Корни и лепестки

После обеда Ямато предложил Сакуре осмотреть дом. Это было сказано совершенно будничным тоном, без намёка на стеснение или важность момента, но, когда он поднялся и жестом пригласил её следовать за собой, у неё всё же возникло странное ощущение. Дом был большим, старинным, наверняка хранившим в себе множество историй когда-то уважаемого и процветающего клана Хатаке, но сейчас он казался почти пустым, едва наполненным запахами, звуками и предметами, как будто только начинал оживать вместе со своим новым хозяином. — Дом старый, но крепкий, — сказал Ямато, когда они двинулись из гостиной дальше по коридору. — Я уже заменил крышу и кое-что укрепил. Пол тоже частично обновлён. Сакура кивнула, ведь бывший капитан озвучил её же наблюдения: в доме действительно ощущалась какая-то основательность, даже несмотря на его длительное запустение. Сначала он привёл ее на кухню. Она оказалась небольшой, но уютной и функциональной — здесь явно готовили много и с удовольствием. Прямо противоположность спартанской гостиной. Однако и здесь всё выглядело продуманным и организованным. — Тут ты явно проводишь больше времени, чем в гостиной, — заметила Сакура, оглядывая аккуратно сложенные мешочки с рисом и специями. — Готовить приходится, — пожал плечами Ямато. Все люди едят, почти все её знакомые — готовят, но Сакуре вдруг почему-то показалось невероятно забавным, что человек, который когда-то руководил секретными операциями АНБУ, теперь с такой же невозмутимостью распределяет рисовые запасы. Она перевела взгляд на полки с посудой — вся она была новая, без единой царапины, но, как и на столе в гостиной, подобранная скорее по необходимости, чем из соображений красоты. Чугунный чайник стоял на краю стола, рядом — небольшая миска с сушёными травами, их аромат мягко смешивался с теплом дерева. Сакура провела пальцами по краю чайника. — Ты ведь не просто "готовишь, потому что приходится", — сказала она, чуть прищурившись. Ямато помедлил. — Ну… — он махнул рукой, уходя от прямого ответа, — возможно, мне это немного нравится. Когда Ямато спокойно открыл дверь в ванную и продемонстрировал огромную купель, в которой легко могло поместиться несколько человек, Сакура почувствовала, как её щёки слегка запылали. Она даже не сразу поняла, почему. — Здесь удобно, — прокомментировал он, словно показывал ей новую скамейку в центре деревни. Эта комната слишком явственно напоминала о том, что Ямато — не только её бывший капитан, но и взрослый мужчина, который, само собой, иногда принимает ванну. Она быстро кивнула, молясь всем ками, чтобы он не заметил её неуместного смущения. Однако прийти в себя не удалось: Ямато привёл её в свою спальню. Это было неожиданно. Он не стал обходить эту комнату стороной или объяснять на ходу, а просто так же буднично открыл дверь и впустил её внутрь. На удивление, эта комната, как и гостиная, тоже была почти пустой. На полу лежало свежее татами, в углу стояло традиционное футонное ложе, аккуратно сложенное. У стены располагался маленький деревянный столик, на котором не было ничего, кроме фонаря. Никаких украшений. Никаких личных вещей на виду. — Здесь я сплю, — небрежно бросил Ямато. Она ожидала увидеть что-то, что сделает эту комнату более личной. Какую-нибудь деталь, которая говорила бы о его жизни, о его привычках. Но ничего такого не было. Сакура сглотнула, молча оглядев комнату. Ей показалось странным, насколько он был расслаблен, показывая ей такое личное пространство. Как будто для него это не было чем-то интимным. — Понятно, — наконец, выдавила из себя она, и он, похоже, даже не заметил её лёгкого замешательства. Следующие несколько комнат были совершенно пустыми. — Возможно, раньше это были комнаты для семьи или гостей, но я ими не пользуюсь. Сакура провела пальцами по ветхой деревянной раме двери. Здесь явно никто не останавливался уже много лет. В этот момент Сакура впервые вспомнила свой собственный дом. Она жила в маленькой двухкомнатной квартирке и обожала её за то, что та была только её, и никто не мог диктовать ей, как жить, когда ложиться спать и что есть. Дома всегда было тихо и вкусно пахло. Её дом был для неё чем-то вроде безопасного пристанища. Глядя на пустые комнаты нового дома Ямато, она испытала очень странное ощущение. Как будто ей хотелось плакать вместе с этим домом, за этот дом, за упущенные возможности: дом был создан, чтобы быть наполненным, он мог вместить в себя так много замечательных и отвратительных, счастливых и грустных, ленивых и по-настоящему вдохновленных людей. Однако комнаты были пусты, а единственный жилец почему-то не торопился ничего здесь обживать. Сакура бросила быстрый взгляд на Ямато, но сразу поняла, что к этому разговору они не готовы, поэтому, кивнув бывшему капитану, последовала за ним в следующую комнату. Ей оказалась ещё одна гостиная, чуть просторнее первой. Глядя на неё, Сакура сразу почувствовала, как то же тоскливое ощущение нарастает: крупная печка в углу, обветшавшие, но всё ещё прочные деревянные перегородки, большие окна, из которых открывался вид на пока ещё пустоватый сад. Комната хранила память о прежних, гораздо более светлых для дома временах. — Здесь раньше принимали гостей? — спросила Сакура. — Возможно, — кивнул он. — Пока я ей не пользуюсь. Они также заглянули в кладовую. Здесь, как и на кухне, чувствовалось, что место активно используется. Тут было всё необходимое: ящики с инструментами, свёрнутые рулоны каких-то старых чертежей, а также запасы еды. — Ямато-семпай, сколько же маринованной сливы нужно одному человеку?! — Сакура расширила глаза в неверии. В кладовой целую полку занимали банки с закуской, которая еще недавно так бессердечно атаковала её вкусовые рецепторы. — Скоро здесь будут и другие запасы: просто не вижу смысла каждый раз покупать по одной банке, — Пожал он плечами, нисколько не смутившись. А затем он привёл её в мастерскую. Ямато открыл дверь, и Сакура на секунду замерла. Вот оно — единственная комната в доме, которая выглядела по-настоящему обжитой. В помещении царил хаос. В отличие от остального дома, где всё было либо минималистично, либо совсем пусто, здесь было множество вещей. Стол был завален чертежами, книгами и инструментами, о назначении которых она могла только догадываться. Некоторые свитки были свёрнуты и аккуратно сложены, другие — развернуты, словно их изучали совсем недавно. Сакура прошла внутрь, скользя взглядом по многочисленным схемам, чертежам зданий и картам улиц. Теперь было понятно: вот где действительно жил её бывший капитан. Сакура осторожно провела пальцами по корешкам книг, бегло прочитывая названия. Среди книг по садоводству, а также архитектурных трудов и старых чертежей Конохи её взгляд зацепился за один особенно толстый том, на корешке которого чётко значилось: «Современной городское планирование». Она нахмурилась. Если приглядеться, то можно было заметить, что повсюду лежали не просто чертежи, а чертежи с печатями Конохи. Сакура нахмурилась ещё сильнее. Она огляделась: карты улиц, детализированные схемы зданий, аккуратно начерченные планы восстановления кварталов Конохи. Подождите-ка… Она повернулась к Ямато, который как раз складывал один из свитков. — Не может быть, — медленно начала она. — Ты хочешь сказать, что… Он поднял на неё голову. — Что? — Кем ты работаешь, Ямато-семпай? — Я главный архитектор Конохи, — озадаченно ответил он. — Ты главный… архитектор?! — Сакура подавилась воздухом и раскашлялась, её голос прозвучал громче, чем она рассчитывала. Ямато моргнул, затем моргнул растерянно ещё раз. — Ты не знала? — Конечно, не знала! — она возмущённо указала на него пальцем, забыв о том, что, вообще-то, он старше её на добрых десять лет. — Почему мне никто об этом не сказал? Он выглядел искренне сбитым с толку. — Эм… Ну… не знаю. Это довольно давно. Сакура возмущённо скрестила руки. — Главный архитектор. Это значит, что ты... управляешь какими-то другими архитекторами? — Ну… да, — он слегка почесал затылок, явно не понимая, почему это её так удивляет. — Часть из них гражданские, часть — шиноби. Она уставилась на него в молчании, поддавшись чувству, такому сильному, что было сложно сразу распознать его природу. Это продолжалось несколько секунд, пока она не поняла, в чем дело. Стыд. Её накрыла волна стыда. Она практически физически почувствовала удар в живот, настолько неожиданным было это осознание. Как же так получилось? Она знала, чем занимается Наруто, Саске, Какаши, само собой. Знала, как идут дела у Сая. Знала все слухи о Цунаде, хотя та давно отошла от дел. Она даже знала, чем занимается Киба, хотя в последнее время их пути пересекались не так уж часто. Но про капитана Ямато — ничего. Она даже не пыталась узнать, чем он занимается, что с ним стало после войны, которая закончилась десять лет назад. Десять лет! Человек, который когда-то был её наставником, который заботился о ней во время миссий, который всегда был рядом, когда был нужен. И теперь, глядя на него, стоящего перед ней с лёгкой улыбкой, будто эта тема не стоила особого обсуждения, Сакура чувствовала, как её желудок сжимается. — Ямато-семпай… — голос её прозвучал неожиданно мягко. Он, всё это время не отрывавший от неё взгляда, сразу уловил перемену в тоне и немного напрягся. Сакура нервно сжала пальцы, пытаясь сформулировать мысль. — Прости меня, — наконец, сказала она. Ямато слегка нахмурился, но молчал, давая ей возможность объяснить. — Прости, что я никогда не спрашивала, — продолжила она, глядя на него с неожиданной для себя искренностью. — Я даже не пыталась узнать, что с тобой. Хотя ты столько всего сделал для меня в прошлом. Мужчина смотрел на неё, не шевелясь. — Это просто… — она растерянно провела рукой по волосам. — Это не потому, что мне было всё равно, правда. Просто… я всё время была занята, и… Она запнулась. Это звучало ещё хуже, чем она ожидала. — Забавно, — сказал он после короткой паузы, и в его голосе не было ни обиды, ни злости. Лишь лёгкая задумчивость. Сакура подняла взгляд. — Я тоже никогда не спрашивал. Она моргнула. — Что? — О тебе, — просто сказал он. — В смысле… я слышал, конечно, но я ничего не спрашивал у тебя. Ты была занята. Я был занят. Наверное, мы просто давно не общались. Сакура прикусила губу. — Но это не оправдание, — тихо сказала она. — Да? — он слегка улыбнулся. — А мне кажется, что вполне. Сакура резко выдохнула. — Нет, — твёрдо сказала она. — Я всё равно перед тобой виновата. Такого больше не повторится. Он снова молчал. — Спасибо, что позвал меня сюда, — добавила она чуть тише. Ямато всё ещё не отвечал, но теперь в его взгляде появилось нечто новое. Что-то мягкое. Что-то, чего она раньше в нём не видела. А потом, внезапно, он шагнул к ней и крепко обнял. Сакура почувствовала, как его руки сомкнулись у неё на спине — очень крепко, с той самой основательностью, с какой он, видимо, строил и дома, и свою жизнь. Она резко вдохнула. Он пах ещё лучше, чем его дом. Это было… странно. И тепло. Немного неловко, но в то же время до дрожи приятно. Когда её вообще в последний раз обнимали? — Спасибо, — наконец, тихо сказал он. Потом, не разжимая объятий, мягко похлопал девушку по плечу, а затем развернулся, все ещё придерживая её за плечи, и повёл к выходу в сад. — А что насчет тебя, тебе нравится работать пожарной? Устаешь, наверное? Сакура ахнула. — Ямато-семпай! И, несмотря на напряжение от предыдущего разговора, искренне рассмеялась. — Надеюсь, ты шутил, когда говорил, что мне придётся работать в саду, — пробормотала она, чуть приподняв бровь. Ямато прыснул со смеху, а затем крепче сжал её плечо сильной рукой. — Ну конечно, Вишенка, — сказал он с такой интонацией, что у неё не осталось никаких сомнений. Работать ей придётся.