Часть 13
27 февраля 2025 г., 23:30
— Если ты думаешь, что я буду спать в кресле, то ты переоцениваешь мою доброту, Грейнджер, — наконец сказал Драко, откинув голову назад.
— А если ты думаешь, что я лягу с тобой в одну кровать, то ты переоцениваешь свои возможности, — тут же парировала она, подтягивая ноги к груди.
— В таком случае у нас проблема, — хмыкнул он, оглядев комнату.
Гостевая кровать в спальне слизеринца, разумеется, отсутствовала, а трансфигурация мебели на ночь — сомнительная затея. Гермиона устало прикрыла глаза.
— Я сплю на кровати.
— Это ещё почему?
— Потому что у тебя есть спальня, а у меня нет, — пожала плечами она.
— Это всё равно что забраться в чужой дом и заявить: «Теперь это мой дом».
— Именно так.
Они пару секунд смотрели друг на друга, словно пытаясь решить, кто первый отступит.
— Если ты храпишь, Грейнджер, я всё же трансфигурирую кровать в соплохвоста, — наконец сказал он, нехотя поднимаясь.
— Как мило. — она повторила его недавнюю фразу, расплываясь в улыбке.
Раздражённо взъерошив волосы, парень повернулся к ней спиной. Гермиона уже приготовилась ещё немного поддразнить Малфоя, но осеклась, когда тот скинул рубашку.
Она не могла сказать, чего именно ожидала — вряд ли Драко Малфой под мантией оказался бы тщедушным — но зрелище всё равно заставило её ненадолго задержать дыхание.
Он был подтянутым, даже жилистым. Широкие плечи, чётко очерченные мышцы на плечах и спине, которые плавно двигались, когда парень небрежно бросил рубашку на стул и потянулся, хрустнув позвоночником. В свете свеч на коже мелькнули тонкие светлые шрамы. Возможно, от квиддича.
Она быстро отвела взгляд, разозлившись на себя за это промедление.
— Грейнджер, ты собираешься стоять там и пялиться всю ночь?
— Не льсти себе, Малфой, — её голос прозвучал чуть резче, чем она хотела. Он хмыкнул, натягивая лёгкую тёмную футболку, и лениво обернулся, явно не впечатлённый её смущением.
— Я просто переживаю о том, как ты собираешься спать здесь, если от одного вида голого торса краснеешь хуже Уизли.
— Ты бредишь.
— Конечно, — ухмыльнулся парень, усаживаясь на кровать, он собирался следом стянуть и брюки.
Гермиона раздражённо поджала губы, развернулась и направилась в ванную.
Она точно не даст Малфою повода снова её поддеть.
Гриффиндорка включила воду, ополаскивая лицо. В отражении на неё смотрела слегка уставшая, но всё же собранная девушка.
Она коснулась резинки в волосах, словно раздумывая, стоит ли распустить хвост, но передумала. Пусть пока остаётся.
Пробежавшись взглядом по ванной, она снова невольно отметила, что Малфой, как и полагается заносчивому снобу, пользовался исключительно дорогими средствами. Аромат эвкалипта и чего-то свежего, возможно цитрусового, ощущался даже без открытых флаконов.
На том же месте она заметила сложенную стопку одежды.
«Снова оставил мне одежду?» — удивлённо подумала она, касаясь мягкой ткани.
Глупо, конечно, было предполагать, что она будет переодеваться или тем более мыться у него, но факт, что Малфой вообще подумал о подобном, немного сбивал с толку.
Гермиона покачала головой, потянулась за полотенцем, но тут же вздрогнула от резкого, яростного стука в дверь.
— Грейнджер, открой! — донёсся приглушённый, но напряжённый голос Малфоя. Она нахмурилась, бросив полотенце и направившись к двери.
— Мерлин, Малфой, что за…
Она не успела договорить, потому что едва повернула ручку, как дверь резко толкнули, и Драко буквально ввалился внутрь, обхватив одной рукой дверной косяк, а другой сжимая живот. Лицо его было бледным, губы поджаты.
— Отойди, — выдавил он и тут же склонился над унитазом.
Гермиона застыла, наблюдая, как его тут же вырвало.
Только этого не хватало. Малфой сполз на пол. Вроде всего минуту назад парень был в порядке, но сейчас выглядел мягко говорят не очень.
— Что с тобой? — она присела рядом, протянув руку к его лицу, но блондин просто её перехватил.
— Забыл, что нельзя смешивать алкоголь с настойкой снацвета.
— Значит ты сейчас... ?
— Просто ужасно пьян, Грейнджер. — она попыталась уловить чем, кроме покрасневших щек и размытого взгляда, отличался Малфой от себя трезвого, но ничего не заметила.
— Тебе нужно умыться, — она попыталась встать, но блондин даже не подумал разжать ладони, всё ещё цепляясь за её запястье.
— Малфой, отпусти, — строго сказала Гермиона, но тот лишь слабо покачал головой.
— Не хочу, — ответил он, откинув голову назад и прикрыв глаза. Она закатила глаза, выдернула руку и пошла к раковине, намочив полотенце.
— Давай, умывайся.
Драко открыл один глаз, с прищуром посмотрел на неё, потом на полотенце.
— Ты мне приказываешь?
— Нет, я спасаю твою жалкую пьяную тушу, — буркнула Гермиона. — Если ты сейчас свалишься в обморок от обезвоживания, мне придётся тебя тащить, а я не хочу этого делать.
Драко хмыкнул, но послушно взял полотенце, хотя даже просто поднести его к лицу казалось для него сложной задачей.
Гермиона сдалась.
— Дай сюда, — она осторожно провела влажной тканью по его лицу, стирая липкий пот. Блондин сидел неподвижно, только глаза затуманено следили за её движениями.
— Ты тёплая, — вдруг сказал он. Гермиона замерла.
— В смысле?
— Твои руки, — его голос был тихим, почти задумчивым. Она не знала, что ответить. Малфой прищурился, будто оценивая её.
— А ты неплохая сиделка, Грейнджер. Может, не такая уж ты и невыносимая.
— Пожалуй, самое милое, что ты мне когда-либо говорил, — сухо отозвалась она, убирая полотенце.
— Милое? — Драко фыркнул, но тут же поморщился. — Понял, не буду говорить комплименты, а то ещё решишь, что я в тебя влюбился.
Гермиона усмехнулась.
— Боюсь, в таком состоянии ты и в слизеринский герб влюбишься.
— Он просто восхитителен, — согласился Драко, а потом вдруг опустил голову ей на плечо.
Она замерла.
— Просто дай мне минуту, — пробормотал парень.
Гермиона смотрела на его белокурые волосы, чуть влажные от пота, на его лицо, которое казалось впервые за столько времени расслабленным.
Она никогда не видела его таким.
— Ты слишком напряжена, Грейнджер, — выдохнул Драко, не поднимая головы с её плеча.
Гермиона сидела неподвижно, даже не пыталась его оттолкнуть.
— Интересно, почему? Может, потому что ты буквально навалился на меня?
— Пф, тебе нравится, — пробормотал он. Она фыркнула.
— Конечно. Всё это время я только и мечтала о том, чтобы пьяный Малфой устроил мне тёплый, липкий контакт.
— Вот видишь, наконец-то признаёшь очевидное, — он усмехнулся, но не двинулся. Она чувствовала, как его горячее дыхание касается её шеи.
— Ты всегда так откровенен, когда пьян?
— А ты слишком умная, чтобы не воспользоваться этим моментом? — Драко наконец поднял голову и посмотрел на неё. Его серо-голубые глаза впились в её лицо, пронзая до глубины души.
— Например?
— Например, задать вопросы, которые хочешь спросить, — он лениво потянулся, при этом едва не задев её щёку носом. — Ведь ты такая… Любопытная. — Гермиона недоверчиво сузила глаза.
— Не переоценивай свою значимость, Малфой. — слизеринец какое-то время молчал, потом медленно кивнул.
— Хорошее замечание. — он вздохнул, провёл рукой по лицу, как будто пытаясь собрать мысли.
«Его что, на душевные разговоры потянуло?»
— Ты не должна была здесь оказаться, — наконец сказал он. Гермиона нахмурилась.
— И? — Драко рассматривал её лицо слишком долго и даже не хотел себя останавливать.
«Слазар, Драко, просто заткнись». — вторил ему собственный голос.
«Уже не могу».
— И мне жаль.
— Жаль?
— М-м, — он снова опустил голову ей на плечо. Гермиона смотрела в стену, пытаясь разобраться в своих мыслях.
— Жаль, что я здесь?
— Жаль, что ты потеряла всё, а я — нет, — ответил он едва слышно.
Гермиона не знала, что на это сказать, как Драко вдруг привалился на неё всем весом, заставляя девушку потерять равновесие, а потом быстрым движением развернул и впечатал её в стену. Гермиона ахнула, когда её спина ударилась о кафель.
— Малфой! — возмутилась она, пытаясь упереться ладонями ему в грудь, но он даже не шевельнулся.
— Тише, Грейнджер, — он закрыл глаза, уткнувшись лбом ей в плечо. — Голова кружится.
— И поэтому ты уже на людей бросаешься?
— Возможно, — Драко шумно вздохнул, словно говорил очевидные вещи, а она ничего не понимала. — Не сложно всё вот так держать в себе? — девушка напряглась.
— Уж прости, что не жалуюсь тебе каждый раз, когда мне плохо.
— А зря, — он медленно поднял голову, его взгляд были затуманен. — Я бы послушал. — Гермиона открыла рот, собираясь ответить. — Ох, не смотри так, — Драко нахмурился. — Это не потому что я добрый.
— Конечно, — фыркнула она.
— Тебе не идёт справляться со всем в одиночку.
Она попыталась переварить его слова, но в голове никак не укладывалось, что Драко Малфой может говорить и вообще говорит что-то подобное.
А он, между тем, снова опустил голову ей на плечо, тяжело вздохнув.
— Ты тёплая, — пробормотал он, будто это что-то значило. Гермиона хотела возмутиться, но вдруг поняла, что его дыхание уже выровнилось.
— Малфой? — осторожно позвала она. Никакой реакции. Она застонала, прикрыв глаза. — Только не говори, что ты заснул.
Тишина.
Гермиона прикрыла лицо ладонью. Она, конечно, ожидала, что эта ночь будет странной, но не до такой же степени!
Гермиона глубоко вдохнула, стараясь осознать происходящее.
Она сидела на холодном кафельном полу ванной, прижатая к стене, а Малфой, бледный и немного дрожащий, буквально навалился на неё всем своим весом. Его голова покоилась у неё на плече, волосы щекотали шею, а одна рука безвольно лежала у неё на бедре. Он был тяжёлым, тёплым и совершенно расслабленным — слишком расслабленным для человека, который обычно ходил с таким видом, словно проглотил живой корень мандрагоры.
Гермиона тихо выругалась, не в силах поверить, что это действительно происходит.
Её ладони замерли в воздухе, не решаясь коснуться его. Это было настолько... странно. Малфой был не тем, кого можно было бы назвать ласковым, но сейчас он выглядел до нелепого уязвимым. И честно говоря, ей это не нравилось.
Не потому что его было жаль — хотя что-то похожее она всё же чувствовала, — а потому что это разрушало привычный порядок вещей.
Малфой должен быть колким, раздражающим, самодовольным ублюдком, а не тем, кто вот так беззаботно прижимается к ней, будто ему действительно спокойно.
Гермиона осторожно дотронулась до его плеча.
— Малфой, — позвала она тихо. Никакой реакции. Она сжала губы и толкнула его чуть сильнее. — Малфой, вставай. Ты слишком тяжёлый.
Он издал тихий звук, похожий на протест, и только сильнее прижался к ней.
— Не двигайся, неудобно же.
— Прекрасно. Просто замечательно, — пробормотала она, закатив глаза.
Она осторожно провела пальцами по его шее, нащупывая пульс. Серде билось ровно, но дыхание было медленным, глубоким. Глаза его оставались закрытыми, но губы чуть дрогнули, когда она провела ладонью по его спине, пытаясь привести в чувства.
— Грейнджер, — вдруг пробормотал он, и её сердце будто на секунду сбилось с ритма.
— Что? — настороженно спросила она. Он чуть повернул голову, щекой скользя по её ключице.
— Я виноват.
Гермиона напряглась.
— В чём?
— Во всём.
Она нахмурилась, подаваясь вперёд, чтобы заглянуть ему в лицо.
— Ты сейчас даже не понимаешь, о чём говоришь.
— А ты понимаешь? — он открыл глаза, мутные, расфокусированные, но в них было что-то... настоящее.
Она не знала, что сказать.
— Мне жаль, — продолжил он, внезапно сжимая ткань её рукава пальцами. — Я... Я не хотел забирать у тебя...
— Что забирать? — она нахмурилась сильнее. Но он не ответил. Только закрыл глаза и чуть сильнее вжался лбом в её плечо. Гермиона сглотнула.
Она должна была оттолкнуть его, вытолкать из ванной, отправить в постель. Но вместо этого она вздохнула и осторожно провела рукой по его спине, не осознавая, что делает.
— Малфой, — тихо сказала она.
— Угу, — донеслось откуда-то у её ключицы.
— Если ты сейчас на мне уснёшь, я оставлю тебя тут.
Он не ответил. Гермиона прикрыла глаза, позволив себе всего пару секунд неподвижности.
А потом, собравшись, решительно встряхнула его.
— Всё, вставай. Ты мне всю ногу отдавил.
Он неохотно разлепил глаза и немного отодвинулся.
— Ты слишком громкая, — пробормотал он.
— А ты пьян. Давай, Малфой, поднимайся.
Она наклонилась, подхватывая его под локоть, и попыталась приподнять, но тот, кажется, понял её движение по-своему.
Потому что в следующее мгновение Гермиона вдруг почувствовала, как его руки цепляются за неё сильнее, и, не успев понять, что происходит, внезапно оказалась на полу уже не сидя, а лежа, прижатая к плитке Малфоем, который явно не рассчитал силу движения. Она замерла, округлив глаза.
— Малфой!
Но он только поморщился и снова уткнулся носом ей в плечо.
— Перестань меня трясти, Грейнджер, — пробормотал он. — Голова кружится.
Гермиона хотела ответить, но только глубоко вдохнула. Это была долгая ночь. И, судя по всему, она ещё не закончилась. Гермиона на секунду просто замерла, уставившись в потолок.
Это было… чересчур.
— Малфой, — медленно сказала она, начиная терять терпение. — Ты осознаёшь, что ты только что сделал?
— Угу, — пробормотал он, не двигаясь. — Упал.
— О, ты гений, конечно, — её голос сочился сарказмом. — Может, теперь ты уберёшься с меня?
— Ммм… нет.
— Что?
— Тут удобно. — она шумно выдохнула, подавляя желание заорать. Пять минут назад он говорил по другому.
— Ты не можешь просто… — она попыталась податься в сторону, но Малфой только сильнее прижался к ней, будто она была его личной подушкой.
— Перестань, — пробормотал он. — Голова болит.
Гермиона поджала губы. Она должна была его оттолкнуть. Выкрутиться. Применить магию в конце концов. Но вместо этого вдруг почувствовала, как усталость обрушивается на неё тоже. И эта усталость была тяжелее, чем вес Малфоя, придавливающий девушку к полу.
— Знаешь что, — устало сказала она. — Ладно. Сиди тут. Лежи. Как хочешь.
Малфой не ответил. Она зажмурилась, пытаясь взять себя в руки.
— Но если ты уснёшь на мне, я тебя прокляну.
— Не усну, — донеслось откуда-то у её плеча.
— Ага, конечно.
Несколько секунд они просто лежали молча.
Гермиона чувствовала, как тепло его тела пробивается сквозь тонкую ткань её одежды. Слышала, как ровно дышит Малфой, и как будто чувствовала, как он вот-вот провалится в сон, хотя он утверждал, что не собирается.
— Тёплая. И мягкая.
— Мерлин, Малфой, ты хоть слышишь, что несёшь?
— Да, — он чуть приподнял голову, взглянув на неё затуманенным взглядом.
Гермиона вздохнула, прикрывая лицо ладонями.
— Всё, хватит. Давай, вставай.
— Я думал, ты разрешила мне лежать, — фыркнул он, но всё же поднялся, шатаясь. Гермиона тут же села, убирая растрепавшиеся волосы с лица, пытаясь не обращать внимания на то, насколько близко был Малфой.
— Ну уж нет, — она резко схватила его за плечо, когда он покачнулся, и заставила опереться на неё. — Ты идёшь в постель.
— Какая ты заботливая, — усмехнулся он. — Признайся, ты будешь скучать по мне, Грейнджер, — Малфой хитро прищурился. Она закатила глаза.
— Единственное, почему я скучаю — это по тишине.
— Я тебе нравлюсь.
— Ага, Малфой. Безумно. Я просто мечтала, о том как бы ты ввалился в ванную и рухнул на меня.
— Вот видишь, — он хмыкнул, и Гермиона только сильнее сжала пальцы на его плече.
— Всё. Довольно. Пошли.
Она дотащила его до спальни, ворча себе под нос что-то неразборчивое.
Ей действительно не хватало сил на это.
А Малфой, кажется, наслаждался каждым моментом.
Гермиона, чертыхаясь себе под нос, кое-как дотащила Малфоя до кровати и толкнула его вниз. Он упал на простыни с довольным вздохом, раскинув руки в стороны.
— Наконец-то, — протянул он, закрывая глаза. Гермиона усмехнулась, поправляя выбившиеся из хвоста пряди.
— Минуту назад ты настаивал на ночёвке в ванной, — пробормотала она, отступая на шаг.
Но тут её взгляд скользнул по его груди, и она застыла.
Тонкая чёрная рубашка прилипла к коже, мокрая, подчёркивающая рельеф ключиц, очертания мышц. Свет свечей падал на фигуру Малфоя, отмечая бледность кожи, лёгкий румянец на скулах — следствие алкоголя.
Его волосы, всегда идеально уложенные, теперь выглядели чуть взъерошенными, пряди липли ко лбу.
Он выглядел…
Она резко оборвала мысль, сглотнув.
— Ты промок, — сказала она, нахмурившись.
— Правда? — он лениво открыл один глаз, ухмыляясь.
— Если не снимешь рубашку, завтра сляжешь не от похмелья, а от простуды.
— Грейнджер, — Малфой улыбнулся ещё шире, приподнявшись на локтях. — Если ты хотела, чтобы я разделся, надо было просто попросить.
Гермиона закатила глаза.
— О, Мерлин, убей меня, — простонала она, протягивая руки, чтобы стянуть с него одежду.
Он чуть подался вперёд, позволяя ей стянуть футболку через голову. Материя с трудом отлипла от его груди, открывая ещё больше кожи.
Гермиона снова сглотнула.
Быстро, не давая себе времени на раздумья, она помогла стянуть мокрую ткань, отбросив её на спинку кресла. Малфой снова откинулся на подушки, запрокинув голову, и пробормотал:
— Довольно грубовато, но ладно.
— Ложись, Малфой, — её голос был чуть тише, чем хотелось бы.
Он, кажется, всё же был слишком пьян, чтобы заметить.
Гермиона сделала глубокий вдох, пытаясь не обращать внимания на ту странную, нехарактерную теплоту, которая поднялась в груди.
Это просто алкоголь. Просто новая сторона Малфоя.
Завтра он снова будет тем же, самодовольным, ехидным, колким. А пока ей просто нужно было убедиться, что он не выкинет ещё что-то глупое. И хотя бы попробовать поспать.
***
Драко проснулся от сухости во рту и странного ощущения пустоты. Голова была тяжёлой, мысли всё ещё путались, но уже не так сильно, как раньше. В комнате было темно, лишь тусклый свет из-под двери отбрасывал мягкие блики на потолок. Он медленно выдохнул, потирая виски, и повернул голову. Гермиона спала в кресле, свернувшись калачиком, словно замерзла. Одна рука под головой, другая сжимала край рукава. Дыхание ровное, но лицо… Драко нахмурился. Даже во сне она выглядела напряжённой. Он смотрел на неё дольше, чем стоило бы, вспоминая, как её пальцы касались его кожи, стягивая мокрую ночную рубашку. Как звучал голос у уха, пока девушка пыталась привести его в сознание. Как она удерживала его, когда он не мог удержаться сам. Он вздохнул и вдруг понял, что ненавидит эту дурацкую ситуацию. — Грейнджер, — тихо позвал он. Она не шелохнулась. — Грейнджер, иди на кровать. Тишина. Он уже собирался сказать что-то ещё, как вдруг она вздрогнула, дёрнувшись во сне. А потом она резко вскинула голову, шумно вдохнув, и её взгляд метнулся в сторону, полный ужаса. — Грейнджер? — Драко нахмурился сильнее. Она моргнула, дезориентированная, дыша слишком быстро. Он видел, как её пальцы судорожно сжались на подлокотнике кресла, как плечи дрожали от напряжения. Она не сразу поняла, где находится. — Ты… — её голос сорвался, она шумно сглотнула. — Что случилось? — Ты просто… проснулась. Она обхватила себя за локти, всё ещё напряжённая, взгляд метался по комнате. Драко выругался про себя. Он медленно сел возле неё, стараясь двигаться без резких движений. — Дыши, Грейнджер, — его голос был мягче, чем он ожидал. — Всё в порядке. Гермиона закрыла глаза, глубоко вдыхая. Он не знал, почему это вывело его из равновесия. Просто… это было неправильно. — Грейнджер, — он потянулся вперёд и взял её за запястье. Она дёрнулась, но не отпрянула. — Всё нормально, — повторил он, стиснув её руку, на этот раз сильнее. Она наконец посмотрела на него, её глаза всё ещё блестели от пережитого ужаса. Она была похожа на Нарциссу. Малфой выдохнул. — Ложись, — сказал блондин, кивнув в сторону кровати. — Я… — Просто ложись, Грейнджер. Она ещё секунду колебалась, но затем неохотно встала с кресла. Драко не отпустил её руку. Он просто молча ждал, пока она подойдёт ближе. Пока доверится. И когда она наконец осторожно села на край кровати, он медленно ослабил хватку. — Так лучше, — прошептал парень, расслабляя руку и поднялся с места. Гермиона ничего не ответила. Но в темноте, среди шороха одеяла, он услышал её тихий выдох. Драко сидел в кресле, лениво пропуская полотенце сквозь мокрые волосы. Голова гудела, словно её переехал табун гиппогрифов, но хоть теперь он был чистым и относительно собранным. Он устало прикрыл глаза, а потом снова открыл их, скользнув взглядом по комнате. Остановился на ней. Гермиона спала на его кровати, уткнувшись носом в подушку, которую обнимала обеими руками. Её волосы растрепались, несколько прядей выбились из хвоста, и теперь мягкими завитками спадали на плечо. На лице всё ещё было написано лёгкое напряжение, словно даже во сне она была готова отреагировать на любую угрозу. Драко невольно задержал на ней взгляд. Она могла уйти. Но осталась. Даже после того, как он ввалился в ванную в состоянии, от которого могло бы стошнить любого, даже после того, как ей пришлось его поддерживать, умывать, нянчиться с ним… Грейнджер осталась. Промокшее полотенце в его руках сжалось. «Почему?» «Потому что её попросил Гарри, или ты спьяну решил, что она осталась из-за тебя?» Он снова посмотрел на неё. Лёгкие тени под глазами, слегка нахмуренные брови, тонкие пальцы, сжимающие подушку… Она даже во сне выглядела усталой. Слазар. Он не привык к такому. Не привык, чтобы о нём заботились просто так, без ожидания чего-то взамен. Не привык, чтобы кто-то оставался. Драко глубже вдавился в кресло, перебрасывая полотенце через спинку, и уставился в потолок. Он не собирался спать. Не мог. Голова была забита мыслями, воспоминаниями о её руках, осторожно снимающих с него мокрую рубашку, о её тихом голосе, о терпении, с которым она принимала его пьяные бредни. О страхе в её глазах, когда она проснулась от кошмара. Драко провёл рукой по лицу. Он не знал, что заставляло его сидеть в этом кресле всю ночь, прислушиваясь к её дыханию. Но он остался. Чтобы разбудить её, если ей снова приснится что-нибудь плохое. Чтобы просто знать, что с ней всё в порядке. «Для чего тебе знать это?» «Я умею быть благодарным». «Сомневаюсь, Малфой». Драко встряхнул головой. Не время спорить с самим собой. Он делает это просто потому что... Блять, да какая нахер разница, для чего? С каких пор Малфою нужны эти идиотские отговорки? Это всё из-за Грейнджер. Гриффиндорская дура.***
Гермиона с трудом разлепила глаза. Она моргнула, пытаясь прийти в себя. Где?.. Зрение всё ещё было мутным от сна, но знакомые очертания комнаты быстро собрали картинку происходящего в её голове. Высокий потолок, массивная мебель, тёмные оттенки... Слизерин. И Малфой. Он стоял у окна, напряжённо сдвигая тяжёлые шторы, и солнечный свет пробежался по его растрёпанным волосам. — Ты не очень любишь утро, да? — сипло спросила она, голос ещё не проснулся. Драко вздрогнул, обернувшись через плечо. — Учитывая, что было ночью, Грейнджер, я бы предпочёл его избегать. Гермиона не сразу поняла, о чём он. А потом вспомнила. Её бросило в жар. — Ты... — она сглотнула, подавляя вопрос. Нет, не надо. Не надо знать, слышал ли он, видел ли. Не надо чувствовать себя уязвимой перед ним. Но он уже знал. Она чувствовала это в его взгляде. Он смотрел не так, как обычно — без высокомерия, без привычной колкости. — Грейнджер… — Всё в порядке, — резко ответила она, с трудом подавляя дрожь в голосе. Он замолчал. А потом сдвинул шторы так, что свет почти перестал проникать внутрь комнаты. — Ещё поспишь? — Гермиона покачала головой. — Я... лучше умоюсь. Она встала, избегая его взгляда, и почти побежала в ванную. Драко долго смотрел ей вслед. Он так и не лёг этой ночью. И теперь не был уверен, стоило ли это того. Гермиона вошла в ванную и тут же остановилась, заметив на краю раковины зубную щётку. Рядом было аккуратно сложенно полотенце. Она нахмурилась. Щётка выглядела совершенно новой — не та, что мог бы оставить кто-то из гостей. Драко? Мысль была настолько неожиданной, что она даже растерялась. Неужели он… специально оставил это для неё? «Он пользуется маггловскими методами чистки зубов?» Но больше никаких щёток не было, значит, всё же нет. Получается он специально оставил её для Гермионы? Это же Малфой. Он не может просто так позаботиться о ней. Может, это домовики решили проявить инициативу? Но почему тогда это странное тепло никуда не девается? Она покачала головой, избавляясь от ненужных мыслей, вряд ли она сможет понять, о чём парень думает, да и спрашивать об этом она точно не станет. Девушка решила не спешить с водными процедурами. После того как почистила зубы, Гермиона применила очищающие чары на одежду и волосы. Душ придётся принять вечером. Когда Гермиона вернулась в спальню, Малфой успел переодеться. На нём была чёрная рубашка, расстёгнутая на три пуговицы и классические брюки. Он сидел в кресле с книгой, но, заметив гриффиндорку, тут же отложил её в сторону. — Мы успеваем на завтрак, — произнёс он, бросая на неё оценивающий взгляд. — Но если тебе не хочется показываться, могу попросить домовиков принести что-нибудь сюда. Гермиона моргнула. Такое простое, почти будничное предложение… Как будто вчера он не валялся у неё на руках в состоянии полнейшей отключки. — Ты не выглядишь как человек, которому сейчас вообще интересна еда, — сказала она, садясь на край кровати. — А ты выглядишь так, будто не готова спускаться в Большой зал и терпеть на себе заинтересованные взгляды, — парировал он. Она пожала плечами. — Возможно. — Малфой кивнул и потянулся за палочкой. — Значит, завтрак в постель. В твоём случае — на моей кровати. Гермиона закатила глаза, но промолчала. В конце концов, если он не хочет об этом говорить — ну и пусть. Но щётка и полотенце всё равно не выходили у неё из головы. Завтрак появился на столике рядом с кроватью почти мгновенно — поднос с золотистыми тостами, вазочкой варенья, чашками кофе и свежими круассанами. Гермиона осторожно взяла чашку, подула на горячий напиток, но не спешила делать глоток. Драко молча разворачивал салфетку. Неловкость висела в воздухе. — Ты… хорошо себя чувствуешь? — осторожно спросила она, не глядя на него. — Прекрасно, — коротко ответил он, намазывая варенье на тост. Она кивнула, не зная, что сказать дальше. Ей почему-то казалось, что после вчерашнего что-то должно было измениться. Но Драко Малфой по-прежнему был Драко Малфоем — собранным, невозмутимым, и даже сейчас, когда вчерашняя слабость должна была ещё ощущаться, он выглядел так, будто ничего не случилось. — А ты? — спросил он спустя несколько секунд. — В смысле? — Ты не выглядишь так, будто прекрасно выспалась. Гермиона усмехнулась. — Как ни странно, полночи в ванной не поспособствовали хорошему сну. — Твоя жертва ради благого дела неоценима, Грейнджер, — ровно произнёс он, поднося чашку к губам. Она вздохнула. — Ты же помнишь, что вчера нес какую-то чушь, да? — Вряд ли это было что-то интересное. — Ты говорил, что тебе жаль. Он не ответил, просто продолжал пить кофе, как будто она вообще ничего не сказала. Гермиона покачала головой и отвернулась, делая наконец первый глоток. — Никогда не думала, что смогу так устать за сутки, — пробормотала она, опуская чашку обратно на блюдце. — Добро пожаловать в мою жизнь, — усмехнулся Драко. На этом разговор исчерпался. Остаток дня обещал быть... долгим. Гермиона почти сразу поняла, что уйти в свою комнату — не вариант. Она не могла рисковать и оставлять парня одного ждать друзей. Сама мысль об этом вызывала лёгкую нервозность. Её будто привязали к Малфою намертво. — Если хочешь, можешь занять кресло, — заметил Драко, листая газету. — Или кровать. Мне всё равно. — Я не хочу спать, — отозвалась она, по привычке оглядываясь в поисках книги. — Ну, раз так... — Малфой задумчиво постучал пальцами по подлокотнику. — Хочешь партию в шахматы? Она скептически выгнула бровь. — Ты серьёзно? — Грейнджер, мы застряли здесь вместе. Ты хочешь сидеть и просто смотреть в стену? — она закатила глаза. — Ладно, шахматы, так шахматы. Драко усмехнулся и махнул палочкой, призывая доску. Партия затянулась. Гермиона не ожидала, что игра будет настолько... напряжённой. Малфой играл быстро и уверенно, будто вообще не сомневался в своих ходах. Он ухмылялся, когда её пешки попадали под удар, и хмыкал, когда она находила способ выкрутиться. — Ты не так безнадёжна, как я думал, — лениво заметил он, делая очередной ход. — Ох, спасибо, — буркнула она, скрестив руки на груди. Драко только хмыкнул, но в глазах мелькнуло что-то похожее на заинтересованность. Партия закончилась через десять минут. Малфой, конечно, выиграл. — Хочешь реванш? — спросил он, с вызовом откинувшись на спинку кресла. — Нет, спасибо, — она отодвинулась от доски. — Я лучше почитаю. Драко пожав плечами, вернул шахматы на место и снова взялся за газету. Какое-то время в комнате висела тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц. Спустя час Гермиона почувствовала, что замёрзла. Проклятый слизеринский подземный холод. Она поёжилась, но решила не обращать внимания. Однако Малфой, похоже, не оставил это без внимания. — Собираешься замёрзнуть насмерть? — не поднимая глаз, произнёс он. — Всё нормально, — автоматически ответила она. Драко вздохнул, закрыл газету и подошёл к кровати. Прежде чем девушка успела что-то сказать, он сдёрнул плед и бросил в шатенку. — Держи. Гермиона удивлённо моргнула. — Мой труп не впишется в интерьер? — Абсолютно, — хмыкнул он, вернувшись в кресло. Она покачала головой, но укуталась в плед. Какое-то странное у них перемирие сегодня. Гермиона уже начала клевать носом над книгой, когда почувствовала, что что-то изменилось. Резкая, почти осязаемая тишина. Она подняла взгляд — и внутри всё похолодело. Драко сидел абсолютно неподвижно. Его лицо... Оно было не просто бледным — мертвенно-серым. Глаза, обычно полные иронии или холодного безразличия, теперь смотрели в пустоту. Губы чуть приоткрыты, дыхание сбивчивое. Пальцы судорожно сжались на подлокотнике кресла так сильно, что костяшки побелели. — Малфой? — он не отреагировал. — Драко! Он дёрнулся, будто его выдернули из кошмара, и тяжело втянул воздух сквозь сжатые зубы, как утопающий, вынырнувший из-под воды. Гермиона видела страх. Настоящий, чистый страх. На секунду он выглядел... потерянным. Но уже в следующее мгновение Малфой с силой провёл рукой по лицу, словно стирая выражение ужаса, и натянул привычную холодную маску. — Это... просто вспышка, — его голос был напряжённым, ровным, но в нём чувствовалась нотка, которую Гермиона не слышала раньше. — Неважно. — Что там было? — прошептала она, медленно подходя ближе. Он не ответил. Она всё поняла и без слов. — Малфой… — Это было в Упырином переулке. — Он говорил резко, отрывисто, будто выдавливал из себя каждое слово. — Я не сразу понял что происходит, но... кажется Лонгботтом и... Гермиона сжала пальцы в кулак. Она была там. Шум, пыль, вспышки проклятий. Она помнила холодный страх, панический бег, чужие крики. Лицо гриффиндорца в последнюю секунду. Орден получил точную инструкцию о том, где стоит искать медальон Слизерина, который был украден у Рона неделей ранее. Возвращать крестраж отправились несколько бойцов под руководством Невилла. Гермиона с другими прибыли на место значительно позже. Пожирателей осталось мало, как и членов Ордена. Первое что увидела Грейнджер — Невилла Лонгботтома, который лежал на мостовой, весь в крови, отбиваясь одной рукой от нападавших, а другой до боли сжимая крестраж. Найденная вещь была зачарованна: от кончиков пальцев вплоть до запястья, рука Невилла начала разлагаться, слой за слоем. Завидев подругу, он бросил ей медальон, отвлёкшись всего на секунду. Но и этого хватило, чтобы Круциатус охватил его тело. Зелёная вспышка прервала его мучения. Гермиону в последний момент удержали от того, чтобы броситься вперёд и аппарировать с телом Невилла. «Уже слишком поздно, Гермиона, уходим». — Это не должно было случиться, — Драко поднял на неё взгляд, в котором было что-то сломанное. — Я убил его. Он замолчал, будто боясь договорить. Она видела, как напряжены его плечи. Как тяжело он дышит. Как его пальцы продолжают стискивать подлокотник, будто если он отпустит, то снова провалится в прошлое. Ему было плохо. Очень плохо. То ли странные побочные действия нахождения вне своего времени, то ли беспокойство за Малфоя было больше, но пропала яркость события о котором она вспомнила. Она должна была помнить это так же отчётливо, как помнит всё остальное. Но воспоминания действительно ощущались… иначе. Будто они были не её собственными. Будто она читала о них в книге, слышала от кого-то, но не переживала сама. Это было странно. Но ещё страннее был Драко. Он сидел неподвижно, сгорбившись, взгляд затуманенный, словно он всё ещё был там, в том самом моменте. — Я убил его, — повторил он тихо. И от этих слов её бросило в дрожь. Он не просто говорил это. Он верил в это. Гермиона медленно покачала головой. — Нет, Драко. — Грейнджер… — Это не ты, — её голос дрогнул, но она не отступила. — Это был… Она замялась. Кто? Она ведь видела всё. Была там. Плёночная колдография воспоминаний сгорает в огне. Она прикрыла рот рукой. Неужели она забывает? — Я его убил, — Драко говорил почти безэмоционально, но Гермиона видела, как он раз за разом сжимает руки в кулаки, как неосознанно проводит пальцами по предплечью, словно от боли. Гермиона сглотнула, сделала ещё шаг ближе. — Ты не убивал, Драко, — он покачал головой, но она не позволила ему отвернуться. — Посмотри на меня. Малфой медленно поднял взгляд. Она почувствовала как весь воздух за секунду покинул лёгкие, как в миг всё вокруг потеряло краски. Только покрасневшие глаза Малфоя, суженные зрачки. — Это был не ты, — сказала она, чуть наклонившись, сжимая пальцы в кулак, чтобы те не дрожали. Он смотрел на неё, и в этом взгляде было что-то хрупкое, почти сломанное. Как будто он впервые слышал эти слова. Как будто он хотел в них поверить. Но не мог. — Ты здесь, — мягко сказала Гермиона, медленно, осторожно касаясь его руки. — Это чужие воспоминания, Малфой. Ты не делал этого. Он вздрогнул. Как будто не ожидал её прикосновения. Парень хотел сказать что-то ещё, открыл рот, но уже через мгновение Малфой резко отдёрнул руку, будто обжёгся. — Я в порядке, — отрывисто бросил он, отводя взгляд. — Нет, не в порядке, — твёрдо сказала она. Он стиснул зубы. Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга. Изучали. «Какие у него красивые глаза. Они были такими всегда?» А потом он выдохнул и прикрыл глаза, позволяя себе облокотиться на спинку кресла, не сказав больше ни слова, но и не оттолкнул, когда она снова взяла его за руку.
