Цветок папоротника

Закончили они быстрее, чем Саске рассчитывал. Безымянные, узнав, что он вернулся и противников теперь двое - остальных они себе ровней не считали - поспешили ретироваться, решив не испытывать судьбу. Победить сразу их двоих с Наруто они не могли, а терять время и силы смысла не было. Идиотами они не были никогда. Коноха оказалась прилично потрёпана этим нападением, главных целей у которого, видимо, было две - отвлечь всех сильных шиноби и дать время Пятерке найти Наруто. Но тот, как и его собратья, быстро понял, что задача провалена. Цунаде вынудила его отступить и они до него так и не добрались. Хотя Саске уже примерно представлял, что именно с ним сделает, как, сколько раз и насколько долго в Цукуёми. Пытки предполагали разнообразие и некоторую долю глубоко психологического насилия. Но всё равно не могли сравниться, по его мнению, с теми, что пережил Наруто. Когда жители снова расходились по домам, Сакура успела переговорить с Цунаде и та сказала ей забрать Ханаро и Хотару к себе. Сначала Саске воспротивился этой идее, но чем больше он смотрел на Наруто, тем лучше понимал, что им какое-то время действительно очень нужно побыть вдоём. Всё сложилось не так уж плохо для Конохи. Даже пострадавших было не много. А единственным погибшим оказался их нерождённый ребенок. Саске сидел на низком диване, глядя на свои руки и вертя обручальное кольцо на пальце так, будто это могло сделать его ближе к Наруто. После боя они последовали указанию Цунаде и нашли её, а она потащила их в чудом нетронутую во время нападения больницу. Привела к двери незнакомого кабинета и, забрав с собой Наруто, приказала Саске ждать. Он, конечно же, тут же ощетинился, что одного Наруто никуда не отпустит. На что Цунаде рявкнула, что у неё нет времени возиться с ними обоими и, вполне возможно, сам его супруг не захочет, чтобы он там присутствовал. Саске пытался спорить, но взгляд голубых глаз его быстро остановил. Наруто выглядел уставшим и измученным, ему явно хотелось, чтобы это всё поскорее закончилось. После чего Саске резко стух и опустился на диван, на котором до сих пор и сидел, ожидая когда снова откроется дверь. И дверь открылась спустя какое-то время, вот только вышла из неё одна Цунаде в белом халате. - Где Наруто? - поднялся Саске, чувствуя, как внутри вскипает тревога. Цунаде одарила его тяжелым, но сочувствующим взглядом и голос её был на редкость мягким: - Принимает душ в соседнем помещении. Ему это очень нужно, поверь. А ты - иди за мной. - Куда? - раздраженно спросил Саске. Отходить от Наруто решительно не хотелось. И он был настроен никуда не идти, если ему не ответят что-то существенное. А Цунаде в большинстве случаев пропускала мимо ушей неугодные вопросы. Но не в тот день. - Возьмём для него вещи. И лекарства. И Саске пошел рядом, бросая взгляды на напрочь игнорирующую его женщину. Цунаде умела быть жестокой. Но умела она быть и чрезмерно проницательной, что возвращало ей малую толику профессиональной этики. Она искренне любила их детей и всячески помогала, но как она относится к ним самим, Саске порой не понимал. И не был уверен, что хочет знать. Они дошли до двери, у которой Цунаде щелкнула выключателем и зашла. Помещение оказалось чем-то вроде кладовой. Выбрав аккуратно сложенные чисто-белую короткую рубашку и бельё, она зарылась в очередную стопку вещей. - У него был выкидыш на почве полученных травм, - спокойным и ровным тоном заговорила наконец-то Цунаде. - Вообще-то травм достаточно серьёзных, но с этим Курама справился без меня. Там, на поле боя, я вывела из него то, что осталось от техники и запечатала в нём то состояние, в котором он был, чтобы ему не стало хуже. Здесь - устранила все проблемы посредством собственных техник. Это всё, что тебе нужно знать. Отыскав белые штаны, Цунаде плечом вытолкнула Саске из кладовки, вышла сама и погасила свет. В голове гудело. Он понимал, о чём она. Каждое слово. И смотрел сверху вниз на эту невысокую, но сильную женщину, которая им всегда - несмотря ни на что - помогала. Она была на голову от него ниже, но на полсотни лет старше. Она была медиком. И всё равно он не хотел ей верить. - Как он? - второй раз за день задал Саске тот единственный вопрос, что был для него важен. И на который пока никто не мог ответить. - Физически - уже абсолютно нормально. Психологически - очень тяжело, - Цунаде остановилась ненадолго и повернулась к нему, позвенев связкой ключей в кармане белого халата. - Он пережил то, от чего иные женщины отходят годами. Кто-то детей больше не хочет никогда. Кто-то - хочет поскорее, чтобы забыть. Но, зная Наруто, он не сможет забыть. Она продолжила свой путь, цокая каблуками по гладкому полу. И Саске догнал её, чтобы поравняться, чувствуя себя мальчишкой - маленьким и слабым. - Что мне делать? - спросил он неожиданно даже для себя самого. Спросил, как у специалиста. Спросил, как у человека, который обожает возиться с их детьми. Спросил, как у единственного взрослого в этой комнате. Как будто всё бессилие и непонимание слились воедино. Он пожалел о вопросе мгновенно, но, к его удивлению, Цунаде не посмотрела на него скептически. - Прежде всего, заруби себе где угодно - ты не понимаешь, не способен понять и не поймёшь, что он чувствует. Я в курсе вашей феноменальной ментальной связи. Все в курсе, кто пережил Четвертую войну, но это не тот случай. Если в тебе пока никто не умирал, не пытайся сравнивать это с потерей близких. Займись детьми. Дай ему время. Будь рядом. Они дошли ещё до какой-то двери, показавшейся Цунаде более подходящей, чем десятки других одинаковых дверей и она открыла её, проходя внутрь. В комнате высились стеллажи, сплошь уставленные баночками, коробочками и прочими ёмкостями с пилюлями, усыпанные тюбиками и флаконами, выложенные связками и стопками высушенных букетов растений. Явно зная, где искать, Цунаде выбрала одну баночку с пилюлями и протянула Саске. - Это что-то вроде успокоительного. Повышает настроение, облегчает восприятие мира. Сильного эффекта оно не даст, но поможет ему держаться на плаву. Принимать по одной раз в день ежедневно. Больше ничего ему не нужно. Как я уже сказала - он абсолютно здоров. Саске кивнул и спрятал баночку в поясной сумке с кунаями. После того, как они возвратились к кабинету и Цунаде исчезла за дверью, совсем скоро вышел сам Наруто. На нём были те самые больничные вещи, в которых он казался безжизненно бледным. А ещë - каким-то маленьким и потерянным. Саске потянул его за руку к себе, усаживая на диван, но руку так и не отпуская. - Тебе лучше? Что она там с тобой делала? - спросил он, кажется, слишком обеспокоенно, хотел же спокойнее. - Да... Ничего такого, - Наруто взъерошил волосы у себя на макушке. - Сложила несколько печатей, применила пару техник. Дала какие-то пилюли, потом отправила мыться. Тебя она выгнала на случай, если... ну... если что-то осталось после техники и придётся... Он тяжело выдохнул, пытаясь подобрать слова и уставился вниз, на свои сандалии. - Не надо, - Саске осторожно сжал его руку и погладил теплые пальцы. - Я понял. - Ну, вот и всё, - пожал Наруто плечами так, словно они то ли прощались, то ли принимали совместно какое-то решение. Тон Саске не понравился и он предложил: - Пойдём домой? - Нужно Ханаро и Хотару забрать. Они же с Сакурой. - Да, и они побудут у неё пару дней. Я завтра утром зайду к ним, чтобы они убедились, что с нами всё хорошо. На случай, если слов Сакуры им мало. А сейчас уже поздно. Тебе нужно отдохнуть. Наруто молча и вяло кивнул. И это Саске не понравилось ещё больше. А потом вдруг, будто спохватившись, спросил: - А как же твоя миссия? - Какая ещë миссия? - Саске почувствовал, как у него дёрнулось веко. - Половина Безымянных сегодня была в Конохе и знала о моих перемещениях. Наша разведка провалилась. Нет никакой миссии. К тому же, я должен быть здесь. А даже если Какаши или кто-то ещë имел по этому поводу другое мнение - на глаза Саске им было лучше не попадаться в ближайшую неделю. - Со мной всё нормально. Ну, физически, - успокоил его немедленно Наруто. - Мне просто... тяжело. Тяжело было не тем словом, каким бы Саске описал то, что видел. Наруто был вообще на себя не похож. Его хотелось взять за руку, отвести домой и спрятать от целого мира на несколько лет. Он выглядел таким растерянным, грустным, вялым и самое страшное - виноватым, что смотреть на это было просто больно. Саске не было его жаль. Не пришел ещё тот день, когда он будет жалеть Наруто Узумаки, сражавшегося с ним плечом к плечу всего несколько часов назад. Но его невероятно хотелось обнять и защитить от всего этого. - Странно будет идти в этом по улице, - озадаченно произнёс Наруто, разглядывая себя. - Но мои вещи Цунаде, кажется, выбросила. - Это решаемо, - сказал Саске и расстегнул свою накидку. Он набросил её на плечи Наруто, застегнул пряжку и разгладил полы. Длинная и закрывала хорошо. Лишний интерес им ни к чему. - А как же ты? - И так дойду, - дёрнул плечом Саске. - Тебе она нужнее. Я обычно одет. Даже рукава длинные. - Спасибо, - просто сказал Наруто. Домой они добирались только уцелевшими улицами - Саске не хотел снова будить воспоминания о происходившем днём. К счастью, трудно это не было - их квартал полностью сохранился, нападение начиналось от врат и поэтому пострадала в основном внешняя часть улиц деревни. Когда Саске закрыл за ними входную дверь, был уже давно вечер. Дом наполняла неестественная тишина. Глухо стукнула обувь, размещенная на подставке в коридоре. Прошелестела накидка, повешенная Наруто на крючок. - Переоденусь, - сразу сказал он, не поворачиваясь. Саске молча принял это и отправился на кухню. Голода не было и в помине, но следовало что-то делать, как-то продолжать нормальную жизнь и возвращать к ней Наруто. Заваривая зелёный чай, Саске понял, что его пальцы мелко дрожат. Он с трудом управился с чашками, так, как бывало сразу после потери руки. И заметил, что не включил свет, делая всё в полутьме, только когда щелкнул выключатель и на пороге показался Наруто. Он был уже в домашнем - длинных свободных шортах и футболке, но выглядел всё таким же потухшим и растерянным. - Я не буду, наверное, - кивнул он на чай. - Прости. Такой ответ Саске предполагал. И готовился к нему. - Как хочешь. Но тебе нужно принять лекарство. - Лекарство? - теперь на лице Наруто отразилось недоумение. - Успокоительное. Цунаде дала мне. Просила передать тебе. - Да зачем? Я спокоен, - зябко повёл он плечом. Саске достал из сумки и поставил на стол маленькую стеклянную баночку, дав понять, что это не тот случай, когда он готов дискутировать. Взгляд голубых глаз наконец-то наполнился эмоцией - чистой и яркой злостью. Облегчение и предвкушение прошибли - вот оно, сейчас ему выскажут по первое число, и по второе. А, может, даже, если повезёт, уложат рожей в пол. Хотя такого уже сто лет не было. Когда они перестали применять друг к другу рукоприкладство и почему? Наверное, после появления детей. А жаль. Так помогало сбросить пар и освежить мозги. Но взгляд Наруто - как короткая спичка - вспыхнул и тут же погас. Он свинтил крышку с банки, опустился на стул и посмотрел безразлично. - Сколько? Саске показалось, что у него свело одновременно челюсть и сердце. Это был какой-то кошмар. Просто страшный сон. Наруто, который не кроет его матом за попытку навязать свою волю и покомандовать. Наруто, который на прямое указание уточняет только, как его выполнять. - По одной в день. Кивок и он запил пилюлю уже подостывшим чаем. А потом уставился в свою чашку, которую держал в руке. Это было невыносимо настолько, что сводило скулы. Не злость, и не грусть, и не жалость. Саске чувствовал себя запертым в собственном теле, немым и бессильным. Стул громко стукнул по полу, когда он отодвинул его. - Поговори со мной. Взгляд Наруто оторвался от чашки, но смотрел он не в глаза, а как будто насквозь. - Здесь не о чем говорить, - пожал он плечами и неожиданно скривился, будто от резкого укола. - Если только... ты сердишься на меня? Саске открыл рот и не смог выдать ни звука, только судорожно хватнул воздух как рыба. Дар речи к нему так и не вернулся. Поднявшись, он сделал два шага к Наруто, чтобы рухнуть возле него на пол, обнимая его колени и укладывая голову ему на ноги. Как с тобой говорить вообще? Как с тобой дышать рядом? В голубых глазах снова возникло недоумение. Саске казалось, он никогда не видел в них столько именно этой эмоции. Но через несколько долгих секунд в его волосы нырнули ласковые пальцы, поглаживая и уводя челку с глаз. - Ты абсолютно ни в чём не виноват. Я люблю тебя, - произнёс Саске по возможности ровным голосом. Это нужно пережить. Как-то перетерпеть и двигаться дальше. Ведь ещë ничего толком и не было. Они не успели даже привыкнуть к мыслям о третьем ребенке. Всё время какие-то отчеты, мелкие миссии, забота о детях, дела... Всё было так просто и вдруг стало сложно. Саске казалось, что он услышит ответ. Хоть что-то. "И я тебя". Или хотя бы "я тоже". Не было случая, чтобы Наруто не говорил, не шептал, не кричал о своей любви. Но ответа не было так долго, что стало по-настоящему страшно. - Пойдём спать? Я очень устал. В Саске сломалось, кажется, всё - от воли до костей. Пальцы Наруто всё ещё гладили его волосы, но как будто по привычке. А он не мог шелохнуться. Не представлял, что делать. Рассердить его сейчас? Накричать? Вынудить говорить? Как вытащить занозу и вывести его на эмоции? Если в Наруто не осталось любви - то в Наруто не осталось Наруто. Что сказать, чтобы он ожил? Чем ему помочь? Немедленно зачать нового ребенка, чтобы забыть - легко. Никогда больше не поднимать эту тему и даже не вспоминать об этом - без проблем. Поставить этот мир на колени и принести его в жертву - нет ничего проще. Чего ты хочешь? Скажи. Я всё сделаю. Саске никогда не был настолько бессильным перед ситуацией. И это было так страшно и дико. Он мог так много, он видел взгляды своих подчинённых в команде, он слышал восхищенные перешептывания детишек, когда шел по деревне, он в принципе мог стирать с лица Земли города и менять ландшафты. Но здесь, на их кухне, в этой ситуации не мог ничего. - Если ты не хочешь говорить, то что тогда? - спросил наконец, поняв, что сам не решит. - Я хочу спать. А Саске закрыл глаза и мечтал проснуться. Чтобы рядом был Наруто, который всегда говорит и стучит в лоб, не сглаживает углы, не скрывает, не таится. Простой и понятный. Чтобы сразу знать, что у него в душе и на сердце. Почему ты не плачешь? Плачь же. Казалось, что всё дело именно в этом. Наруто непременно должен заплакать. Это горе должно из него выйти, вывестись, как выводят из тела яд, как вскрывают рану. И, возможно, лучшее, что сейчас следовало сделать - довести его до слёз, как доводил до оргазма. Играя на его чувствах, тонко и точно, направляя в нужную сторону. Сказать и сделать всё, что должен, чтобы он принял и прожил. Но Саске не чувствовал в себе сил на это. День и его доконал. Морально, физически. И если Наруто хочет - пусть всё замрёт. И, возможно, новый день принесёт им какие-то новые чувства и новые силы. Поэтому он поднялся, погладив согретое собственным теплом колено. - Пойдём. Когда Саске пришел после душа в спальню, Наруто ещë не спал. И он сделал то единственное, что работало всегда безоткатно - лёг и обнял его сзади, утыкаясь лицом в шею и не отпуская. Сопротивления ему не оказали, но и не ответили касанием. Промежуточная стадия между безразличием и потребностью. Всегда, когда Наруто была нужна поддержка - он тянулся за ней. Но не теперь. И Саске казалось, что мир распадается в его руках на куски. Он потерял сегодня слишком много. Но хуже всего, что он продолжал терять и не знал, как остановить это падение в пропасть.

---

Следующий день начался тихо и вяло. Саске, как всегда, проснулся первым и, не дожидаясь пробуждения Наруто, отправился готовить завтрак. Когда он показался в дверном проёме кухни, всё уже было почти готово. - Доброе утро, - машинально произнёс Саске, но внимательно проследил за реакцией. - Утро, - бесцветно ответили ему. - Садись, я практически закончил, - сообщил Саске, отмечая для себя то, что со вчерашнего дня изменилось мало. У него на сегодня два важных дела, отложить которые было невозможно. Первым на очереди стояло посещение кабинета Хокаге, потому как после вчерашнего тот требовал отчет - рано утром принесли записку. А вторым была необходимость посетить дом Сакуры и Ли, чтобы проверить, как там дети и успокоить их, если нужно. Оба были безотлагательными, хотя оставлять Наруто одного решительно не хотелось. - Какаши требует отчет о вчерашнем. Мне придётся отойти к нему, - как можно мягче произнёс Саске, ставя тарелки на стол. - А после зайду к детям. - Мне тоже, наверное, нужно, - кивнул Наруто без эмоций. - Коноха в руинах. Я должен отчитаться почему. Столешница скрипнула, когда Саске оперся на неё рукой, наклоняясь к нему. - Ты ничего. Никому. Не должен, - очень чётко проговорил он. - К тому же, он не звал тебя. Приглашены только я и моя сорванная миссия. Это было правдой. Какаши, видимо, даже представить себе не мог, что поначалу что-то шло не так. Он наверняка видел их вдвоём с Наруто, шагающих через завалы, в фиолетовом зареве Сусаноо и слепящем пламени Курамы. И решил, что так оно и было с самого начала, а, значит, Наруто совершенно не нужно оправдываться перед ним. Да и кто ему позволил бы. Наруто на эту информацию только кивнул, в очередной раз раздирая душу своим покорным безразличием. Каждый такой его ответ казался броском сюрикена в ногу - один не смертелен, но после десятка можно и сдохнуть. Злость и отчаяние заполнили Саске на какую-то секунду, но быстро схлынули под натиском банальной ноющей боли в области сердца. Вчерашний день уничтожил гораздо больше, чем казалось вчера. И в руинах лежала не только Коноха. Все они видели и пережили то, что не забыть. Но как же жить дальше? В голове вдруг щелкнуло и Саске вспомнил. - Ханаро пробудил шаринган. Эти слова заставили Наруто встрепенуться и в нём как будто даже проблеснул прошлый он. - Вчера? Ты уверен? - Абсолютно, - Саске отпил из своей чашки и повертел её в руках. Наруто неожиданно побледнел, настолько явно, что веснушки на его щеках стали хорошо различимыми даже в неверном утреннем свете. - Ты... ты думаешь... - почему-то задыхаясь, начал он. - Ханаро... понял, что он видел? - Нет, - жёстко и быстро отчеканил Саске. - Это ложь, что шаринган пробуждается только при виде смерти. Ты знаешь. Я уже сто раз это доказал. Нужны очень сильные эмоции. Как правило, их вызывает смерть близких, но это совершенно не обязательно. Он просто испугался за тебя. Он говорил, пытаясь убедить не только Наруто. Саске действительно перерыл все клановые архивы и библиотеку, отклассифицировал все известные и сохранившиеся истории о шаринганах. И там были, точно были, случаи, в которых причиной пробуждения была не смерть. Вот только большая часть этих случаев была мнимой смертью, когда человек выживал, но пробудивший шаринган не знал об этом... Понимал ли Ханаро, что он видит? Сознательно - нет. Но неосознанно? От этой мысли было не по себе. А ещë больше было не по себе от мысленного вопроса - было ли это смертью? Саске вдруг почувствовал себя ужасно. Наруто совершенно точно страдал. Он мучился произошедшим. Для него это была трагедия. Но обнаружить в себе те же чувства не удавалось. Если бы это случилось, например, через пять месяцев, Саске бы точно скорбил вместе с ним. Он бы, очень вероятно, плакал, закрывшись в ванной, чтобы не пугать детей и не расстраивать Наруто. Но прошел всего месяц. Он помнил таблицы Орочимару, его собрание эмбрионов в банках и заметки о том, в какой период кого извлекать для разных исследований. И он помнил, как выглядит эмбрион в первый месяц. Да, потерять саму возможность, потенциал - тяжело и печально. Но это не то же, что потерять ребенка. Саске, неожиданно для себя самого, понял, что ему куда больнее от того, что Наруто плохо, чем от самой причины. Эта мысль ударила в голову тяжелым камнем. Цунаде была права - он не способен понять. Он чудовищно циничен и холоден. Потрясающе. Орочимару бы им гордился. Но как же тогда? Как помочь Наруто? - Значит, он всё же унаследовал этот геном, - неожиданно произнёс тот. Саске в этом почему-то не сомневался изначально. Но так рано? Он сам пробудил первый томое, будучи не намного старше. При ужасных обстоятельствах. И не был уверен, что хотел бы передать это сыну. Но шаринган делает Ханаро полноценным наследником Учиха. Какаши получил своё будущее. Вот только - что получит их сын? И будет ли от этого счастлив. - Я даже не говорил с ним ещё о шарингане. Думал, что в нашей спокойной жизни ему до этого далеко, - честно признался Саске, ощутив укол вины. - Да, я тоже так думал. Они сидели рядом, но порознь. Близко - только руку протяни - но бесконечно далеко. Их никогда ещë не разделяло так много. Они были в разных концах эмоционального диапазона и от этого Саске не знал куда деться. Луч блеклого света, падающий из окна, лежал между ними, будто подарив эмоциональной стене физическую форму. Тишину нарушил внезапный стук в дверь. Саске, чувствуя нарастающее раздражение, отправился открывать. И мгновенно растерял всю злость, увидев, кто за порогом. - Прости, - сказала Сакура, натянуто улыбнувшись, - он очень хотел убедиться, что вы в порядке. Мы договорились, что зайдём сюда ненадолго и вернёмся обратно. Последнее было сказано строго и явно не ему. Но Ханаро, стоящий перед ней, воззрился на Саске своими огромными тёмными глазами, казалось, не слыша больше ничего. - Пап, где он? - встревоженно выдохнул мальчишка. Но Саске едва успел набрать в грудь воздуха, чтобы ответить, как потерял внимание сына. Тот устремил взгляд куда-то мимо него, вглубь коридора. А потом его губы дрогнули и он бросился в дом, сбросив руки Сакуры, лежавшие на его плечах. - Па! Обернувшись, Саске увидел уже как Наруто, вышедший из кухни, подхватил сына на руки, обнимая. А тот вцепился в него руками и ногами, ткнулся в плечо и всхлипывал, громко и надсадно. - Ну, чего ты? - ласково гладил его Наруто по голове. - Видишь же, я в порядке. Всё хорошо. А потом закрыл глаза, обнимая сына и целуя его растрёпанные чёрные волосы. Они стояли в свете, падающем из кухни в темноту коридора, и Наруто покачивал Ханаро, как будто тот снова младенец и улыбался - спокойно и тихо, а главное - искренне, радуясь этой встрече. - Он проплакал всю ночь, - вдруг раздался тихий голос Сакуры, о которой Саске успел почти забыть. - Мы не могли его успокоить, пока не пообещали утром отвести сюда. - Всё в порядке, - вздохнул Саске, поворачиваясь к ней. - Пусть остаётся. Сакура, казалось, удивилась. - Цунаде говорила, что вам пока лучше побыть... - А Цунаде говорила почему? - перебил он. Её лицо приобрело неожиданно виноватое выражение. - Нет. Но я догадалась. Он сказал, что не мог использовать чакру. Саске кивнул. Было неприятно, что стольким людям известно об их маленьком горе. Но поделать ничего было нельзя. Тем более, что Сакура искренне пыталась помочь. - Спасибо, что приютили их, - сказал Саске. - Не за что. Ты же знаешь - нам это совсем не трудно. И Рю был рад их видеть. Саске вдруг задумался - будет ли правильным решением на обратном пути забрать и Хотару? Не сделал ли он ошибку вчера? С одной стороны пусть и суетные, но живые и родные дети в доме могут облегчить душевное состояние Наруто. К тому же, дочка может почувствовать себя брошенной, если Ханаро они заберут, а её нет. С другой - забота о них может выматывать его и напоминать о потере. Но быт - это как раз то, что Саске мог взять на себя без проблем. А Наруто любит их детей без памяти. Всех. Даже нерождённых. - Как вы с ним там оказались? - Саске было важно восстановить хотя бы часть картины, а вынуждать Наруто говорить об этом казалось верхом жестокости. - Я шла к вам, а он с детьми - к Ино, - Сакура вздохнула. - Просто столкнулись и остановились поговорить, когда всё началось. Мы бежали к горе, но на нас напали в том месте, где ты нас и нашел. Саске повертел в голове информацию, пытаясь понять, каких деталей не хватает. - Пятерка... тот, кто напал на вас, что-то говорил? Что ему было нужно? - Ему был нужен Наруто. Он так и сказал, - Сакура сцепила руки за спиной в замок и посмотрела на него так, будто предполагала, что от неё скрывают нечто ужасное. - Саске... Это были Безымянные? - Да. Её это не удивило, видимо, лишь подтвердило догадку. О Безымянных наслышаны уже все, но только Саске сталкивался с ними лично. Даже разведчики Конохи не знают их всех в лицо. Теперь, правда, должны бы запомнить. - Как он? - негромко спросила Сакура, всё это время смотревшая на Наруто, всё ещё обнимающего Ханаро и шепчущего что-то утешительное. - Сложно, - уклончиво ответил Саске, не имея ни малейшего желания вдаваться в подробности, а потому сменил тему. - Я зайду до обеда за Хотару. Сакура, если и удивилась снова, то виду не подала. - Как хочешь. Я скажу ей, - она немного поколебалась. - Могу я поговорить с ним? Саске покачал головой, на всякий случай опершись рукой на косяк, словно и правда предполагал, что Сакура будет прорываться с боем. - Не сегодня. - Понимаю, - она кивнула, грустно и тихо, после чего попрощалась и, не оглядываясь, ушла. Саске проводил её взглядом. Понимает она. Он сам не понимает. Сколько ни пытается. А это, между прочим, был его ребенок. Настолько же, насколько и Наруто. Ну, возможно, не настолько. Тот всё же носил его в себе. Наверное, когда это всё происходит внутри - воспринимается иначе. Он выдохнул тяжело и закрыл дверь. Наруто и Ханаро уже были на кухне. Мальчишка сидел на своём обычном месте за столом и следил за отцом, который мыл посуду. Похоже, они справились и без них с Сакурой. Наруто, своей лёгкой рукой развёл все вопросы, безапелляционно решив, что сын остаётся дома и ни у кого спрашивать никаких разрешений он не намерен. - Я приведу Хотару, когда буду возвращаться от Какаши. Наруто повернулся к нему, на миг прекратив свою работу. - Да. Я как раз хотел тебя попросить. Теперь уходить было не так тяжело. Оставлять этих двоих вдвоём он не боялся. Они справлялись почти полтора года и без него. Они всегда позаботятся друг о друге.

---

Насчёт Конохи в руинах Наруто всё же ошибся. Вчера они гнались за Безымянными, а следовательно, перемещались в основном по разрушенным ими местам, ошибочно решив, что только центр сохранился. Сегодня же Саске добирался к резиденции по крышам, имея хороший обзор и возможность пересечь много случайных мест. Какие-то части деревни не пострадали вовсе. Но отдельные улицы были снесены почти полностью. Чудо, что никто не погиб, все отделались травмами разной степени тяжести. Из-под завалов жителей вытаскивали ещë вчера. Сегодня же люди занялись восстановлением построек и некоторые кварталы напоминали разворошенные муравейники. По всей видимости, Какаши уже отдавал приказы и подписывал указания. Оказавшись в его кабинете, Саске дошел до стола и опустился в простое деревянное кресло. И первым делом Какаши поинтересовался самим фактом его присутствия здесь. - По моим подсчетам, ты должен быть уже на пути к месту начала миссии. Что тебя задержало? - Твоё письмо. Какаши выдохнул, сцепив руки перед собой на столе. - Какое счастье, что почта иногда опаздывает. Саске молчал, хотя облегчение полностью разделял. Какое счастье, что он не ушел так далеко, чтобы не увидеть. И не успеть. - Твоё мнение об этом всём? - деловым тоном перешел Какаши к своим прямым обязанностям. - Безымянные провели нашу раздведку. Никакой Десятки нет или нет там, где мы собирались искать. Меня целенаправленно выманивали из деревни и следили за моими перемещениями. Они приходили за Наруто. И однажды придут снова. Замолчав, Саске потрогал большим пальцем обручальное кольцо. Желание убивать, подутихшее вчера, разгоралось с новой силой. - Со всем согласен, - кивнул Какаши и перевёл взгляд в сторону большого окна. - Видел, что там творится? Видел, но не совсем понял. Разрушения максимально странные. Так, словно кто-то уронил на деревню несколько больших деревьев, расплющив всё исключительно по прямой. - Что это за техника? - спросил он. - Что-нибудь известно? Невнятное пожатие плеч и Какаши постучал согнутым пальцем по тонкой папке перед собой. - Мы осмотрели места, откуда направляли технику. В отчете сенсоры указали, что обнаружили небольшие устройства, по всей видимости, аккумулирующие и выпускающие заряды чакры. Устройства одноразовые и чрезвычайно повреждены. Но, очевидно, для их использования требуется знание специальной техники. А ещё - мощный поток энергии. Ознакомишься с отчетом или догадаешься так, что ещë обнаружили сенсоры? - Пламя. - Совершенно верно, - Какаши откинулся на спинку своего кресла и добавил: - Я абсолютно не представляю, что нам дальше делать. Придётся менять всю разведку - мало того, что её рассекретили, так, к тому же, похоже, кто-то передаёт информацию врагу. Труды полугода псу под хвост. Вы с Наруто - единственная наша надёжная ударная сила и наиболее вероятные жертвы одновременно. Скажи мне, что ты что-то знаешь или я иду распускать разведкорпус АНБУ. Порадовать его было нечем. Но Саске и не планировал. - Среди шиноби Конохи нет никого, кто бы мог сдавать информацию. Я отбирал их лично ещë полгода назад и проверял после неоднократно. Обратись в Песок и Камень. Насчет их разведчиков я писал тебе столько, что можно отдельную книгу составить. Дальше. В ближайшие... возможно, месяцы - Наруто не ударная сила. Впрочем, я тоже. Учитывая то, что нужно начинать сначала и охота идёт именно за нами - никакого вреда для интересов Конохи наше отсутствие в планах не несёт. Какаши помолчал, переваривая услышанное и повертел в руках ручку. - Что-то случилось? - спросил он тоном уже не Хокаге, а учителя, водившего их в Ичираку после миссий. - Случилось. Я не хочу об этом говорить. Он тоже не захочет. Поэтому если ты не желаешь причинить ему невыносимую боль - не спрашивай. И оставь нас в покое на некоторое время. Между ними застыла напряженная тишина, в которой Какаши смотрел ему в глаза так, будто пытался просканировать одной из техник Яманака. - У вас какие-то проблемы? Я всё понимаю, но если вы, например, в ссоре - мне нужно знать. Вполне возможно, что в критической ситуации мне придётся призвать вас обоих. Саске горько усмехнулся, проследив за мыслью Какаши. Он боится, что его лучшие шиноби разбегутся и в одну команду их уже не поставить? Но это совершенно невозможно. Нет, они с Наруто не расстанутся никогда, как бы ни ссорились. Ведь они никогда и не сходились. Они уже родились подшитые друг к другу, соединённые, взаимозависимые. И та самая красная нить привязана не к мизинцу, а к горлу. Саске сам пытался её разорвать, дёргал, пробовал натяжение, бесновался, бился, рвался прочь. И точно бы удавился, как дикий зверь, посаженный на цепь, если бы Наруто не шел за ним, милосердно сокращая расстояние и позволяя вдохнуть. Нет, они не расстанутся никогда. Не смогут стать друг другу чужими. Пространство между ними всегда заполненно чувствами. И если это будет не любовь, то ненависть, прекрасно толкающая на то, чтобы превзойти друг друга. Какаши устроило бы и это. Но это не устраивало Саске. - Проблемы у нас, а не между нами. Поэтому успокойся. И дай нам их решить. Он сегодня просто верх откровенности. Вывернул душу фактически. В любой другой день Саске бы проигнорировал, но сегодня в нём было слишком мало сил держать оборону. - Хорошо, - сдался Какаши. - Я тебя понял. Покидая кабинет Хокаге, Саске чувствовал себя сильнее, чем когда заходил сюда. Глухая тоска внутри была всё такой же густой и чернильно-черной. Но теперь у них с Наруто, по крайней мере, было немного времени, чтобы выбраться из той ямы, в которую их опрокинул вчерашний день.