Обмен должностями

Всю дорогу они ехали, узнавая что-то новое о Калинине. Ну, как узнавая… Калинин что-то рассказывал о себе, о своих историях, которые касались не только хоккея, но и бизнеса. Москвина внимательно слушала, удивлялась или заливалась легким смехом, а Казанцев задумчиво тер висок, раздумывая, как же все-таки отбить её. Ведь с каждой новой историей, с каждой новой улыбкой и смехом Ольги ему это нравилось все меньше и меньше. Казалось, что даже над его шутками она не улыбается так, как сейчас… Вадим сомкнул пальцы в замок и стал крутить большими пальцами, обдумывая, как избавиться от Калинина. Он окинул взглядом его, затем её: они были счастливы, казалось, что Вадим тут вовсе лишний. Ну уж нет, не дам её заполучить… Может, стоит быстро нанять людей, чтобы они подожгли его здание, и Калинин уехал отсюда? Или попросить знакомого, чтобы тот позвонил и сказал, что Олег в розыске? Детский сад… Может, заказное убийство? Или самому руки замарать? Прямо сейчас, задушить его? Вадим сжал руки в кулаки и расплылся в коварной улыбке. "Вадим, ты похож на сумасшедшего", — подумал. Он подавил в себе улыбку и перевел взгляд на окно, пытаясь отвлечься, но раз за разом её голос, такой нежный, приятный, манящий, заставлял его вертеть в голове мысль о смерти знакомого. Этот взгляд, эта улыбка, этот флирт должны быть только для него. За своими раздумьями Вадим даже не заметил, как машина остановилась, и двери минивэна открылись. Олег осторожно, не прерывая свою новую историю, вылез из машины и протянул ладонь, чтобы помочь женщине выйти. Она воспользовалась его помощью, аккуратно придерживая края своей шубы, и выбралась из авто. Ольга поблагодарила Калинина, а в этот момент на его телефон поступил звонок, и, извиняясь, он отошел в сторону. Казанцев вылез из машины, бросив убийственный взгляд на розы, которые лежали на сидении. Он смотрел на них так, как будто они были виноваты во всем, что сейчас происходит. А лепестки роз словно кричали ему: «Мы не виноваты! Мы просто цветы!» Но для Казанцева это был не аргумент. Как ему признаться, что сам виноват, когда затевал весь этот спор? — Вадим Юрьевич, ты какой-то нервный, — произнесла она, хмыкая. — Расслабься, все-таки в ресторан на ужин приехали, а не на ковер… Хотела пошутить, но заметив, как Казанцев только сунул руки в карманы и натянуто улыбнулся, поняла, что настроение у него далеко не такое веселое, как у неё. — А по ощущениям наоборот. Ты будь аккуратней с Калининым… Это сейчас веселье, улыбки, флирт… — проговорил он, переводя взгляд на мужчину, который эмоционально что-то говорил по телефону, расхаживая взад-вперед по парковке. — Потом такого не будет… Она прикусила губу, осторожно касаясь пальчиком лацкана его пальто. — Ревнуете, Вадим Юрьевич? — спросила она, и официальность в её вопросе только подлила масла в огонь. — Не ревную, а просто охраняю, — ответил он, следя за её пальчиками и переводя взгляд на её лицо. — Он вам совсем не подходит. Слишком самовлюбленный, слишком… Она перебила его: — Слишком похожий на вас, да? — тихо рассмеялась. — Если он мне не подходит, то кто? Вы? — Да, — ответил он просто, перехватывая её запястье. Большой палец скользнул по тыльной стороне ладони, медленно поглаживая её мягкую кожу. — Одно твое слово, и прямо сейчас мы поедем осуществлять то, что планировали… — Так нельзя, — прошептала она, пытаясь аккуратно вытащить руку из его плена. — Можно, — прошептал он с хрипотцой в голосе. — Со мной можно всё. Она смотрела в его голубые глаза, полные решимости, а он в её — полные смущения и задумчивости. Калинин громко выкрикнул что-то в трубку и отключил телефон. — Что тут уже этот мошенник вам предлагает? — с усмешкой спросил Калинин, прерывая их зрительный контакт. — Олег Иванович, следите… — завёлся Вадим, но мужчина его перебил. — Хорошо, не мошенник, аферист! — не смутившись, Калинин подхватил женщину под свободную руку и с улыбкой на лице сообщил: — Вы же не против, если я вас проведу до нашего с вами стола? — Н-не против, — пряча улыбку, ответила она, бросив взгляд на Вадима, который, сжав губы в тонкую линию, провожал их взглядом, как они направились к входу. «Ну-ну, не ревнуешь, Вадим?» — подумала женщина про себя, пряча довольную улыбку. Она посильнее обвила руку Калинина, намереваясь добить Казанцева. А тот так и хотел… Просто сомкнуть руки на его шее, повалить на землю и душить, пока… Вадим, успокойся! Он дернул плечами и тяжело выдохнул, быстрыми шагами направился за ними, решив идти рядом с Олей. Нет бы сейчас быть у неё дома, потягивать белое полусладкое вино из бокалов… Только он и она, свечи, ужин и вино. А потом… ммм, слишком сладко. Они втроём зашли в красивое здание. Калинин заговорил с милой приветливой девушкой, которая встретила их на входе, а Вадим воспользовался моментом и помог женщине снять её шубу. — В любой момент ты можешь мне сказать… — заговорщически прошептал. — И мы с вами окажемся дома. — Вадим, — зашептала она в ответ. — Почему я должна желать отказаться от такого ужина в хорошей компании и поехать домой? Или ты просто ревнуешь и не хочешь меня видеть в компании с Олегом Ивановичем? — закусив нижнюю губу, спросила она его. — Я не ревную, — чётко произнёс он, наклоняясь к ней, заглядывая в глаза. Он шёл на поводу, как маленький мальчик. Давно бы уже взял её за руку и сказал: «Всем пока! Нам этого не надо». Но нет, она хочет — он поддерживает. Она желает — он рядом, помогает. — Хорошо, — она облизнула губы и, хмыкнув, произнесла, заглядывая в его глаза. — Надеюсь, вы когда-нибудь признаетесь… — Я всегда с вами откровенен, — он стал снимать с себя пальто, едва сдерживая улыбку. — Тогда я дождусь вашего нового признания… — она поправила челку и повернулась к Калинину, который только что завершил разговор с администратором, держа в руке своё пальто. — Спасибо, я буду признателен, если вы нас проводите, — лучезарно улыбнулся он девушке, и та кивнула, смущённо опустив взгляд и переведя его на вход в обеденный зал. — Конечно, пройдёмте… Делегация последовала за ней. Только вот Калинин подхватил Ольгу под руку, и она ещё плотнее прижалась к нему. Кажется, Олег был этим польщён. Ему нравилась её податливость. «Хорошо, я ревную! Этого хочешь услышать?» Вадим направился следом за ними, рассматривая её фигуру. Какая она всё-таки красивая… но не в тех руках! Она села на диванчик по левую сторону от стола, Олег же напротив. Долго думать Вадиму не нужно было. Он занял место рядом с ней. Куда она, туда и он. Официант подошёл к их столику и раздал каждому меню.

***

Они сидели за столом уже несколько часов. На столе стояли полупустые бокалы вина. Казалось, Калинин не знал, что значит «молчать». Даже Казанцев устал его слушать, только вот Москвина… Она смотрела на него с таким вниманием, словно он был единственным человеком, который мог говорить. Она даже смеялась над его шутками. Каждый раз, когда Олег упоминал их прошлое сотрудничество, Вадим старательно переводил тему, избегая обсуждения его тёмного прошлого. Нет, Калинин не выходил за рамки приличия, но каждый раз Вадиму казалось, что разговор вот-вот уйдёт в сторону опасных подробностей. А ведь у каждого должен быть хотя бы один секрет. Вадим откинулся на спинку мягкого дивана. В одной руке он вертел бокал, наблюдая, как вино разбрызгивается по его стенкам. Он даже не помнил, какой это уже бокал, но ощущал себя странно спокойно. А она… сидела рядом в своём строгом офисном костюме, но ему всё время хотелось стянуть с неё хотя бы пиджак, оставить её в одной блузе. Проскользнуть руками под тонкую ткань и почувствовать её горячую кожу. Что его сдерживало? Мужчина протянул руку, незаметно для Калинина, и кончиками пальцев едва ощутимо провёл вдоль её позвоночника снизу вверх. Он почувствовал, как она напряглась и выпрямила спину. Он хотел её касаться. А кто он такой, чтобы запрещать себе это? Отодвинув край пиджака, он осторожно забрался рукой под него. Оля завела руку за спину, схватила его за запястье, как будто пытаясь успокоить, остановить его, но Вадим замер. Ему так хотелось провести пальцами по ткани её блузы, подняться выше, накрыть ладонью её грудь, сжать… Услышать её сдавленный стон. Ещё один и ещё. Жар и возбуждение волной прошли по его телу. Он сам остановился, убрав руку, а Оля облегчённо выдохнула. Вадим поднёс бокал к губам и опустошил его залпом, даже не заметив, как она сделала то же самое. Вместе.

***

Его рука легла ей на колено и осталась там, мягко поглаживая ткань брюк. — Вадим… — натянуто улыбнулась она, бросив на него взгляд, пока Калинин отвлёкся на телефонный разговор. — Тебе мешает? — тихо прохрипел он, опустив глаза на её колено, а затем поднял их, встречаясь с её взглядом и расплываясь в хитрой улыбке. — Нет, — коротко ответила она, чувствуя, как её щеки начинают пылать румянцем. То ли от алкоголя, то ли от самого разговора. — Ну и прекрасно, — удовлетворённо промурчал он. — Хотя знаешь, мне было бы гораздо интереснее не здесь, а где-нибудь… с тобой. — Тогда, чтобы тебе не было скучно, сиди и думай, что собирался мне написать в сообщении, — хихикнула она. — Прямо как маленькому ребёнку: нужно придумать занятие, чтобы не отвлекал взрослых. — Маленького ребёнка давно бы уже уложили в кровать, — тяжело вздохнул он, сделав несколько глотков вина. — Вадим Юрьевич! — строго одёрнула она, краснея теперь уже от смущения. — Вадим, Вадик, Вадюша, Вадечка… — начал он перечислять, не скрывая озорного тона. Она закатила глаза, стараясь сдержать улыбку, но тот, похоже, уже добился своего. Ребёнок…

***

Столько лестных слов, столько историй — казалось, что Калинина от флирта спасало лишь присутствие Казанцева. Вадим то и дело вклинивался в разговор, добавляя реплики и искусно манипулируя, чтобы направлять Олега. Управлять пьяным Калининым было удобно. Ведь когда-то, будучи директором "Медведей", он уже умел это делать. Но всё это осталось в прошлом. До машины они дошли, и Калинин галантно открыл перед ними двери, пропуская своих «гостей». — Так, мы, наверное, Вадика завезём домой, а потом я отвезу вас, Ольга Сергеевна. Вы же не против? — предложил Олег, уютно устроившись на сидении. — Если вдруг переживаете, я, как настоящий рыцарь, ещё и провожу вас до квартиры. — Ну что вы, Олег Иванович…, — начала было женщина, устроившись напротив. — Нам с Ольгой Сергеевной крупно повезло, — перебил Вадим. — Мы живём в одном подъезде. Так что обязанности рыцаря я беру на себя. — Да? — одновременно спросили Калинин и Москвина. Разница лишь в том, что Ольга была удивлена, а Олег — расстроен. — Да, — уверенно кивнул Вадим. — У нас не только работа общая, но и крыша над головой. Он уверенно произнёс адрес Ольги, словно выучил его наизусть. Хотя на самом деле был там всего один раз — с букетом цветов. Тогда он уехал, отведав только вкусного чая. Улыбка с лица Калинина медленно сползла. Он задумчиво наклонился вперёд. — Ольга Сергеевна, — тихо позвал он её. Она наклонилась ближе, протянув руки в ответ на его жест. Олег аккуратно прикоснулся к её кистям, почти невесомо провёл пальцами по тыльной стороне её ладоней. Вадим приподнял брови, наблюдая за сценой. "Парочкой" их назвать язык не поворачивался. Это был спектакль с Олегом Ивановичем в главной роли. — Ольга Сергеевна, — с проникновенной интонацией начал Калинин. — Хочу сказать, что сегодня был один из самых приятных дней в моей жизни… Мне хочется, чтобы каждый день был таким… Нет! Это точно не нравилось Казанцеву. Что за намёки? Что за признания? Это не то, что должна слышать Ольга от какого-то заезжего спонсора! Думай, Вадик, думай! Что делать? — Ой! — внезапно воскликнул он, портя всю сладость момента. — Оля! Ольга Сергеевна! Что у вас тут? — Где? — испуганно отозвалась она. Он схватил её за кисть, будто что-то заметил на её часах, и потянул ближе. — Ох, посмотрите! Ай-яй-яй! — притворно всполошился он, проводя пальцем по циферблату. — Стрелка болтается. Сломались. Когда успели? Ольга посмотрела на него как на сумасшедшего, а потом на свои часы. Они были в полном порядке. — Вадим Юрьевич, что вы… — прошипела она раздражённо. — Срочно нужно снять. Ну вы же не будете ходить с такими? — он ловко принялся растягивать ремешок, но женщина тут же вцепилась в его пальцы. — Вадим! Что ты делаешь? — шипела она, краснея то ли от злости, то ли от смущения. — Помогаю, — спокойно ответил он, будто разговор шёл не о часах. Он всё-таки снял их и стал вертеть в руках, словно изучая. — Придётся покупать новые, — заключил он. — Себе бы помогли, — прошептала она, отворачиваясь. Вадим сунул часы в карман пальто. "Потом верну", — подумал он. Или пусть Калинин ей новые подарит. Это будет символично… к расставанию. — Всегда говорил, что Вадик у меня мошенник! — засмеялся Калинин. — Гляньте, как ловко часы снял! Как вы с ним работаете? Может, уйдёте ко мне в компанию? — Иваныч, — хмуро посмотрел на него Вадим. — Я как-нибудь сама разберусь, — ответила Ольга, одёргивая себя. — Меня всё устраивает. — Если что, я всегда рядом, — не унимался Олег. Кажется, эту фразу ей говорит уже второй мужчина за вечер.

***

Машина остановилась у подъезда, и двери минивэна плавно открылись. Холодный морозный воздух ворвался в тёплый салон, мгновенно обжигая щеки пассажиров. Их лица тут же покрылись румянцем. Ольга осторожно вышла из машины, чувствуя, как алкоголь немного ударил в голову. Переход из тёплого салона в мороз оказался не самой лучшей идеей. Следом за ней вылез Вадим, лениво потянувшись, разминая затёкшую спину. — Ольга Сергеевна, цветы! — послышался голос Калинина. Но вместо неё обернулся Вадим, молча взял охапку роскошных роз и, кивнув в знак благодарности, отвернулся. — Олег Иванович, спасибо за вечер! — улыбнулась Ольга, поправляя прядь волос, выбившуюся из прически. — Было приятно познакомиться с вами ближе. До встречи в пятницу. — До завтра, Ольга Сергеевна! — весело ответил Калинин, пока двери минивэна автоматически закрывались. Машина плавно отъехала. До завтра? Завтра же четверг... — Пойдём, Оля. Хватит мёрзнуть, — негромко произнёс Вадим. — Хороший сегодня вечер, правда? — спросила она, поднимаясь по небольшой лестнице к подъезду. — Отвратительный, — ответил он коротко и, убедившись, что она не смотрит, бросил букет роз в ближайший сугроб у мусорки. Цветы было жалко, но Вадим лишь пожал плечами: "Ничего, кто-нибудь подберёт. Может, домой жене принесёт." Он догнал Ольгу, легко опередив её на лестнице, и услужливо открыл дверь подъезда. Она ничего не спросила. Словно возвращаться с Вадимом домой было делом привычным. Вызвав лифт, он обернулся к ней. Ольга, слегка покачиваясь, опёрлась на стену и внимательно разглядывала его. Статный, интеллигентный, выдержанный. Но… мошенник ещё тот. Ой, простите, аферист. За ужином Вадим не дал Калинину договорить ни разу. Ни слова о тех самых схемах, ничего толком о прошлом Казанцева. А ей так хотелось узнать… Лифт прибыл. Вадим вошёл первым и, не глядя, нажал на нужный этаж. Ольга шагнула за ним, устало прислонившись к стене кабины. — Вадим, отдай мои часы, — тихо сказала она, повернувшись к нему. Её взгляд остановился на его насмешливой улыбке. — Забери, — прошептал он, глядя ей прямо в глаза. Ольга подошла ближе, не отводя взгляда, и аккуратно сунула руку в карман его пальто. Подцепив пальчиками свои часы, она вытащила их наружу, но отойти так и не смогла. Переложив аксессуар в карман своего пиджака, она вдруг провела ладонями по лацканам его пальто. Тонкие пальцы скользнули по плотной ткани, задерживаясь на мгновение, прежде чем остановиться. — Хороший вечер, да? — её пальцы аккуратно разглаживали ткань его пальто. Вадиму нравилось, что она сама подошла, что сама заглянула ему в глаза. Он не мог оторвать взгляда от её лица, от еле заметного румянца, который украшал её щеки. Чувствуя её тепло сквозь слои одежды, он ловил себя на мысли, что хочет большего. Хочет ощущать это тепло без преград. — Отвратительный, — прохрипел он, голос сорвался от напряжения. — Почему? — надув губки, тихо спросила она. — Я хотел провести его лучше… намного лучше… — Вадим отодвинул края её шубы и положил ладони на её талию, притягивая ближе. Он медленно наклонился, чтобы оставить лёгкий поцелуй на её губах. Ольга уже потянулась к нему навстречу, закрывая глаза. Но вдруг она спросила: — Вадим, а где цветы? Черт. Его губы уже почти касались её, и он замер в нерешительности. На мгновение в его глазах промелькнуло замешательство, но оно тут же сменилось лукавой улыбкой. Он наклонился ещё ниже, почти касаясь её губ своим горячим дыханием, и хрипло прошептал: — Я тебе куплю новые. Она тихо рассмеялась, но её смех прервался, как только их губы соприкоснулись. Сначала это был лёгкий, нежный поцелуй, полный трепета и осторожности, словно они оба не верили, что это происходит. Но через секунду всё изменилось. Вадим стал настойчивее, сильнее, жаднее. Его руки крепче сжали её талию, притягивая ближе, пока их поцелуй превращался в вихрь страсти. Ольга не отставала, отвечая ему с не меньшим желанием. Её руки скользнули ему на шею, пальцы утонули в его волосах, слегка потянув их. Она пыталась перехватить инициативу, но он снова и снова возвращал себе контроль, напористо терзая её губы. Они так увлеклись, что даже не заметили, как лифт достиг их этажа. Автоматические двери открылись, но никто из них не сдвинулся с места. Механизм терпеливо ожидал, пока пара выйдет, но вместо этого двери вновь закрылись. Москвина оказалась прижата к стенке лифта, а руки Вадима скользнули под ткань её брюк, находя обнажённую кожу. Он жадно сжимал её бёдра, чувствуя, как она вздрагивает от его прикосновений. — Вадик! — выдохнула она в его губы, едва удерживаясь на ногах. Он спустился губами к её шее, оставляя лёгкие поцелуи, шепча её имя: — Оля… Ольга… Она обвила его шею, запуская пальцы в волосы, и тихо прошептала ему на ухо: — Вадим… пожалуйста… Её голос был одновременно тихим и умоляющим. Вадим, пытаясь перевести дыхание, чуть отстранился. Его глаза были полны желания, но он сдерживался. — Пойдём в квартиру, — прохрипел он. — Пойдём… — шёпотом ответила она, глядя ему в глаза. Квартира встретила их тишиной и мягким мраком, будто сама природа этого места готовилась укрыть их тайну. Но тишина быстро сменилась звуками беспорядочных поцелуев, рваного дыхания и тихих стонов, от которых воздух словно сгущался. Ольга, не разрывая поцелуя, потянула Вадима за край его пальто, увлекая вглубь квартиры. Она шла, будто сама неосознанно выбирала направление, ведомая интуицией и неослабевающим желанием. А он шёл за ней, как путник, заблудившийся в мраке, которого притягивал её свет. Её рука скользнула вверх по его груди, сминая плотную ткань пальто, а затем накинулась на воротник, срывая его с плеч. Вадим позволил одежде упасть на пол, не обращая внимания на тихий звук. Он снова прижал её к себе, оставляя цепочку горячих поцелуев на её шее и ключицах, от чего её дыхание становилось всё более прерывистым. Они добрались до спальни, где Ольга спиной натолкнулась на кровать. Она потянула его за собой, падая на мягкий матрас. Вадим завис над ней, прикасаясь пальцами к её лицу, будто боялся, что это всего лишь сон. Но её губы, ответившие новым поцелуем, доказали обратное. — Вадим… — прошептала она, задыхаясь, её глаза блестели в полумраке, словно отражая свет ночных звёзд. — Оля… — его голос был низким и хриплым. — Ты — всё, что мне нужно. Его руки, уверенные и горячие, медленно скользили по её телу, изучая каждую линию, каждую изгиб. Она отвечала ему так же, сжимая его плечи, позволяя себе быть слабой рядом с ним. Казалось, что время остановилось. Комната наполнилась лишь звуками их дыхания, лёгкими стонами и глухим шорохом ткани, падающей на пол. Всё остальное перестало существовать: ни прошлого, ни будущего — только этот миг, наполненный страстью и желанием.