★Я был влюблен в тебя,а не в твое тело!⁠☆

Что я только что сделал? Картман негодовал, это читалось по его лицу. Он выглядел противоречиво своему образу. Казалось, вот он, настоящий психопат без доли эмпатии, но сейчас он выглядел уязвимым и растерянным мальчиком. Оба разделяли неловкую тишину. Кайл ждал хоть какого-то ответа. Даже «иди нахуй» его бы вполне устроило, только не этот тихий позор.  У Эрика же были чувства смешанные по этому поводу.  Может он просто нечаянно? Зачем ему делать это намеренно? Как мне, блять, на это реагировать? По-моему, это вообще неправильно.  И он хотел получить объяснения своему действу, но тот лишь набрал в рот воды. Тишину пронзил тяжёлый вздох Кайла.  — Прости. Я не знаю что на меня нашло. Тут просто такая атмосфера, тут сидишь ты… И я не знаю, просто наверное захотелось… — Ты пидор влюблённый, или прикалываешься? — Перебил его Картман. Он бы врал себе, если бы сказал, что ему не было приятно от такой нежности. В груди тревожно, страшно, в какой-то мере даже проявилось раздражение.  Если это шутка, то определенно не смешная. Если это спор, то априори мерзкий. — Ну как тебе объяснить… Твоё первое предположение было верным. — он поморщился. Было стыдно признаваться в таком, неразумно даже. От этого хотелось скрыться, но убежать от этого, к сожалению, нельзя.  Сам заварил, сам и расхлёбывай теперь, идиота кусок. — И ты правда что-то почувствовал ко мне?  — Поцелуй был импульсивным решением, но по сути он прекрасно может ответить на твой вопрос. Извини что сделал это так резко. Кайл извинялся, но Эрик не слушал. Если это правда не шутка, то тебя не за что прощать, Кайл. Русоволосый вздохнул — Ну и дурень ты. Картман подвинулся к нему ближе. Он трепетно коснулся его горячих губ.  Он неловко дотронулся до подбородка, а другая рука притягивала за аккуратное плечо Кайла. Даже если бы поцелуй длился бы вечно, то Картману было бы мало. Кайл был как тот самый желанный кусочек торта.  Я слишком долго ждал. Слишком долго терпел и отказывал себе.  Но как только воздуха не осталось, они нехотя отстранились. В комнате раздавались тяжёлые вздохи. Они опять не знали о чём говорить, хотя обсудить нужно было многое.  Ну например: кто они сейчас друг для друга? Вроде как очевидно, но всё ещё не понятно. —Картман… Эрик смотрел на него, взирал по уши влюблёнными глазами.  — Что? — А ты тоже типо... Влюблен? — Ага, только без "типо"— и его взгляд снова устремился вниз. Ему было неловко признавать это. Он всё ещё не был уверен, что признание было достоверным. Хотелось верить, что Кайл не настолько отбитый дегенерат. — А почему не признался? Ты же знаешь, я бы никогда тебя не оттолкнул. Эрик усмехнулся. Это звучало как откровенная ложь. — Кайл, ты звучишь сейчас как самый настоящий пиздобол. — Я не вру. — Ага, как же. — и продолжил ехидно улыбаться. — И как давно ты понял что влюблён? — С класса так… Четвертого? — С четвертого? И ты так долго молчал? — От удивления у Брофловски брови поползли наверх. — А что мне было делать? Я намекал как мог, оказывал знаки внимания… — Заразить меня СПИДом — твой вид проявления любви? — Возможно. — он улыбнулся.  — Придурок. — Принимай меня таким, какой я есть. Кайл хмыкнул и снова тонко поцеловал Картмана в щёку. Он чуть дотронулся до его ладони. Удивительно, но по сравнению с щекой она была словно лёд. С щеки он спустился чуть ниже, целуя куда-то в шею. Он подтянул воротник кофты на себя, оголяя хрустальные ключицы, целуя уже туда. С каждым прикосновением губ к своей коже, он чувствовал себя по настоящему любимым. Не описать словами то, какую эйфорию он ощущал. Такое счастье он не испытывал даже тогда, когда попробовал марихуану, которую успешно выкрал из маминой сумочки. Эффект от неё не сравнить с поцелуями еврея, она даже рядом не стоит. Картман наслаждался моментом до тех пор, пока еда желудке не напомнила о себе, вызвав внутри неприятную тяжесть. Она вернула его с розовых облаков в суровую реальность, а укол отвращения к себе добивал, вынуждая прервать это райское блаженство. — Слушай, я в туалет сбегаю по быренькому, окей? — И именно в такой момент ты решил отлить?  — Не бузи, щас вернусь, жид. Он встал, направляясь в ванную. Вошёл, закрыл дверь, включил воду и сел около унитаза.  Точно не должно было перевариться... Блевать у своего возлюбленного — идея провальная априори, мерзкая даже, учитывая нацеленность сего действа, разъедающего мозг и заставляющим поджать к себе плечи от гнева. Гнева к самому себе, наверное. Зеркало ванной комнаты радушно предоставило ему скример из херового ужастика — глаза красные, слезящиеся от рвотного рефлекса, синие губы и бледная кожа.  Последний пункт скорее нравился Картману, пока взгляд не спустился ниже. Живот. Рёбра его торчали, живот был впалым — конечно, так сказали бы вы, но он видел только жир. Сплошной ком жира. Чем он отличался от прошлого себя? И он бы дальше бы разглядывал вечно "не такого" себя, если бы не послышался звук стука в дверь. —Эрик? Все в порядке? Ты чего там так на долго застрял?  Эрик на секунду испугался,но выкрикнул лишь свое привычное: — Дай посрать человеку! Кайл лишь пожал плечами.  Вполне в его духе. Главное,чтобы туалет не засорился. Он выключил железный кран. Шум прервался, он какое то время смотрел на себя в тишине. Но он уже и вправду засиделся,стоило выйти наружу... к своему любимому Кайлу брофлоски.