Цветок папоротника

Чем ближе был конец февраля, тем лучше Наруто понимал, что имела в виду Цунаде. Анатомия его не жалела. Когда к ноющей спине добавились с незавидным постоянством отекающие ноги, он всерьёз пожалел, что отказался от упражнений. И до Наруто наконец-то, как это нередко в его жизни случалось, с опозданием начало доходить, что дело было не только в том, чтобы потом быстрее восстанавливать форму, но и в том, чтобы за время вот этого всего не развалиться. Но ни спина, ни гудящие ноги, ни даже сложности с наклонами и долгим сидением, не могли ему помешать закончить обучение и сдать экзамены. Наруто был решительно настроен получить свой зелёный жилет несмотря ни на что. И когда Ирука сказал ему, что экзамены назначены на конец мая, даже порадовался - звучало как уже прилично времени после появления на свет ребенка. А значит, он успеет разобраться с хаосом, который неминуемо сопутствует таким серьёзным делам, и снова заняться учебой. Ну, где-то между подогревом смесей и успокаиванием плачущего младенца. При этих мыслях паника обычно перехватывала горло и дальше он старался не думать. Но в конце концов, он ведь не один. У него есть Саске, который весьма настроен участвовать, и на крайний случай - Ино, которая вызывалась сидеть с ребенком, если они будут заняты. Примерно с этими мыслями он и шел на очередное занятие и даже не сразу заметил, что его снова ждёт не Ирука. - О, привет! - радостно махнул он Шикамару, который теперь ничуть не пугал. - А я и забыл, что сегодня снова ты! - Надо ли это воспринимать как признание, что дома ты снова нихрена не читал? - любезно поинтересовался тот. Наруто взъерошил волосы на затылке и быстро уселся на своё новое место в первом ряду. - Ты хочешь правдивый ответ или такой, который сбережет тебе нервы? - Ай, ладно уже, - Шикамару распахнул книгу на столе таким широким жестом, словно та была люком, ведущим в трюм корабля. - Там не много. Прочитаешь в темпе и отвечай. - Ага, - Наруто кивнул и подышал на покрасневшие руки, чтобы те быстрее согрелись. - Как там Темари? - Да нормально. Сердится, швыряет в меня предметами, обнимается с унитазом... Шикамару усмехнулся как-то совсем невесело и Наруто понимающие покивал. Это он проходил. Это он в курсе. И со знанием бывалого и опытного в этих делах человека заявил: - Мне помогал крепкий зелёный чай. Пусть попробует. - Правда? - Шикамару с интересом уставился на него. - Спасибо. Я передам. А! Точно. Я ведь тебя пригласить должен. Короче, свадьба у нас в марте. Приглашаю. Он вздохнул с чувством выполненного долга, словно разделался с самой сложной задачей на день и дальше можно жить спокойно. - Ого, как быстро! - поразился Наруто и забыл об уже открытой было книге. - Я приду, конечно, мне-то что, но... Девчонки вроде обычно любят это всё долго и подробно планировать. - Вообще-то я тоже люблю долго и подробно планировать, - нахмурился Шикамару. - Но она убьёт меня, если не влезет в то свадебное кимоно, которое хочет. Так, что. Да. В марте. Он кивнул будто себе самому и быстро просмотрел статью, которую им надо было обсуждать сегодня. Наруто уставился на неё же, решив, что разговор окончен и попытался сосредоточиться на строчках, но те неумолимо разбегались. В животе было тихо, к счастью. Наруто заметил, что дитёныш часто засыпал во время прогулки или когда просто куда-то надо было идти. Цунаде говорила - его убаюкивает движение, как в колыбели. А вот когда Наруто переживал, или ел, или долго сидел, особенно в неудобной позе, тот просыпался и начинал лупить по чему попало. Привыкнуть к этому казалось невозможным, это было странно, дико, но временами и довольно забавно. А ещё ему, похоже, нравился голос Саске - когда тот начинал говорить, все брыкания мигом прекращались или превращались в плавное покачивание. Вот только вытянуть из Саске больше двух предложений подряд - та ещë задача. - А ты не хочешь устроить свадьбу? - вдруг спросил Шикамару. Наруто нахмурился, вмиг растеряв жалкие остатки сосредоточенности. - Свадьбу? С Саске? - Есть кто-то другой на примете? - Да блин... - Наруто поёрзал на лавке, не зная, как подступиться к этой теме. Ему-то всё было предельно понятно, - а смысл? Ведь на самом деле нас никто не поженит. Да и... ты понимаешь ведь, как это будет выглядеть... - А есть разница, как это будет выглядеть? - дёрнул бровью Шикамару и хмыкнул. - Насчет поженит-не поженит - мне кажется, Какаши как Хокаге мог бы что-то придумать. У вас будет общий ребенок, это не шутки. Не просто праздник ради праздника. Хотя даже если и так... По-моему, ты этот праздник больше всех нас заслуживаешь. Какая разница, с кем. Если ты его сам выбрал. - Да я даже не знаю... Хочет этого Саске или нет. Наруто повертел кольцо на пальце. Оно служило хоть и не явным, но вполне осязаемым намёком на то, что всё же хочет. Только никогда всё равно не скажет. Потому что, как и он сам, считает это невозможным. Да и не так, чтобы важно... Просто. Было бы приятно. Наверное. - Ну, так спросил бы, - Шикамару безразлично пожал плечами и перевернул страницу. - Нет, дело ваше, конечно. Но если проблема только в общественном осуждении, то это не такая уж проблема. - А вдруг на эту свадьбу никто не придёт? - неожиданно даже для себя честно признался Наруто в своём самом главном сомнении. - О, так уж никто, - усмехнулся Шикамару. - Смотри, я точно приду, от меня ты не отвертишься. Темари наверняка тоже захочет. Чоджи придёт, если там будет хоть какое-то угощение. Ино прибежит, стоит только свистнуть - она к вам очень хорошо относится. Сай увяжется за Ино. Сакура... Он помолчал и Наруто отрицательно качнул головой. - Это сложно. Не уверен, что она захочет там быть. - Ладно. Сакуру пропускаем. Ирука будет оскорблён до глубины души, если ты его не пригласишь. Какаши может повыпендриваться, но - уверен - придёт и будет утирать платочком слёзы о том, что два его лучших ученика женятся. Конохамару - попробуй удержи его. А с ним вся его придурковатая братия. Куренай тоже вряд ли откажется. Киба нам с тобой должен, мы часа два стояли у него на свадьбе в храме. А где Киба - там и Хината. Шино вообще не любит оставаться не у дел... Достаточно гостей для начала? Это только те, кого сразу вспомнил. Наруто чувствовал, как губы сами собой расплываются в безумной улыбке. Как он мог думать, что все эти люди отвернутся от них, едва узнав, что они с Саске вместе. Когда Шикамару вот так всё раскладывал по полочкам, становилось просто и понятно. Понятно, что у него так много людей, которые его любят. - Серьёзно, Наруто. Мы с тобой тут сейчас сидим по одной-единственной причине - вся эта история должна была закончиться свадьбой, - Шикамару усмехнулся. И в общем-то был, наверное, прав. Ведь нельзя так долго преследовать кого-то, пытаясь ему помочь, чтобы потом не отпраздновать то, что это наконец получилось. Хотя сам он никогда не думал, что их с Саске взаимоотношения дойдут до такого. До того, что Наруто теперь носит его кольцо и его ребенка. В детстве всё было проще. И труднее. А сейчас - труднее. Но на самом деле проще. И казалось - их свадьба была бы ничем не хуже, чем у других. И ничуть не менее настоящей.

---

- А ну не вертись! - скомандовал Наруто. И обошел по кругу, рассматривая свою работу. Саске закрыл глаза, застыл, не дыша и пытаясь ему не мешать. Наруто так всегда серьёзно к этому относился. Как будто и правда мог сделать что-то неправильно. И как будто любая его ошибка была непоправимой. - Ага, вот здесь ещё криво, - послышалось слева в темноте. Саске открыл глаза, услышав, как тонкие ножницы чикнули где-то недалеко от левого виска. Наруто выровнял влажные пряди волос, пройдясь теплыми пальцами по скулам. Придирчивый взгляд голубых глаз в зеркальной двери шкафчика выражал крайнюю степень сосредоточенности. - Кажется, нормально, - проговорил Саске, осматривая результат. Наруто всегда его подстригал одинаково и получалось одинаково. С чего бы вдруг он что-то напутал или забыл. Да даже если бы и ошибся - волосы отрастают быстро. Но каждый раз он подходил к этому так серьёзно, будто от прически Саске зависела и его боеспособность. - Да какое там нормально, - фыркнул Наруто, скрещивая руки на груди и хмурясь. Его снова окинули изучающим взглядом и чуть отрезали справа у виска. А потом пригладили влажную челку, которая тут же прилипла ко лбу. - Не коротко? - спросил Наруто. - А ты можешь это исправить, если я скажу "да"? - Саске не сдержал улыбку, косясь из-под мокрых волос. - Нет, но я могу запомнить на следующий раз! Было совершенно точно так же, как и обычно. Никакой особой разницы. Ну, или для Саске это просто было не так важно. Иногда к нему подкрадывались подозрения, что если Наруто подстрижет как-то не так, то это будет раздражать его самого. Взяв время подумать, после паузы он ответил: - Всё хорошо. Спасибо. Из отражения тепло и довольно улыбнулись. А потом Наруто обошел его и встал спиной к зеркалу, прислонившись к раковине. На лице его возникло странное выражение сосредоточенности. В душе, где они расположились, было не так много места и такой маневр выглядел достаточно однозначно - сейчас ему сообщат что-то важное. Саске даже напрягся. Но вместо сообщения услышал вопрос: - Ты никогда не хотел, чтобы у нас была свадьба? Прозвучало так наигранно ненавязчиво и как бы между прочим, что сразу стало понятно - ответ имеет большое значение. А Саске не знал, что тут ответить. Растерянность и сомнения - вот и всё, что он чувствовал. При мысли о свадьбе возникали почему-то ассоциации с кланом и прошлым. Он бывал на свадьбах родственников. Итачи сажал его себе на плечи и он возвышался над головами людей и всегда мог рассмотреть жениха и невесту, стоящих у храмовых ворот. Курились горько-пряные благовония, ветер щекотал шею, и звенели колокольчики на лентах в храме. На плечах у брата было страшно и высоко, но детское сердце заходилось от восторга. А вокруг хлопали на ветру тёмные полотнища с бело-красными веерами и косились суровые взрослые, будто собравшиеся на траурную процессию, а не на праздник единения душ и рождения семьи. Рождение семьи. Наверное, для этого свадьба? Так ему казалось в детстве, на плечах у брата, и потом - на банкете, где его пихали за низенький столик к другим малышам, а он хотел сидеть с Итачи и взрослыми. Но теперь он вырос и смысл был утрачен, потерян где-то там, в прошлом, под хруст костей и запах смерти. Вместе с другими воспоминаниями о клане. - Я не думал об этом никогда всерьёз, - попытался Саске упаковать свои чувства в слова, что всегда давалось ему нелегко. - Для нас это вряд ли возможно... Ты бы хотел, чтобы мы поженились? Немного покусав губу, Наруто нахмурился. - Наверное. Знаешь, я не столько прямо мечтаю о свадьбе, сколько меня раздражает ощущение, что мы не имеем на неё права. Все имеют, а мы - нет. Как будто мы чем-то хуже. Наша семья чем-то хуже. Как будто, - он выдохнул сквозь ноздри, рассерженно и с досадой. - Будто у нас всё не по-настоящему. Наруто сопел и выглядел довольно злым на всех этих воображаемых людей и общественное мнение, не позволявшее ему публично сочетать себя браком с мужчиной. Саске отряхнул с плеч мелкие остриженные волоски, сбросил на раковину полотенце, которым был накрыт, и потянул к себе край черной футболки. Наруто нехотя сделал к нему шаг и оказался зажат между ним и стенкой душевой. - Эй, ты чего? Сопротивление было довольно вялым и Саске обнял единственной рукой чужую поясницу, прижимаясь щекой к круглому животу. - Любишь, когда тебя бьют по лицу? - участливо поинтересовались сверху. - Он спит сейчас. Кажется. - Люблю вас. Обоих. Наруто замер, застывая в странной и напряженной позе, как воск оплывшей свечи. Под щекой действительно было тихо, только пульс бился и вздымалось дыхание, медленно и тяжело. - Саске... - Ничего более настоящего у меня никогда не было, - сказал резко и быстро, прерывая растерянный шепот. - Но если ты хочешь свадьбу - я не против. Меня ничьё мнение не интересует. Кроме твоего. Руки Наруто легли на плечи, заключая в кольцо уюта. И при этом почему-то дрожали. В этих объятиях было так спокойно. Саске чувствовал себя наполненным теплом, как будто сквозь каждую клетку тела проходил солнечный свет, согревая, лаская кожу, перебирая влажные тяжелые пряди волос вместе с пальцами, которые их коснулись сейчас. Он закрыл глаза, пытаясь впитать это тепло телом, запомнить его. Согреть себя один раз и навсегда, чтобы везде, даже не имея рядом сию секунду источника этого тепла, вспомнить его и растопить внутри что-то, что начинает каменеть каждый раз, когда Наруто не с ним. То, что замораживает его изнутри, погружая в анабиоз и бесчувствие, заставляя терять себя. Саске чувствовал себя цельным только рядом с ним. А без него как будто лишался куска души и начинал ненавидеть то, что осталось. Как раненный зверь метался из угла в угол, пытаясь укусить то себя, то других. И приходила темнота, окутывала, утаскивала за собой. Становилось многое всё равно. Почти всё. Из темноты проступали только руки Наруто. Только его улыбка, его светящиеся глаза, его плечи, и непослушные волосы, и веснушки. И весь он светился изнутри, терпеливо и бережно собирая Саске по частям, складывая, сшивая, соединяя, как магнит осколки железа, как нить - края раны. А потом внутри наступали покой и тишина. Казалось, Наруто был самой жизнью, одно его прикосновение пробуждало и оживляло. Саске так не умел, в его руках всё как будто умирало и распадалось. Наруто любил жизнь, и внутри него зарождалась новая жизнь, и это было так правильно и казалось таким естественным, как всё его исцеляющее и светящееся существо. Как вся его любовь, которой хватало на всё и на всех. Но больше всего её доставалось Саске. Даже когда он этого не замечал и не заслуживал. Он откинул край черной футболки на животе и прикоснулся губами к мягкой коже. Ничего более настоящего Саске никогда не видел и не чувствовал. Но если Наруто хотел каких-то ещё подтвержений, то мог их получить. Все, до единого. - Я бы хотел с тобой пожениться. Чтобы никому и в голову не пришло считать, что мы чем-то хуже. И что наш сын чем-то хуже, - негромко пояснял Наруто, пока его пальцы скользили сквозь свежеподстриженные пряди. - А ещë мне можно будет называть тебя мужем. Сверху раздался тихий смех, а живот дёрнулся и Саске снова прижал к нему щеку, только теперь уже к коже, без помехи из ткани. - Тебе и сейчас можно. Хоть это и странно звучит. - Ну нет, так не официально. И ничего не странно! Возмущение в голосе было таким искренним, что Саске улыбнулся. - Когда бы ты хотел устроить это всё? - Не знаю. Не сейчас. Не с этим животом, - он вздохнул. - Когда всё немного уляжется, я сдам экзамены и буду снова хозяином в своём теле. Сейчас мне точно не до свадеб. - Летом? - предположил Саске. - Да, летом было бы отлично, - немного помолчав, согласился Наруто. Решив, что на этом вопрос решен, Саске поднялся, отпуская от себя с неохотой тепло родного тела. Но время было позднее, им обоим следовало ложиться. Одному завтра рано утром на занятия, а второму - в резиденцию Хокаге. - Пойдём, - сказал Саске, касаясь рукой плеча Наруто. - Намажу тебя твоим кремом и будем спать. Это стало уже традиционным ритуалом. Когда он не был занят на миссиях и когда их графики не расходились слишком сильно, вечером Саске усаживался на кровать, а Наруто занимал место между его ног, привалившись спиной к нему. Наносить крем было не трудно, довольно приятно, а ещё периодически в это время его руку толкали изнутри и удавалось застать то движение, поймать которое в другое время было не так уж просто. Ну, и ещë в этом был очевидный плюс - кое-кто перестал стесняться своего тела. У них несколько раз в предыдущие недели был секс, но чем дальше, тем более осторожный. А последнее время Наруто становилось физически тяжело и желание его больше не посещало. Саске не настаивал и не инициировал, в какой-то степени испытывая даже облегчение, потому что страх навредить ребенку насовсем так и не отпустил. Эти вечера остались чуть ли не единственной телесной близостью, что у них случалась. - У нас, кстати, есть ещё одно нерешенное дело, - напомнил Наруто, когда они устроились. - Как насчет Такеши? - Слишком банально, - ответил Саске, зачерпывая крем из зелёной банки и аккуратно касаясь пальцами над тазом. - Изаму? - То же самое, только замысловатее. - Юки? Саске даже удивился, на миг прекратив свою работу. - Почему вдруг? Ты ведь хотел весеннее. - Ну, у него наверняка будет белая кожа, как у тебя. Знаешь, мне кажется, он будет мягким и спокойным ребенком. Все эти суровые воинственные имена ему не идут, - Наруто вздохнул. - Весеннее, говоришь... Мио? - Слишком мягко звучит, - Саске поморщился, оглаживая пальцами круглый бок. - И с чего ты взял, что он будет спокойным? - Просто я так чувствую! - хмурый взгляд скользнул по лицу, а рука Наруто заправила длинную прядь челки за ухо. - Всё, твоя очередь. - Ханаро. - Что?! Это разве не девчачье имя? Где ты его вообще взял? - Придумал только что, - признался Саске. - Оно весеннее, приятно звучит и не значит ничего дурного. И оно для мальчика. - А что хорошего оно значит? - проворчал Наруто и повторил, словно пробуя имя на вкус: - Ханаро. Его будут дразнить. Это имя для девочки. Саске задумался, но ничего другого в голову не приходило. Имя зацепилось и не хотело уходить. А под ладонью вдруг толкнулись, четко и ощутимо. - Видишь, ему не нравится, - ткнул Наруто в свой живот. - А по-моему, наоборот - он одобряет, - Саске придержал руку, чувствуя кожей слабые шевеления, похожие на поглаживания. - Ханаро - это как новая жизнь, новое начало. Весной всё расцветёт. И ты. И он. Наступила такая тишина, как будто Наруто и правда серьёзно задумался. Светлые брови сошлись у переносицы. А потом он рассмеялся. - Блин, Саске, иногда твои ассоциации ставят меня в тупик. Ладно, не бери в голову. Подумаем ещë. Время есть. Ну, ещё - так ещë. Саске не был против. Он снова зачерпнул пальцами немного крема и принялся втирать его с другой стороны, слева, там, куда доставать с одной рукой было всё труднее по мере роста живота. Но он пока справлялся и был уверен, что справится и дальше. Лампы слабо светили, превращая мрак в оранжевую полутьму, обнимавшую их на кровати. А за окном и в доме стояла полная тишина, нарушаемая только ровным дыханием Наруто. И это был самый приятный и успокаивающий звук на свете.

---

В огромные окна за спиной Какаши светило уже по-весеннему яркое солнце, заставляя прикрывать глаза и смотреть куда угодно - на горы мятых бумаг, на дощатый пол, на пыльный стол, на сцепленные руки в перчатках напротив, но только не на самого Шестого Хокаге. Саске терпеть не мог утра в этом кабинете, потому что именно в это время суток солнце лезло здесь в глаза особенно настырно. - Я слушаю, - сказал Саске, расстёгивая пряжку плаща, потому что сквозь стёкла проходил не только свет, но и тепло. - У меня есть для тебя миссия, - Какаши вздохнул тяжело и безнадёжно, - и она тебе не понравится. Свиток прокатился по столу, и Саске поймал его в последний момент перед падением на пол. Подхватил и потянул зубами шнур, разворачивая рукой длинное послание. Хватило минуты - пробежаться взглядом по верхним строчкам - чтобы понять, что именно должно ему не понравиться. - Месяц? - Саске вскинул бровь, отказываясь воспринимать это не как нелепую шутку. - Ты серьёзно? Какаши развёл руками, всем своим видом демонстрируя сожаление. - Я пытался отговорить их, как мог. Что ты не единственный наш разведчик и есть другие. Но капитан Камня требует именно тебя. Саске, там заваривается очень серьёзная каша. Группа отступников, которую не устраивает мир между странами. Они хотят разорвать Альянс и, поверь, у них найдутся силы и ресурсы это сделать. Если мы не помешаем сейчас. Саске медленно свернул описание задания обратно в трубочку, прижал запястьем и дёрнул пальцами шнур, затягивая. - Это всё очень интересно, - ровным тоном сообщил он, бросая свиток обратно. - Но через месяц у меня появится сын. И я намерен его встретить. Какаши, казалось, ответ не впечатлил и даже ничуть не удивил. - Наруто рожать почти через два месяца. Да, я узнавал у Цунаде. - Ребенок может решить родиться раньше. Я не собираюсь рисковать пропустить это. - Саске, дело действительно серьёзное. Нам нужны твои умения. И силы, - Какаши явно не собирался сдаваться. - Ты нужен там. Правда. - Я нужен здесь! - рука сама хлопнула по крышке стола, он даже не планировал, но пальцы тут же сжались в кулак. - Не смей. Не смей делать это со мной. Тишина, повисшая между ними, казалась абсолютно мёртвой. Воздух наэлектризовался и колол, обжигал, кусая кожу. Саске не мог. Не должен был. Он не имел права соглашаться. Но уже видел, что выбора ему не оставят. - Прости меня, пожалуйста, - в голосе Какаши звенело искреннее сожаление. - Мне правда очень не хочется это делать. Но это даже не стандартный S-ранг. Проблема не только в разведке - они правы. Там нужен герой. Их у нас здесь всего два. И если бы Наруто был в состоянии - я бы отправил вас обоих. Но я не могу. И мне придётся настаивать на том, чтобы ты согласился. Саске прикрыл глаза, погружаясь в алое сияние солнца под веками. Ненависть, боль, бессилие - его захлёстывало всё сразу, топя, погружая в какую-то бездну, из которой не выплыть. Он здесь всё ещё пленник. Всё ещë не на хорошем счету. И, вероятно, не будет никогда. На его шее ошейник, на нём замок и цепь. Он будет делать то, что скажут. Потому что общественный резонанс, потому что он всегда немного под лупой. Потому что Наруто не может пойти из-за него. Настоящего героя он у них отнял. И никогда не сможет его заменить. Но им всё равно будут затыкать все прорехи в планах и укреплять все слабые места всех комбинаций. Какаши жаль - в этом нет сомнений. Но совету Каге не жаль и они расплющат Шестого в случае неповиновения Саске. Он слишком опасен, чтобы дать ему настоящую свободу. - Всего месяц, - твёрдо сказал Какаши. - И это просто оценка их капитана. Который ничего не знает о твоей скорости, интеллекте и силе. Ты справишься быстрее и вернёшься ещë до апреля. Я в тебя верю. Зато Саске не верил в себя вот настолько. И уж точно - не в каких-то неизвестных шиноби. Работа в команде всегда замедляет. К тому же, как правило, миссии затягиваются... Но здесь его мнения никто не спрашивал. И если он сейчас упрётся и откажется - последствия могут быть непредсказуемыми. В том числе для Наруто. Для их будущего вместе. - Я хочу, чтобы о нём заботились, пока меня не будет, - четко проговорил Саске, рассчитывая, что ни одно его слово не останется не услышанным. - Но он будет против. - Я понимаю, - кивнул Какаши. - Мы обсудим это с Цунаде, я сделаю всё, чтобы за Наруто присмотрели. - Если ребенок захочет появиться на этот свет раньше - я вернусь. Я брошу миссию и вернусь. Ты слышишь? - всё так же четко произнес Саске. - Тебя не касается, как я об этом узнаю и что сделаю. Но я тебя предупредил. Снова кивок. - Я услышал тебя. Учитывая то, что я заведомо знал о твоей семейной ситуации и был тобой предупреждён, это не может считаться отступничеством и дезертирством. Пусть сразу ищут замену, имеют в виду. Справедливо. Саске выдохнул, чувствуя, что способность расслабить мышцы лица к нему снова вернулась. Он не смог бы выбить себе больше этого. Он пропустит столько всего... Вечера вместе, завтраки на кухне, ужины в прихожей, удары в ладонь, походы к Цунаде, новые фото. Ему ещё нужно собрать комод в детской. Но это лучшее, на что он может рассчитывать. Он поднялся, не сказав больше ни слова, и сгрёб свиток. Описание миссии нашло приют в нагрудном кармане плаща, рядом с тревожно и натужно бьющимся о ребра седцем.

---

- Миссия? Вот блин! - Наруто зарычал и несколько раз приложил кулак о косяк двери. Саске выложил последнюю планку на пол и оглядел их. Он стоял посреди детской, уперев руку в бок и рассматривая всё это великолепие, пахнущее сосновой древесиной и сладковатой смолой. Комод был светлым и совсем небольшим - что-то среднее между пеленальным столиком и шкафчиком. Это был удачный компромисс, который они нашли, чтобы не занимать много места мебелью и при этом разместить где-то всё то многообразие крошечной одежды, которая бесконтрольно множилась в их доме теперь усилиями не только Наруто, но и Ино. - Я вернусь через месяц. Ты даже не заметишь, - Саске пожал плечами и поднял часть, вероятно являющуюся основой. - Миссии были и будут. В этом нет ничего удивительного. - Ну да, но... Блин! Какаши мог бы послать кого-то другого! Ты единственный, что ли? Задолбал гонять, - Наруто фыркнул, прислоняясь плечом к косяку. Говорить о том, что второй единственный шиноби, которого могли бы послать на эту миссию, сейчас очень беременный, Саске не стал. Ни к чему Наруто ещë этим мучиться. Он просто промолчал, выставляя, к счастью, вполне устойчивые ножки на пол. - Тебе помочь? Саске опустился на корточки и взвесил на руке основу. Тяжелая, цельная доска, хоть и тонкая. Но одному ему разбираться не дадут. Вопрос Наруто был предупреждением. Через пару минут он впишется в работу со всей душой и абсолютно без инстинкта самосохранения. - Подержишь ножки, пока я прицеплю это? Они не тяжелые. - Конечно! Давай. Ставить гвозди и шурупы в три руки было куда легче, чем с одной, а главное - такая занятость помогала удерживать Наруто от лишней активности, которую он отказывался воспринимать как нагрузки в принципе. Вдвоём они справились довольно быстро. Вскоре Саске уже обозревал их общее творение со стороны, размышляя о том, как это комод так удачно вписался под подоконник, никто же ничего не замерял. Взяли тот, что приглянулся. - Хорошо, - оценил Наруто, закинув локоть ему на плечо и с довольным видом разглядывая новый предмет мебели. - Да. И успели. - О, точно! - Наруто моментально скис, вспомнив то, от чего его так успешно отвлекла совместная работа. - Миссия! Когда ты уходишь? - Послезавтра. - Так скоро?! - лицо Наруто помрачнело и на нём как будто ярче проступили веснушки. Саске не удержался, потянулся и поцеловал смуглую скулу. - Это ненадолго. Я постараюсь справиться быстро. Наруто кивнул недовольно, а потом вздохнул, кажется, понимая, что сделать ничего нельзя, и отпуская ситуацию. - Ладно. Уже поздно. Будешь ужинать? - спросил он. - Я тут готовил рыбу по старому рецепту Какаши... Хочешь? Если, конечно, не боишься отравиться перед миссией! Он усмехнулся и потёрся кончиком носа о щеку Саске. - Я рискну. Издав коварный смешок, Наруто его отпустил, и в коридоре послышался шум удаляющихся шагов. А Саске ещё раз окинул взглядом всю комнату. Они намеренно избегали скопления синих вещей, чтобы не жить потом в этом однотонном безумии. Да и казалось, что это даже для ребенка будет скучно. Так и получилось, что большая часть имущества в этом помещении была просто светлой, белой, бежевой или нейтрально-голубой. Шкафы, два кресла, тумба, комод, колыбель. Всё, что нужно, было на месте. По крайней мере, Наруто совещался с Ино и они составляли список прямо на прилавке цветочного магазина, пока клиенты толпились и недовольно бурчали. А позже всё как будто купили. Рука потянулась к колыбели, прошлась по гладкому дереву, толкнула борт. С тихим стуком люлька покачнулась и бесшумно, как маятник, начала слегка раскачиваться на полозьях. Влево-вправо, степенно и ровно, как маленькая лодка на волнах. Она будет так делать какое-то время, если её оставить. Но скоро замрёт. Там нет никакого сложного механизма, просто противовесы. В его детстве с механизмами ещë не было и всё равно - эта колыбель казалась лучше других. Рука гладила деревянную панель и хотелось представить, каким будет человек, который скоро займёт пустое место внизу. И хотелось, очень хотелось, стать одним из тех, кто первыми встретят его в этом мире. Саске нравилось думать, как он возьмёт сына на руки, если так можно, конечно, сказать о тех, у кого рука всего одна. Но он тренировался с плюшевым мишкой и, кажется, понял, как прижимать младенца к себе, поддерживая одной рукой, чтобы не уронить. Этот вопрос очень беспокоил, но Саске надеялся, что постепенно со всем разберётся и научится. Научится быть отцом. Не таким, каким был его отец. Лучше, мягче, внимательнее. Как хорошо, что слова и взгляды Фугаку оставляли на нём настолько глубокие шрамы - он помнит все ошибки и ни одной, конечно, не повторит. Пальцы коснулись миниатюрного веера, вырезанного на планке. Из кухни вкусно пахло жареной рыбой и травами. Детскую освещали последние лучи заката. Больше всего в мире Саске хотел одного - не уходить. И горькая тоска по этому дому пробиралась под ребра, хоть он его ещё даже не покидал.