Самый теплый камень

      Эмбер настояла на том, чтобы спать с Литой в одной кровати. Устроив подругу поудобнее, подоткнув везде одеяло, она и сама легла. Правда, как только Эрик запел колыбельную, Эмбер, зевнув, тут же уснула. Как бы приятно не было проводить эти дни с Эриком, но девушка катастрофически не высыпалась!       Лита продержалась чуть дольше, задержав хмурый и сонный взгляд на певце.       - Это банально, но ты красиво поёшь, - сказала та и отключилась, уйдя в глубокий сон.       Эрик же спать и не думал. Налив себе кофе, мужчина удобно расположился в кресле. Эрик был наготове, а потому не пропустил момент, когда Литу стали мучать кошмары - спустя некоторое время спокойного сна, девушка заметалась во сне. Она часто задышала и начала водить руками перед лицом, словно бы защищаясь.       - Нет... Уберите его... Прошу вас! - доносилось сонное бормотание.       Ухватив момент, он запел, ставя свой голос тем самым образом, о котором Кристина отзывалась, как о "Голосе Ангела музыки". На этот раз он пел не колыбельную, но приятную спокойную мелодию. Эрик помнил, как восхищенно отзывалась Лита в Опере про кресла, покрытые тканью. "Как море!" - сказала она тогда и глаза ее загорелись.       Эрик пел о море. Пел о приятном морском бризе, что обдувал тело, о нежных солнечных лучах, что ласково согревали лицо. Пел о цветах и травах, что колыхались от бриза на пригорке, возвышающимся над бескрайней синей гладью, о чайках, что кружили в вышине, о рыбах, что серебристыми стайками мелькали по поверхности воды... Вся жизнь была в этой песне. Лита улыбнулась во сне и затихла, замирая.       Так прошла ночь. За окном начинало светлеть. Лита вздохнула и открыла глаза.       - Так спокойно... - едва слышно прошептала девушка. Она повернула голову в сторону Эрика: - Спасибо тебе. Ты всю ночь не закрыл глаз?       Эрик пожал плечами и потер переносицу.       - Это ерунда, мадмуазель, - тихо проговорил он, чтобы не будить Эмбер. - Я могу и пятнадцать дней не спать, если захочу. Правда потом мне несколько... хмм... плохо.       Эрик пожевал губы, задумчиво смотря в окно. Потом как-то вздохнул, встрепенулся и снова обратился к девушке:       - Вы уже проснулись, Лита? Или еще поспите? Если вы не будете спать, я прикорну, с вашего позволения. У меня еще есть пара часов, а потом нужно будет ехать в Оперу.       - Да-да, конечно.       Девушка вылезла из-под одеяла, оставив место возле Эмбер. В отличие от более женственной подруги Лита носила закрытую и теплую пижаму в клетку, так что в современных реалиях все было более чем прилично. Она указала мужчине на свое место.       - Ложись и поспи. А я пойду, придумаю что-нибудь съестное. Пиццы-то сейчас уже совсем невкусные стали.       При выходе из комнаты до Эрика донеслось ещё одно тихое "спасибо" и мужчина тепло улыбнулся мимолетной улыбкой, кивнув головой.       Как только Лита покинула спальню, он скользнул в теплую постель и аккуратно подвинулся к теплой фигурке Эмбер. Девушка потянулась сквозь сон.       - Спи, дорогая, еще два часа, - шепнул ей Эрик.       Эмбер сонно угукнула и уткнулась в него, закинув руку на мужчину.       Спустя два часа с небольшим все встретились в столовой, где их уже ждал завтрак. Лита сидела на стуле и болтала ногой, думая о чем-то своем. На столе стояли хлопья, подогретый сок для заливки и лимонный тарт, сделанный кривовато, правда, но отменно пахнувший свежей выпечкой.       - Лита, ну как ты? Поспала? - спросила Эмбер зевая, падая на соседний с подругой стул. Ей всю ночь снилось море - просыпаться вообще не хотелось.       - Да, и мне существенно легче! - улыбнулась ей подруга. - Даже могу шутить глупые каламбуры, по которым вы наверняка скучали: вот, из всех фруктов мое длительное отсутствие пережил только лимон, - она кивнула на тарт. - И за такое равнодушие он был раздавлен в крем!       - Вкуснота! - облизнулась Эмбер. Втайне она радовалась, что именно стойкий цитрус пережил все фрукты - именно лимонный тарт был ее любимым. - Чур мне двойную порцию кофе! Молоко есть?       За завтраком Лита предложила присоединиться к поездке в Оперу Гарнье вместе с парой:       - Надо же всё-таки вещи забрать, там недочитанный "Шерлок" остался!       - До Оперы я доеду с вами вместе, а сама на том же такси уеду в V and Co, - жуя, ответила Эмбер посвежевшей подруге. - Вы уж не скучайте без меня! Сегодня мне предстоит много работы в офисе, в Опере будут Ирен и Анатоль. Увидимся вечером?       - Идет! - ответила Лита.       Когда вся троица загрузилась в такси, Лита перегнулась через сидение возле водителя к Эмбер:       - Ты же в Оперу приедешь? У вас какие-то планы или всё-таки есть вероятность вытащить вас на прогулку?       - Ну конечно! - радостно ответила Эмбер. - После целого дня за разгребанием бумажек, я с удовольствием пройдусь!       Эрик незаметно вздохнул, глядя в окно на мелькавшие улицы. Он планировал держать Эмбер в подземном доме настолько долго, насколько это возможно. Кто бы мог подумать, что на пятом десятке мужчине чертовски понравится "мир чувственных удовольствий"! Он сорок лет успешно гасил в себе все позывы к страсти, а теперь, распробовав, не мог насытиться Эмбер. Радовало только то, что на подобные наслаждения у Эрика будет весь остаток его жизни. Заполучив Эмбер, он ни в коем случае не собирался отпускать ее. Уже никогда. Перегнув палку с Кристиной, мужчина стал осторожнее, но и мудрее. Нет, Эмбер никуда от него не денется. Никогда. Она - его!       - Эрик, что ты хмуришься? - тихонько толкнула его в бок Эмбер. - Гулять не хочешь?       - А? Да, простите, мадмуазели, я немного отвлекся... Да, конечно мы сходим вечером погулять. Если желаете, можно доехать до Булонского леса.       Эмбер - его, вне сомнений. А вот Лите нужна помощь прямо сейчас.       Такси увезло Эмбер в офис дизайнерской компании, а Лита и Эрик, выбравшись из машины, пошли в сторону главного входа Оперы.       Этот момент и застали подъехавшие следом за ними Ирэн и Анатоль. Брюнетка усмехнулась:       - А подрядчик-то не промах! На такси вместе с дамой приехал, вместе выходят после рождественских выходных... Так, постой-ка, это же та журналистка, лучшая подруга Эмбер, я же правильно разглядела? А сама Эмбер куда смотрит?       Анатоль скрипнул зубами. Этот тип еще и девушек как перчатки меняет, даром что урод уродом! Что они находят в нем? Богатый? Бог в постели? Так Анатоль и сам был не беден, да и на его умения еще ни одна не жаловалась, так еще ж и внешностью природа не обделила! Мужчина вспыхнул и пошел в Оперу, не глядя - следует ли за ним Ирэн. Сегодня он устроит строителям проверку по полной программе!       - Куда пойдем? - не обращая внимание на дизайнеров, что пролетели мимо них на крейсерской скорости, спросил Эрик Литу. - Сразу в дом, собирать вещи, или тебе еще нужно побыть в Опере? Помнится, у тебя были какие-то договоренности с местными директорами. Впрочем, я могу оставить тебя в доме до вечера - соберешься, почитаешь, можешь перекусить - еды еще много осталось.       - У меня были кое-какие договоренности месяц назад, это верно, - усмехнулась девушка. - На твой след выйти, как опасного психопата.       Эрик приподнял брови и усмехнулся в ответ.       - Как помнишь, мы тогда не очень поладили, - виновато развела руками Лита. - Не думаю, что сейчас буду доводить историю с твоим разоблачением до конца, а потому просто не стану попадаться им на глаза. Либо распишу про привидение, если захочешь, и к открытию после ремонта толпа мистиков будет пытаться до тебя достучаться через всякие спиритические штуки, попутно выкупая билеты на любые представления без разбора - весело, наверное. Тем более, договоренность была на словах и без оплаты, а значит, считай, что и не было. Так что от разбитого тобой (тобой же?) антиквариата отмазалась, пропуск на месяц получила - сплошные плюсы!       Эрик усмехнулся и с притворным ужасом приложил руку к сердцу.       - Толпы таких же Лит, что рыскают вокруг моего дома и падают в камеру пыток, мое бедное старое сердце не выдержит!       Мужчина расхохотался. Потом закашлялся и смущённо отвел глаза в сторону:       - Прошу прощения, мадмуазель, мое чувство юмора немного мрачно для юной девушки. Хм... Хотя, может именно вы его и оцените... Хм... Извините.       Повисла немая пауза. Призадумавшись, Лита первая прервала молчание:       - Вообще, можно и сразу в дом... А ты меня в обед придёшь проверить? Там ужасно скучно без общения, и даже в окно не посмотреть!       Эрик подумал, потер переносицу и предложил:       - Можете посидеть в кабинете у Мореля, раз вам так нужно окно. Но у нас будут скучные разговоры для вас. Возможно, крики. Да, определённо...       - Крики? Здорово! А драка будет? - обрадовалась Лита. – А я вечером перед прогулкой быстро вещи соберу.       В кабинете Мореля Лита уселась на диванчик для посетителей и, чтобы не отвлекать никого, принялась за чтение газеты, которую совершенно случайно нашла на посту охраны. Телефон ведь она так и не нашла, а занять себя чем-то хотелось.       Эрик крепился как мог. Он молча просмотрел счета на оплату. Он, краснея от ярости, но все также молча просмотрел сметы на новый этап. Однако, когда Морель рискнул заявить об увольнении трех сотрудников, не вышедших после Рождества, Эрик все-таки взорвался. Он взвился как пружина, подскочив со стула и навис огромной горой над сжавшимся пухленьким Морелем.       - А КАКОГО ЧЕРТА Я УЗНАЮ ОБ ЭТОМ ТОЛЬКО СЕЙЧАС?! - заорал он во всю силу своего великолепного голоса. И тут же вспомнил про даму, сделав в ее сторону реверанс рукой. - Простите, Лита. Я УЖЕ СОРОК МИНУТ КАК В ОПЕРЕ, А ТЫ ТОЛЬКО СЕЙЧАС МНЕ ГОВОРИШЬ, ЧТО РАБОЧИХ НЕТ, СУЧИЙ... Хмм... Простите, Лита. ДА ТЫ САМ СЕЙЧАС У МЕНЯ ПОЙДЁШЬ РАСТВОР МЕСИТЬ! У НАС КАЖДАЯ МИНУТА НА СЧЕТУ, А ЭТОТ ДУРАК... Простите, Лита...       В общем, Эрик бушевал, Морель сдулся под его яростным взглядом. Видимо, считая, что этого недостаточно, Эрик прошелся по кабинету как ураган, расшвыривая вещи и растоптав в щепки стул. Потом он застонал, бросился на диван и откинул голову назад, вцепившись себе в волосы.       - Черт побери, Морель... Простите, Лита. У нас ведь сроку до февраля! У меня каждый человек на счету! Какого хрена... Простите, Лита... Они не вышли?       Лита, в момент бушевания Эрика, шустро подогнувшая под себя ноги, с любопытством наблюдала за сценой из-за газеты. Как весело, когда распекают не тебя!       Морель же, удостоверившись, что Эрик от ярости перешел к отчаянию, что было более удобно для разговора, хитро стрельнул глазками на веселящуюся девушку, что снова нырнула за газетный разворот, начал увещевать Эрика мягким голосом.       - Но ведь мы сэкономили на материалах. В этом плюс...       - К черту деньги, - не меняя позы, ленно махнул рукой расстроенный подрядчик.       - Конечно-конечно, как скажете. Но мы ведь теперь можем себе позволить нанять кого-то более квалифицированного...       Эрик снова подскочил, и, без следов истерики, уже по-деловому добавил:       - А они работают быстрее! Верно, Морель, молодец. Вот ты этим и займись, а я их прособеседую...       - Но позвольте! Я и так тут зашиваюсь! Как ушла Жюстин - на мне и обязанности секретаря, и бумаги, еще и вас не было...       - Я есть, - парировал Эрик. - А вот секретарь...       Мужчина задумчиво поглядел на Литу и, слегка прижав длинным пальцем газетный лист, вопросил ее елейным голосом:       - Мадмуазель Лита! Вы ведь так прекрасно разбираетесь в этих чертовых машинах! Извините, прекрасная мадмуазель... И вам так скучно... Может вы хотели бы помочь двум остро нуждающимся в вашей помощи мужчинам?       На Литу уставились две пары хищных глаз.       - Что ж, давайте разберемся, - сказала та, откладывая свою бумажную ширму. - Только, чур, я кофе варить не буду!       Она подошла к компьютеру и склонилась над клавиатурой.       - Что нужно делать?       Морель тут же, отодвинув в сторону Эрика, нагрузил девушку папками, усадил на рабочее место Жюстин и стал быстренько объяснять, как перебить эти цифры в те таблицы, написать письмо, составить план...       Морель был той еще акулой.       Выглядя невыразительным кругленьким мужчиной в неизменных очках и нелепой жилетке поверх рубашки, он не производил впечатления того, кем являлся на самом деле. Умный, хваткий и верткий человек, талантливый бухгалтер. Он заискивал перед Эриком и юлил, умасливая, когда нужно, но характер своего начальника просчитал на раз-два и ни капли того не боялся, как не боялся и увольнения. А вот щедрость Эрика тем, кто работал на него за совесть, Морель очень любил. Ему нравился Вальмон, и вся эта авантюра с Оперой Гарнье, в которую они влезли, подготовив первоначальный проект буквально на коленке. Морель седьмым чувством знал, что с Вальмоном не пропадет, а даже разбогатеет. Поэтому он безропотно сносил все его тычки, про себя особо не морочась: собака лает, караван идет.       - Итак, мадмуазель, вот еще кое-что...       Пальцы Литы защелкали по клавиатуре с невероятной быстротой и папки постепенно стали перекочевывать в другую кучку. На чистом упорстве и без перерыва на обед она добила к вечеру большинство из того, что было ей "предложено".       Наконец, прикончив одну из последних папок, она нажала "сохранить" и устало опустила голову на стол.       - Всё. К чертям.       Гулять не хотелось. Даже до дома ехать сил не было.       Эрик тоже провел день в заботах. Он заменял отсутствующих строителей и работал в полную силу за троих. К вечеру мужчина был покрыт пылью, весь изгваздан строительной грязью, устал и был чертовски голоден.       Радостную Эмбер, что приехала в Оперу часам к семи вечера, встретили два умертвия, попивающие кофе в приемной подрядчика.       - Я так понимаю, прогулка нам сегодня не светит, да? - понимающе спросила девушка.       И вся троица прошествовала в ставший уже родным подвальный дом.