Всё, что я делаю

      Комната была одна. И в ней уже расположилась Тэруко.       Дзёно плюхнулся на диван в гостиной, попрощавшись с мыслью об отдыхе от своих напарников — желательно, чтобы между ними была минимум стена. Он всё ещё злился на некоторых некомпетентных работников, которые должны были заранее забронировать номера, но почему-то тянули до последнего. К тому моменту, когда они спохватились, свободных почти не осталось. Впрочем, ищейкам не впервой тесниться. Но это не значит, что Дзёно по возвращении в штаб не позаботится первым делом кое о чьём увольнении.       Стоит отметить, что Тэруко успела не только занять комнату, но и обосноваться во всём скромном номере. С кухни доносился слабый, почти выветрившийся запах кофе, на диване были разбросаны мягкие игрушки — все их довольная Оокура унесла из тира, когда они какое-то время бесцельно мотались по городу. На стене обнаружились сразу три плаката — и не надо быть зрячим, чтобы понять, с кем они. У Тэруко был один кумир. В ванной около раковины были разложены одноразовые зубные щётки — об этом Дзёно узнал, когда ходил в душ. Он мог бы поблагодарить напарницу за такую заботливость, но просто молча воспользовался одной из них.       Вскоре из душа вернулся Тэтте. Он подошёл к дивану, на ходу просушивая волосы махровым полотенцем, которое после закинул на спинку стула. Дзёно не хотел думать о том, как ткань футболки облегает его торс и липнет к мокрой коже — он что, вообще не вытирается?       Между ними повисло молчание. Тэтте стоял перед ним, будто не решаясь сесть рядом. Это начинало раздражать.       — Ну? — потребовал Дзёно.       — Как ты? — в итоге вырвалось у Тэтте.       Дзёно вздохнул. Чужая нерешительность, заминка и учтивость — он молча для себя расшифровал заданный вопрос как "ты не против, что нам придётся спать вместе?". Как будто у него был выбор.       — Нормально, — просто ответил Дзёно, не желая растягивать подобный разговор.       Тэтте, кажется, хотел спросить что-то ещё, но тут появилась Тэруко и сунула ему в руки комплект постельного белья. Она принялась оперативно сбрасывать игрушки с дивана, даже не обращая внимания, куда они попадают, и остановилась только чтобы посмотреть на Дзёно.       — Чего расселся? — возмутилась она. — А ну брысь!       Дзёно недовольно хмыкнул, однако встал и отошёл, опасаясь, что иначе полетит на пол вслед за игрушками. Очень скоро под строгим руководством заместительницы командира диван был расправлен, бельё постелено и подушки принесены из другой комнаты. После этого Тэруко со спокойной душой направилась к себе.       — Даже не думайте шуметь и будить меня! Не хочется пачкать гостиную кровью, — громко сказала она, и Дзёно слегка вздрогнул от хлопка двери. Главное отличие угроз Тэруко от остальных было в том, что они редко бывали пустыми словами и вполне могли воплотиться в реальность.       Пока Тэтте гасил свет в прихожей и кухне, Дзёно присел на край дивана и подобрал одну из игрушек. Он задумчиво повертел её в руках, угадывая по длинным ушам какого-то зайчика. Плюшевая ткань была приятной на ощупь и даже, как оказалось, пахла не так уж плохо.       Тэтте тоже поднял какую-то зверушку. Потом вторую, третью — всех он снова заботливо сложил на диване, но так, чтобы они не занимали много места и не мешали.       — Боже, ты серьёзно? — выдохнул Дзёно, слишком уставший, чтобы сильно удивляться.       — Но на полу им будет холодно и одиноко, — оправдываясь, виновато пояснил Тэтте.       Дзёно решил его не расстраивать и промолчал: вряд ли Тэруко эти игрушки были нужны, чтобы шить им наряды. Скорее уж она, прибывая в хорошем настроении, потрошила их ножиком.       Он, не выпуская из руки зайчика, возможно, доживавшего свои последние дни, перебрался на другую сторону дивана и нырнул под одеяло. Не хватало ещё, чтобы Тэтте посреди ночи приспичило куда-то пойти: тогда ему пришлось бы перелезать через Дзёно, о, это было бы ужасно! Пусть уж лучше спит с краю.       Тэтте щёлкнул выключателем в гостиной, молча лёг рядом и утянул часть одеяла себе. Дзёно нахмурился. Может, стоит его выгнать спать в ванной на полу? Он представил, как Тэтте, свернувшись калачиком на коврике, будет преданно смотреть на дверь, мечтая, что его позовут обратно в постель. И Дзёно совершенно точно не собирался думать о том, как ему будет "холодно и одиноко".       — Если будешь много ворочаться или вздумаешь ночью бродить по номеру, ночевать будешь в ванной, — озвучил он, снова перетягивая одеяло на себя. — И только попробуй захрапеть — придушу.       Но угроза не подействовала и несчастный кусок ткани опять от него ускользнул. Дзёно даже позабыл про зайчика, которого прихватил с собой, оставив его валяться где-то за спиной. Он угрожающе приподнялся на руках.       — Тэруко-сан просила не шуметь, — быстро сказал Тэтте.       Дзёно замер. Он прислушался: будто это у Тэруко здесь был острый слух и она могла услышать их из комнаты. Разумеется, не могла, но он всё равно решил больше не спорить и медленно опустился обратно на подушку, сразу поворачиваясь к Тэтте спиной. Так-то одеяло укрывало его тело полностью, но оказалось настолько коротким, что прохладный воздух с лёгкостью проникал под него, отчего становилось неуютно. Решить эту проблему можно было бы, просто придвинувшись ближе к Тэтте, чтобы ткань не натягивалась между ними, но Дзёно этого не делал. Ещё немного повозившись в надежде устроиться как-нибудь удобнее, он тихо буркнул:       — Спи.       — Спокойной ночи, Дзёно-сан, — отозвался Тэтте.       ***       Дзёно не понимал, когда всё пошло не так.       Вокруг была тишина, такая плотная и глухая, будто уши кто-то заткнул ватой. Неприятный холод поднимался по спине, вцепляясь ледяными пальцами в позвоночник. Дышал куда-то в затылок, окутывал запахом смерти. Страх. Ему было страшно. Он не слышал их, своих напарников. Он не слышал дыхания и биения сердец, он не слышал этого, потому что...       — Когда все твои друзья умерли, — раздался голос за спиной, а за ним медленно приближающиеся шаги. Дзёно вздрогнул и вдохнул воздух, будто до этого вообще не дышал, — ты ведь испытал облегчение?       — Нет... — в неверии прошептал он. — Нет, это не так...       — Ты рад?             — Замолчи, — ему хотелось закричать на Куникиду-сана, за эти слова, за то, что все мертвы, но губы едва разомкнулись и вышло только тихое шипение.       Под чужим взглядом, сверлящим спину, Дзёно упал на колени. Он протянул руки, всё ещё охваченный страхом — он не хотел, чтобы его догадки подтвердились, не хотел верить словам детектива. Пальцы задели ткань одежды, грязной и порванной. Он скользнул по безвольному телу выше, мягко коснулся чужой шеи, щеки.       Ладонь обжёг мертвенный холод.       Дзёно резко поднялся на постели. Пальцы судорожно сжимали ткань, и он с ужасом выпустил её, на секунду испугавшись, что это одежда на мёртвом теле, а не простынь. Дыхание было сбито, и он прижал ладонь ко рту, чтобы заглушить его — внезапно вспомнилось, что он не один. Дзёно постарался сделать пару размеренных тихих вздохов, чтобы успокоиться. Стук сердца и спокойное дыхание рядом помогали окончательно прийти в себя, он вслушивался, сам не замечая, как неосознанно начинает делать так же: сначала вдох, затем медленный выдох. Вдох. Выдох.       От отнял ладонь от лица и пальцами смахнул с ресниц выступившие слёзы. Футболка на нём оказалась мокрой от пота и неприятно липла к спине. Дзёно стянул её, бросил куда-то на подлокотник и только после этого снова упал на подушку. Он только теперь обратил внимание, что дыхание Тэтте немного ускорилось, как и его сердце: удары стали повторяться чаще. Всё-таки проснулся.       — Дзё...       — Если не хочешь спать на полу — умолкни.       Он, возможно, почувствовал бы себя виноватым за очередную грубость, но что ему ещё говорить, рассказать Тэтте про кошмар и выплакаться ему в плечо? Дзёно недовольно поморщился.       Тэтте в самом деле замолчал, но вместо слов Дзёно вдруг почувствовал прикосновение к своей руке: такие знакомые тёплые пальцы нашли и сжали его ладонь под одеялом. Всего лишь несколько секунд прошло в тишине, пока до Дзёно окончательно не дошло произошедшее.       — Зачем? — нахмурился он, слегка напрягаясь.       — Просто? — незамысловато ответил Тэтте и легонько погладил его руку.       Дзёно шумно выдохнул, поражаясь такой наивности и прямоте. Какое-то короткое время он просто продолжал лежать на спине, слабо сжимая пальцы в ответ, но в конце концов расслабился. Чужое тепло успокаивало и согревало. Он сам поменял положение и придвинулся ближе, и Тэтте поправил одеяло. Теперь оно надёжно укрывало их обоих, но Дзёно мог сказать, что ему стало теплее не только из-за этого.       Ему не первый раз снился кошмар. Но, пожалуй, ему первый раз было так спокойно после него.       Уже засыпая, Дзёно старался не отпускать руку Тэтте.