Sweet bunny

      Утро тоже не заставляет сильно радоваться. Да, ты проснулся живой и даже со всеми конечностями, однако кто знает что тебе приготовил очередной день? Знает только сам бог и создатель игры. Сукин он сын.       Нет, Ли не могла его в этом винить. В конце концов, они все здесь отчасти по своей воле, из-за своих ошибок и своей алчности. У каждого присутствующего здесь были огромные долги, суммы которых составляли более миллиарда вонн. Если бы они не умерли здесь (или не умрут), скорее всего их добьют огромные вышибалы, пришедшие за своими деньгами.       Да уж, вставать с кровати без доброго утра, кофе и утренней дозы — сущий пиздец. Почти до самого утра Чхве Су Бон провел на её кровати, разговаривая обо всем на свете. Чан Ми и не думала, что такой с виду тупоголовый рэпер с ужасными рифмами сможет так душевно и искренне говорить с «простой смертной».       Из всех этих часов почти непрекращающегося диалога, девушка узнала следующее:       1. Танос никогда не умел правильно проявлять свои чувства и говорить о своих эмоциях, почему в конце концов решил, чтобы это делали за него.       2. Мать Су Бона была не безызвестной певицей, собственно в кого и пошёл её ненаглядный сынок.       3. Почти каждый день этот напыщенный петух одевается во что-то новое, ведь у него искренний и панический страх того, что фанаты посчитают его бедняком. Хотя, собственно говоря, так и есть.       4. Везде с дудкой. Спит с курилкой, ест с курилкой, даже в душе пар идёт не от горячей воды или горячего парня, а от чёртовой ашки.       5. Ранее на каждый день имел «новую девчулю», оправдывая это тем, что прошлая уже not fresh.       И ещё куча и куча новых фактов о Великом и Могучем Таносе. А вот из неё получилось вытащить не так много.       Все же, они не подружки и даже не хорошие знакомые, чтобы говорить что-то эдакое этому разноцветному.       Ну например то, что она не имела никаких долгов, но жила всю жизнь относительно бедно, почему и решила попытать удачу и своеобразно развлечься. Также Чхве удалось узнать, что Ли очень привередлива к еде, почему здесь она почти ничего не ела.       Ещё она поведала о том, что всегда искала эмоции в подобной хуйне. Беспорядочный секс, рискованные мелкие преступления и наркотики. Из всего этого нормальные эмоции при приёме транквилизаторов могли вызвать только запрещённые вещества. Но так как она уже около полугода не притрагивалась к таблетнице, то либидо постепенно начинает возвращаться. На это Су Бон подмигнул:       —Великий Танос заставит твоё либидо взлететь до небес, уж поверь, baby.       Да, двести тридцать первой будет хуево так же, как и двести тридцатому, но эти ночные разговоры были явно не напрасны. Ли не могла влюбиться, ведь как можно любить, не имея никаких эмоций в повседневной жизни. Однако что-то в ней явно просыпалось при виде этого наглеца. Бабочки в животе? Не смешите, она слишком потрепана жизнью, чтобы они ещё не подохли все от угарного газа вместе с органами.       Сейчас игроки собирались на вторую игру, предвкушая что-то столь же кровавое и опасное. Теперь уже до всех дошло то, что это не просто какая-то там игра, это борьба за главный приз жизнь и деньги, а вот цена проигрыша ебейши велика. Да, смерть кажется пугала даже суицидников, таких, как Чан Ми, даже наркоманов как Су Бон, даже самых смелых и сильных, как Ен Иль.       По словам бывалого Сон Ки Хуна, что в этой игре оказался уже во второй раз, сегодня должно было быть испытание связанное с печеньем «Дальгона». Об этом она услышала, когда «чисто случайно» проходила мимо. Что ж, не так сложно, как кажется. Главное, чтоб ей попался треугольник, а дальше насрать.       Пришло время выдвигаться. Сотни людей в одинаковой одежде направились к выходу, начиная бежать на собственную смерть. Эта игра точно не обойдётся без неё.       Неожиданно, будто блять из-под земли выросла эта фиолетовая макушка совсем рядом с Чан Ми. Ну как макушка. Рэпер был внушительного роста, однако и девушка не была малюткой. И все же, стоя ей приходилось немного задирать голову вверх. Непонятно, чтобы увидеть Су Бона или, чтобы показаться в его глаза статнее и величественнее.       Возле него, как и весь вчерашний день, бегала его псина облезлая. Нам-гю, кажется. Слишком уж их союз был похож на короля и подданного, а это ещё одна причина почему Ли не собиралась прогибаться под рэпера. Не имела желания становиться очередной пешкой в его безумной игре.       Несколько секунд и это нахал уже стоит рядом с ней плечом к плечу, после чего и вовсе закидывает руку нс нее, как бы показывая: «it's my baby».       —Фиолетовый, ты совсем рехнулся? — несмотря на такие резкие и громкие слова, какое-то тепло разлилось по телу от его прикосновения и от того, что он был рядом.       Фу, Чан Ми, не смей влюбляться в почти мёртвого нарика.       —Рядом с тобой я всегда crazy, kitty, — промурчал Чхве, почти касаясь губами её шеи. Табун мурашек пробежался по рукам, а после того, как парень отстранился, в месте, куда он шептал, приятно покалывало.       Это экстазе. Сто процентов. Эффект ещё остался, ведь она не спала почти всю ночь. Да, это точно из-за таблеток.

***

      Ожидания явно у всех были другие.       Подозрения появились ещё, когда организаторы сказали разделиться на команды по пять человек. Кажется, печеньки каждый вырезает сам, разве нет?       Все начали бегать по полю в поисках более перспективной и сильной команды. Чан Ми тоже начала поиски, приглядываясь к тем командам, что уже сформировались.       Шаг, шаг, еще шаг… И оп, она уже в объятиях мамкиного рэпера, который что-то кричит другим участникам. Представляете, magic.       —Sorry, baby. Но я прикрою наши зады в этой игре. Надеюсь, ты не против, — подмигнул Танос, немного трепля её по волосам, — Иначе придётся смириться, kitty.       —В твоём случае я больше бы переживала за перед, — кивнула Ли, указывая на пах Чхве.       Кто знает, вдруг его снайпером окажется давняя фанатка рэпера, которую тот не заметил. И бам, неожиданно пуля полетит прямо в наверняка венерическую головку.       Несмотря на все свои колкости, почему-то Чан Ми не спешила отстраняться. Казалось, что именно в таком положении она защищена от всего мира.

***

      Второй вечер и третья предстоящая ночь в этом сумасшедшем месте. Голосование уже прошло, сейчас все наполняли свои желудки совсем несытной едой.       Осталось ещё четыре игры, если сторона желающих прекратить игру не станет влиятельнее тех, кто хочет загрести в свои карманы как можно больше денег. Даже ценой чужих жизней.       Чан Ми не спешила прибиться к кому-то, хотя возможно и стоило бы. Но, кажется, этот кто-то не заставил себя долго ждать.       —Чан Ми, my beauty flower, — солнечно и радостно подлетел к её кровати Танос, за которым плелись другим участники их так называемой команды.       Мда уж, беда не приходит одна.       Ладно, триста восьмидесятая была ничего такой, могли бы даже подружиться, будь они в других обстоятельствах.       —Не порти мне аппетит своим face, — проглатывая еду, пробубнила Ли.       —Да брось дуться, sweetie, — залезая на койку двести тридцать первой, Чхве подкинул ту к себе, тем самым к почти касаясь внутренней стороны её бедра, — Ну полапал слегка на игре. Это были вынужденные меры.       —Хотя я был бы не против, будь это твое личное желание, — уже на ухо ей прошептал Су Бон, после чего незаметно, чтоб другие не увидели, спустился носом по шее и провел мокрую дорожку до мочки уха своим языком, будто пробуя её на вкус.       А Ли чуть ли не задыхается. Хуже любой девочки-подростка, что впервые смотрит порно. Ли Чан Ми, теряешь хватку.       Почти до самого отбоя эта компания находилась рядом, обсуждая прошедшие дни и просто делясь своими историями из жизни. Все-таки им ещё немало здесь предстоит пройти.       Триста восьмидесятая, которую оказывается звали Се Ми, была более чем по душе Ли. Будь Чан Ми по девочкам, явно не оставила бы её без внимания.       Почти весь вечер девушка ловила на себе взгляды, что принадлежали их радужному попугаю команды. И вместе с ними понимала, что кажется, ещё одна бессонная ночь ей обеспечена.       А значит, ещё одна доза экстазе и возможно даже настоящее возбуждение. Черт, этот недоделанный рэпер явно её чем-то цепляет и заводит. И это раздражает до головного мозга, одновременно нравясь девушке не меньше.

***

      Циферблат опять показывает, что остаются считанные минуты до отбоя. Се Ми, Мин Су и Нам-Гю уже отчалили, правда последний хотел было задержаться, но что-то, что Су Бон прошептал ему на ухо, заставило парня уйти.       —Тоже лижешь его шею, когда что-то шепчешь на ухо? — усмехнулась Ли, пододвигаясь так, чтоб парню хватило места.       —Неа, не ревнуй, кошка. Танос Великий весь в твоём распоряжении, my baby.       Кошка… Такое простое, но дурманящее сознание слово. Или ей это тоже кажется? Также как те голоса в голове, как и те силуэты, что «точно пришли её убить». Может все это и сам Чхве — всего лишь выдумка её сознания, что решило сыграть такую злую шутку с девушкой?       И пока мамкин рэпер что-то увлечённо рассказывал, Чан Ми пыталась сконцентрироваться на нем и его голосе. Но кажется дирреализация была намного сильнее любых ее стараний.       —Воу, Чан Ми, выглядишь ты конечно… не very cute. What is it, kitty? — впервые за последние три минуты своего монолога парень обратился к ней.       —Таблетку, пожалуйста, — сдавленно выдавала Ли, сворачиваясь калачиком рядом с Су Боном.       В этот раз никаких игр. Он видит, что та не в себе. Он ещё давно заметил шрамы на запястьях, на плечах, но все не решался спросить. Не было повода. Он понимал, что Ли — ебанутая на голову. Но чем он лучше? Если они все же и умрут здесь, почему бы не завести некий «курортный роман»? Или просто завести себе особенную подругу.       —Воу, сладкая, только не откинься здесь. Ты ещё обязана дослушать эту историю и ответить на мои interesting вопросы, — воскликнул Танос, будто от одних его слов ей станет легче.       Раз. Таблетка попадает в горло, и Чан Ми еле хватает слюней, чтобы проглотить такую желанную пилюлю.       Два. Горло обжигает тающая таблетка, что в то же время приносит ебанутое удовольствие.       Три. Приход долго себя ждать не заставляет. Глаза почти закатываются от того, как девушке хорошо.       Четыре. Двести тридцать первая с глупой улыбкой и ещё более глупыми ощущениями пялится на Су Бона, что сам принял дозу на минуту позже.       Пять. Она тянется к его лицу ладонью. Просто, чтобы убедиться, что тот рядом. Что он не вымысел и не фантазия. Щека его тёплая и приятная на ощупь. Такая родная и в то же время неизведанная.       Улыбка расплывается на лице девушки, что заставляет рэпера тоже улыбаться, будто ему снова пятнадцать и он впервые пробует дозу.       И вот они, лежат как два придурка, водя руками по телам друг друга. Сейчас для них нет похоти и животного желания. Они друг для друга объекты изучения, не больше. Ощупывают каждый миллиметр кожи, вдыхая чужой запах. Хотя уже кажется, что они слились друг с другом, выделяя общий запах с феромонами.       Сейчас они — единственное, что есть друг у друга. И если бы Чан Ми дали выбор пережить ли ту ночь снова, она бы согласилась.       Короткие поцелуи по всему телу, небольшие мокрые дорожки, юркие пальцы, пробирающиеся под кромку белья, заставляющие обоих дышать учащенно и сбивчиво.       —Су Бон, ты либо сам бог, либо дьявол. Иначе я не объясню свою тягу к…- не решилась она договорить.       А ему и не надо. Аккуратный поцелуй, что заполнил все пространство вокруг. Язык рэпера медленно проходится по деснам, касается чужого языка, задевает каждый белоснежный зуб. Ли готова стонать от возбуждения, но каждая её попытка заканчивается лишь ещё большим проникновением языка парня в полость её рта.       —Тише, my sweet bunny, а иначе нас убьют до рассвета, — он успокаивающе гладил Чан Ми по ногам, — Конечно же от зависти.