Вижу цель — не вижу препятствий

Говоря откровенно, советы Нео и Секби всегда были самыми действенными. Диамкей тоже время от времени может выдать что–то полезное, и сегодня определённо был его день. Изначально Пугод ведь действительно планировал действовать, как сказал БЛС, — подчеркнуть свою внешность и отправляться в бой. Но друзья подкинули идей получше. В конце концов соблазнять людей одним только телом это слишком скучно, разве нет? Душ тропический быстро смывает пот и усталость от поездки, оставляя лёгкое облегчение в мышцах и приятное покалывание от комфортной температуры. Спортивный костюм закидывается на полку, и Пугод планирует забыть о нём до самого отъезда — погода обещает шёпот нежный и приятную жару, так что кутаться ни к чему. Крем с высоким уровнем СПФ на таких вылазках — пугодовский лучший товарищ, если он не хочет обгореть и шипеть от любого взаимодействия с повреждёнными участками кожи. Обмазываться приходится толстым слоем, ведь даже от недолгого нахождения на солнце противные ультрафиолетовые лучи умудрялись оставлять следы своего присутствия. Лёгкая рубашка и шорты на плавки — Пугод точно планирует сегодня искупаться в речке и посидеть на берегу с книгой по компьютерной инженерии, чтобы закончить разбор той несчастной главы хотя бы. Пока он разбирает вещи, слышит, как голоса с кухни доносятся: смех брата, дружелюбный, привычный; тихий и низкий, едва разборчивый тон Модди; звонкие возгласы Жирафа. Голоса сливаются в единую гармоничную какофонию. Они втроём срослись, переплетаясь, и уже давно знают, как друг с другом достичь консонанса; только Обси среди них не хватает. Обси, вместо которого поехал Пугод. Даже лёгкий укол вины перед мужчинами ударил под рёбрами, что не смог настоять на своём и остаться дома, но уж что есть, то есть. Вместо комфортного Обсидиана у них есть нелюдимый Пугод, у которого в заднице засвербили гормоны. И с этим друзьям брата придётся смириться. В шоппере книга, маркер и закладки клейкие, крем и полотенце — и дверь комнаты за ним закрывается. «Соседи» у кухонного островка крутятся, разбирая продукты и подтверждая планы на день, всё ещё не переодевшиеся с дороги — их сумки у дивана лежат. Душенька ему улыбается, не прекращая разговор, и Пугод безумно рад, что брат не переключается на своё поведение курицы–наседки, переводя всё своё внимание на него, потому пристраивается к свободному месту у гарнитура, чтобы сделать себе смузи и никому не мешать. Главный принцип его флирта — делать это ненавязчиво, осторожно, чтобы цель заинтересовалась сама, не осознавая, что её к этому подводили мягко и плавно. Кроме того, под боком старшего брата стоит быть ещё осторожнее. А подслушивание личного разговора, который ему доступен, поможет выцепить информацию об объектах интереса. Мытая клубника пахнет теплицей, как на огороде их бабушки, пучок базилика даже не начал ещё темнеть, йогурт помечен вчерашней датой, а ручной блендер в коллекции посуды имеется — везение. Под методичное ощипывание клубники от зелёных листочков и черенков Пугод осторожно вслушивается в чужой диалог. — Значит, тот ноутбук всё–таки выбрал? — уточняет Жираф, откусывая кусок от свежевымытого яблока. Громкий хруст отзывается лёгким уколом зависти — Пугод по утрам частенько нарезает себе «голден» в дополнение к завтраку, но в этот раз совершенно не успел, что обидно. — Переплатишь, однако, нехило. — Я считаю это инвестицией, — пожимает плечами Модди, нарезая мясо нужными кусками. Пугод, ещё едва завидев солидный кусок мяса, уже сглатывал слюну в предвкушении, ведь шашлык от Душеньки всегда был самым лучшим. Он едва сдерживает усмешку, видя в этом предложении чёртову аллегорию. — В конце концов, «начинка» последнего поколения, его хватит на более долгий срок. Что–то такое Пугод уже слышал. — По-моему, ты просто клюнул на бренд, — такие подстёбывания от брата оказались неожиданностью, но весьма любопытными. — О, завали, это хороший бренд. — Вы не о «XYZ»? Пугод спиной чувствует уставившиеся на него три пары глаз. — Вчера ближе к одиннадцати вечера начали выходить статьи о том, что в этих ноутбуках вместо заявленных компонентах оказались совсем другие. И это был не единичный случай — жалобы, якобы, поступали долгое время, и в «Икстерре» давно кипиш разводят. — очищенная клубника, нарезанная половинками, отправляется в стакан блендера, листики базилика с лёгкостью отрываются от стеблей пучками, ныряя туда же. — Но сейчас начинается официальное расследование, так что я бы советовал повременить с покупкой, пока результаты не будут опубликованы — есть шансы, что нам завезли эту же партию. Пока могу посоветовать на рассмотрение варианты от «LKM», там конечно пара компонентов из прошлого поколения, но они будут актуальны ещё до выхода следующего, как минимум. А это достаточный срок. Запустив блендер и установив бутыль с йогуртом так, чтобы он постепенно стекал в чашу, не разбрызгиваясь, — опыт, — Пугод обернулся на мужчин, придерживая стакан. Брат и Модди смотрели на него с выражением абсолютного шока, хоть у второго оно и было менее выражено, пока Жираф сверкал ехидным восхищением в глазах, едва ли удерживаясь, чтобы не расхохотаться. — Взгляни–ка, МоддиЧат, ты чуть не встрял по полной, — и его голос тоже дёргается в веселье. Тот отмирает, отмахиваясь, и его шок сменяется на любопытство. — Интересуешься техникой? — Я поступаю на компьютерного инженера, — усмехается Пугод, подмигивая, и отворачивается обратно к жужжащему блендеру. Клубника с йогуртом уже взбилась до нужной консистенции, оставляя его довольным. — Погодка шепчет, я буду у реки. Душенька хмыкает утвердительно, задаёт ему пару неуверенных вопросов, а после, вернувшись в обычное состояние, уходит в их комнату, чтобы тоже переодеться с дороги, перед этим дав Модди указания по поводу маринада. Едва дверь за ним закрывается, Жираф с интересом приближается к Пугоду. — А это у тебя что такое, маленький инженер? — псевдоним заставляет немного закатить глаза, но не вызывает неприязни или злости. — Смузи с клубникой и базиликом. — отвечает он, переливая вязкую жидкость в отдельный стакан и втыкая в него ярко–жёлтую трубочку. — Немного острит, но в этом и фишка. — О, дай попробовать! Шанс, это грёбаный шанс! Пугод без возражений протягивает ему стакан, и Жираф наклоняется ближе и, не забирая тот из чужих рук, обхватывает тонкими губами трубочку. Его ресницы мягко трепещут, пока он с закрытыми глазами втягивает в рот угощение и довольно мычит. Едва он отстраняется, как скользит языком по губам, облизываясь, и смотрит с хитринкой — или это его обычный взгляд? Пугод не понимает, но ему нравится. — Неплохо, — хихикает он. — Я одолжу у тебя ингредиенты, не против? Пугод хмыкает утвердительно, уточняет, что йогурт у него безлактозный — противная непереносимость — и подносит трубочку к своим губам с лёгким трепетом. Это уже можно считать за косвенный поцелуй, но. «Совмещай недвусмысленные намёки, своё чувство юмора и эрудицию, шансов будет больше», так сказал Нео? Отлично, он уже продемонстрировал эрудицию, на шутки они ещё разогнаться успеют, так что время недвусмысленных намёков! Он делает всё лучше. Не разрывая зрительный контакт из–под чёлки, он медленно облизывает трубочку по кругу — ровно в месте её соприкосновения с чужими губами — а после обхватывает своими, отпивает немного и с влажным чмоком от неё отстраняется. Лицо Жирафа постепенно вытягивается из дружелюбной игривости в лёгкий шок, возможно на его щеках даже остаётся немного красного пигмента. Пугод перестраивается, вновь вежливо улыбаясь, салютует им обоим стаканом и движется к заднему выходу. И лишь у самой двери оборачивается на короткое мгновение, достаточное для того, чтобы заметить, как Жираф дёргается в сторону Модди, явно собираясь поделиться мыслью о том, что младший брат их друга только что, кажется, намекнул ему на минет. На берегу тепло; солнце палит уже неделю, но лёгкий ветерок от воды оказывается приятно–прохладным, так что времяпрепровождение на заранее установленном шезлонге с книгой и смузи оказывается более чем приятным. На страницах выводятся новые выделенные строки, закладки приземляются на важных страницах, и так до тех пор, пока на столик рядом не приземляется тарелка с нарезанными фруктами — Душенька улыбается ему поощрительно. — Я никогда не задумывался, что ты настолько углубился в тему компьютеров, — замечает он, плюхаясь на второй шезлонг. Ветерок мягко треплет каштановые пряди, а на его лице — умиротворение, значит друзья ещё не рассказали ему о его странном жесте. Пугод диалог поддерживает, яблоком и грушей хрустит, заканчивая разбор страницы, и убирает канцелярию обратно в шоппер, намереваясь наконец в воду войти. Разговор с братом заканчивает, пока разминается и раздевается, и тот, внезапно, гиперопекой не давит, как обычно, хотя мог бы настоять на спасательном круге или жилете, игнорируя пугодовский разряд по плаванию. Речка встречает щекоткой и лёгким холодком с непривычки, но это ещё ничего по сравнению с бассейном в восемь утра. Пляж, на удивление, песочный, и камушки попадаются довольно редко, даже не принося дискомфорт. Развалиться на волнах, удерживая на них тело — отточенное мастерство и блаженство, несколько минут бездумного наблюдения за плывущими по небу облаками, возможность обдумать планы на ближайшее будущее. Ну, вечер. Начало уже положено, главное вывести его в нужное русло и ничего не проебать. Вода плюхает слишком громко, сигнализируя о чьём–то приближении, и Пугод выворачивается в какой–то кульбит, чтобы погрузиться под воду, опереться ногами о дно и вынырнуть, оказавшись в вертикальном положении. Головой встряхивает, чтобы лишние капли не попали в глаза. Модди, подплывший ближе, изгибает бровь. — Пловец? — хмыкает вопросительно, и Пугод усмехается. — Больная спина обязывает, — пожимает плечами, убирая мокрые пряди со лба. Однажды Санчез сказал, что с убранной чёлкой он выглядит горячее. — Не хочешь заплыв на скорость? Предложение откровенно неожиданное, но Пугоду очень нравится. Из–за интенсивной подготовки к экзаменам ему пришлось временно приостановить походы в бассейн, так что ему давно не выпадала возможность таких тренировок. Условия оговорены, точка «B», от которой планируют двинуться к берегу, определена, обратный отсчёт идёт — и они с Модди стартуют прямо с места, где стоят. Пугод чувствует отдачу от отсутствия тренировок почти моментально: объём лёгких заметно сократился, и плечи быстро устают от интенсивной нагрузки, но он и не с таким сталкивался, так что в итоге обгоняет Модди на ничтожные сантиметры — но обгоняет же. И хохочет победно, выходя на берег, не стесняясь между самодовольством залипать с хитрым прищуром на стекающие по чужим мышцам капли. — Разница в количестве волос всё решила, Модди, — пожимает он плечами, пальцы ног в песке налипающем марая. Модди отжимает кудри свои длинные, глаза закатывает. Ну и что, что у него почти всё тело в ярко выраженных волосах, а у Пугода они сбриты и только на голове остались. Жираф смеётся с них, Пугода с победой поздравляя, и сам каким–то нечитаемым взглядом его оглядывает, пока юноша обтирает тело полотенцем и крем достаёт из сумки. Теперь в воде уже он и Душенька, пока Модди в одних плавках падает на шезлонг, даже не удосужившись вытереться — на ленивого кота похож. Пугод тщательно кожу кремом смазывает, нанося толстый слой, и ловит чуть насмешливое: — Защищаешь аристократичную бледность? — Скорее свой имидж «айтишника», — отбивает Пугод, вызывая одобряющее шутку хмыканье, — Не поможешь со спиной? Модди моргает заторможено, но соглашается. Тюбик из его рук принимает, устраиваясь позади, и действительно вмазывает крем в его кожу околомассирующими действиями, что Пугод млеет, кусая губу незаметно, чтобы не застонать от такого чужого усердия. И в этот момент из воды остальные выходят, что–то на берегу забыв, заставляя внимание переключиться на другой заинтересовавший объект. У Жирафа пирсинг на сосках. Этот пирсинг, блестящий на солнце, вокруг которого капли аккуратно стекают, манит, и Пугод думает, что с удовольствием поиграл бы с чужими сосками, пока Модди бы сминал его спину и бока чуть смелее и откровеннее, лапая навязчиво. Этот день на берегу окончательно уверяет его в том, что сегодняшней ночью он обязан получить то, что хочет, иначе это будет самое огромное разочарование в его жизни.