Подарок

Хёнджин «молодец»: с дедушкой и бабушкой ей побыть не дал, закинул на плечо и понёс к выходу из волшебного магазинчика игрушек. — Достаточно мы попили чая и обсудили нашу скорую свадьбу, — сказал он раздражённо. Поначалу это было забавно: думать о свадьбе, слышать подколы со стороны коллег, родных. Но сейчас эти разговоры его бесили! — Постой, Хёнджин! Возьми порошок, — дедушка подлетел к нему и вручил баночку со сверкающей пылью. — Извини, если не то что-то сказали, спросили… мы рады, что вы вместе. — Не волнуйтесь, я не обиделся. Мне приятно было увидеть вас, поговорить, просто это всё так неожиданно! У меня отпуск… Рождество послезавтра, я хотел… понимаете? — Понимаю, — губы старика сложились в мягкой улыбке. — Хёнджин, поставь меня! — ворчала Чуян. — Дедуль, ну скажи ему. Хёнджин мне стыдно и неудобно. Бабушка, а ты чего сидишь спокойно и чай пьёшь? Бабуля улыбнулась и помахала Чуян. — Родственники, называются, — буркнула она. — Ладно, мы пойдём! До свидания! — Дедушка Минуууу! Меня утаскивают куда-то! Помогите! Бабуля! Дедушка! Эй! Вот вы какие! Ух! Всё! Я на вас в обиде. Чуян скрестила руки и упёрлась взглядом в каменную дорожку. Хёнджин думал-думал, как порошок использовать… В голову не пришло ничего, кроме просто открыть крышку и рассеять блёстки по воздуху. Он так и сделал и нырнул в шар из блёсток. Глаза у Хёнджина загорелись, больше от удивления, но и блёсточки, конечно, в них тоже отразились. Как и в глазах Чуян. Она любила перемещения, потому что это красиво: попадать в сверкающий калейдоскоп и чувствовать себя частью чего-то поистине прекрасного и загадочного. Здорово, что в её мире существовала магия! Хёнджин досконально представил дом Чуян, этот миленький домик, за которым приглядывала сейчас госпожа Кан. Она знала, что Чуян когда-нибудь вернётся и не одна. А вот дома Хёнджина в этом мире не существовало: исчез, когда с Хёнджина было снято заклятие, и он вернулся в свой мир. — Открывай, — сказал будущий муженёк. Чуян гневно глянула на него: кто любимую девушку закидывает себе на плечо, как мешок картошки?! Она была на него капельку зла за этот поступок. Вечером они ели рамён, Чуян поленилась приготовить что-то сложное, потому что она устала от впечатлений: слишком много произошло за этот день. Почему она была такой невнимательной и не заметила, как просыпала волшебный порошок? Хёнджин смотрел на неё, потягивал лапшу из миски, чмокал губами. Ему вкусно было, а вот Чуян была совсем не в восторге. Хёнджин знал, как поднять ей настроение, но чувствовал, что она от такого поворота событий разозлится ещё больше, а ещё он чувствовал свою вину в случившемся: он также не доглядел. Эх… Что ж делать? Вернуться к Мину и попросить у него другой порошок? Или подождать, когда Чуян придёт в норму и примет, что Рождество им придётся встретить в этом мире? У Хёнджина в её доме никакой одежды не было, в пижаме ходить по городу такое себе удовольствие. Поев, он сказал, что отправляется за покупками. Чуян прогнусавила «угу» и понесла тарелки к раковине. Он надел брюки и рубашку, подаренные дедушкой Мину, все пришлось впору, как и зимние кроссовки. Чуян всё ещё была какой-то поникшей. Когда Хёнджин второй раз сказал, что уходит, даже внимания не обратила. Он подошёл к ней, взял за ладошки, сжал ласково. Посмотрел ей в глаза, улыбнулся, улыбнулся шире. Ну же, Чуян. Я жду твою улыбку в ответ. Она улыбнулась наконец и обняла его. — Солнце, что с тобой? — спросил он, двигая ладонью по её спине. — Я думаю, это не такая уж и плохая затея, встретить тут Рождество. Потом дедушка подарит нам ещё одну баночку порошка, и мы вернёмся в наш уютный дом. Но твой дом тоже уютный. Мне он нравится. Смотри, твоя мама снежинками окна украсила. Гирлянды красивые. Ёлочка… Милота! — сказал Хёнджин громко и с улыбкой. — Чуян, порадуйся со мной. — Я по другому поводу грущу. Мне нравится мой дом, нравится, как украсила его мама. Но… твой подарок, который я так тщательно и долго готовила остался в твоём мире… — Ах это. Ничего страшного. Мой подарок для тебя остался там же, — улыбнулся он, надавив указательными пальцами на её ямочки на щеках. — Пойдём со мной? Развеешься. Я, кстати, плохо знаю местные торговые центры. — Сколько дедушка Мину дал тебе денег? — спросила Чуян. — Достаточно. Он сказал, чтобы ни я, ни ты не беспокоились. Но мы тратить много не будем, купим необходимое. Неизвестно, на сколько мы тут задержимся. В тот день Хёнджин купил кое-что для Чуян — это будет для неё подарок на Рождество. Хотя… как посмотреть для кого подарок? Может, для него? На другое утро Хёнджин вставать ни в какую не хотел, он сказал: «Раз уж мы попали в твой мир, то у меня тем более отпуск. Дай поспать!». Чуян хотела оставить его в покое, но ей нужна была помощь: сходить в магазин за продуктами. — Хватит спать! Подушку отберу! Поднимайся! — орала она, дёргая подушку за уголок. Хёнджин стиснул её руками. Не-а, не дам я тебе мою подушечку. Не дам! Он повернул голову и захрапел. — Отлично! — заключила Чуян и тут засверкала вся от радости: она знала безотказное средство, как разбудить этого соню. — Секса месяц не получишь! Ни куни, ни минета, ни!.. — она занесла палец над головой, сделав многозначительную паузу: — Игрушку вставить тоже не дам! Врёт. Но сомнение всё-таки зашевелилось в голове. Хёнджин захныкал. Без секса месяц?! Он не протянет! Ему нужен секс! Нужен! Никакая мастурбация в туалетах не заменит секс с Чуян. Он повернулся к ней. Всхлипнул. — Я не выдержу. Поэтому встаю. Они позавтракали и пошли в магазин. Хёнджин зевал всю дорогу и топал за Чуян: в какой магазин приведёт, в том и будут закупаться. А после магазина произошло вот что. — Это что такое? — нахмурился он, посмотрев на небо сонными глазами. Только что ему показалось, что с неба летел какой-то предмет, судя по всему большой, нет, даже большущий красный мешок с подарками. А почему именно с подарками? Да потому что об голову Хёнджина, прямо об макушку, ударилась коробочка, которую он поймал в руки. Хёнджин обернулся, чтобы показать эту коробочку Чуян, но его любимой девушки рядом не оказалось. Она уже вовсю изучала свалившейся почти на голову обоим мешок. Верёвка, похожая расцветкой на леденец, развязалась. Чей же это мешок? Хёнджин почесал лоб, глянул на коробку в руках. Ага… Кажется, мешок принадлежал Санте. Что же получается? Санта и в этом мире обитает? живёт? творит волшебство? — Да. У нас, как и в твоём мире, есть Санта, — сказала Чуян, попытавшись поднять мешок, чтобы завязать верёвку. — Помоги, Хёнджин, — попросила она. Он живо подскочил к ней, спрятав подарочек в карман. — Давай вместе. И-и! Раз! — они подняли мешок, и Чуян крепко завязала его, сделав красивый бантик. Хёнджин, что дальше делать, не знал: как вернуть мешок волшебнику? У Чуян появилась идея: — Спросим у дедушки Мину! Он знаком с Сантой! — Везёт дедушке Мину, он Санту видел… — пробурчал Хёнджин, позабыв о подарке, но тут вдруг вспомнил и подумал: а можно ли его забрать себе. Вроде маленький подарок… может, он никому и не нужен. У него на душе заскребли кошки… А вдруг какой-то маленький волшебник в этом мире ждёт своего подарка, а Хёнджин этот подарок забрал. Мешок развязывать не хотелось: Чуян потрудилась, чтобы вышло покрепче, понадёжнее спрятать подарки под разноцветным узлом. Хёнджин решил: отдам подарок Санте. Мы же встретим его? — Нужно связаться с дедушкой Мину и рассказать о том, что с нами приключилось, — рассуждала Чуян, ища телефон, который ей дал дедушка. Чуян набрала его, дедушка взял тут же: он в это время был на работе в магазинчике. — Что случилось, Чуян? — У нас такое дело… С неба свалился мешок с подарками… Ты чего ржёшь?! — обратилась она к Хёнджину, который сначала прятал улыбку в шарфе, а потом показал свои растянутые в улыбке губы и захохотал. — Дедуль, нам помощь нужна… Ты знаком с Сантой? Сообщи ему, что его мешок возле моего дома. Пусть заберёт. — Звучит так, будто Санта твой сосед, и сейчас он откроет ворота, пройдёт по дорожке и скажет: «Спасибо, что нашли подарки, а то я испугался, куда мешок из саней пропал?», — прокомментировал Хёнджин, посмеиваясь. Чуян посмотрела на него спокойными глазами: ну-ну, Хван Хёнджин, не веришь, что мой дедушка знаком с Сантой? Да, давай, смейся дальше. Потом не до смеха будет, когда Санта действительно придёт. — Не помнишь, как котом был? Напомнить? — спросила Чуян, побалгодарив дедушку. — Санта придёт. Увидишь. А пока давай пакеты в дом занесём. Хёнджин не верил, что Мину и Санта знакомы — Чуян угадала. Они оба были волшебниками. Что с того? Не факт, что пересекались в жизни. Тем более, Санта в представлении Хёнджина был не такой, как дедушка Мину. Мину классный маг, а вот Санта… Санта — это любимый волшебник мальчика Хёнджина. Это самый-самый загадочный волшебник на свете! Его не видел никто! Видели только всяких дяденек, которые одевались так, как Рождественский чародей. Хёнджин, пока Чуян готовила что-то вкусненькое на обед и ужин, смотрел в окно и мечтал, что через парочку мгновений появится Санта. Где же он? Где звон бубенцов? Где олени? Может, он появится каким-то другим образом? Без оленей. Откроет калитку, например, прошагает по сугробам… увидит свой мешок, возьмёт, повернётся — и исчезнет, произнеся заклинание. Санта, ты где? Хёнджин мысленно звал его и чуть не заснул: рука у него упала на подоконник, подбородок ударился об выпирающую косточку на запястье. Он вскочил, потёр подбородок, шипя от боли, и услышал звонок в дверь. Чуян пробовала суп. Ложка в её руке подскочила, когда Хёнджин заорал что-то радостное и подорвался с места. Но… было «но»… — На то он и Санта, — сказала Чуян, обняв растерянного и расстроенного Хёнджина за плечи. — Волшебник-загадка, которого никто никогда не увидит. — Эх… ты права. Невежливый он, мешок забрал, а не поблагодарил. Хёнджин опустил руку в карман брюк. Подарок остался на месте. В грустном расположении духа он обернулся и последовал за Чуян. — Юноша… — плеча коснулись пальцы в красной варежке. — Спасибо, что нашли мой мешок. — Не за что, — пробурчал Хёнджин. — Я рад, что помог вам. Мы рады с моей… Санта? И он увидел его! У Хёнджина по щекам потекли слёзы. На миг, его руки и ноги стали крохотными, сердце радостно забилось в груди. — Один подарок выпал из мешка. Держите, — сказал он, протянув коробочку волшебнику. Тот мягко отодвинул его руку. Хёнджин посмотрел в улыбчивые глаза с лучиками морщин по бокам. — Это подарок тебе и твоей девушке, — ответил волшебник. — До скорой встречи, Хёнджин! И, кстати, ты не веришь, что я знаком с Мину. А между тем я люблю поиграть с этим стариком в шахматы… Санта из этого мира, мира волшебников, перемещается в мир людей, и разносит подарки в каждый дом? Было бы чудесно, если это так. Хёнджин проводил дедушку взглядом, тот вышел за калитку и растворился в метели. У Хёнджина ещё долго сохранялось ощущение тепла, детской радости, хотелось улыбаться, мурлыкать песенку… хотелось поцеловать Чуян просто так. Она налила в миски суп, и этот суп показался Хёнджину самым вкусным из всех супов, которые он пробовал. А вечером он отдал ей подарок… — …не от Санты. От меня, от твоего парня Хёнджина, — уточнил он, протянув ей красиво упакованную коробку. Чуян дотронулась до красной ленточки. Хёнджин улыбался по-хитрому, скосил глаза на Чуян… Взял её за руку и сказал почти шепотом: — В спальне… открой. Она кивнула. Откинула крышку на стол в своей комнате. — Хёнджин… — Чуян стремительно покраснела, развернув то, что он подарил. — Ну ты… боже… — она захихикала, вытащив второй подарок и, прижав всё это к груди, посмотрела на себя в зеркало. Она была счастлива! Она была в восторге! Она надела всё, что нашла в коробке, посмотрела в зеркало и запищала. Как она была хороша! Хёнджин угадал, ей подошло. Ей очень подошло! — Хотел меня увидеть в таком? — она медленным, изящным шагом, словно кошечка, подплыла к нему. Такая вся пушистая, помпоны висели у неё на груди и на пояске трусиков. Поясок был тоже пушистым, из искусственного меха. — Ты великолепна, — сказал Хёнджин, облизав губы. Он почувствовал, как ток промчался под кожей, когда Чуян только-только вышла. Она была близко, он мог дотронуться. Кончиками пальцев провёл по её ноге. Чуян вздрогнула, обхватила себя руками, из-за чего её грудь стала выглядеть ещё соблазнительнее. Хёнджин снова облизнулся, теперь из-за того, что захотел… сильно захотел… страстно! Он захотел овладеть этой девушкой. Сдвинул ладонь на внутреннюю сторону бедра, погладил пальцами между, по мягкой ткани. Он трогал там до тех пор, пока она не стала мокрой. А потом лизнул. — Нравится? — он знал, что Чуян этот вопрос обожает. Он надавил пальцем на вход, потёр и там недолго. Чуян стала дышать тяжелее и будто бы терять сознание: её взгляд потемнел, в голове помутилось. — Этот комплект создан для тебя, Чуян. Для тебя, моя милая. Угу, садись на мой палец… Давай… медленно, детка… медленно… а теперь двигайся… м-м-м, как там хорошо, мокро… давай я вставлю дальше. — Да-да… вставляй… — упрашивала Чуян, прижимая его лицо к своей груди. Хёнджин захлебнулся запахом её тела. Она пахла чем-то сладким и желанным. Он уложил её на диван. Погладил по белью, поиграться с помпонами, укусил за торчавшие соски. — Знал, что тебе понравится… — промурлыкал ей в ухо, подцепил пальцами прядку волос, отодвинул и мягко поцеловал в него. Чуян раздвинула ноги, Хёнджин надавил коленкой между её ног, потёр немного. Ткань была мягкой, бархатной, такой приятной на ощупь, что Хёнджин не хотел снимать с Чуян это бельё. Он не прогадал, купив именно это… Чем они занимаются в канун Рождества? Хёнджин надавал бы себе оплеух за этот грех, но он просто не мог остановиться. Не мог!.. Ему приятно было её сжимать, целовать, ласкать, дарить комплименты, снова целовать… Он провёл мокрую дорожку по её животу, едва не чихнул, когда пушистый белый поясок защекотал нос. Он закинул её ноги себе на плечи, опустился на колени и прошёлся языком по мокрой плоти. Влажные звуки сводили с ума. Чуян ёрзала, путалась пальцами в его длинных волосах. Когда же всё? Когда она прольётся? Она была близко, когда он вводил в неё язык и натирал клитор пальцами. Близко, но кончить не смогла. Хёнджин ткнулся в её губы своими, призывно поцеловал. Она потянула руки к его брюкам. Расстегнула пуговицу. — Раздеваешь меня, лисичка? — спросил он, чмокая её в губы. — Ну давай… быстрее… дотронься до него… он так хочет твоих прикосновений, красотка… — Хочет? — она выгнула бровь и прикусила губу, посмотрев на Хёнджина лисьим взглядом. Хёнджину показалось, что перед ним правда лиса, хитрая, соблазнительная, желанная. Он провел руками по её телу, сжал груди, потащил вверх лифчик. Он сминал и облизывал её грудь, оставляя слюну. Чуян такая… Боже!.. Ах!.. Да-да-да!.. Она трогала его там. Хёнджин со свистои втянул воздух, раскрыл губы в немом стоне. — Жарко стало, да? — спросил он, уронив взгляд на её руку. — Побыстрее, лисичка. — За лисичку ответишь, — пригрозила она, улыбаясь. — Ты такой аппетитный, господин Хван. — Ну раз я такой… Пробуй, моя Чуян. Давай… — он выгнул шею и чуть не впился ногтями в её затылок. Чуян сосала просто вау! Она постепенно брала глубже, причмокивала губами и размазывала слюну по длине. Резко придвинулась к его лицу и поймала сочные губы, впечаталась, лаская языком горячий рот. Взяла инициативу на себя, оседлав Хёнджина. Она наклонилась, надавила на его член своей попой. Куда приведёт их эта ночь? В ад? Он готов был последовать туда с Чуян. Через парочку минут, которые понадобились для того, чтобы снять одежду, она скакала на нём. Хёнджин в такие моменты смотрел на неё и ни о чём не думал, кроме её шикарного тела и узкого влагалища, в котором ему было нестерпимо жарко и туго. Там было почти всегда туго, даже когда он добавлял искусственной смазки. Но чёрт!.. Он абсолютно всегда кончал только от ощущения тесноты. Стенки так плотно сжимались, что он орал. Напрягал челюсти до взбухших жилок на шее и трахал Чуян в охренительно узкую дырку! Он трахал её в самых разных позах: толкался сзади, спереди, сбоку. Теребил пальцами налитый кровью клитор. Чуян уже было больно, но она терпела, пока не пролилась на его пальцы. Господи, как стыдно! Она не удержалась и промочила диван. — Охренеть. Охренеть… Я… просто… в восторге от тебя! Я в восторге, Чуян! — сказал с натугой, продолжив толкаться в неё. — Мокрая… так хорошо в тебе… не хочу выходить… м-м… м-м… ах… — Больно, Хёнджин… Больно… — Потерпи, секунду… ах, чёрт!.. я уже… всё… дааааа… Хёнджин завалился на диван и плевать, что он мокрый. Пле-вать. Хёнджину было абсолютно пофиг на эту мелочь. Он очень любил смотреть, как Чуян проливается. Это выглядело так вкусно, что ему сразу же хотелось отлизать, а потом засосать Чуян… — Ты о чем мечтаешь? — спросила она лёжа на его животе. — По лицу вижу, придумал что-то. — Угу. Хочу тебя засосать после куни. В следующий раз, ладно? — Надеюсь, он будет не на Рождество. Кстати, оно через 2 часа. Спать хочется… — Да. Он зевнул. — А у меня для тебя подарок есть. Взял из мешка Санты. — Ух ты! Санта разрешил? — Ага. Подарок упал мне на голову, когда мешок летел с неба. Я забыл вернуть, а ты уже завязала мешок. Я показал подарок Санте… Чудо! Подарок был для меня и тебя! Представляешь? — Как здорово! Давай откроем завтра! — Давай. Чмоки на ночь? — Чмоки, — она прильнула к его губам, Хёнджин засмеялся и поцеловал её с нежностью. — Неси меня мыться, господин Хван. Сама не доберусь. — Есть, госпожа Кан! После душа они легли под одеяло и обсудили, как встретят Рождество. — Пригласим дедушку и бабушку, пожалуйста! Я без них не представляю праздничное застолье. Никак. — Было бы неплохо и моих родителей пригласить… — сказал Хёнджин. — Знаешь, чего бы я ещё хотел? — Чего? — она улыбнулась и прильнула губами к его щеке. — Чтобы мы завтра проснулись у меня дома, накрыли на стол… чтобы пришли мои мама с папой… твои родители прилетели из далёкой волшебной страны, Кан Мину и бабуля тоже, куда без них. И мы бы все дружно сели за стол и насладились волшебным вечером. Здорово, да? Только я волнуюсь, что моим родителям твои не нравятся. Помнишь, у них встреча была. Мои вроде нормально отозвались, а вроде и холодно… Я не понял. — Думаю, они понравились друг другу. Мои мама с папой сказали, что твои родители очень душевные. Им с ними было уютно общаться. Уверена, что и твоим с моими тоже. — Хорошо, поверю твоим словам. Может, сейчас подарок откроем. Не могу терпеть до утра. Сейчас полпервого. Открываем? — Рождество наступило. Давай! А подарком был маленький котик, у которого на шее висел ошейник с белой звёздочкой. В коробочке Хёнджин нашёл листочек с посланием от Санты: «С Рождеством, друзья! Этот котик исполнит одно ваше желание. Вместе дотроньтесь до звёздочки и подумайте, чего бы хотели всем сердцем! С любовью, ваш Санта Клаус». «Мы бы хотели…» — подумали они одновременно.

Их желание сбылось.