Black mail

— Рид, зайди ко мне в офис. Пока Меган передавала дела, переходила из одной башни в другую и ждала лифта в пентхаус, Дэвид успел примерно ничего. Разве что вышел в приёмную, сам сделал себе кофе, попутно выслушал от Афины поправки в расписании на следующий день с учётом приближающегося Хэллоуина. Не так уж и мало сотрудников попросили уйти с работы пораньше, чтобы вырезать с детьми фонари из тыквы. Дэвид усмехнулся, что во времена его молодости развлечения были иными. Например, поджигание заброшек. Успешно удивив свою правую руку, он направился обратно. И вовремя. Если уж с высоты двадцать девятого этажа раздавался глас иерихонских труб, то даже сотрудники уровня Меган понимали: «бросай всё и поднимайся в пентхаус или стены рухнут на твою голову». — Вызывали? — спросила Рид, входя без стука. На ходу она стянула нитриловые голубые перчатки и бросила их в урну у камина. — Дэвид, не хочу показаться бестактной, но у меня сейчас под вакуумом лежат… — Рэдфорд прислал отчёт. Девушка вскинула голову. Самообладание ученой дало трещину: она явно взволновалась, быстро подошла к рабочему столу. — Что-то интересное? — Тебе решать, — Шариф кивнул на компьютер, на экране которого было развернуто ровно три письма с «строго конфиденциально» в названии. — Почему просто не прислали мне на почту? — Сейчас этих писем для корпоративной защиты не существует, — подумав, сухо сообщил Дэвид. — Чтобы выполнить твою просьбу, пришлось создать в файерволе дыру. И, поверь, мне очень хочется побыстрее её закрыть. — И Притчард ещё не поднял вой на всю штаб-квартиру? — удивлённо спросила Мег, но, наткнувшись на хмурый взгляд Дэвида, быстро углубилась в чтение. — Вы ещё не читали? — Нанять частного детектива было твоей идеей, Мег, тебе и читать первой. Честно сказать, мне не… — О господи, — прошептала Мег, уже с головой погруженная в изучение трудов Брента. Любопытство зудело в родной ладони, фантомной болью отдаваясь в стальную, но он заставлял себя не оборачиваться и отвлекался на игру с мячиком. Тишина, прерываемая только кликаньем мышки, напрягала. Пока Меган изучала досье на бывшего, Шариф протоптал дорожку в нежном ворсе ковра с лилиями и остановился перед любимой картиной. Только сейчас она вызывала зловещие ассоциации с препарированием ничего не подозревающего Дженсена. — Нам нужны данные по Белой спирали, — вдруг заявила Меган, уверенно глядя на Дэвида. Видимо, на лице моментально обернувшегося Шарифа слишком явно читалось непонимание, потому что доктор снизошла до объяснения: — Дочерняя компания Версалайф. Их основная и единственная лаборатория сгорела в девяностых. — Да, помню, — медленно произнёс Дэвид с дурным предчувствием. — Но как Версалайф связан с Адамом? Меган глубоко вздохнула. — Насколько я понимаю, он, может, и не Дженсен вовсе… Дэвид резко подошёл к столу, занимая место отошедшей к окну девушки. Едва усевшись, сам погрузился в чтение письма. — Сами подумайте: у Марджи и Артура нет детей. Они пытаются усыновить, но им раз за разом отказывают. Белая спираль сгорает и откуда-то возникает Адам, который им вовсе не родной. И нет ни сертификата о рождении, ни данных об осмотрах, ничего. И что-то… Меган нервно схватилась за жемчуг бус. — Тут что-то нечисто. Вдруг пожар был не из-за неисправности проводки, а устроен специально? Там кто-нибудь погиб? — Я не помню, — не отрываясь от письма, ответил Шариф. — Мег, мне тогда было лет двадцать, что ли. Я не смотрел новости сутками напролёт. Были дела поважнее. Рид шумно вздохнула и, достав телефон, уткнулась в экран. Распрямившись от компьютера, Дэвид уставился перед собой. Мячик сиротливо притулился у стопки книг. — Да, тут пишут, что лаборатория занималась разработкой лекарств специально против генетических заболеваний детей, — листая экран, вслух читала Рид. — Особенно тех, которые приводили к смерти до достижения ими подросткового возраста. Но патентов ни на что не получили. В пожаре погибли сотрудники. Не пишут, кто именно… Она оторвалась от листания и посмотрела на босса. — Вы можете поговорить с мистером Пейджем? Лишь краем уха слушая девушку, Дэвид не сразу обратил внимание на вопрос. — Пейдж купил Версалайф уже после её упадка, — медленно ответил он. — Вряд ли он знает что-нибудь про прошлые проекты. Да и интерес к сгоревшей лаборатории выглядит странно, не находишь? — Но… Но это может быть единственная зацепка к вопросу, почему у пациента Х такие мутации! — отчаянно воскликнула Рида, то нервно ломая пальцы, то теребя нитку жемчуга. — Дэвид, мы уже готовы ко второй фазе испытаний! — Мег, да что с тобой? — сам не ожидая, Дэвид почувствовал вспышку возмущения. — Тебе плевать, что мы только что узнали о сиротстве Адама? А если ты права, то его родители погибли в пожаре! Ты у меня сама попросила отгул на Хэллоуин, чтобы повидаться с семьёй, а теперь… Она мучительно покраснела, отворачиваясь к окну. Погода соответствовала внезапно испортившемуся настроению Шарифа: тяжелые тучи быстро сжирали редкие солнечные лучи, обещая накрыть ночной Детройт ливнем. Шариф потёр переносицу, устало откидываясь в чуть завертевшееся по инерции кресло. — Я просто не понимаю, — уже тише произнёс Шариф. — Кажется, все вокруг, кроме тебя, видят, как он на тебя смотрит. А ты так старательно разделяешь Адама и пациента Х, что даже не можешь одного другим назвать. — При всём уважении, это не ваше дело, — выдавила Меган. — Да что ты? — невесело усмехнулся мужчина, косясь на письмо Рэдфорда. — Что он тебе такого сделал? Побил вашего пса? Изменил? — Вы не понимаете! — вспылила Рид, резко разворачиваясь. — Вы хоть представляете, каково это — изучать образцы его тканей, забирать их под предлогом медосмотра, а потом как ни в чём не бывало приезжать за Кубриком и слушать, как моя — моя! — мать благодарна, что Адам уговорил на праздники приехать?! Дэвид резко встал, не заметив, как откатился стул, и упёрся обеими руками в стол. Рид смотрела на него с неприкрытой злобой. КАСИ всё больше закрывала зрение алыми строчками: учащенное сердцебиение, повышенная раздражительность, злость на собеседника, повышенный уровень кортизола и адреналина. Страх. — Соберись! — рявкнул Шариф. — Я до сих пор от тебя не получил согласия на обработку персональных данных. Сколько ещё ты собираешься скрываться и играть в жертву? Пока он тебя сам к стенке не припрёт? Пока не начнёт шантажировать меня угрозой рассказать прессе, что ДНК была взята без согласия?! Рид задохнулась, сжала одну руку в кулак и поджала губы, отступая на шаг. — Давай, Мег, расскажи мне о том, как тебе сложно жить! Дэвид окончательно взбесился, не замечая ни единой капли раскаяния на лице, красоту которого не портила даже гримаса ярости. — Как тебе невыносимо врать ему в лицо, как жалко, что он не может просто сам себя запереть в лаборатории, ведь он не осознает важность твоих исследований! Не-ет, все вокруг против тебя, никто не думает о том, как сложно Меган Рид, самой, мать её, умной и лучшей! Стоять! От рявканья Дэвида и одновременного резкого удара стального кулака по столу дрогнули бы стекла, не будь они пуленепробиваемыми. Уже вознамерившаяся гордым уходом показать, что не намерена терпеть выволочку, Рид застыла на месте. Он хрипло выдохнул, не отрывая взгляда от Меган. Звенящая после его криков тишина быстро густела в желе, в котором так сложно было двинуться, сделать шаг навстречу друг другу. — Ты не будешь дразнить Пейджа попытками что-то выяснить о Белой спирали, — медленно сворачивающийся внутри полыхающим шаром гнев делал его слова контрольными выстрелами, гильзы от которых звонко падали на пол. — Ты продолжаешь работу с тем, что есть. Поняла? Волком смотрящая Рид не шевельнула и мускулом. — Ты. Меня. Поняла? Медленный кивок, после которого отворачивается как от пощёчины. Шариф устало опустил взгляд, распрямил ладонь. Мельком отметил, что на столе осталась вмятина от удара. — Мег, мы в этом вместе, — тихо произнёс Шариф. — Теперь вместе.