Корни и лепестки

Ночь прошла беспокойно. Сон снова был неглубоким, тревожным — таким, который оставляет в теле ощущение усталости, а в голове — туман. Сакура долго ворочалась, пытаясь отогнать неумолкающие мысли, но они только навязчивее вились вокруг неё, пока, наконец, не настало утро. Однако сегодняшний день отличался от её обычных будней: впервые за долгое время в сердце тлела надежда — слабая, но ощутимая. Сегодня она идет в дом к Ямато, её бывшему капитану, надежному товарищу и, как она надеялась, будущему другу. Девушка шагала по улицам Конохи, следуя указаниям Ямато. Он лишь в общих чертах объяснил, где находится его дом, но уверил, что найти его будет легко. В тот момент Сакура не стала уточнять деталей, просто согласилась — у неё совершенно не было сил или желания разбираться. Главное — в вынужденном отпуске ей не придётся все своё время сидеть в квартире, куда всегда могут без приглашения завалиться друзья. Как бы сильно она их ни любила, общаться с теми, кто её хорошо знает, она просто пока не была готова. Сакура понимала, что в каком-то смысле ведёт себя эгоистично. Наверное, не стоило так цепляться за его предложение, но… Разве это так плохо — ухватиться за чей-то добрый жест, когда весь твой мир рушится? Разве не для этого существуют друзья и товарищи? По дороге она зашла в небольшую пекарню, где купила пару свежих булочек с красной фасолью и немного хорошего зелёного чая — в конце концов, раз он пригласил её к себе, скорее всего они проведут вместе не один час. Нехорошо идти в гости с пустыми руками. В её воображении предстоящий день выглядел идеально. Она представляла, как окажется в цветущем саду, полном ухоженных клумб и пышных деревьев, с ровными каменными дорожками и небольшой деревянной беседкой, где можно спрятаться от мягкого осеннего солнца. Её лёгкие уже как будто наполнялись ароматом цветущих кустарников, кружка с тёплым чаем грела ладони, а рядом, на широкой деревянной лавке сидел Ямато — спокойный, дружелюбный, такой же, каким она его помнила. Они будут говорить о чём-то ненапряжённом, неспешно беседовать, может, даже смеяться. В её фантазии это должно было быть похоже на маленький отпуск — возможность побыть в спокойствии, среди природы, рядом с человеком, который ничего от неё не ждёт и ничего не требует. Но чем дальше она шла вдоль заброшенного поля за чертой густонаселенной части деревни, тем больше её воображение было вынуждено сталкиваться с реальностью. Сакура остановилось, когда наконец дошла до места, где, по словам Ямато, находился его дом. Перед ней возвышалось старое клановое поместье — большое, когда-то величественное, с забором, который давно требовал ремонта. Оно выглядело так, словно много лет назад здесь жили люди, сюда приходили гости, проводились церемонии, но потом они все ушли, и время начало понемногу захватывать территорию. Это… Это же поместье клана Хатаке! Сакура почувствовала, как что-то внутри неё дрогнуло. Она знала об этом месте, слышала о нём ещё в детстве — но никогда не думала, что кто-то может здесь жить. А уж тем более… Ямато? Она медленно вошла на территорию, её взгляд цеплялся за детали: старый, но надёжный дом с укреплёнными стенами, новые ставни, которые резко выделялись на фоне потемневших досок, и участок земли — сад, окружавший дом. Он явно видел лучшие времена. Сад был… пустым. Не таким, как она себе представляла. Несколько молодых кустарников, недавно посаженных, низкорослые деревья, которым понадобится ещё не одно лето, чтобы разрастись. Лишь один большой клён возвышался в стороне, его багряные листья медленно кружились в воздухе, напоминая о приходе осени. Он был очень похож на тот, у которого Сакура всей своей душой умоляла Ямато помочь ей. Приближаясь ко входу в дом, она зацепилась взглядом за небольшой пруд. Гладкая поверхность воды отражала голубое небо, а по кромке плавали крупные листья кувшинок. Несколько карасей лениво двигались под поверхностью, их плавники изредка вспыхивали в свете осеннего солнца. Рядом с прудом — старый деревянный колодец, поросший мхом, будто древний артефакт, чудом уцелевший. Чуть дальше — одинокая скамейка, потемневшая от дождей и времени, но всё ещё прочная. Место для сидения было тщательно очищено. И, наконец, беседка. Когда-то она наверняка была уютным местом для отдыха, но сейчас крыша слегка просела, перекрытия нуждались в ремонте. В ней было что-то… тёплое. Что-то живое. Как часто здесь играл или… плакал маленький Какаши? Сакура замерла на самом пороге, пытаясь осознать, что всё это значит. Она ждала цветущего сада. Она ждала чего-то завершённого, ухоженного. Но нашла место, которое только начали восстанавливать. И, почему-то, это осознание тронуло её сильнее, чем если бы перед ней открылся идеальный, благоухающий сад. Девушка глубоко вдохнула осенний воздух и, чуть крепче сжимая пакет с булочками и чаем, шагнула вперёд. Когда Сакура подошла ближе, дверь распахнулась, и на пороге появился Ямато. Он выглядел относительно спокойным и собранным, но что-то в его движениях выдавало лёгкую нервозность — как будто он был не совсем уверен, как правильно встретить её. Мужчина слегка кивнул, а затем поднял руку, почесав затылок, словно в задумчивости. — Ты нашла, — сказал он. — Да, — Сакура чуть приподняла пакет с булочками и чаем. — Я… решила принести немного к чаю. Ямато кивнул снова, на этот раз чуть более уверенно, пропуская гостью внутрь. Одной рукой он придержал для неё тяжелую, явно новую дверь — пальцы легко удерживали её, будто для этого ему вообще не нужно было прикладывать усилий. Сакура не могла не заметить, как ткань коричневой водолазки чуть натянулась, когда он отступил, освобождая для неё путь. Вещь была не новой, но было видно, что за ней ухаживали, немного облегающей, подчёркивающей, что ему не чужда работа руками. Она разулась, поднялась на порожек и шагнула в дом. Первое, что её удивило, был запах. После того, что девушка увидела на улице, она ожидала от этого места чего-то другого: сырости, пыли, запаха плесени — может, даже лёгкого налёта запустения, который так часто можно встретить в старых домах. Но здесь пахло… приятно. Деревом, немного цветочными нотками и — сильнее всего — непередаваемым ароматом еды. Её желудок предательски заурчал. Девушка сделала несколько шагов, оглядываясь. Дом оказался ещё больше, чем казался снаружи, но при этом довольно пустым. Видимо, сейчас они находились в гостиной, плавно переходящей в обеденную зону. Низкий деревянный стол стоял посреди комнаты, а на нём — аккуратно сложенные тарелки и чашки. Посуда явно была новой, как и татами на полу, но больше в комнате не было почти ничего. Никаких украшений, свитков или картин на стенах, всего две подушки дзабутон рядом со столом. — У тебя тут немного… пусто, — заметила Сакура, осторожно переступая по новому покрытию. Ямато пожал плечами, скользнув по комнате взглядом, будто оценивая её глазами постороннего. — Минимализм, — сказал он небрежно. — Или, скорее, просто не добрался до того, чтобы обустроить дом как следует, — Он смущенно улыбнулся. Сакура снова вдохнула воздух, наслаждаясь ароматом. — Но пахнет тут потрясающе, — призналась она. Ямато улыбнулся чуть увереннее и махнул рукой в сторону стола. — Это потому, что я приготовил целый пир. Сакура моргнула. — Что? Он развёл руками, будто это было самое естественное дело. — Ну, ты же моя гостья, — спокойно пояснил он. — Не могу же я заставить тебя работать в саду голодной. Только теперь она обратила внимание на то, что на столе было довольно много еды. Сакура рассматривала его в лёгком потрясении, а затем снова перевела взгляд на своего бывшего капитана. — Ты действительно… устроил пир? — Я действительно устроил пир, — подтвердил он. Его голос был ровным, но, Сакура была готова поклясться, что его в тоне было лёгкое, почти мальчишеское удовольствие от её удивления. Сакура осторожно опустилась на подушку дзабутон, чувствуя, как мягкое покрытие поддаётся под её весом. Ямато сел напротив, двигаясь всё более уверенно. На низком столе перед ними стояло несколько блюд. Всё было простым, но выглядело аппетитно: тарелка с рисовыми шариками, слегка присыпанными кунжутом, миска с мисо-супом, небольшая порция тушёных овощей и рыба, поджаренная до хрустящей корочки. Рядом лежали тонкие ломтики дайкона и маринованные сливы — традиционные дополнения к трапезе. Сакура взяла в руки палочки, но взгляд задержался на посуде. Она была новой, без единой царапины или сколов, но не слишком сочетающейся между собой. Будто Ямато просто купил всё необходимое, не особо заботясь о том, чтобы сервиз выглядел гармонично. Простые тёмные чаши для супа, фарфоровые тарелки с разными узорами и слегка массивные деревянные палочки. — Всё сам приготовил? — с любопытством спросила Сакура. — Конечно, — Ямато усмехнулся, чуть приподняв бровь, как будто её сомнение его слегка задело. — Я взрослый мужчина, Сакура. Я в состоянии о себе позаботиться. Сакура тихо хмыкнула, пробуя рис. Он оказался на удивление мягким и чуть сладковатым, идеально приготовленным. — Я просто… приятно удивлена, — призналась она. Он кивнул, принимая её слова, и сам взял пару палочек, начав есть. Набор блюд был стандартным для почти любого в Конохе, но некоторые из этих простых вещей она не ела уже многие годы. Например, маринованные сливы. Сакура с любопытством подцепила одну сливу палочками и осторожно отправила её в рот. И тут же пожалела. Ярко-кислый, терпкий, агрессивный вкус ударил по её вкусовым рецепторам так неожиданно, что она едва не выронила палочки. Глаза автоматически зажмурились, лицо скривилось, а плечи слегка дёрнулись. Ямато наблюдал за этим спектаклем с явным удовольствием. — Ты в порядке? — спросил он, даже не пытаясь скрыть ухмылку. Сакура судорожно сглотнула, пытаясь справиться с резким послевкусием. — Это… это… — она замерла, обдумывая, какое именно ругательство лучше всего передаст её эмоции. — …кислее, чем я помнила! — Ты же не ребёнок, Сакура, — невозмутимо напомнил он, беря новую сливу и показательно отправляя её в рот. — Такой сложный вкус можно оценить, только если дать себе время. — Ну да, конечно, — пробормотала она, делая пару быстрых глотков чая, чтобы спасти свои вкусовые рецепторы. — А ты-то как их ешь так спокойно?! — Годы тренировок, — философски ответил он, а потом, чуть склонив голову, добавил: — Или, может, я просто не такая неженка. Она закатила глаза, но, к своему удивлению, заметила, что всё же доела сливу. Через секунду после кислого удара на языке действительно осталось что-то приятное, чуть солоноватое, но вполне терпимое. Ну, может, он и не совсем ошибался. Но признаваться в этом она точно не собиралась. Некоторое время они молчали, сосредоточившись на еде, пока наконец Сакура не заговорила: — Как вообще так вышло, что ты теперь живёшь здесь? Я знала, что этот дом принадлежал Какаши, но не слышала, чтобы он собирался его продавать. Ямато немного замедлился, опуская палочки на край своей тарелки. — Купил у него полгода назад, — просто ответил он. — Решил сменить обстановку? — Можно сказать и так. Иногда… просто приходит момент, когда понимаешь, что хочешь что-то изменить, — он сделал паузу, будто решая, добавить ли что-то ещё, но в итоге только пожал плечами и продолжил есть. Сакура не стала давить. Может быть, они поговорят об этом позже. Она вновь огляделась. Пусть в доме и не было уютно, точно нельзя было сказать, что он выглядел хлипким или разваливающимся. Всё здесь было крепким, основательным — как будто хозяин хотел сначала укрепить фундамент, а уже потом думать о красоте. — А почему ты… не использовал мокутон? — осторожно спросила она, подбирая слова. Ямато чуть удивлённо посмотрел на неё, но в его взгляде не было недовольства, скорее, нотка разочарования. — Не слишком красиво пока получается, да? — он покачал головой и глубоко вздохнул. — Я очень старался, но, видимо, недостаточно. — Вовсе нет! — Сакура замахала руками, спеша опровергнуть его догадки. Кусочек нори упал ей в тарелку. — Здесь очень мило и традиционно, просто я… Сакура внимательно посмотрела на него и нахмурилась. Он смеялся над ней! — Ну-ну! Не стоит так злиться, — невероятно довольный собой, Ямато тихо рассмеялся. — Я просто не хотел, чтобы это досталось мне легко. Изменения, рост, прогресс — все эти вещи должны занимать время, иначе в них нет никакого смысла. Поэтому и решил все чинить своими руками. — И сад тоже? — И сад тоже, — подтвердил он, ухмыляясь. Сакура перевела взгляд на его руки. Теперь, когда он не двигался, это было особенно заметно — его пальцы были сильными, натруженными, но не грубыми. На запястье выступала чёткая линия жил, когда он легко поднимал чашку с чаем. Сакура вдруг поняла, насколько этот ответ соответствует всему, что она видела сегодня. Дом, который он не пытался сделать идеальным сразу. Сад, который только начинал расти. И сам он — человек, привыкший не торопить события, а идти по выбранному пути шаг за шагом. — Я бы, наверное, так не смогла, будь это мой дом, — призналась она внезапно. — Вот и отлично, — неожиданно легко ответил Ямато, беря ещё кусочек рыбы. — Значит, работать в моем саду будет ещё веселее. Его мальчишеская улыбка снова мелькнула на лице — тёплая, искренняя, как у человека, который просто наслаждается моментом. В его глазах промелькнуло что-то почти детское — тот самый задор, который невольно заставляет улыбнуться в ответ, даже если очень хочется поворчать.