Феномен складки

      Эндрю не убирает руку, но слегка ослабляет давление на горло. Его взгляд скользит по лицу Нила, залитому мертвенным светом ламп. Оценивает его. Ищет изъяны. Что-то вроде расширенных зрачков или того факта, что их новый знакомый не моргает, чтобы поставить под сомнение его человеческую природу, но так ничего и не находит. Желтизна стен вокруг кажется ядовитой, пузырящейся влажными разводами плесени. Где-то вдалеке, за бесконечными поворотами одинаковых тошнотворных коридоров, чуть слышно доносится вой того существа из дома. — Твоя вода, — цедит Эндрю ледяным тоном.       Его голос глухо отражается от стен и влажного ковра скрипящего под ногами: — Доставай и пей. Так, чтобы я видел, как ты глотаешь.       Эндрю отходит на шаг, достает лезвие из-под повязки на левой руке и указывает острием на сумку Нила. — Зачем?       Нил хочет пить. Правда хочет, но свою воду, принесенную извне он уже выпил, новую открывать просто не рисковал, наблюдая за кривляниями Эндрю и боясь, что именно вода сводит его с ума, как и это место. Яд, галлюциногенные или те таблетки, что-то делало Миньярда иным. — Дэй тебе уже рассказал. Не помнишь что ли? — Эндрю тычет ножом в лямку на плече Нила и хмуро наблюдает за тем, как он вздрагивает от легкого укола.       Кевин бросает на Эндрю настороженный взгляд. На Нила же смотрит со едва различимый надеждой, будто просит, так, что от его внимания становится не по себе. Джостену на секунду кажется, что это с ним что-то не так. — Я в порядке.       Нил перебирает в памяти все моменты, когда его пытались отравить в прошлом последователи отца. Все те разы, когда мать заставляла его глотать украденный морфин, чтобы заглушить боль. Терпкий вкус водки на языке, пока кожу пронзали иглой. И сейчас не чувствует воодушевления от настойчивости Миньярда. Правда, подчиниться ему придется. Нил, нет, Натаниэль жалеет, что они с матерью отказались от идеи перепробовать все яды в маленькой дозировке, чтобы выработать к ним иммунитет. Мэри боялась, что их могут отравить, даже нашла цианид калия, и благо вовремя отреклась от этой бредовой идеи, осознав, что может убить сына раньше, чем это сделает Натан. Маниакальные эпизоды случались у неё часто. И Эндрю чем-то на неё похож. — Меня это не волнует, — Миньярд улыбается без тени веселья. — Ещё одна проблема мне не нужна. Если у тебя поедет крыша от обезвоживания, мы бросим тебя умирать и срать я хотел, какие планы были у нашего наркомана на твою кандидатуру.       Кевин хмурится, даже делает шаг в их сторону, но Эндрю останавливает его жестом руки. Подумать только, какой Дэй послушный. Тот самый Кевин Дэй, который концентрировал в себе силу и уверенность перед камерами, сейчас выглядит так, будто сдался перед этим низкорослым вратарем с ножичками.       Нил, стиснув зубы, расстегивает сумку и достает бутылку. Он старается скрыть дрожь в руках. Пластик мокрый от конденсата, которого быть не должно, ведь холодильники не работают. Нил почти перестает удивляться тому, что все в этом месте работает неправильно. Он приглядывается к кристально чистой жидкости внутри и не замечает никакого осадка, который бы обязательно прилип ко дну и стенкам бутылки, если бы внутри были какие-то примеси. Да и он взял рандомную бутыль в супермаркете. Не могли же эти двое или кто-то ещё отравить всю воду.       Под пристальным взглядом Эндрю, Нил делает первый глоток. Он ждет привкуса хлорки или затхлости, или чего-то ещё, но вода оказывается безвкусной. Ни холодной, ни теплой. Просто обычной. Нил глотает, ожидая, что приступ тошноты или жжения в горле догонит его позже, но ничего не происходит. Он прислушивается к ощущениям, ожидая, что сейчас что-то случится, но все что он чувствует, что больше не хочет пить. Стены как не шевелились, так и не двигаются, странных голосов он не слышит. Вести себя придурковато, подобно Эндрю, его не тянет. Значит все нормально?       Миньярд наблюдает за ним не мигая и с каждым глотком, который делает Джостен, пальцы на тонкой плоской рукояти ножа расслабляются, пока тот вовсе не исчезает под повязкой.       Нил ищет хоть какой-то смысл в словах и поступках Эндрю. Они знакомы не больше суток, но за это время Джостен начинает замечать закономерность: сначала Эндрю бросается на него с угрозами, изучает взглядом, затем ставит эксперимент, делает какие-то для себя выводы и внезапно переходит в режим почти дружелюбного цинизма, будто проверяя, как Нил отреагирует на эти перемены. И так до следующей вспышки зудящего под кожей недоверия. Джостен его не осуждает, он тоже ему не доверяет. Относится с осторожностью, жизнь его научила лишний раз не высовываться. Правда, познакомься они при других обстоятельствах, не будучи как два сокамерника на пожизненном, запертыми в пустой клетке, то характер отца точно бы себя проявил и вряд ли бы Натаниэль был таким сговорчивым.       Эндрю теряет к нему интерес и, как ни в чем ни бывало, возвращается к Кевину, расстегивая рюкзак прямо на Дэе и копошась внутри. Клюшка, которой Эндрю его ударил в первую встречу, сейчас в руках у Кевина и он стискивает её рукоять, только так выражая волнение и готовность бить или бежать. Он задирает голову и рассматривает отверстие в потолке, которое словно стало ещё меньше с момента их прихода. Технически, Эндрю или Нил могли встать на плечи Кевину, чтобы дотянуться до дыры, но чисто физически было невозможно подтянуться наверх одними руками, не имея никакой опоры на гладких стенах. К тому же, даже если получится, неизвестно, сколько метров нужно ползти вверх, при этом постаравшись не упасть и не свернуть шею — Нил не верил, что ему второй раз повезет. Не говоря уже о том, что в любом из вариантов, им придется оставить Кевина внизу.       Нил обдумывает это пару секунд и приходит к выводу, что такой вариант сразу же отпадает. Приходит ещё мысль, чтобы найти лестницу или хотя бы длинную доску, но здесь, в этих помещениях, нет буквально ничего, а возвращаться к тому дому и отрывать от него доски воспринимается уже совсем бредовой идеей. Правда если они правда здесь застряли, то в порыве отчаяния могут и попробовать.       Нил в который раз ругает себя, что не слушался Мэри. Первое и основное правило, что делать, если заблудился в лесу, в данном случае в — нужно ещё подумать, как назвать это место — было нарушено. Нельзя было идти вперед, ведь так можно было окончательно потеряться. В Джостене ещё теплится надежда подняться наверх, найти дверь и выбраться из подвала.       Возвращаясь, Эндрю сует ему в руки ещё одну бутылку воды, пустую наполовину и предупреждает: — Если ты словишь приход во время нападения какой-нибудь «хрени» — мы тебя бросаем.       Слова застревают у Нила в горле. Если быть предельно честным, то он и сам бросит их выбрав свою жизнь. Его лицо остается непроницаемым, когда Эндрю все же прекращает кривить лицо в улыбке и поворачивается к Кевину. — Ну что, Кев, допрыгнешь?       Кевин заслышав обращение к себе отмирает и с укором смотрит на Эндрю, хмуря густые брови.       Тот на его взгляд широко улыбается и тоже задирает голову.       Нил думает, что они оба ненормальные. Но вдруг прислушивается. То ли ему кажется из-за того, что он не сразу выпил воду, то ли в глубине коридора работает какой-то механизм, чей звук эхом и вибрацией отражается от желтых стен. Это издает не то существо. Еле слышное «Тук, тук, тук», быть может его собственное бедное сердце, кровь пульсирующая в ушах.       Перемены не остаются без внимания Миньярда. Улыбка стеклянно застывает на его лице и он тоже прислушивается, приложив указательный палец к губам.       Стук повторяется. Его едва можно различить среди жужжания ламп.       Не говоря ни слова, Эндрю хватает клюшку Кевина и идет на звук, оборачиваясь и маня рукой за собой. Нил думает над тем, что ему тоже нужно какое-то оружие. Кусок арматуры или на худой конец палка.       Для своего невысокого роста, Миньярд передвигается достаточно шустро и бесшумно.       Свет в желтом коридоре остается тусклым, а воздух холодным и влажным. Дым или туман — Нил так и не понял — поднимается от пола и размывает картинку. Становится тяжелее дышать. — Что это? — шепотом спрашивает Нил, догнав Эндрю.       Тот лишь хищно улыбается и качает головой. Нил замечает, что Миньярд тоже нервничает. Делает это незаметно, так, что не различить, если не присматриваться к тому, как он поджимает губы, стискивает челюсть, хмурит светлые брови и коротко вздрагивает. — Уверен, что нам нужно проверять? — поравнявшись с ними шепчет Кевин, по которому видно, что он не хочет туда идти.       Нил мысленно соглашается с Дэем. Природное любопытство до хорошего ещё не доводило. — Закройтесь оба.       Эндрю перехватывает клюшку поудобнее, проверяет повязки на руках, а затем резко останавливается, вглядываясь в дальний коридор. Люминесцентная лампа над головой жужжит и мигает, стук привлекший их внимание становится различимым. И это звук шагов.       Они видят силуэт, то ли человека, то ли какого-то существа. Он почти сливается с обстановкой, всё его тело желтое и если бы не черная голова, его бы не заметили.       Существо поворачивает голову в их сторону и разглядывает несколько секунд, прежде, чем двинуться навстречу. Пальцы Эндрю сильнее сжимаются на рукоятке клюшки, он делает замах, решая ударить сеткой или другим концом, под неодобрительное бормотание Кевина. Они не двигаются, а на них идет человек или что-то похожее на человека; он одет в снаряжение напоминающее защитный скафандр, черное нечто, оказывается то ли маской, то ли противогазом. Неизвестный останавливается в нескольких метрах от них. У него есть автомат, а у Эндрю лишь клюшка и спрятанный нож. Если на них нападут, едва ли у них есть шансы сбежать. Нил уже готовится дать деру, подставив под удар этих двоих. — Кто вы? Здесь нельзя находиться посторонним!       Голос незнакомца звучит механически, приглушенно. Он направляет на них автомат, но не целится.       Первым отмирает Кевин, кладя ладонь поверх клюшки Эндрю и опуская её вниз. Он выходит вперед, примирительно поднимая руки — настоящий дипломат, в компании, где один чуть что готов убить, а второй бросить их. На лице Дэя расцветает та самая отрепетированная публичная улыбка, лишь едва подпорченная взлохмаченными волосами и грязной одеждой. — Мы заблудились. Не знаем, как сюда попали. Вы знаете, где выход? — спрашивает он вкрадчиво, продолжает осторожно приближаться. — Я — Кевин Дэй, а это Эндрю и Нил. Мы ехали в Милпорт, но… оказались здесь?       Кевин мнется, не зная, как лучше объяснить, что с ними случилось. Присутствие другого человека добавляет ему смелости, а Эндрю заставляет закатить глаза, мол какой ты Дэй доверчивый, чуть что поднимаешь лапки кверху и показываешь живот. Однако на человека в «скафандре» это действует. — За мной.       Незнакомец машет рукой и бредет вглубь коридора. Они переглядываются, решая стоит ли им последовать за ним, но в итоге им приходится догонять Кевина, бодро решившего последовать за тем человеком. По лицу Эндрю заметно, что эта идея ему откровенно не нравится, но за неимением выбора приходится подчиниться, испытывая легкое облегчение и надежду на то, что это всё может скоро закончиться.       Вскоре Нил начинает замечать разметку на полу. Узкая полоса изоленты словно служит ориентиром для человека в костюме. Раньше он таких не видел. Точнее… Видел изоленту вокруг места с черной массой. Плесенью? Возможно, это были человеческие следы. Вопросов становится только больше и щенячья радость Кевина — возбуждение видно по тому, как он сжимает и разжимает кулаки, разминает шею и чуть ли не рысью бежит за незнакомцем — заставляет задуматься, не слишком ли быстро они поверили в благополучный исход. — Что это за место?       Не успокаивается Кевин, продолжая засыпать мужчину вопросами. Он бы поравнялся с ним, если бы Эндрю грубо не одернул его за рукав.       Дэй сбавляет шаг, но энтузиазм из его голоса не исчает: — А кто вы вообще? Военные, ученые?       Мужчина молчит некоторое время, прежде чем коротко ответить: — Исследователи.       Эндрю усмехается, качнув клюшкой на плече. — Ну спасибо за экскурсию! Очень информативно!       Они идут следом за человеком в костюме. Коридоры меняются — лампы мигают, пятна на стенах становятся гуще, в воздухе появляется запах ржавчины и сырости. Полоса изоленты тянется то ровной линией, то прерывается, будто её клеили в спешке, лишь бы обозначить примерные ориентиры. У Нила появляется ещё несколько вопросов, как держится эта лента, если поверхность под ногами влажная. — Мы на какой-то секретной базе? Типа зоны 51, где вы тестируете новое оружие, как та хрень с щупальцами? — Эндрю почти равняется с исследователем, обгоняя Кевина.       Он прячет нож, зажав его между пальцами со стороны ладони, так чтобы это было незаметно. Даже пробует положить руку на плечо незнакомца и отпрыгивает на два шага назад, когда тот резко поворачивается к нему. — О! Вы нас застрелите? Или сотрете память? Заставите подписать контракт о неразглашении? Между прочим в нашем скромном отряде большая шишка, да, Кевин Дэй? — Эндрю, заткнись, я тебя умоляю… Выглядит Кевин таким несчастным, будто готов сейчас расплакаться, если Миньярд продолжит выводить из себя их единственный шанс на спасение.       Спустя десять минут, ведомые лентой на полу, они доходят до базы, если так можно назвать просторный зал. И там нет совершенно никого. Ни людей, ни крови, как если бы на них напали. Посередине большой комнаты с высокими потолками стоят ящики с провизией. Много ящиков с неизвестным логотипом напоминающим какую-то птицу. Стол с мониторами и неизвестными приборами. На полу валяются какие-то инструменты и бумаги. Словно в этом месте не так давно кипела жизнь, но все, кто там был побросали свои вещи и ушли. Нил незаметно поднимает лом, тот увесисто ложится в руке, заставляя чувствовать себя увереннее.       Он осматривается, отделяясь от общей группы, не обращает внимание на суету незнакомца, набирающего что-то на устройстве, напоминающем терминал. Большинство бумаг на полу и столах это карты и чертежи, описывающие этажи места, в котором они находятся. Джостен поднимает с пола потрепанный блокнот, бегло пролистывает его.       «Этаж минус пять: Сектор шесть: Зал третий: Седьмой вход — обилие миндальной воды. Сущности не обнаружены. Безопасный уровень.Критических изменений не обнаружено. Ведет на уровни шесть и тридцать два.»       Бессмысленные заметки привлекают его внимание и он листает дальше.       «Уровень четырнадцать: Рай.Ландшафт: лес, водопады, звездное небо. Уровень опасности не определен»       Написанное кажется чьим-то бредом, но Нил продолжает изучать страницы исписанные ровным, почти машинным почерком.       «Сущности уровня десять: Кожекрады.Внешний вид: гумананоиды с запавшими глазами. Цвет бледно-бежевый. Длинные руки. Напоминает человека.Примечания: имитирует услышанное, человеческую речь.Статус: опасный. Совет: не злить кожекрада как в мирном, так и не в мирном состоянии» — Воришка, — раздается над самым ухом и Нил вздрагивает.       Нил захлопывает блокнот и отступает на шаг назад. Позади него стоит Эндрю, размахивая листовкой о поиске пропавших без вести. Джостен замечает на ней смутно знакомое лицо. Он видел похожее в Милпорте на доске с объявлениями в школе. — Не соврал. У вас тут и правда часто пропадают люди, — улыбка выходила вымученной, как у человека, который слишком устал. — Все эти люди пропали здесь. И ни один, представляешь себе, не вернулся?       Эндрю тянет его за край рукава толстовки, заставляя обернуться. — Смотри, как нервничает. Коллеги ушли, мусор оставили. Как думаешь они его бросили или их что-то утащило?       Исследователь, сопровождавших их, нервно осматривался по сторонам, то и дело включая рацию, но в ответ на свои вопросы, слышит лишь помехи. Эндрю качает головой, когда Кевин приближается к ним. Был ли это успокаивающий жест или полное разочарование, Джостен так и не понимает.       Так и не поймав связь, мужчина спеша идет к ним. Пусть лица его не видно, но голос звучит затравленно: — Уходим!       Подождав несколько секунд, он оборачивается и быстрым шагом направляется обратно в коридор с лентой на полу.       Нил, догонять не спешит. С него бы мать шкуру спустила, если бы он прошёл неизвестно куда не пополнив припасы. — А ты хорош! — Эндрю одобрительно присвистывает, сначала просто наблюдая за ним, а затем решая присоединиться. — Кев, тащи сюда свою задницу. Сегодня ты грузовой ослик.       Кевин его энтузиазма не разделяет, беспокойно озираясь на исследователя и порываясь побежать за ним. Тот выглядит так, будто готов их бросить. Вокруг не слышно ни звука, кроме суетливого копошения Нила, засовывающего блокнот в сумку и продолговатое стальное устройство, решая использовать его как оружие в случае чего. Было бы вообще сладко, найди он автомат, но беспокойство Дэя и мужчины, который явно знает больше, чем они, подстегивает Джостена поторопиться и последовать за ними. Эндрю догоняет их почти сразу же, засовывая что-то в рюкзак Кевина и со свистом застегивая молнию.       Они едва успевают за своим проводником, который даже в своем тяжелом костюме передвигается на удивление быстро. Нил замечает, как дрожит рука на автомате и понимает — что бы ни знал тот человек, он уверен, что с этим не справится и бегство единственный выход.       Воздух становится ещё плотнее. Нил привык бегать, но в таких условиях, петляя по узким коридорам, даже ему становится тяжело от невозможности набрать скорость, то и дело ударяясь плечом или локтем о стену. Бедро болит, он ощущает пульсацию при каждом шаге, но терпит и не сбавляет темп.       В ушах стучит то ли его собственная кровь, то ли посторонний гул, который за каждым поворотом усиливается, словно что-то живое, дышащее, движется вокруг них и скоро догонит. Будто они не в коридорах, а в чьем-то кишечнике, до последнего борются за свою жизнь. Угроза не ясна, но ощутима под кожей, а может он просто заразился чужой паникой.       Кевин, бежащий чуть впереди, задыхаясь спрашивает: — Кто это? Что там такое?       Исследователь не отвечает, лишь подгоняя их двигаться вперед, пока разметка на полу не исчезает и они не начинают бежать неизвестно куда. — Не люблю сюрпризы, — в голосе Эндрю не слышно привычной усмешки.       В обычной ситуации Нил бы возмутился, что спортсмены играющие в экси так запыхались, но здесь он понимает, что они устали и держался на чистом адреналине. Он сам чувствует себя мобильником, держащимся на последних пяти процентах заряда.       В моменте раздается резкий металлический визг, будто что-то тяжелое протащили по полу. Стены дрожат, с потолка осыпается плитка, чуть не падая Нилу на голову. — Быстрее!       Мужчина толкает Кевина вперед себя, затем остальных, замыкая их неровный строй.       Они бегут, не разбирая пути. Коридоры сливаются в однообразный кошмар. Дышать практически невозможно, будто они находятся под водой. Нил успевает только подумать: мы не туда возвращаемся. За поворотом пространство искажается. Их швыряет в новое место, или, как он понял, на новый уровень.       Тишина, никаких ламп, никакого гула. Запах пыли и старой древесины. Длинный желтый коридор сменяется на другой. Отличающийся. Мягкий ковролин под ногами, ряд одинаковых дверей по обе стороны и тусклый свет от свечей в канделябрах, будто скопированных и расставленных вдоль бесконечного коридора.       Нил оборачивается, замечая за собой только Эндрю и Кевина. Неизвестный мужчина исчез. Они снова остались наедине с неизвестностью, но теперь у них был этот блокнот, с помощью которого, Нил надеется, у них получится найти выход.