Ты совершишь отречение?

Пустота душит, давит на голову. Она заполняет всё, но в то же время является ничем. Лэйн, потерянная и напуганная, оглядывается, пытаясь убежать от этого. Вязкая тревога её чувствуется в пространстве как что-то осязаемое и серое, от неё никуда не деться. Появляется множество дверей, комната заполняется туманом, как и сознание девушки. Она действует на инстинктах — бежит, дёргает ручки, пытается выломать деревяшки. Всё без толку. Желание выбраться достигает апогея, она бешенно и отчаянно бьётся костяшками пальцев о дерево, откидывая мокрые локоны волос. Тревога застилает глаза, управляет ею, она кричит, вьётся вокруг девушки чёрной смолью, заползает в голову. И, наконец, достигнув конца, лишь затихает, но не исчезает. Лэйн, измученная, заплаканная, бессильная, валяется на холодном полу, смирившись со своей участью. Где-то в далеке, из-за окна, она слышит звуки грозы, где-то видит молнии. Теперь холод окутывает её, выгоняя страх. Он замораживает все чувства, ставит на паузу эмоции. Нет больше никакой Лэйн. Она осталась там, поглощённая льдом и своей тьмой. Очнувшись ото сна, она, размяв спину и поправив волосы, обнаруживает, что никого здесь и нет — все куда-то исчезли. Посидев пару минут на синем диванчике, она убеждается, что, скорее всего, отряд сейчас на очередном задании разгребает завалы под вьюгой и стаей отродий. Желудок даёт знать о том, что еды туда не поступало,как минимум, в течение суток. Поэтому Лэйн спешит захватить какой-то иссохшийся сух паёк с кухни, по которой вчера вечером носился Ноа. Она смотрит на пустую огромную лестницу, и только сейчас понимает, что снова одна. Одна. Одиночество было для неё больной темой с детства. Всегда себе судорожно пыталась доказать, вопреки мнению детей, что одиночество — это сплошное преимущество, где люди особо и не играют значения. Но, как бы себе яростно не твердила это под нос, сердце её отвечало совсем другое и предательски кололо, когда новая подружка уходила к более хорошей компании, называя девочку странной и злой. Не получалось счастливо жить одной, но по-другому не выходило. Пришлось приспосабливаться и на протяжении всей жизни использовать свои удобства для себя же, не отдавая ни чувств, ни времени серой толпе. По началу ей было чертовски обидно, ведь все эти люди выбирали к ней равнодушие, когда она отдавала последнее. Лэйн злилась на них, высказывала всё, что накопилось, но и там сталкивалась с безучастностью людей. А потом... Потом она убила в себе и это отчаяние, и эти попытки быть принятой в обществе, и желание казаться единым с серой массой. Они сломали её своим бездушным прозрачным движением и беспричинной агрессией, чтобы потом спросить, почему она "не такая". Тихо открывает дверь, просовывая голову. Холодные стены встречают её и заставляют остаться. Деревянный массивный стол украшает лишь маленький светильник, лампа которого, похоже, была давно разбита и забыта. Кресло в гордом одиночестве стояло в углу, спуская с себя куски ткани. Камин, каким-то непонятным образом оказавшийся внутри этой комнаты, теперь брошен и забит досками, падающими на пол. Ничего интересного — просто непонятная комната, значение которой определить крайне тяжело. Лишь огромное окно разбавляет интерьер, хоть его и горделиво закрывают алые шторы. Не мешая тихой жизни мебели, она запирает дверь, проходя дальше. Проводит рукой по лакированным перилам, бросая взгляд вниз. Откуда эта компания достала такой огромный особняк? Заглядывая в другую комнату, какое-то неприятное ощущение накрывает Лэйн с головы до ног, уводя вглубь помещения. Здесь две кровати, разложены новые вещи, терпимое состояние мебели — всё это даёт знать, что комната обжита. Но кто же здесь может жить? - Что ты забыла в моей комнате? - Высокий женский голос заставляет её лишь повернуться, но не вздрогнуть. Обычная девушка, короткая стрижка, томный взгляд, татуировка бабочки на ключицах и серебрянный крестик. Она, уткнувшись рукой о бедро, не несла ничего хорошего и не производила приятного впечатления. Лэйн, кажется, запомнила её ненавистное выражение лица, когда Анна привела ту к отряду. - Просто смотрела. - В отличие от высокого и едва писклявого голоса "Бабочки", Лэйн говорила чуть грубее и спокойнее, не беспокоя голосовые связки. - Убирайся из моей комнаты! - Перебив, она толкает Лэйн, отводя её к выходу. Та же и не сопротивляется, оправдывая действия девушки только стервозностью характера и ужасным днём в апокалипсисе. Лэйн, стукнувшись о перила, оказывается взятой за локоть Дмитрием. Его грозный ледяной взгляд впервые направлен не на неё, а на Бабочку. - Кира, - Вот, как её зовут.- Что ты делаешь? - Стальной голос ещё пару раз раздаётся в её голове, пока она не переводит взгляд на Киру. Взгляд она отвела в сторону, руками обхватывает себя, закрываясь от злобного генерала. - Извини, генерал.- Подходит к нему на шаг, встречаясь с голубыми глазами. - Я не нуждаюсь в извинениях. Извинись перед Лэйн.-Опускает её локоть, вставая рядом с ней. Сейчас он выглядит как строгий отец, который пытается помирить двух маленьких дочерей. - Прости.- Даже не смотрит на неё, рассматривая пылинки на лестнице позади. - Молодец. - Равнодушно произносит Дмитрий, направляясь дальше по коридору. Кира спешит за ним, маленькими и робкими шажочками догоняя массивный силуэт. Лэйн лишь смотрит на этих двоих, не в силах распознать того, что происходило между ними до её прихода. Лампа внизу из последних сил мигает, а затем молча и постепенно угасает.

***

Глаза каждого человека в гостинной бегали из стороны в сторону, наблюдая за Дмитрием. Тот же лишь мерил комнату шагами, что-то раздумывая или ожидая. Все ждали начала, но никто не решался спросить о причине данного собрания. Минута. Ещё одна. Пять минут. - Чего мы ждём? -Тихий голос Лэйн, казалось, был отправной точкой.Теперь десятки глаз устремились на неё, непосвящённую и чужую. Сразу же в особняк открывается дверь, долго и со скрипом. Немое ожидание повисло в воздухе, но, похоже, вошедшие и были ответом для Лэйн. Грега она запомнила хорошо ещё с первой встречи, его друг, Ник, тоже отпечатался в памяти, но вот третьего мужчину она до этого явно не видела. Шёпот пронёсся по залу, когда мужчина, сняв длинное пальто, представился: - Борис Романов, владелец данного особняка. Приятно с вами познакомиться. - Он манерно кланяется, переводя взгляд на ребят, сидящих на диване. Улавливая непонятливую тишину, Борис, крутя на пальце кольцо, дополняет. - Было бы особо радостно познакомиться со всеми вами лично. - Голос его, бархатный и распологающий, хочется слушать неотрывно. Однако глаза, светлые, но лживые, сразу кажутся Лэйн отвратительными. Не у многих людей можно заметить "некрасивые" глаза, ведь она всегда считала, что это одна из тех черт внешности, которая априори уродливой быть не может. Но у Романова такой эффект создавал пугающий голубой оттенок, леденящий взгляд, делающий его бездушным. Первым спохватился Дмитрий, представившись и пожав руку мужчине. Дальше по цепочке очнулись и остальные. Когда очередь дошла до Лэйн, она, поджав губы, тихо произнесла своё имя, чувствуя, что не является достойной компании ребят. Или они её? Столкнувшись с вглядом Романова, она равнодушно отводит глаза, не желая выяснять причину такой заинтересованности. Их диалоги девушка не слушала, ведь теперь разобраться в делах отряда было ещё труднее, когда выяснилось, что здесь они временно разбирают завалы, а живут в совсем ином месте. Увидев, как Дмитрий, схватив пачку сигарет и куртку, предпочёл душной компании курение, она, не удержавшись, поспешила за ним. Точнее можно сказать,что спешила она за сигаретами, на которые уставилась ещё минут десять назад. - Тоже не выдержала его разговоров про картины и деда? - Он усмехается, пока она несмело вытаскивает сигарету и прикуривает от его. - Даже не слушала.- Кривая полуулыбка на её лице — уже достижение. Он, заметив это, приподнял брови, а затем кинул взгляд на горящую точку вдали — очаг отродий. Несколько минут они стоят, вслушиваясь в зимний ветер и шорохи за дверью. Удостоверившись, что никто из клуба курильщиков не захотел тревожить их диалог, генерал начал: - Для тебя работа нашлась... Безумно важная, - Она закатила глаза.- Я серьёзно говорю.- Он выждал ещё времени, прежде чем продолжить. - При тебе нашли книгу. Тебе не в первой, нужно расшифровать её как можно быстрее, я выделю тебе место и свободное время, можешь с нами на завалы не ездить. Отчёты о работе мне. - Отдайте её. - Позже. Сейчас я просто тебя оповестил, не хочу оглашать перед всеми.- Он, выкинув окурок, открыл дверь, пропуская Лэйн.

***

- Ну, что могу сказать по поводу Репина... Слабо, слабо! У того же Васнецова есть работы посильнее. А что насчёт Вас, Лэйн?Как относитесь к искусству?- Борис, выиграв время, забрал Лэйн с собой в комнату, увлечённо рассказывая об искусстве. Она же, незаметно закатывая глаза и вздыхая, терпит из последних сил и из приличия эту болтовню. Романов ей не импонирует и даже чем-то пугает, помимо своих уродливых глаз. Не зная как отделаться от этого диалога, только поправляет свою одежду и теребит край футболки, удобно устроившись в комнате на втором этаже. Ребята разбежались по особняку, облегчённо оставляя эту ношу высоких разговоров для Лэйн. Пораскинув мозгами, поняла, что он, вроде как, важная шишка для отряда. На секунду задумалась о том, чтобы сделать так, чтоб Борис ноги отсюда делал. Но эти мысли вытеснили другие: генерал не допустит ни её побега, ни порчи отношений с владельцем особняка. Поэтому, чуть помедлив, отвечает, уже не пытаясь хотя бы своей вялой и самой живой интонацией намекнуть, что такие темы ей не интересны: - Согласна с Вами.- Сухо. Надо разбавить эмоциональной репликой. - Не думала, что найду человека, который будет разделять мнение со мной! - Для правдоподобности всплёскивает руками и заправляет волосы за ухо, пододвигаясь. Не из интереса, из принципов. Выглядит это, разумеется, не очень натурально, но Романова это не волнует. Ждёт следующей "увлекательной" темы от него, но замечает в глазах Бориса какую-то искорку, что загорелась после её слов. Лэйн меняет свой живой взгляд на безэмоциональный и пустой, он полностью описывает её неприязнь к данной личности, но эта самая личность не понимает таких вещей. - Я, наверное, пойду. Поздно уже.- Приподнимается, оглядывается на открытую дверь из комнаты, которая была так близко, пока Романов снова не начал: - Что Вы, что Вы. Вы такая чудесная персона, если честно, безумно нравитесь мне своей... Как же выразиться... Интересностью! Останьтесь хоть на минуточку! - Его приторные нотки голоса уже въелись в голову Лэйн. Поэтому та, так и не достигнув выхода, тихо присела на диван, отводя глаза в пол. Природу такой беспричинной изначальной ненависти она теперь ясно понимала и хвалила себя за такую чуткость и читание людей. Несколько следующих фраз Бориса она прослушала, проклиная его в мыслях, но отвлеклась на тихие и спокойные шаги в коридоре. Набатом они повторялись в голове Лэйн до тех пор, пока на долю секунды не затихли, а затем возобновились с новой силой и, видимо, намерениями. Физиономия генерала вынырнула из-за двери, и губы его сразу зашевелились: - Борис, смею забрать у Вас Лэйн.- По голосу было слышно, что тот явно не в настроении, поэтому говорил он медленно и отчётливо. - Да, конечно, мне тоже пора. До скорой встречи.- Романов чуть было потянулся к её руке за поцелуем, но девушку отдёрнул Дмитрий, выводя из комнаты чуть грубее, чем хотелось. Внизу слышались активные разговоры и споры, что-то двигали, чем-то скрипели. Кипела обыкновенная жизнь отряда. Лэйн облокотилась на привычную лестницу, смотря на Дмитрия. - Держи.- Он протянул ей книгу. Она, взглянув, сразу же вырвала её из рук и раскрыла, проверяя все страницы. - Спасибо.- Подняла глаза на него. - Я провожу тебя до комнаты, там ты сможешь в тишине работать.- Он шагнул вперёд, ведя девушку по коридору. Шаги его отбивались от стен, перекрикивая все мысли Лэйн, которые вихрем носились в голове, переворачивая все полочки сознания. Дмитрий открывал двери одну за другой, казалось, что он вёл её в какие-то совсем несуществующие места, создавая порталы в другие миры. Мысли девушки смешивались, плыли по кругу, создавали совсем неясную картину. Голова кружилась. Темноту разрезали лучи жёлтого света, исходившего от старенькой настольной лампы. Здесь стоял совсем низенький столик, рядом — стул и множество стеллажей с книгами и ненужными вещами. Напротив стола располагалось большое окно с деревянной потрёпанной рамой, но вид из него, зимний и роскошный, делал эту комнату особеннее. - Вот. Располагайся, работай. Никто тебе не помешает, если только не я.- Уголки его губ поднялись, и он, потоптавшись на пороге, решил удалиться, пожелав приятной работы. Лэйн вновь раскрыла книгу, жадно заглядывала в страницы, вглядывалась в буквы, в символы, в рисунки. Всё в ней казалось чем-то глубоким, наполненным смысла. Она затягивала, заставляла искать множество смыслов написанного, расшифровывать каждый символ. Такое неизведанное, но знакомое. Обложка, шершавая и потёртая, скользила в руках девушки. И, прежде чем страницы затянут её, она поспешила приготовить листок и ручку, которые откопала в заброшенных полках заброшенной комнаты. Часы летели незаметно, книга, совсем непонятная другим людям, была подвластна только ей. И момент этот был лучшим отдыхом за последнее время, наедине со своей работой она забывалась, концентрируясь только на одном. Мысли тогда её раскладывались по полочкам, упорядоченно двигаясь. Но в один момент, единожды сбившись с этого потока, в голове уже не было ничего упорядоченного. Будто кто-то, присоединившись к ней, перемешал все мысли, собрал всё это в огромный клубок, который невозможно теперь распутать. Однако, противореча всему этому, руки её взялись за работу с новой силой. Не задумываясь над символикой, она беспорядочно писала текст на листке, словно кто-то управлял ей, как дешёвой марионеткой. Лэйн даже не сопротивлялась, отдавшись неизвестному полностью. Всё было безумно легко, но голова начинала болеть всё сильнее, а в теле нарастала слабость. Она очнулась в темноте и тишине. Одна. Никто больше не управлял ею, не интересовался, не тревожил.Как будто кто-то выбросил её, ненужную и пустую. Все потеряли интерес, но, может быть, это и к лучшему. Щёлкнув светильником, разглядела лист, заполненный текстом, но одна надпись в конце всё же выделялась своими большими буквами:

ОТКРОЙ ГЛАЗА.