Всё, что я делаю

      Тэтте медленно склоняется, и Дзёно чувствует его горячее дыхание на своей спине. От прикосновений ласковых губ он размеренно выдыхает: после прохладного душа поцелуи обжигают кожу. Дзёно слегка потягивается на простынях, довольный, словно приласканный кот, в голове плывёт мысль, что шевелиться совсем не хочется. Вслед за губами по спине скользят тёплые пальцы. Так легко и осторожно, что Дзёно невольно ощущает себя драгоценным. Его плечи подрагивают — касания почти эфемерные, невесомые, как пёрышко, от них становится щекотно. Он растягивает губы в улыбке, мысленно рисуя образ Тэтте: прищуренные внимательные глаза, брови слегка нахмурены, ровное дыхание, нарочно тихое, чтобы не беспокоить. Его смешит, как Тэтте чересчур сосредоточен, пальцами гуляя по его выступающим позвонкам. Тэтте снова целует его в спину, и Дзёно вздрагивает на этот раз не от смеха. Из груди рвётся протяжный вздох, он поворачивает голову и прячет краснеющее лицо в подушку. Уши горят оттого, какой Тэтте с ним нежный — аж плакать хочется. — Ты ещё оближи, — бормочет Дзёно. После этих слов Тэтте влажным горячим языком ведёт по его лопатке, так что Дзёно просыпается от сладкой неги и дёргается от него в сторону. — Фу, Тэтте! Тэтте посмеивается и притягивает его обратно к себе за талию. Он утыкается ему носом в шею, и Дзёно чувствует его улыбку на своей коже. — Ты вкусный, я бы тебя съел. — Дурак. Дзёно смущённо хмурится. Но лежать так в тёплых объятиях очень спокойно. Он недолго возится, устраиваясь удобнее, и думает о сне, когда Тэтте вдруг спрашивает: — Саигику. — М? — Ты когда-нибудь задумывался о параллельных вселенных? Дзёно гадает, почему он ни с того ни с сего думает о всяких глупостях. — Что тебя на это вдруг натолкнуло? — спрашивает он в ответ. Тэтте целует его в затылок. — Я просто подумал, — начинает он. Дзёно уже открывает рот, чтобы съязвить про то, как Тэтте "думает", но тот, словно предвидя это, щиплет его за бок. Дзёно недовольно сопит, но даёт ему закончить: — я подумал, что, если мы не одни такие? Тэтте продолжает не сразу. Он возвращает руку на спину Дзёно, снова скользя по ней кончиками пальцев. Это Дзёно нещадно плавит, заставляя полностью расслабиться и почти усыпляя, отчего плохо получается сосредоточиться на рассуждениях Тэтте. Но Тэтте поглаживает и бок в месте, где ущипнул — словно извиняется. Это снова ощущается щекотно, так что Дзёно слегка пихает его локтем, чтобы он перестал. — Что если в других вселенных есть такие же Тэтте и Саигику? — всё же поясняет свой вопрос Тэтте. Не все его прикосновения бессмысленные: если сосредоточиться и проследить за движением пальцев, то становится ясно, что он вырисовывает сердечко между лопаток. — Ты ещё скажи, что они там сейчас также лежат в обнимку и милуются, — в конце концов сдаётся Дзёно, поддаваясь странному разговору. — Может быть, — не возражает Тэтте. — А может быть и нет. Вдруг в другой вселенной они встретились не в отряде ищеек, — а затем добавляет тише: — Или не встретились вовсе. И они обычные люди. Живут обычной жизнью. Ходят на скучную работу. Дзёно вдруг понимает, что его голос теперь звучит как-то тоскливо. Он хмыкает — надо же, из-за каких глупостей расстраивается его Тэтте. Он ёрзает в объятиях и переворачивается на другой бок, оказываясь к нему лицом. Дзёно ладонями обхватывает его щёки и пальцем находит татуировку под глазом. Затем легонько щёлкает его по носу. Мысль, что они могли не встретиться, вдруг кажется ему глупой. Глупый Тэтте-сан. — И? Будешь завидовать тому непримечательному Тэтте из другого мира? — с улыбкой спрашивает Дзёно. — Нет, — тут же отвечает Тэтте. — Мы же там не вместе. Дзёно смеётся и борется с желанием поцеловать его лицо. — А тот ты выбрал бы непримечательного Тэтте со скучной работой? — продолжаются расспросы. — Пф, думаешь, я выбрал тебя из-за работы в военной полиции? — возмущается Дзёно. Тэтте отрицательно машет головой. Дзёно лениво улыбается и путается пальцами в его волосах, слегка поглаживая. Он всё ждёт, когда же Тэтте соберётся спать, и эти поглаживания работают: Тэтте опускает веки и молчит. Потом вдруг снова открывает глаза: — Саигику, — шёпотом зовёт он. — А почему ты меня выбрал? Такой прямой и наивный вопрос заставляет Дзёно растеряться. Как Тэтте от бессмысленного разговора перешёл к чему-то такому серьёзному? Он не собирается отвечать, а Тэтте его не торопит. Он никогда не требует того, что Дзёно не готов дать — как ответ на этот вопрос. За это Дзёно всегда был благодарен. Тэтте, пожалуй, оказался самым терпеливым и понимающим человеком в его жизни. И когда он целовал его в спину и в волосы этим вечером — как и в многие другие, — Дзёно позволил себе расслабиться рядом с ним, прекрасно зная, что может полностью ему довериться. — У нас сегодня вечер глупых вопросов? — ворчит он, не собираясь озвучивать свои мысли. Дзёно никогда не умел говорить о таком вслух. Но когда он притягивает Тэтте ближе и утыкается лицом в его волосы, тот, кажется, понимает всё без слов. — Думаю, у того Тэтте тоже есть свой Саигику, — уже засыпая решает Тэтте и едва ли не светится, ужасно довольный. — Ты такой настырный, Тэтте, не удивлюсь, если ты меня в каждой вселенной достанешь. А теперь спи. И Дзёно, всё же не удержавшись, целует его в макушку.