Часть 2
12 января 2025 г., 19:16
От лица автора
Народ упрашивал персонала, падая на колени, отпустить их на свободу. – Мы не хотим причинить вам вред. – Третий пункт соглашения! – Вновь знакомый голос 456 игрока. – Игры могут быть прекращены по решению большинства. Дайте нам проголосовать. – Безусловно. – Большинство ликовали. Им предоставили право покинуть добровольно это место. – Однако позвольте мне огласить сумму. Известно, что выбыло 90 игроков, 366 игроков смогли завершить первую игру. В копилке содержится девять миллиардов вон. На каждого игрока 24 590 164 вон. В светящуюся копилку добавились первые деньги. Игроки одновременно смотрели завороженно и боязливо. Страх читался в глазах, однако желание выиграть пыталось устранить его. – Сумма зависит от числа выбывших игроков. Денежный приз будет расти в зависимости от количества исключенных игроков. Итак, приступим к голосованию. Если желаете продолжить игру, нажмите синюю кнопку с кружком. Если хотите прекратить – красную с крестиком. Голосуем в обратном порядке. Игрок 456. Участник игры незамедлительно нажал на красную кнопку, и ему выдали шеврон с крестиком, осведомляющий о выборе игрока. Все время Сон Ки Хун сохранял бесстрастное и серьезное выражение лица, будто ему не в новинку находиться здесь. Хотя так оно и есть. 456 направился в сторону места, соответствующее его значку на правой стороне тела. И так делал игрок за игроком, нажимая кнопки, звук которых уже приелся. Количество голосов не совпадало: кружков больше, чем крестиков. К слову, это число не было равномерным. Из раза в раз происходили скачки: то больше кружков, то – крестиков, и наоборот. Голоса игроков со значками крестиков явно испытывали волнение, судорожно думая, как перебрать кого-то на свою сторону. Более целесообразную. 47 кружков против 44 крестиков. – Игрок 339. – Нари вышла вперед. Девушка замедлила шаг на половине пути. Она тщательно размышляла свой выбор. Ведь она пойдет ценой жизни, чтобы… – Стойте! – Да что ж такое-то. – Не делайте этого. Одумайтесь! Вы ничего не поняли! Это уже не просто детские игры. Если продолжим играть, мы все умрем! – Хватит уже, – Все повернулись на трибуну двух кнопок, в том числе и 456, где стоял 339-й номер пока что без значка. Девушка глядела на 456-го уже не с некой гордостью, а с раздражением. – Мы все здесь взрослые люди. И прекрасно осознаем, на что идем. – Что ты знаешь?! – в ответ воскликнул мужчина. – Тебе не больше двадцати! Нам немедленно нужно отсюда выбраться. – Если ты так усердно желаешь отсюда выбраться, зачем второй раз полез играть? – съязвила длинноволосая. Ки Хун вдруг замер, и глаза его забегали. Игроки уставились на 456-го в полном замешательстве и шоке. – Да, я играл в эти игры три года назад. И погибли все. Все до единого! Я потерял всех! Я единственный дошел до финала, – уже спокойно проговорил игрок, опустив глаза. Нари, краем уха только слушающая все, вдруг остановила руку, которая готова была нажать синий кружок. – Ты запудрил всем мозги! Напугал нас, что будут нас стрелять еще до начала игры! – влез сотый номер. Тем временем 339-я неподвижно стояла, глаза судорожно бегали. Непробиваемая уверенность дала слабую трещину, заставляя мысли судорожно бегать за наиболее правильным решением. Если прекратить игру, то вернется с оставленными деньгами, этого не хватит. – Если вы выиграли, нам это только на руку, – с добродушием произнес Танос. – Вы можете давать нам подсказки. – Действительно, – улыбнулась 196-я и оглядела нового друга с ног до головы. – А голова у тебя варит даже под кайфом. – Танос даже не взглянул на неё. Нари встретилась взглядом с 230-м. Он улыбнулся одной стороной губ и подмигнул. Только она хотела сообщить организаторам о нарушении ее добровольного права голосовать, как треугольник с пистолет-пулеметом направился к мужчине. 456-й неожиданно почувствовал, как к его спине приставили что-то тяжелое и холодное, даже через одежду ощущалось, и остановил свою тираду. – С этого момента любые попытки, препятствующие голосованию, будут пресечены. Итак, игрок 339, голосуйте. Нари нажала на кружок. Напялив на свою кофту нашивку кружка, она двинулась по левую сторону помещения от себя. Девушка заметила отчаянный и разочарованный взгляд 456-го, но лишь продолжила свой путь без сочувствия к нему. Игрок 222 проводил ее удивленным взглядом, но без какого-либо разочарования. На это Нари тоже плевала. 48 кружков и 44 крестика. Нари скрестила руки на груди и скучающе посмотрела на количество голосов. Кружки превышали крестики на четыре раза больше. Казалось, голосовать уже бессмысленно. Как только прозвучал знакомый номер 230, взор девушки устремился в его сторону. Вприпрыжку Танос, не раздумывая, зажал ладонью кружок. По мере того, как парень удалялся от места голосования, взглядом он кого-то искал и, когда нашел, ухмыльнулся и встал прямо перед ней. Чхве был чуть выше Нари, но это абсолютно не помешало ей заметить его расширенные зрачки, и едва заметно напрячься. – Я безмерно рад, что ты в моей команде, lily. – Lily? – в том же акценте переспросила Нари. – Твое имя, – просто выдал Танос. – Означает лилия. А по-английски lily. Для тебя я готов пойти на everything. Ты мой цветок, а я твой легендарный Танос. Будь со мной, моя darling. И мы точно прорвем этот хаос. Йоу, – в конце он сложил пальцы в знаке сердечка. Выражение лица Нари трудно поддавалось понятию: губы поджаты и одна бровь опущена вниз, демонстрируя недоумение. Но нашего всеми любимого и любвеобильного 230-го неудовлетворенная реакция не задела его самолюбие. Не чувствуя неловкости, Рэпер передвинулся в сторону и поравнялся рядом с девушкой. – Кан Нари же, да? – вдруг он задал вопрос. – Что? – она сделала вид, что не расслышала. – Твоя фамилия Кан, а имя Нари. Am I right? – На его реплику Нари поежилась, но снова скрыла это. Ее взгляд нашел 196-ю, которая уже пристально наблюдала за ними. До нее еще не дошла очередь голосовать. – Тебе Кан Ми На сказала? – ее голос прозвучал грубее, чем ей хотелось. Она не хотела показывать свою злость к Таносу, ведь он ни в чем не повинен, но факт существования данной особы ее нервировал с периода ее детства. – Так ее так зовут? – Танос веселился, в отличие от серьезной Нари. Последняя уже поняла, что он под действием наркотических веществ. Крестик, что он носит под кофтой, прятал разного цвета таблетки, воздействующие на сознание человека. И для нее не было неожиданностью, отмечая факт изменения поведения инфантильного парня, который испытывал чувства равнодушия по отношению к происходящему хаосу. Кан Нари проигнорировала его вопрос, до сих пор следя за Кан Ми Ной. – Эй, снежинка, – обратил на себя внимание Танос. Вдруг он посмотрел куда-то в сторону и нахмурил брови. – Твоя фамилия Кан и ее тоже… – Его челюсть упала, а руки запущены в волосы. – Вы sisters? Oh, shit man. – Догадливый. – Она должна отвлечься. – А ты? Как тебя зовут? – Чхве Су Бон. Только тсс. – он приставил свой палец к ее губам и прошептал, что она еле услышала: – Никому не говори. Я сказал только тебе. Честное слово. – Девушка, снова отметив его странности, кивнула и отодвинулась от его руки. За этим разговором она забыла совсем, что шло голосование, и подняла глаза на экран. 183 против 181. Кружки снова побеждают. – Игрок 6. Нари обыскивала среди кружков Кан Ми Ну, и буквально через несколько секунд зеленые глаза встречаются с карими, порождая невидимое излучение зла и презрения. Нари стояла статично, не показывая ни отрицательных, ни положительных эмоций. В то же время Кан Ми На презрительно глядела на сестру. Расстояние достаточное между обеими, примерно метров пятнадцать. Их зрительные контакт был нарушен шестым игроком, который также оказался в команде кружков и ступил на место в нужное время и в нужном месте. 183 кружка против 182 крестиков. Крестики надеялись, что если последний игрок проголосует, то шанс будет пятьдесят на пятьдесят, а это ничья. Однако никто не мог представить, что произойдет в случае равных счетов. Настала очередь игрока под номером один, что шел к трибуне как по подиуму, вызывая недоумение у некоторых игроков и первые подозрения у Нари. Зная, что его голос решал их дальнейшую судьбу, он специально растягивал время. Рука мужчины застыла в воздухе, перемещаясь на сантиметр в одну сторону, потом в другую. 184 кружка против 182 крестиков. Одобрительные возгласы и аплодисменты послышались с правой стороны кружков. Крестики же опустили головы и обреченно вздохнули. Нари не испытывала ни радости, ни огорчения, все еще внимательно впившись взглядом в первого игрока. За этим занятием ее периферическое зрение уловило импульсивные движения справа, нарушая планомерный поток мыслей. Виновниками оказались два оболтуса, пританцовывающих рядом с ней: Су Бон и его напарник – язык не поворачивался сказать, – Нам Гю. – Снежка, ты рада? – Он взял Нари за плечи, полностью возвращая ее в безумную реальность, что далось ей не в радость. Рэпер будто не заметил ее дискомфорта и продолжал прыгать на месте, что-то напевая.***
Отражение Нари как будто не принимало ее. Убили ведь невинных людей. Как она может так безмолвно стоять и ничего не чувствовать? Но Нари чувствовала. У нее тоже есть чувства. Ей тоже страшно. Просто у кого-то есть способность скрывать глубоко в потаенных уголках сердца слабые звенья, а у остальных же лишь присутствует нужда использовать их. Излишнее проявление сочувствия здесь ни к чему. И при жизни они ей не помогли, здесь – тем более. Девушка тщательно умывала руки, так как через несколько минут у них будет ужин после игры. Вдруг дверь в туалет распахнулась, зашла 196-я, заставив укутать Нари пеленой нарастающей агрессии. Мигом закрыв кран, она уставилась грозным взглядом на Кан Ми Ну. Та склонила голову набок, что косички упали с ее плеча, решила начать дискуссию первая: – Ты зла на меня? – Еще что задашь? – Пока только это. Так что? – она начала мыть руки, прервав гляделки с 339-й. – Скажу я «да», что сделаешь? Скажу я «нет», что сделаешь? – Ничего. Твой ответ, сестренка, не будет зависеть от дальнейших событий. – Мне плевать, что ты задумала. Оставь в покое меня. – Я хотела бы, чтобы ты не лезла к 230-му. – Да что ты говоришь? А 230-й знает, что ты здесь запрещаешь всякое своей младшей сестре? Иди да скажи ему. У тебя же язык длинный во всех смыслах. – На это высказывание Кан Ми На разозлилась, но мгновенно успокоилась, лишь вызвав усмешку у младшей сестры. Та была прекрасно осведомлена, что Ми Ну не составит труда вывести из себя, а ее успокоение – обычная показуха хорошенькой девочки. – Нари, давай обсудим все как сестры. Перестань вымещать свою злость только на меня. – Не называй меня своей сестрой. Сестры мы только по документу. Мне все равно. Не лезь ко мне, – съязвила без сожаления Нари и покинула уборную, оставив Ми Ну одну. 339-я только выходя из туалета, врезалась в 222-ю. Она маленького роста и воткнулась прямо в грудь Нари. – Все нормально? – задала она вопрос, скорее, из вежливости. – Да. – Нервно уголки ее губ поднялись наверх. Дверь туалета распахнулась, и показалась 196-я, окинув высокомерным взглядом двоих девушек.***
Некоторое время спустя 339 сидела на кровати и поедала рис вместе с куриной котлетой. Отправив в рот очередную порцию, она закатила глаза от удовольствия: вкус бесподобный. Девушке нравилось готовить подобное дома сем…себе. Но ей хотелось чем-нибудь запить, однако бутылку с водой им не выдали, поэтому она прикрыла свою еду кофтой, а сама направилась в туалет: пить воду из-под крана, конечно же. – До отбоя тридцать минут. Нари возвратилась в свою постель и доела оставшееся. Кофта пропиталась жиром от еды, поэтому она убрала ее, оставшись в одной футболке. Девушка обнаружила пристальный взгляд Ким Чжун Хи и отвернулась. 222-я грустно посмотрела на спину 339-й и зашагала в «крестную» сторону, держась за живот. В то время, придерживаясь за бортик, Нари почувствовала слабость, словно в мозг мощно ударила кровь, брызнув ею по стенкам, и, скинув все на усталость, упала на кровать, и заснула. Следующее утро встретило ее в жалком и тяжелом состоянии. 339 распахнула глаза и с трудом на локтях приподнялась на кровати, ощущая незнакомую тяжесть во всем теле. Невыносимо она себя еще так никогда не чувствовала, именно физически. Описывать свое состояние крайне тяжело, она сама не может понять, что с ней. Хотелось тишины или веселья, прыгать или падать, умирать или жить. Или все вместе. Лежала бы она так до конца своих дней, если бы не подошедший Танос с гневным выражением лица: губы поджаты, брови сведены к переносице и глаз подрагивает. Все его тело напряжено, а руки сжаты в кулаки. – Снежка. – Прозвище выразило грубость, но он воздержался. – Ты посягнула на кое-что ценное, что принадлежит мне. – Ну и что я сделала? – Она наконец приняла сидячее положение и осмотрелась. Она все еще здесь, а это только первая игра. Обреченный вздох сорвался с ее губ. Рукой девушка почувствовала, как до чего-то дотронулась: что-то твердое и средних размеров. Переведя взгляд на предмет, глаза расширились, но ненадолго. В это мгновенье она отбросила руку и сжала ее в кулак, как будто ее обожгло, хотя ей просто противно. На ее кровати лежал крестик Чхве Су Бона, и она наконец поняла, откуда такая злость у 230-го. – Честное слово, я не брала твой крестик. Я же не ты, чтобы употреблять. Танос положил руки на колени и наклонился к лицу Кан Нари. Он внимательно с лёгкой улыбкой рассматривал то правый глаз, то левый, будто пытался прочитать: врет или нет, но лицезрел только взгляд, полный равнодушия. Зрачки у него, кстати, сужены. Она моментально отодвинулась и слезла с кровати. – Тогда почему он оказался у тебя? – Я не знаю! – Ей чрезмерно не нравилось оправдываться перед людьми, особенно, когда нет в этом ее вины. Нари пытается вспомнить отрывки вчерашнего, отведя взгляд в сторону. – Ты так подумал только из-за того, что крестик оказался у меня под подушкой? – Nope, мне Кан Ми На сказала, – Танос забрал свой крестик, спрятал его под кофту и, в последний раз взглянув на 339-ю, удалился. Нари смотрела ему вслед, поджав губы. Резко ее взор зацепился за фигуру ее роста с длинными волосами и афрокосичками. Кофта завязана на поясе, рукава болтались из стороны в сторону. Игрок 196 зашел в туалет, а она за ней. Злость достигла своего предела и, кажется, разрушила его. На другой стороне крестиков происходила иная жизнь. 456-й, 390 и 001 обсуждали возможные дальнейшие игры. После к ним присоединился игрок 388. Молодой парень. Изначально 456-й и 001 обвиняли друг друга в своем собственном выборе. Сон Кихун словесно нападал, а 001 отвечал в безмятежном тоне. Чуть позже они перестали спорить. Со стороны они выглядели уже как команда, которая будет вместе до конца. На стороне кружков трапезничал номер 333, Менги, но отвлекся на Нам Гю и Чхве Су Бона. Двое друзей никак не могли успокоиться от потерянных денег. Понимание, что это их ответственность, совсем не постигала их. – Вкусно тебе, да? Дай Таносу тебя накормить. – Он размазал порцию Менги по лицу. Остатки еды упали на кофту и оставили жирные пятна. Кулак прилетел в лицо Таносу и заставил навзничь приземлиться. Нам Гю держал Менги за руки, предоставив возможность Су Бону бить его как грушу. Нари застала ее в туалете. Ми На успела только пискнуть, когда тело прижалось к стене, чужая рука обвила ее шею и сжала, при этом без удушения. Ми На схватила руки Нари и сдавила. Лицо скривила так, что видно нормальное количество складок. – Тебе скучно живется? Ты совсем спятила? – Немедленно отпусти! – пропищала она. – Это же ты подложила мне наркоту Таноса? И раскрошила его таблетку в мою еду. – На это Ми На зарядила ей по ноге, что заставило разжать пальцы вокруг шеи и отойти на несколько шагов. – Сестренка, мы же с тобой родные. Как ты можешь? – лучезарно улыбнулась Кан Ми На. Она встала в боевую позу, что, на самом деле, выглядело смешно. – А ты по-другому не понимаешь. – Девчонки, – Обе посмотрели на 124. – Скоро вторая игра начнется. – и свалил с усмешкой на лице. Первая покинула туалет Нари и двинулась в сторону уже скопившейся толпы. Люди в розовом уже стояли на своих прежних местах. Она нашла в толпе Таноса, к которому только что подошел Нам Гю. Смеет предположить, что он сейчас оповестил о Нари и Кан Ми на, что тоже подорвет его мнение о Нари. Стоп. С чего я вообще волнуюсь, что он обо мне подумает? – подумала Нари. Она увидела Менги в компании с Ким Чжун Хи. Парочка что-то бурно обсуждала. У Менги разбита губа, у Таноса же краснота на лице. Подрались. Снова. Ее не волнует.
