Безумец

С каждым днём погода становилась всё холоднее, лишая людей желания выходить на улицу. Последние солнечные лучи спрятались далеко за горизонтом и вернуться они ещё не скоро. Безжалостные порывы ветра срывали листья с высоких деревьев, кружа их в небе, но листья падали и гнили на земле. Капли холодного дождя стучали по окну, а ветер дико завывал. В комнате царила напряжённая атмосфера. Роджер сидел на краю кровати, подперев подбородок рукой. Он внимательно слушал рассказ своего друга о таинственной девушке, которая написала ему. О той, которая смогла вдохнуть в него жизнь. О той, которая поселила в его вечную тёмную душу кусочек света, а затем бесследно исчезла. Джозеф рассказывал всё до мельчайших подробностей, его мозг кричал остановиться, Роджер не поймёт, он знал, но продолжал говорить. Он хотел верить, что Роджер поймёт и не осудит. Но эта надежда трескала с каждым разом, когда Джозеф видел хмурые, потемневшие голубые глаза и слышал тяжёлые вздохи. Он чувствовал, как от друга исходило напряжение, на лбу Роджера выступили морщинки. Но услышав имя девушки, в голубые глаза закрался страх — животный страх. Этот страх затаился глубоко в душе и больше не появлялся в его глазах. Дослушав рассказ, Роджер поднялся и взглянул на Джозефа. Глаза больше не напоминали летнее небо, они напоминали шторм. Роджер был ужасно зол. Его злость проявлялась тихо, с ноткой северного холода, который вихрем проносился по комнате. Тихая и холодная злость. Такая злость — самая опасная. Он не кричал, не кидал вещи, Роджер смотрел на друга, заставляя того дрожать. Небо разрезала яростная, острая молния, с грохотом она прокатилась, и послышался гром. — Джозеф, ты правда веришь ей? Сейчас эра интернета. За её ником может скрываться кто угодно, даже пятилетний ребёнок или старик, — размахивая руками, начал упрекать Роджер. Надежда лопнула и разлетелась на тысячи осколков, которые собрать невозможно. Роджер не поймёт. Не примет. — Верю, — тихо прошептал Джозеф. После слов друга, он начал задумываться об этом. Ему могли врать, над ним могли просто насмехаться. Всё это может оказаться ложью. Раньше он никогда не задумывался об этом, а беспечно верил и радовался её сообщениям. Его чёрная душа жаждала белых оттенков, эти оттенки дарила Лиззи. Всем сердцем он верил ей, даже не видя её ни разу в жизни. Его сердце верило до дрожи, до остановки пульса, до последнего вздоха. Его вера была безумной и непоколебимой. В чёрных глазах Роджер это прочитал — переубеждать Джозефа бесполезно. Он застрял в этой ловушке. — Ты с ней общался пару дней, даже не месяц, а уже так переживаешь её исчезновение, будто она тебе важна! — слова Роджера попали в точку. Колючая и болезненная правда. Джозеф наслаждался общением с ней, ловя сладкую эйфорию. Ему большего не надо было. Но каждое слово Роджера открывало ему глаза на правду, на мир, от которого он старался прятаться. Сердце пропустило удар, громко отозвавшись эхом в ушах. Чёрные глаза смиренно смотрели в голубые. Этого было достаточно. Они могли говорить лишь одними взглядами и поняли бы намного большее друг о друге, чем подбирая слова и складывая их в колкие фразы, которые пронзают сердце. — Ты любишь её? — громко, как пронзающая небо молния, спросил Роджер. Чёрные глаза увеличились, а ледяная корка сердца треснула. «Люблю?» — глухо повторил в голове Джозеф. А что он знал о любви? Любовь разве может возникнуть, когда ты даже не видел человека? Любовь появляется с первых сообщений, а не взгляда? Любовь — это красивое и долгожданное чувство, которое поражает сердце каждого. Любовь имеет запах роз и сладкой ванили, она нежная, добрая и красивая. В ней нет места для тьмы. Нет места для Джозефа. Любовь, как весна, её все ждут, она распускает в сердце волну незабываемых чувств. Эти чувства невозможно забыть. В любви нет места для боли и страдания. Любовь — это не шторм, не молния, которая разрезает небо. Джозеф не может испытывать такие чувства, он не создан для любви. В его душе слишком много темноты, он никогда не включал свет, он прятался ото всех во власти вечной ночи. И сердце покрылось ледяной коркой, которую никто не мог растопить. Это не любовь. — Нет, — серьёзно ответил Джозеф. Холодный взгляд чёрных глаз пристально наблюдал за мужчиной с рыжими волосами. — Тогда почему так переживаешь за неё? — Пожав плечами, спросил Роджер. Замешательство в голубых глазах требовало чёткого ответа, который поставит всё на свои места. Но этому не быть. Джозеф не знал. Он не знал, почему переживает за девушку, которую никогда не видел. Не знал, почему не может жить без её сообщений. Почему не может жить без света. Его тянуло к ней, тянуло к её яркому свету, который дарил наслаждение и спокойствие. Но откуда взялась эта тяга, Джозеф не знал. — Не знаю, — отводя взгляд, сказал он. — Ладно, пройдёт время, и ты забудешь о ней. Поверь, такое бывает, — мягко произнёс Роджер, подходя к другу. Он ободряюще похлопал того по спине. В голубых глазах появилась усталость, а уголки губ с тяжестью могли приподняться в дружелюбную улыбку. — Тебе просто понравилось, что она заметила твои произведения, что она была первой, кто достойно их оценил. Это нормально, Джо, — спокойно говорил он, пытаясь подбодрить друга хоть немного. Но его слова отзывались где-то далеко, точно не здесь и не в голове Джозефа. Роджер положил таблетки и поставил рядом стакан воды на тумбочку. Рассказал, как следует их принимать, и покинул квартиру, добавив, чтобы Джозеф всегда отвечал на его звонки и говорил о своём самочувствии. В их диалоге больше не всплывало имя девушки или упоминания о ней. Она исчезла для Роджера, для него она была никто. Эта тема стала запретом, они этого не озвучивали, но Джозеф прочитал это в голубых, усталых глазах. Он остался один. Раскаты грома усилились, дождь полил с новой силой, тарабаня по стеклу. Джозеф смотрел в потолок и размышлял над словами Роджера. Его слова были ложью, они оказались неправдой. Такое не бывает, и это не пройдёт. Его чёрная душа жаждала яркого света Лиззи. Зачем? Не ясно. Но Джозеф не забудет Лиззи. Никогда. Дело не в его произведениях или в том, что ему было одиноко. Лиззи, даже не сидя рядом, смогла посеять в его тёмную душу семечко розы. Красной, алой розы, которая ранила своими острыми шипами, но была так прекрасна. Сладкий аромат, исходящий от неё, зачаровывал всех, они тянулись к ней, но укололись об острые шипы, ведь её красота недосягаема. Её красоту нельзя было даже потрогать, только смотреть. Эта роза не могла расти без Лиззи, ему нужна была эта девушка. Он её найдёт. Не разбираясь в причине «почему», «зачем». Он принял решение. Возможно, легкомысленное, возможно, это глупость. Он может столкнуться с жестокой реальностью, и эта девушка окажется фальшивкой. Джозеф может с лёгкостью разбить себе сердце, но ему нужна она. Он найдёт её, докопается до правды. Возможно, счастливого конца не будет, но это того стоит. Лежать и тихо умирать он не собирался. Он — безумец.