Туда и обратно. Или повесть о двух сумасшедших влюблённых.

      POV/: Дженсен Эклз.              Балуйте свою женщину. Всегда. Целуйте её пальцы, ладони. Носите её на своих сильных руках. Боритесь за неё даже тогда, когда она уже ваша. Ревнуйте её к чужим мужчинам, но только по – доброму. Пусть она видит, что вы цените то, что она избрала именно вас, а другие мужчины не имеют для неё никакого значения. Будьте к ней снисходительны. Не предавайте большое значение некоторым её маленьким погрешностям, прощайте её и говорите, что не отказываетесь от неё даже в ссоре. Это очень важно!       Если вы чем – то причинили ей боль, то согласитесь с этим, ведь глупо доказывать раненому человеку, что он цел и невредим. Попросите прощение за доставленную боль! Обнимите, утешьте и поцелуйте…       Она рядом с вами — маленький беззащитный ребёнок со своим характером. Великая мужская сила в том, чтобы позволить своей женщине быть такой, какой её задумала природа, — капризной, эмоциональной, нестабильной и колючей. Позволять ей быть женщиной, но в то же время изобрести противоядие от её яда. Когда вы позволяете женщине быть женщиной, то внутри вас пробуждается больше мужского. У неё капризность — у вас серьезность, у неё эмоциональность — у вас абсолютное спокойствие и уверенность в себе, у неё нестабильность — у вас стабильность, несокрушимость, преданность слову, у неё колкость и яд — у вас объятия, поддержка и полное понимание того, что её яд совершенно не смертелен. Позволяя своей женщине быть капризной и слабой, вы бесконечно доказываете ей и себе, что именно вы в этих отношениях — мужчина!              Вот она снова в моей футболке. Вот она рядышком спит спиной ко мне. Спокойная. Умиротворённая. С моими отметинами на теле. Шрамами, которые связывают нас. С этим полюбившимся ёжиком. Маленький комочек моего счастья. Она наверняка так же думает обо мне, смотря на то, как я сплю. А я всё не могу предаться сну, потому что любуюсь этой богиней. По – другому и не сказать. Не хотелось переставать касаться её, даже когда она спит. Я поглаживал её ручки, щёчки, целовал в макушку и был безумно счастлив.       Мне жутко захотелось пить. На часах три ночи. Рассвет ещё не наступает. Стоял себе спокойно, оперившись на столешницу, как подскочил на месте от жуткого крика.       Я сразу побежал в спальню, где увидел Эл, которая от кого – то отмахивалась, сидя на кровати, и кричала, пыталась хвататься за себя. Я сразу же включил лёгкий свет и запрыгнул на кровать к Эл, которая вообще не понимала, что происходит, и не приходит в себя. Схватив её за руки и прижав к груди, пытался вывести её из этого состояния.              — Эл! Эл! Открой глаза! Эл! Спокойно… Тише… — читал я как мантру.       Эл начала успокаиваться, что очень радовало. Я не переставал её держать со всей силы. Заметил, что Эл начала открывать глаза. Девушка тяжело задышала, и я развернул к себе, схватив за лицо.        — Эл? Хэй, родная. Это я. Всё хорошо, — ласковыми движениями, пытался зациклить внимание Эл на себе, но в её взгляде была такая растерянность, но больше всего — страха. — Эл. Это был кошмар. Всё хорошо. Я здесь. Эл?       Глаза Эл метались, она пыталась свыкнуться с новой ситуацией. Я с трудом заставил её взглянуть на меня. Её синие глаза наполнились слезами. Она схватилась за мои руки и расплакалась. Я тут же прижал Алину к себе. Она обвила руками мою шею и, не переставая рыдать, прильнула ко мне.       — Хэй. Всё хорошо, моя хорошая. Всё хорошо. Поплачь, родная, поплачь. Я здесь… Я с тобой… — Алину бросило в дрожь, и я стал гладить её спинку, прижимая всё сильнее и сильнее.              У меня сердце кровью обливается. Она плачет, и мне плохо от этого. Всхлипы. Слёзы. Дрожь. Даже не хочу знать, какой кошмар ей приснился, что она так вцепилась в меня. Хотя, есть предположение.