перейти ему дорогу. — Значит так, — наконец подал голос отец. Минхо вздрогнул от неожиданности и обратил все свое внимание на мужчину. — Прикажи этому мальчишке явиться ко мне в кабинет завтра же. Сегодня никого не хочу видеть. Хо сглотнул. Он должно быть ослышался? Мальчишке? Не Чэвону? По телу пробежал адский холод. Конечности сковал просто безумный страх. Минхо до боли закусил изнутри свою щеку, чтобы не броситься к отцу с мольбами не трогать Сони. — Господин, — обратился Хо. Сейчас не тот случай, когда он может говорить «отец», пусть Кван и требовал это. Бывали моменты, когда перед ним был ни кто иной, как глава клана. Его глава и никто больше. — Вы имеете в виду Джисона? Старший Ли раздраженно вздернул подбородок и угрожающе посмотрел на парня. Он ясно дал понять, что не настроен на глупые вопросы, но, оценив то, что его сын оказался хоть чем-то полезен в этой жизни, спросил: — Какие-то проблемы? — Нет, никаких проблем. Просто хотел удостовериться, — произнося это, Хо старался выглядеть как можно безразличнее. Показать свое волнение из-за младшего означает помахать перед папашей красной тряпкой. — Завтра в моем кабинете. Уходи, — отчеканил мужчина и припал губами к бутылке с алкоголем, не потрудившись даже налить в бокал. Коротко поклонившись, Минхо вылетел из помещения, почти сорвавшись на бег перед дверью. Как только ненавистный кабинет остался позади, вся былая скорость куда-то испарилась. Ноги отказывались передвигаться, словно только что исчерпали весь запас энергии. Ли прислонился спиной к стене, дыша так тяжело, как после хорошей пробежки. Руки тряслись, пока он доставал телефон и дрожащими пальцами пытался попасть по клавиатуре в их диалоге с Джисоном.

Вы;

сегодня в 15:11;

Я показал запись…

Сообщение было почти сразу прочитано. Видимо, Хан даже не сомневался, что Хо выполнит его приказ и напишет. Демон; сегодня в 15:12; Умничка «Умничка»? Серьезно? Минхо чувствует, как внутри разгорается тревога вперемешку с сильным раздражением. Ему, как будто, что-то не договаривают.

Вы;

сегодня в 15:12;

Ты сейчас серьезно? О чем, блять, ты думал?

Отец там ядом плюется. Он…

Он требует, чтобы ты приехал завтра.

Демон; сегодня в 15:12; Хорошо.

Вы;

сегодня в 15:12;

Может не будешь так рисковать? Я придумаю что-нибудь до аукциона.

Скажу, что ты уехал из города или еще что-нибудь.

Демон; сегодня в 15:13; Детка, не переживай. Все будет окей, я это предвидел. Увидимся завтра:3

Вы;

сегодня в 15:13;

Ты что-то задумал? Прошу, не нужно сейчас рисковать, впереди важное дело.

Ага, конечно. Списал все на дело, лишь бы не говорить, что трясется за задницу этого дьявола. Демон; сегодня в 15:13; Всему свое время. Все, не отвлекай, я занят. Сразу после этого сообщения на экране, рядом с именем контакта, появилась надпись «Был в сети сегодня в 15:13». Минхо сжал зубы и чуть не разбил телефон об пол, вовремя предотвратив этот никому не нужный порыв. Вместо этого он закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, мысленно досчитав до десяти. Этот мелкий эгоист точно продал душу самому дьяволу. Иначе почему он вообще все еще жив? Придурок. На всякий случай, Минхо решил, что впервые в жизни завтра зайдет в кабинет Квана со своим пистолетом за поясом. Они все в одной лодке. Раз он решил присоединиться к команде самоубийц, то что он с ними будет ловить без лидера? Возвращаться к пресмыканию и прошлой жизни он уже точно не хочет. Не зря вкусил запах свободы. Не для того, чтобы терять. Главное, чтобы его вообще пригласили завтра в этот кабинет, а не оставили, как собачку, ждать за дверью. Как и ожидалось, Минхо не спал всю ночь. Глаза наливались свинцом и закрывались, но мозг отказывался отключаться, подкидывая и так уязвимому разуму ужасные картины. Почти в каждом эпизоде кто-то умирал. Это был и Джисон от руки его отца, и сам Минхо при попытке его спасти, и даже Ли Кван от выстрела собственного приемного сына. Картинок с удачным исходом событий было крайне мало. Все страхи вылезали наружу, грозясь стать реальными. Именно по этой причине Хо пришел в офис даже раньше Сынмина, который и так всегда был пунктуален, а в последнее время, казалось, жил на работе. Выпил где-то три кружки кофе подряд, сожалея, что не может позволить себе чего покрепче. Отец не оценит такой вольности. Время тянулось непозволительно медленно, что сводило с ума. Текст в документах, которыми он планировал заняться, расплывался перед глазами и больше не собирался в слова. Масло в огонь подливало еще и то, что Джисон не отвечал. Заходил в сеть, но со вчерашнего дня не написал и слова. Минхо не хотел навязываться, но все-таки попытался узнать хотя-бы время его приезда, чтобы подготовиться. Но к чему готовиться? Он сам не знал, чего ожидать от этой встречи. Возможно, их последней встречи. Ровно в 13:00 на телефон Сынмина пришло сообщение. Он пришел к началу своего рабочего дня и ничуть не удивился тому, что его друг и коллега, а по совместительству еще и босс, уже сидел, впиваясь в бумаги стеклянным взглядом. Если Мину и не понравилось такое настроение, виду он не подал. Только унес грязные кружки из-под кофе и принес горячий чай. Дальше он просто сидел на диване, что-то печатая в своем планшете и сверяя с документами в папках. То, что Киму кто-то пишет, Минхо вообще не удивляло. Так обычно и происходило. По любым вопросам сначала беспокоили Сынмина, и только потом, если того требовали обстоятельства, он сообщал обо всем Хо. Сейчас, видимо, такой случай и есть. — Минхо? — удивленным тоном позвал Ким, отложив все папки со своих колен. — Что? — Джисон на месте. Охрана сейчас проведет его в кабинет твоего отца. Господин Кван велел тебе зайти немедленно, — настороженно ответил Мин. Для него не было секретом то, что Хан будет сегодня в их офисе, как и причина этого события. Минхо должен был вчера выговориться, а довериться мог только одному человеку. Ли подорвался с места, резко выдвигая ящик стола. Он заправил пистолет за пояс, спрятав его под огромным худи, который надел специально для этой задачи. — Не делай этого, — предупредил Сынмин, проследив за действиями друга. — Это на крайний случай, — бросил Хо и быстрым шагом направился к ненавистному кабинету. Никогда еще он так туда не спешил. Внутри было спокойно. Даже слишком. Вопреки всем страхам, никакой дополнительной охраны, готовой пристрелить ничего не подозревающего Хана по приказу, не наблюдается. Кван сидел в кресле, что-то листая в своем телефоне с вполне спокойным выражением лица. Джисона еще не было. Минхо облегченно выдохнул и, как обычно, молча встал рядом с отцом. Тот даже не заметил, продолжив заниматься своим делом, не поднимая взгляда. Ожидание продлилось недолго. Буквально через пару минут один из помощников Ли Квана распахнул дверь в кабинет, пропуская вперед себя кудрявого парня. Минхо сразу впился в него изучающим взглядом, неосознанно прикусив губу. Демон выглядит совсем не напряженным. Даже страха ни в одном глазу, хотя стоило бы. Отец любит, когда его боятся. Он получает от этого садистское удовольствие и принимает за покорность. — Господин Кван, Хан Джисон проверен, оружия при нем нет, — отчитался сотрудник и застыл в проходе в ожидании указаний. Ли положил свой мобильник и окинул вошедшего парня нечитаемым взглядом. Он немного задержал свое внимание на толстовке Джисона, которая была чем-то даже похожа на ту, что сегодня надел Минхо. После чего жестом указал своему помощнику удалиться. Сразу, как дверь закрылась, Кван сцепил руки в замок и пробасил: — Ждешь особого приглашения? Даже этот пугающий и пробирающий до костей тон Джисона не впечатлил. Внешне так точно. Он молча прошел к столу, встав напротив. Хорошо, что хоть не хватило ума сесть без разрешения. Минхо практически застонал в голос, осознавая всю плачевность их положения. Если Хан будет вести себя в той же манере, что и с Бан Чаном, то он умрет. Джисон удивляет в который раз. Он учтиво поклонился главе именно так, как это принято в клане. Низко и неспешно, показывая все свое уважение. — Господин Кван, прошу прощения, что потревожил, — выдал он заученной услужливой интонацией. — Ты понимаешь, зачем ты здесь? — Да, господин, — Хан держал руки перед собой, хватаясь кончиками пальцев за рукава толстовки. Только Минхо мог понять, что парень все-таки нервничает. На лицо он был совершенно спокоен, но это не так. Хо попытался поймать его взгляд, чтобы передать без слов свою поддержку. Он рядом. На секунду это даже получилось, но только на секунду, потому что отец задал очередной вопрос: — То, что находится на записи — правда? — Я не стал бы лгать о таком, господин. Кван усмехнулся. Он ожидал увидеть реального отброса, каким вечно выставлял Чэвон своего сына, но на деле все иначе. Мальчишка, пусть и молод, но имеет какой-то стержень. Его голос не дрожит, и сам хорошо держится. Да и сам факт, что он пошел против своего отца — говорил о многом. — Я верю тебе, — кивнул Ли. — Твой отец давно вызывает у меня подозрения, но, как член совета, он имеет мизерную защиту, в которую верит больше, чем в меня, — фыркнул Кван. — Вопрос знаешь в чем? Почему ты пошел против него и предал? — Потому что он не верен клану, — не мешкая ответил Джисон. — Он предал Вас. Согласно главному правилу: на первом месте стоит клан. Человек, который осквернил Ваше доверие и пошел против Вас — больше не может называться моим отцом, — Хан уверенно лил в уши главе то, что он хотел услышать. Эти слова произвели нужное впечатление. Мужчина хмыкнул и жестом указал парню присесть на стул. Это можно уже считать великой снисходительностью, если учесть, что за этими стульями обычно сидели другие боссы на совещаниях или партнеры отца Минхо. Джисон еще раз поклонился, пролепетав слова благодарности и сел. — Ты утверждаешь, что верен клану? — Ли подкурил сигару и выпустил густой сноп дыма в сторону парня. Джисон кивнул, отбросив непреодолимое желание скривиться от тяжелого запаха. — Тогда почему твой отец повторял, что ты отказался с ним работать и ушел из дома? Джи был готов ко всем возможным вопросам, поэтому ответил сразу не задумываясь: — Отец всегда говорил, что хочет на место главы и будет там. Я не разделял его мнения, — каждое слово — ложь. Чэвон никогда ему такого не говорил, но разве предателю теперь кто-то поверит? — Поэтому я и правда ушел из дома, но я работал на клан. Вы можете узнать у картеля, которым управляет Хон Ван. Он подтвердит, что я работал и работаю на него. Брови Минхо поползли вверх. Хорошо, что он стоял по левую руку от отца и оставался незамеченным. Хан бросил на него короткий предупреждающий взгляд, призывая держать себя в руках. — Я уже это сделал, — губы Ли растянулись в подобии улыбки. — Ван подтвердил твои слова, — он проговорил это так, словно только что отменил какой-то приговор. «Конечно, Ван подтвердил. Если клан узнает обо всем, что твориться в этом картеле, то все они не доживут даже до утра» — пронеслось в голове Джи. Если бы мог, то рассмеялся бы. Он даже почти не соврал. Подрабатывал с ними раньше, но это было слишком давно. — Чего же ты хочешь? — парня выдернул из мыслей голос Квана. — Господин? — Я говорю: чего ты хочешь? Ты передал мне эту информацию, а значит, хочешь получить что-то взамен. Место Чэвона? Наметил стать боссом? — Нет, я не планирую на это место, — Джи состроил испуганное лицо. — Не думайте обо мне так. Меня не примут на этом месте, я слишком молод и не имею нужного опыта. Все мои действия были только из уважения к Вам, мне ничего не нужно. Таким ответом Ли Кван оказался доволен. Он отпустил легкий смешок и повернулся к Минхо впервые за все время. — Поучись у этого парня. Вот так должен выглядеть достойный сын главы, — услышав от Хо короткое: « Да, отец», Ли снова вернулся к Джисону. — Если Чэвон и правда причастен к этим отморозкам, то они разбежались, как крысы. Продолжайте заниматься их поиском, потому что от твоего папаши мы ничего не добились. Он уже доставлен сюда, но отрицает свою причастность. Тем не менее, мои люди нашли при обыске в его доме много документов, подтверждающих, что он готовил свой нелепый переворот. Сегодня Хан Чэвон умрет и я хочу, чтобы это сделал именно ты. Джисон медленно выдохнул и кивнул в знак согласия. Он знал, что так будет. Ожидал этого, по крайней мере. И готов. Сам глава не пошел смотреть на это зрелище, оставшись в своем кабинете. Последнее, что он сказал Хану перед тем, как его люди повели парня к месту заточения Чэвона, было: «Сделай это и можешь рассчитывать на достойное положение в будущем. Тебе удалось впечатлить меня, парень». Вот так вот просто. Обвел главу самого могущественного клана всей Южной Кореи вокруг пальца. А все почему? Да потому, что тот уже поверил в свою непобедимость, благодаря будущей сделке. Слишком поспешил вкусить победу, забыв про любую осторожность. Все произошло быстро. Столько раз за последние несколько лет Джисон представлял этот момент. Видел, как его пуля будет лететь прямо в то место, где у обычных людей находится сердце, а в случае Чэвона — пустота. Продумывал все, что скажет. Как ткнет папашу лицом в то, как же сильно он ошибался. Джи представлял себя клишированным злодеем из мультфильма, который расскажет весь свой план перед тем, как его осуществить. Но оказавшись перед избитым отцом, который не имел сил даже поднять голову и посмотреть в глаза собственному сыну, все слова улетучились. Да и что он мог сказать? В помещении было около десяти человек клана, которые не должны были слышать ни единого слова. В руки парня вложили пистолет с одной единственной пулей. По спине стекла капля пота. Ледяная, как смерть, которая уже стояла на пороге этой обшарпанной комнаты. Стиснув зубы, Хан навел оружие на голову мужчины, который поспособствовал его появлению на свет. Это единственное, что он сделал для своего ребенка. Досчитав мысленно до пяти, Джи глубоко вдохнул и выстрелил. Последнее, что он увидел перед тем, как жизнь навсегда погаснет в глазах Чэвона — это улыбка. Несмотря на все происходящее, мужчина улыбнулся. Хищно и злобно. Его фирменная эмоция, показывающая опасность и угрозу. На несколько секунд Джисон почувствовал колючий страх, сжимающий его горло. Он стоял на месте ровно до того момента, как пистолет выдернули из его руки, а самого парня толкнули к выходу. Вот и все. Он сделал это. Чувствует ли он удовлетворение, которого так жаждал? Нет. Но и не жалел. В коридоре стоял испуганный Минхо. Он из последних сил держал маску на своем лице, но не смог спрятать глаза. Хотя, скорее всего, никто из посторонних ничего даже не понял. Только Джисону известен этот взгляд. Сам же он не смог найти сил посмотреть на старшего. Стыдливо опустив голову, он молча встал рядом в ожидании еще каких-нибудь указаний. Если сейчас он услышит от Минхо, что тот разочарован, что считает это неправильным, то Хан сломается. Никто не отменял его шаткое состояние после каждой смерти. Ему тяжело признавать, но именно благодаря Хо он стал чувствовать себя лучше. Он был единственным лучом света в его жизни, но слишком правильным, чтобы стоять рядом. Джисон его не заслуживает. Кого угодно, но не его. — Ты как? — прошептал Минхо, стараясь незаметно подойти ближе, пока остальные сотрудники переговаривались о чем-то касательно трупа Чэвона. — Бывало и хуже, — сознался младший. Ли тяжело вздохнул и мизинцем коснулся ладони парня. Холодная. Ледяная, можно сказать. — Я буду рядом, слышишь? — снова еле-слышно прошептал. Джисон все-таки осмелился поднять свои виноватые глаза. Во взгляде Минхо не было осуждения или презрения. Он смотрел с нескрываемым беспокойством и чем-то еще. Тем, из-за чего внутри Хана все сжалось, а желудок сделал двойное сальто. Этого не может быть. Он не может ничего чувствовать. Они не могут ничего чувствовать. — Поехали домой, — немного громче, чем раньше, сказал Хо и приподнял уголки губ. «Домой». Это слово стучало в ушах младшего, как заевшая пластинка, повторяясь снова и снова. Словно в вакууме, он слышал, как Минхо приказал доложить обо всем отцу и передать, что они продолжат выполнять свою миссию. После этого они шли по каким-то коридорам, потом вышли на парковку, сели в машину, куда-то поехали. Все это происходило в молчании, или Джисон просто ничего не слышал. — Ханни, все нормально? Воды? — голос старшего немного отрезвил. — А? Нет, спасибо. Мы… — Едем в бар. — А ты? — Джи почувствовал себя полным дураком. Он не мог нормально мыслить. Будьте, блять, прокляты его убитые нервные клетки и поломанная психика. Слишком много эмоций в один момент. Если бы он просто убил Чэвона и поехал к себе, было бы все намного проще. Он прекрасно владел собой ровно до того момента, как увидел Минхо. Что, сука, с ним не так? Почему это происходит? — И я тоже. Больше они ни о чем не говорили, но это и не было нужно. Ли посматривал на парня каждые несколько секунд, проверяя его состояние. Джисон держался хорошо. Опустошенность, как и страх, постепенно сходили с его лица, заменяясь спокойствием. Минхо здесь, рядом с ним. От этого на душе стало теплее. План завершен с успехом. Чэвона больше нет, Кван признал Джисона, а значит, будет не против их совместной работы со своим сыном. Осталось пережить аукцион и приступить ко второй части плана. Впереди длинный путь, не время уходить в себя. К тому моменту, как они переступили порог Peccator, Хан уже полностью пришел в чувство. На губах даже сияла непринужденная улыбка. Он о чем-то шутил со старшим, заливаясь смехом. Парни подошли к барной стойке, где почему-то сидел Чонин, записывая рецепт очередного коктейля. — Йенни, ты чего тут? Время не рабочее, — Джи плюхнулся на стул, призывая Минхо сделать то же самое. Тот сел рядом. — Тебя жду. Как все прошло? — младший отложил свои записи и щелкнул пальцами. Как по волшебству, за спинами появился Чанбин. Он все это время спал на одном из диванов, так же ожидая, когда вернется их босс. — Явились? — спросил он, потирая кулаками сонные глаза. — Я думал, помрете там. — Не дождешься, — фыркнул Хан, похлопав друга по спине. — Нормально все прошло, говорил же, что не нужно вам устраивать истерику. Где Чип и Дейл? — он повертел головой в разные стороны, но зал оказался пуст. — Поехали поболтать с кем-то из знакомых Джинни. Они готовы идти с нами на аукцион, — пояснил Чонин. Джисон кивнул, принимая из его рук стакан с холодной водой. — Чэвон мертв, — небрежно бросил демон, осушая стакан до дна. — И это я его убил. Парни раскрыли рты, вопросительно уставившись то на Джисона, то на Минхо. Хо положил свою руку на колено младшего, слегка сдавив пальцами напряженные мышцы. В ответ на это он получил ободряющую улыбку. Джи в порядке и говорил об этом без слов. — Я думал, что ты шутишь, когда сказал, что тебя попросят это сделать, — хмыкнул Со, отойдя от первоначального шока, и ткнул пальцем в бутылку соджу. Ян кивнул и протянул ему алкоголь. — Так ты знал? — Хо наклонил голову и прищурился, смотря на то, как Хан ухмыляется, подмигивая. — Это было очевидно, — прыснул он. — Я донес на своего отца и клялся в верности. Он же должен был убедиться в моих словах. — Да уж, знал бы Кван, что тебе поебать на папашу, — Чонин решил не оставлять Ли без внимания и так же протянул ему стакан с водой. Алкоголь подавать не спешил, раз не просят. — И то верно. — согласился демон. — Что будет дальше? Кто займет его место? — Бин продолжал думать о деле, хотя внутри все ликовало. Человек, который был виновен в смерти его родителей — теперь мертв. Он был бы больше рад, если бы расправился с ним сам, но такого случае не представилось. Они вчера даже спорили с Джисоном на эту тему, когда демон рассказал весь свой безумный план. Все-таки он босс, кто будет идти против него? Он себя отлично зарекомендовал и ни разу не подвел. Тем более, у Чанбина остался еще один враг — самый главный. Ли Кван, который позволил отцу Джи сделать это. Нужно сосредоточится на планах. Ответа Чанбин ждал не от Хана, а от Минхо. Он смотрел прямо на него, от чего парень почувствовал себя неуютно. Такое ощущение, что если он не даст такого ответа, которого от него ждут, то случится что-то плохое. — Я не знаю, честно, — Хо посмотрел на Джи, словно тот мог его поддержать. — Кван обсудит с советом кандидатуру нового босса, а пока его место займет Бао, как правая рука отца, — невозмутимо объяснил младший. — Он, кстати, спрашивал меня, хочу ли я эту должность, — он усмехнулся. — А ты? — настороженно спросил Со. — Отказался. — Какого хуя? Нам же было бы в сто раз проще, будь ты ближе к власти, не думаешь? Никто же не заставляет тебя навсегда там оставаться, а только на время. — Дурак совсем? — Хан вырвал у друга из рук бутылку с соджу и сделал пару глотков. — Кто меня бы там принял? Все люди Чэвона верны ему, и за столько лет наслушались такого обо мне, что даже стакан воды не подадут под дулом пистолета. Я же не король Гондора, чтобы прийти и сказать, что истинный наследник и это место по праву мое. — Властелин колец? — усмехнулся Хо. — Конечно, — Джисон расплылся в улыбке. Трудно найти тех, кому тоже нравятся подобные фильмы, вместо сопливых дорам. — Как насчет пересмотреть? — Идем, — младший соскользнул со стула и толкнул старшего локтем. — Конечно, идите, — всплеснул руками Чанбин. — У нас же не стоит вопрос о судьбе города и наших жизнях, спешить некуда! Его уже никто не слышал.

***

Ночь выдалась на удивление теплой. Настолько, что можно смело снимать кожаную куртку, из-за который уже вся спина покрылась липким потом. Хенджин заглушил двигатель мотоцикла и оглянулся через плечо, открыв лицевой щит своего шлема. — Что стоим? — спросил Феликс, повторив его действие. — Голоден? — Хван повернул голову к небольшому уличному ресторанчику, что был по правую руку от парней. — Ну-у, — блондин задумался. — Давай. Парни оставили шлемы на руле и зашли в забегаловку, где перекусывали время от времени. Такие вылазки были не частыми, но Хенджин радовался каждому случаю. Когда можно просто представить, что они обычные друзья со скучной жизнью — это, как отдушина. Заказав по тарелке пасты в чесночно-соевом соусе, они принялись за еду. Сначала в полном молчании, пока пустые желудки не наполнились хотя бы наполовину. Настроение было приподнятым после удачных переговоров. Впрочем, вместе Хван и Ли — отличная команда, этого не отнять. Опустошив свою тарелку, Ликс заказал еще порцию жареных креветок и кимбап на двоих. Блюда принесли быстро, словно приготовили все для них заранее. Никто бы не удивился, если бы так и было. Хозяйка видела их редко, но уже успела запомнить вкусы каждого. В этом ее очаровательная особенность — знать своих клиентов и их любимые блюда на зубок. — А ты еще думал, — усмехнулся Хенджин. — Вон какой голодный, — он смахнул большим пальцем с губ блондина маленькую рисинку и на несколько секунд застыл в странном положении. Рука висела в воздухе в паре сантиметров от лица Феликса, а глаза прикованы к его пухлым губам и языку, который случайно коснулся пальца Джинни. — Ты чего? — спросил Ликс, словно не заметив того, что произошло несколько секунд назад. Хенджин быстро проморгался и одернул руку, как ошпаренный. Покачав головой, он принялся за еду, набивая рот как можно больше, чтобы точно не пришлось ничего говорить. Если Феликс и заметил эту неловкую ситуацию, то виду не подал. Он так же уплетал поздний ужин за обе щеки, только изредка поглядывая на своего друга. Так и не сумев начать разговор, они закончили с трапезой. Ли расплатился сам, игнорируя возмущения Хвана. Он пригласил, а значит должен платить? Бред какой. Ликс не хотел, чтобы это было одолжением. Так он показывает свою заботу. Это меньшее, что он может для него сделать. Практически вывалившись на улицу и держась за наполненные животы, они встали возле входа в ресторан. Хенджин закурил. Сигаретка после еды — самое лучшее, что придумало человечество. — Мне кажется, что если сейчас попадется хоть одна кочка, то весь ужин выйдет из меня наружу, — простонал Хван. — Согласен, — кивнул Ликс. — Прогуляемся? — неожиданно спросил он. Сигарета зависла в воздухе, не достигнув губ Хенджина. Он удивленно приподнял бровь, бросив короткий взгляд на блондина. Обычно их совместное времяпровождение было либо за работой для J.One, либо за работой в центре Феликса, либо в баре Джисона. И секс время от времени. Но прогулки? — К-конечно, — запнулся Хван. — А где? Феликс щелкнул пальцами и указал куда-то за спину друга. — Там парк небольшой есть. Давно хотел на него посмотреть, — он выбросил сигарету друга и пошел по направлению, куда сам же и указал, не дожидаясь согласия Хенджина. Догнав Ликса, Хван молча шел рядом, не решаясь заговорить. Сейчас обстановка казалось почему-то не такой, как всегда. Ощущение, что что-то идет не по обычному сценарию. Феликс заговорил первым, когда они уже шли по насыпной дорожке между деревьев: — Бин написал, что Джи с Минхо вернулись. Все прошло хорошо. — Я знаю. Джисон мне сам написал еще днем, забыл тебе сказать. Блондин хмыкнул. — Как думаешь, между ними что-то есть? — О ком ты? — Ли и наш маленький дьявол, — пояснил Феликс. — Не знаю. Я не думаю, что стоит в это лезть. Сами разберутся, — как можно безразличнее ответил Хван, пиная камни под ногами. — Ты прав. Забавно выйдет, — фыркнул Ликс. Поймав вопросительный взгляд друга, он поспешил объяснить. — Они же буквально на противоположных сторонах. Джисон борется против его отца. Как в кино. — Херня эти ваши фильмы, — не подумав взболтнул Хенджин. — Любовь та еще сука. Все время возникает тогда, когда она невозможна. Лишь бы все усложнить. Феликс замедлил шаг, придвинувшись к Хвану поближе и понизил голос почти до шепота, словно в полностью пустом парке их мог кто-то услышать: — А ты любил когда-нибудь, Джинни? Сердце парня пропустило удар. Дыхание перехватило, как будто он оказался пойманным. Загнан в угол без возможности выбраться из западни, устроенной собственными чувствами. — Я… Это не важно, Ликси, — нет, он не может сказать правду. Ни за что. — Я не достоин чьей-то любви, тебе ли не знать. — Почему? — блондин искренне удивился такому выводу. — Хах, — усмехнулся Хван. — Я просто отброс, преступник и убийца. Что-то еще нужно объяснять? — Следуя твоей логике — я тоже не достоин любви, — грустно подметил Феликс. — Может, так оно и есть. Однажды я уже обжегся. Болезненные воспоминания ворвались в голову. Стоило один раз открыть свое сердце и поверить парню, что он действительно нужен и любим, как все это «счастье» оказалось фальшивым. Есть ли смысл рисковать вновь? Прошлый раз это закончилось наркотической зависимостью и почти смертью. А все почему? Потому что его обманул человек из этого паршивого клана, который был заслан к нему специально, чтобы добыть компромат для шантажа. Вот они — прелести быть сыном премьер-министра. Всегда найдется кто-то, кому придет в голову добраться до отца через его наивного сына. Когда-то наивного сына. Больше никогда. Этот человек мертв. Как и все, кто был в этом замешан. Если бы не Хенджин и Джисон, кто знает, чем бы все кончилось. Зато эта ситуация привела в жизнь Феликса этих двух парней, ставших родными людьми. Семьей. Всем, что у него осталось помимо родителей, которым нет дела ни до чего, кроме работы. — Эй, Ликси, — Хенджин резко остановился и развернул к себе парня, который заметно изменился в лице. Глаза наполнились болью и горечью, сверкая навернувшимися слезами. — Не говори так. Ты — не я. Слышишь? — он взял его лицо в свои ладони, нежно поглаживая пальцами щеки. — Ты самый лучший человек, которого я когда-либо знал. Ты достоин только самого лучшего, клянусь тебе. Ты мне веришь? — Хван сам с трудом сдерживал собственные слезы. — Ты - солнышко, без которого я бы давно заблудился в этом чертовом мире. Свети мне и дальше, прошу тебя. Могу ли я о таком вообще просить? Прости, если перехожу границы и делаю то, что не должен, но я… Феликс обвил шею Хвана дрожащими холодными ладонями и притянул к себе. Нежно коснувшись чужих губ, он замер, надеясь, что его не оттолкнут. В удивлении Хенджин приоткрыл рот, после чего поддался порыву, отпустив себя. Его пальцы зарылись в блондинистые волосы, массируя голову, а язык скользнул по мягким губам. Ликс рвано выдохнул и углубил поцелуй, прижимаясь ближе к такому родному телу, желая почувствовать его тепло. Они жадно, но при этом бережно и нежно целовали друг друга, стоя в тени деревьев, которые освещала лишь одинокая луна на чистом ночном небе. Это их не первый поцелуй, но его можно смело называть таковым. Когда они договорились, что будут спать друг с другом только из желания удовлетворить свои физические потребности, то решили, что поцелуи не в красной зоне дозволенности, но только в постели. Прямо сейчас нет и намека на сексуальное желание. Это, как порыв чувств. Только можно ли обнадеживаться? Отчаяние — тоже чувство. Не всегда это любовь. Ликс отстранился первым, когда воздух в легких окончательно закончился и не было даже секунды, чтобы сделать короткий вдох. Он не отпускал Хенджина, прижавшись своим лбом к его щеке и тяжело дышал. Сглотнув, Феликс поднял глаза на небо и улыбнулся. — Она прекрасна, — тихо прошептал он, глядя прямо на яркую луну, что стала свидетелем этого события. — Ты о чем? — на выдохе спросил Хван, все еще не открыв глаза. — Это не так важно, Джинни. Когда-нибудь, ты узнаешь, что я имею в виду.