Сады Розитты

Джинет вошла внутрь и ахнула. Это был действительно Сад. Кругом росли чудесные растения, образуя собой лабиринт из зелёных листьев и приятно пахнущих прекрасных цветов. Тут было полно места для уединения. Глубоко вздохнув и выдохнув, она зашагала вглубь. Когда первый стон чужого удовольствия достиг её ушей, она остановилась, дотрагиваясь вмиг похолодевшими пальцами горячих щёк. Новый стон услышался совсем рядом, переходя в негромкий, наполненный блаженством и лёгкой болью вскрик. Внутри ведьмочки всё замерло, а сердце наоборот стало биться чаще, но не это окончательно смутило Джинет. От этих звуков внизу живота сладко потянуло, и всё внутри призывно запульсировало. Ведьмочка часто задышала, еле сдерживая себя от того, чтобы прямо тут не задрать юбку и поласкать себя пальцами. Судорожно выдохнув, она решительно зашагала дальше. Не для того она заплатила за вход, чтобы мастурбировать на чужие стоны. Зайдя за ближайшие кусты, она облизала вмиг пересохшие губы и промолвила негромкое: — Diligenter, leniter, tardius. — отзываясь на эти слова, от куда-то поползли зелёные лианы, медленно заползлая по ногам к бёдрам, талии и груди. Тентакли знали своё дело. Одно гладкое щупальце нежно-нежно провело между ног, отыскивая возбуждённую горошенку клитора и лаская её через ткань насквозь промокших трусиков. Губы Джинет приоткрылись в выдохе. Её лоно жаждало большего. Бёдра, чувствуя желание хозяйки сами собой подались навстречу, потираясь промежностью о гибкую щупальцу. Ведьмочка тихо застонала и сама же смутилась своего стона. — Pause. — встревоженно обронила она против своей воли, когда тентакли медленно проникли под ткань белья и погладили влажную кожу. Повинуясь приказу, тентакли отпустили ведьмочку, немного отдаляясь и послушно замирая. Джинет выдохнула, чувствуя одновременно облегчение и разочарование. Всё её тело кричало о том, какая же она дурёха и как же сильно хочется большего. Хочется чтобы эти щупальца оплели всё тело, проникли в неё спереди и сзади, уделили внимание и истекающему любовными соками лону, и поджимающейся от желания попе, чтобы немного шероховатой поверхностью прошлись по соскам, чтобы поигрались с ними, чтобы спустились ниже и поласкали клитор. Взгляд ведьмочки затуманился, тело мелко задолжало. Скрестив ноги, пытаясь унять хотя бы немного возбуждения, она поспешно стала скидывать одежду. Опомнилась Джинет только тогда, когда полностью обнажённой застыла посреди растений. Осознав, что любой может её случайно увидеть, если приблизится, она испуганно прикрыла руками миниатюрную грудь с призывно торчащими сосками. Чуть не плача от переполняющих её желания и смеси страха и стыда быть увиденной, она закусила губу. Неподалёку послышался совсем уж несдержанный стон и снова, и снова. Это стало последней каплей. Опустившись прямо на мягкую траву, Джинет раздвинула ноги, уже мысленно умоляя тентаклей немедленно продолжить и приступить прямо к делу. Зелёным лианам хватило и её стремления. Они оплели тело ведьмочки, одно небольшое щупальце нежно огладило влажный вход, вырывая у Джинет тихое хныканье, но словно немного наказывая ведьмочку за предыдущую нерешительность, лиана не вошла внутрь, а медленно-медленно стала оглаживать кожу, от чего любовные соки текли всё обильнее и обильнее, а Джинет тихо хныкала, прикрывая изгибом локтя лицо. Ей чертовски хотелось большего, но присоединившиеся к своему собрату тентакли не помогли. Они медленно ласкали заднюю дырочку, медленно посасывали странными бутонами соски и также медленно тёрлись о клитор. Из глаз ведьмочки брызнули маленькие бусины слезинок. Она сама нерешительно потёрлась о тентаклю, новые ощущения заставили её глухо застонать и тут же в нерешительности умолкнуть и замереть. Но медленная пытка заставила Джинет снова задвигать бёдрами, пытаясь самостоятельно насадиться на щупальцу. С губ срывались стоны. Маленькие груди от движения покачивались, от чего ощущения от бутончиков на них усиливались. — Пожалуйста... Пожалуйста... — едва не плача умоляла Джинет, и о чудо, тентакля ласкающая её лоно послушалась, наконец-то плавно входя внутрь. Ведьмочка ахнула, когда она начала своё движение, вырывая у Джинет сладкие стоны. Лиана скользила по любовным сокам ведьмочки, выделяя вдобавок свои, от чего лоно издавало хлюпающие звуки. Джинет казалось, что пошлые хлюпанье, шлепки и её стоны слышат весь сад, но сейчас ей не было страшно или стыдно, что её увидят. Ей было чертовски хорошо, а в голове было всего две мысли: "Хочу кончить" и "Пускай это не заканчивается". Когда какая-то тентакля шероховатой поверхностью прошлась по клитору, Джинет тонко взвизгнула от приятных ощущений граничащих с лёгкой болью. Она запрокинула лицо к небу, широко открывая губы и жадно хватая ими воздух. Стало так жарко, что ей немедленно захотелось окунуться в какой-нибудь прохладный источник. Но источника не было. Были лишь её слезинки и любовные соки. Тентакля, заметив её реакцию, снова прошлась по клитору, вырывая у ведьмочки новый визг. — Ох чёрт, пожалуйста! — несдержанно воскликнула она, сжимая бёдра, но лианы, обхватив щиколотки развели её ноги шире, а те, что ласкали лоно и заднюю дырочку задвигались активнее вбиваясь в тело ведьмочки. Она рвано дышала, стоны переходили в визги и несдержанные вскрики, то ли умоляя тентаклей остановиться, то ли умоляя их ни в коем случае не останавливаться. Они, к счастью или к сожалению, и не думали останавливаться, продолжая двигаться внутри и снаружи Джинет. Внезапно Джинет выгнулась, широко распахивая глаза и губы в немом вскрике. Разряд оргазма прошиб её тело. Вся мокрая от пота и любовных соков, Джинет лежала на боку, пытаясь восстановить дыхание. Всё её тело слегка подрагивало, а внутри пульсировало. Она точно сюда придёт ещё. Обязательно придёт.