Eat Your Heart Out

В представлении многих, группа могущественных чистокровных волшебников, конечно же, использует аппарацию или сеть каминов для перемещений. Но только не эта кучка самовлюбленных павлинов – нет, они шагали стройным отрядом по едва освещенным узким улочкам Лютного переулка. Риддл, казалось, наслаждался привлечённым вниманием, ловя взгляды встречающихся ведьм, волшебников, и других тёмных существ: кто-то опускал глаза сразу же, некоторые не отрывали взгляда и почтительно кивали. — Почему ты живёшь так далеко от работы, Гарри? Прямо через дорогу от клуба сдаётся несколько квартир. Насколько честным Гарри мог быть? Риддл раскусил бы любую откровенную ложь. С другой стороны, Гарри не мог просто вывалить: «Ах, я сделал это, потому что знал, что в этом возрасте ты будешь работать в «Борджине и Берксе», и пытался избежать возможной встречи». Гарри всегда аппарировал прямо на работу или с неё, и, более того, никогда ноги его на ступало в Лютном Переулке или Косой Аллее, если того можно было избежать. — Предпочитаю сторониться жилья в центральном Лондоне. Кроме того, Кукхэм — одно из самых красивых и спокойных мест, которые я когда-либо видел. Я бы не променял жизнь в маленькой живописной деревушке на квартиру, находящуюся в шаговой доступности от Амадея. Гарри передёрнуло от этой мысли. Этот идиот, вероятно, начал бы преследовать Гарри, поскольку они с отцом жили в квартире над клубом. Риддл задумчиво хмыкнул, но Гарри не мог сказать, понравилось ему такое объяснение или нет. Наконец они дошли до Косой Аллеи, и Пожиратели Смерти почтительно попрощались со своим Лордом перед тем, как разойтись по каминам и направиться домой. Похоже, они не закончили своё маленькое представление могущества, едко подумал Гарри. Риддл не спускал своей руки с его талии на протяжении всей «прогулки». Когда же они остались наедине, Гарри бросил на него сердитый взгляд, и хватка ужесточилась. Что, по его мнению, должно было случиться? Гарри точно не станет аппарировать прочь и бежать. Такой мелочный человек, несомненно, вернётся в клуб и убьёт его бывших коллег. — Крайне точная оценка, Гарри. Хотя я предпочитаю слово «бескомпромиссный», а не «мелочный». Гарри тут же отвел взгляд и поднял окклюменционные щиты. Честно, он бы вмазал себе за то, что позволил защите упасть так просто. — Чёртовы длинноносые легилименты, — пробормотал Гарри, вспоминая Снейпа и Дамблдора. Вместо того, чтобы оскорбиться, Риддл усмехнулся. — О, Гарри, я просто пытался понять, где ты живёшь, чтобы аппарировать нас туда. Если тебя это так беспокоит, я постараюсь не лезть в твой разум. Риддл произнёс это с видом человека, предлагающего щедрый подарок. Для него оно так, возможно, и было. Гарри же бросил на мужчину крайне скептический взгляд, но всё равно кивнул, сухо отвечая: — Спасибо, мистер Риддл. Я буду вам признателен. Риддл склонил голову к плечу, словно задумавшись, после чего Гарри неожиданно почувствовал тошнотворное давление совместной аппарации. Они приземлились перед его маленьким коттеджным домиком, и Гарри с раздражением обнаружил, что его поддерживала сильная рука, обхватив талию. Совместная апарация никогда не была такой «приятной». — Небольшое предупреждение было бы кстати, — прорычал Гарри. Риддл, похоже, не слышал его, осматривая дом и деревню, в которой Гарри приютился, при этом отчетливо хмурясь. Гарри удалось отойти от него и опустить защитные чары дома на некоторое время, чтобы Риддл проскользнул за его спиной. Мужчина оставался подозрительно тихим на протяжении всего процесса, и это начало давить Гарри на нервы, поэтому он сразу принялся собирать вещи. — Ты не боишься меня, Гарри. Это не звучало, как вопрос, поэтому Гарри поднял глаза на мужчину-со-слишком-идеальной-прической-для-его-потрёпанного-домика и задумчиво перевел взгляд на своё собственное отражение в зеркале над камином. — В некоторой степени, я понимаю, почему. Ты силён и уверен в себе. То, как ты двигаешься… И снова Риддл вторгся в личное пространство. Не желая вновь оказаться прижатым к столу, или черт знает чему, Гарри отступил в сторону, резко дёрнувшись, когда Риддл потянулся к его плечу. Бескомпромиссно развернувшись к мужчине спиной, Гарри, как ни в чем не бывало, принялся собирать свои лучшие сковородки. — Ты передвигаешься так, словно был в битве. Словно привык к атакам. Ты не трус, но всё равно прячешься в этой маленькой деревне. Гарри закончил с призывом и сбором вещей, которые, по его мнению, могли понадобиться, используя сумку с теми же чарами расширения, что спасали его на работе. Наконец, он повернулся к Риддлу, замечая на себе заинтересованный, но нетерпеливый взгляд. Пожалуй, Риддла действительно раздражало, когда Гарри делал вид, будто забыл о его присутствии, что было крайне забавно для самого Гарри. Дело в том, что он всегда знал о присутствии Тома Риддла. — Это вас волнует, мистер Риддл? – мягко спросил Гарри. Он не собирался провоцировать мужчину, но, если Риддл ждал, что Гарри будет дрожать перед ним осиновым листом, то пусть жестоко разочаруется. Том снова наклонил голову к плечу, слегка поджав губы. — Нет. Меня волнует ЭТО. «Мистер Риддл». Брови Гарри взлетели до того, как он успел уточнить причину, пока Риддл продолжил объяснение, выглядя донельзя раздражённым. — Ты не боишься меня. Не уважаешь меня, — всё ещё, — и работаешь на меня против своей воли. Но ты всё равно зовёшь меня мистером Риддлом. Предполагаю, что ты делаешь это, чтобы подчеркнуть дистанцию между нами, и мне это не нравится. Гарри хотел безумно саркастично подметить что-то в духе «да, кто бы захотел сохранять дистанцию со своим похитителем/работодателем», но ему было слишком необходимо зайти в спальню за остальными вещами, поэтому было решено снизить градус напряжения. — Тогда как лучше к вам обращаться? Только учтите, что я не буду звать вас «мой лорд». Зрачки Риддла снова налились алым. — О? – переспросил он убийственно спокойно. Гарри кивнул и быстро добавил: — Это тоже увеличит дистанцию, не так ли? Ужасающее спокойствие вернулось, Риддл моргнул, и глаза вернулись к своему тёплому кариему оттенку. Он улыбнулся, но выглядело это крайне жутко. — Да, полагаю, так и есть… Риддл стремительно оказался рядом с Гарри, обошёл его спину, и прижался к нему. Его тёплое дыхание щекотало шею сзади, он вдыхал запах, словно голодный хищник. Гарри оставался абсолютно спокоен. Это ощущалось как тест: если он отступит, покажет страх или отвращение, на него снова надавят по поводу «моего лордовского» вопроса. Риддл, в свою очередь, не хотел дистанции, и желал, чтобы Гарри позволил её сократить. — Я бы хотел, чтобы ты называл меня тем именем, что я выбрал сам, но только когда мы наедине. Некоторые мои гости не знают, что Том Риддл – это Волдеморт, и я хотел бы, чтобы пока всё так и оставалось. Его губы касались уха Гарри, когда он говорил, и в зеркале над камином Гарри видел, как прикрылись веки Тёмного Лорда, пока он шептал. — Хорошо, Волдеморт. Когда мы на публике, мне называть тебя Томом? За спиной раздался резкий вдох, и на секунду, Гарри подумал, что разозлил Риддла снова, но затем он почувствовал нежное прикосновение к волосам сзади. — Мне не нравится тон, которым ты произносишь это, но… да, зови меня так. Это привилегия, которой я наделил небольшой круг людей, Гарри. Несмотря на надменность в словах, Гарри видел в зеркале, что… фигура Тома склонилась над ним. Он мог чувствовать чужую магию в воздухе, стремящуюся к нему, как растение к солнцу. Гарри повернул голову в сторону Тома, оказавшись слишком близко. — Спасибо. Хочешь что-нибудь выпить, пока я заканчиваю? Глаза Тома неотрывно следили за губами Гарри. — Принеси что-нибудь на свой вкус. Гарри удивлённо улыбнулся Тому, после чего отошёл к холодильнику, достав бутылку сливочного пива и, наполнив кружку, передал её незваному гостю. Том несколько секунд переводил взгляд с Гарри на кружку так, словно пытался разглядеть подвох или, того хуже, чужую издёвку. — Я ошибся? Тебе такое не по душе? — Мне… нравится. Прошло много лет с тех пор, когда я баловал себя сливочным пивом. Улыбка Гарри стала более искренней – ученик Хогвартса, Том Риддл, должно быть, попробовал и полюбил сливочное пиво так же, как и Гарри в своё время. Теперь, однако, он стал большим страшным Тёмным Лордом, и не мог позволить себе наслаждаться сладостями из детства. Что ж, Гарри вознамерился прекратить этот вздор. Каждый должен наслаждаться едой, не ощущая вины за это. — Теперь я – твой шеф, а импровизация – моя работа. Если ты, конечно, не захочешь, чтобы меню соответствовало твоим пожеланиям... — Нет, — Том сделал глоток сливочного пива, облизав губы с мягким выражением лица. — Нет. Я хочу, чтобы ты подавал то, чем хочешь меня накормить. Я… предпочёл бы, чтобы твоё искусство было искренним. Хотя бы для меня. Гарри одарил своего нового босса сверкающей улыбкой, застигнув врасплох. Том, казалось, замер от этой картины, широко открыв глаза. — Значит, так и поступлю, Волдеморт. Скоро вернусь, нужно собрать вещи в ванной и спальне. Гарри быстро развернулся, но Том и не пытался его остановить. Гарри обернулся на него уже из спальни: он просто пил сливочное пиво с задумчивостью, застывшей на лице. Это было до странного… мило. Выбросив эту мысль из головы, Гарри быстро призвал свою одежду с туалетными принадлежностями и швырнул их в сумку без какой-либо аккуратности. То, зачем он пришёл сюда, было в разы важнее. Он использовал свою остролистовую палочку, чтобы сделать маленький надрез на подушечке пальца и размазал кровь по ящичку в тумбочке. Он открылся, и Гарри спрятал в карман Старшую палочку, быстро залечив порез, неуверенный, насколько терпеливым будет Том. Гарри использовал Старшую палочку сразу после поражения Волдеморта в своём времени, чтобы починить свою любимую остролистовую палочку с пером феникса. Он пытался уничтожить известную Палочку Смерти, но это не сработало. Гарри никогда не рассказывал Рону и Гермионе, что она вернулась к нему – оказалась в его кровати спустя несколько дней после битвы, целая и невредимая. Похоже, подарки Смерти невозможно было уничтожить так просто. Его мантия невидимка и воскрешающий камень тоже лежали в ящике, и были отправлены в сумку. Если бы он не держал Старшую палочку при себе, чёртова разумная часть деревяшки в конечном итоге выследила бы его. Гарри ненавидел признаваться себе в этом, но мысль, что, окружённый врагами, он всё равно будет со своей палочкой, заставляла его чувствовать себя немного лучше. Попытка уничтожить палочку навсегда и стала причиной тому, что он оказался закинут в прошлое, и разделён с теми немногими близкими, что у него остались. Гарри закрыл ящик на замок, запечатанный магией крови. Для него прошло пять лет с момента Битвы за Хогвартс. Учитывая то, какую магию он использовал тогда, он был уверен, что семнадцатилетний Гарри Поттер был бы в ужасе от того, какой магией он пользуется сейчас. Окинув взглядом комнату, в которой он спал почти два года, Гарри решил оставить остальные вещи здесь. Может Тому наскучит эта игра или его новая игрушка, и Гарри сможет уйти из… оттуда, где бы ему не хотелось жить. Когда он вернулся на кухню, Том стоял у холодильника, выливая в свою кружку остатки сливочного пива. Гарри прикусил губу, чтобы сдержать смешок. — Ты можешь забрать его с собой, не пропадать же добру. Том слегка напрягся, услышав его голос, но, когда повернулся, Гарри улыбнулся ещё шире и ярче из-за маленького открытия: Тёмный Лорд – сладкоежка. Встретившись взглядом с тёплыми карими глазами, Гарри задумался, насколько редко он видел искреннюю улыбку, украшающую лицо Тома. С небольшим румянцем, Том передал бутылки Гарри, и тот положил их в сумку. — Готов? — Да. Надеюсь, у тебя приличная кухня, раз уж мне придётся готовить для тех грубиянов, которых я видел в клубе сегодня, — шутливо ухмыльнулся Гарри, но Том задумался. Он выглядел достаточно серьёзно, когда предложил Гарри: — Если они будут доставлять тебе слишком много проблем или относиться как к официантам в твоём клубе, ты можешь подлить им разбавленный яд. Или просто прокляни их – я думаю, что ты справишься с большинством из них в дуэли, а я донесу до них своё разрешение использовать на них карательные меры. Очередь Гарри смотреть широко открытыми глазами. — Ты позволишь мне калечить своих последователей? — Если они того заслуживают, да. Гарри не знал, что сказать. Чтобы отвлечься от тёплого чувства в груди, он выбрал лукавство. — О, понятно. Только ты можешь получать весь спектр услуг шефа? Смешливый взгляд Гарри потух, когда лицо Тома посуровело. Он снова вторгся в личное пространство Гарри, и снова остался совершенно невозмутимым внешне. Такому высокому мужчине, естественно, нравилось использовать свой рост, чтобы нависать и давить на людей. — Рад, что ты это понимаешь. Длинные пальцы зарылись в волосы Гарри, крепко удерживая голову на месте, пока глаза Тёмного Лорда наливались красным. — Только я, Гарри. Только я. Скажи это. Гарри сглотнул. Том пересёк слишком много границ для одного дня. — Я знаю, что ты не делишься, но я не твой, чтобы меня делить. Я не отдавался тебе. Я предпочёл бы вообще никому не служить. Хватка на голове усилилась, и его скальп заныл от силы пальцев. Губы Тёмного Лорда украсила жестокая и насмешливая улыбка, когда он наклонился ближе, шепча куда-то в щёку Гарри. — О, мой милый Гарри… Ты думаешь, что ты не принадлежишь мне? До ужаса наивно. Гарри забыл, что, даже будучи ребёнком, Том Риддл был сраным вором. Его остролистовая палочка оказалась в руке, и уже секунду спустя он прижимал её кончик к горлу Тома. Он мог разглядеть светлый зелёный свет, озаривший бледное лицо Тома, когда его глаза сияли силой. — Вам придётся научиться идти на компромиссы, если хотите видеть во мне кого-то большего, чем просто принуждённого работника, мистер Риддл,— Гарри оставался спокойным и собранным, но слова шипел с замаскированной угрозой, которую, он был уверен, Том понял. Гарри был сильным, и если продолжать давить на него, он может просто не выдержать и начать бороться за свободу, не жалея невинных жертв. Том выглядел очарованным. Рука, сжимающая волосы Гарри, разжалась от удивления, когда кончик палочки прижался к горлу. Глаза Тома оставались красными, а зрачки расширились, жадно блуждая по лицу Гарри. — Ты великолепен, — выдохнул он, позабыв о злости. Гарри хотелось рычать от разочарования, но вместо этого он убрал палочку. — …компромисс. Да, я могу на него пойти. Я постараюсь не делать то, что я делал сегодня вечером, без твоего разрешения. Ты же, в свою очередь, не позволишь другим прикасаться к себе. ЭТО была его идея компромисса? Он ПОСТАРАЕТСЯ не трогать Гарри, но Гарри определённо нельзя позволять трогать себя никому, кроме Тома? Гарри порывался схватить палочку снова, но осознал, что он всё равно нехотел позволять кому-либо себя касаться. Он намеренно избегал отношений последние два года, переместившись в это время. Из-за того, что боялся повлиять на временную линию, и оттого, что помнил, насколько отвратительно закончились их с Джинни отношения. Этот «компромисс» был большим, на что был способен здешний молодой Волдеморт. — Ладно. Если ты попытаешься не трогать меня без разрешения, я не позволю этого остальным. Доволен? Пухлые губы Тома расплылись в хитрой усмешке. — Не совсем. Я хочу, чтобы ты произнёс это. Гарри глубоко вздохнул. — Только ты, Волдеморт. Только ты.

***

Ладно, этот дом должен был быть своего рода "данью уважения" от богатого Пожирателя Смерти. Поскольку Абраксас, похоже, был банковской ячейкой Тома, Гарри мог заключить, что дело было его рук. Просто не представлялось возможным, что двадцатитрёхлетний Тëмный Лорд мог позволить себе огромный мэнор на его зарплату с работы в Боргин и Бëркс. Они появились прямо в холле, и Гарри почувствовал щиты, неприятно растянувшиеся по очертанию кожи, когда они приземлились. Как только он смог стоять на ногах твëрдо, он резко отшагнул от рук нового босса. Ладони Тома сначала попытались сжаться на нëм, но отпустили. Гарри взглянул на мужчину боковым зрением и заметил напряжëнную линию челюсти, что говорило, что он уже немного пожалел об их соглашении. Вот и хорошо. Гарри не устраивала вся ситуация в целом. — Мой Лорд, с возвращением. Гарри! Добро пожаловать в свой новый дом. Абрахас Малфой бодро направлялся в их сторону, очевидно, не осознавая напряжённость обстановки. Гарри не знал, как ему отвечать на такой энтузиазм — скучал ли Малфой по той части, где он был похитителем? — Э, спасибо, мистер Малфой. Я хотел бы осмотреться на кухне перед тем, как пойти спать. Мог бы ты рассказать... — Я был бы счастлив показать тебе весь дом и твою комнату, Гарри. Том беззастенчиво прервал его, встав между ним и Малфоем и протягивая Гарри руку. Гарри надеялся, что глаза не выдают затаившееся раздражение. — Хорошо, Том. Веди, пожалуйста. Малфой поражëнно вздохнул, но Гарри проигнорировал его, полностью сосредоточившись на битве за свою свободу у Тëмного Лорда, потому что, очевидно, он не собирался брать его ладонь. Спустя долгое время, веки Тома раздражëнно сузились перед тем как он отвернулся. Гарри последовал за ним, надеясь, что молодой Тëмный Лорд будет слишком зол, чтобы заметить, как он осматривает поместье в поисках возможных путей побега. Малфой поспешил за ними, что, как Гарри внезапно осознал, было хорошо. Абрахас казался более лëгкой мишенью для получения информации. — Так что, мистер Малфой, это место — ваша личная резиденция, которую вы делите с Томом, или что-то вроде штаб-квартиры? — Называйте меня Абрахас, Гарри! "Мистер Малфой" больше подходит для моего отца. Полагаю, менор больше подходит на роль штаб-квартиры. Мы нечасто здесь ночуем, и только Лорд живëт здесь на постоянной основе. Ну, и ты теперь. Просто превосходно. НАЕДИНЕ с Тëмным Лордом, кроме времени, когда поместье посещали Пожиратели Смерти. Гарри послушно смотрел вокруг, когда Том кратко указывал на различные комнаты, пока они шли, и заметил несколько картин, которые он запомнил ещë с посещения Малфой Мэнора в своëм времени. — Тот, кто занимался украшением, имеет превосходный вкус. Мне нравится эта картина. Гарри указал на запечатленный в рамке пейзаж, который он распознал как сад Малфоев. Из его опыта дружбы с Драко после войны, Гарри знал, что лучший способ очаровать Малфоя — похвалить их хороший вкус и родовое поместье. Абрахас раздулся от гордости, счастливо вливаясь в обсуждение искусства и того, насколько прекрасным был сад воочию. Гарри вежливо улыбался и кивал в ответ, пока Том рядом с ним ставился всë напряжённее. Его магия волновалась вокруг него, отчего давление скапливалось в воздухе. Слабая улыбка Гарри порывалась перерасти в довольный оскал. — О, было трудновато перенести большую мебель сюда, учитывая то, что защита позволяла сюда пройти только волшебнику с меткой , кроме аппарации или перемещению по каминной сети вместе с Лордом. И разрешил эту проблему, заплавтив магглам, чтобы они принесли их, а затем стерев память. Мы отключаем щиты для социальных соглашений, естественно… — Абрахас! — зло прошипел Том. Мужчина захлопнул свой рот, и ему недвусмысленно показали, что его присутствие на оставшийся день уже не понадобится. Торопливо поклонившись Лорду и умудрившись слегка махнуть Гарри, он покинул их. Том смотрел как отдаляется макушка Абрахаса Малфоя за углом, после чего перевёл багряные глаза на Гарри. — Ты пытаешься меня разозлить? Гарри невинно моргнул. — Что ты имеешь ввиду? Я не допускал ничьих прикосновений. Челюсть Тома щёлкнула. — Не заигрывайся с моими последователями, Гарри. Несмотря на то, насколько падкими на манипуляцию могут быть некоторые из них. — Не совсем понимаю, о чём ты. — …вот и кухня. Том распахнул дверь справа от них, и Гарри двинулся вовнутрь. Только он пересёк распашную дверь, рука хлопнула по стене рядом с его головой. Гарри проследил за рукой перед собой и взглянул на прекрасное лицо, перекошенное от злости. — Если ты не игрался с ним, то флиртовал? — Это не против правил, только прикосновения людей под запретом. Магия Тома вырвалась, прижимая его к стенке. Его вторая рука оказалась по другую сторону от головы Гарри, заключив в ловушку из рук Тёмного Лорда. — Думаешь, это мудро – испытывать меня, Гарри? Гарри ухмыльнулся и наклонился ближе к Тёмному Лорду, ощущая болезненную схожесть и неприятное волнение от ситуации. — Мудро? Нет… но забавно? Да, Лорд Волдеморт, именно так. Гарри проскользнул под его руками и направился на кухню. Она была великолепна. Никаких электрических приборов, конечно, но было несколько печек: одна из глины, другая из кирпича, а ещё одна выглядела как дровяная печь и что-то похожее на шкаф для хлеба. Здесь было очень просторно и чисто, бесчисленные горшки и сковородки висели на одной стене, а посередине ютился длинный стол для работы и раскатывания теста. Кухня, в которой он работал на протяжении последних двух лет, была примерно вдвое меньше этой. Гарри практически отвлёкся на витрину с ножами, подмечая остроту краёв их лезвий. Ладно, возможно, этот новый кошмар, в котором он оказался, не будет НАСТОЛЬКО ужасным.

***

Лорд Волдеморт не сомневался в себе. Его действия были необходимыми, а выборы основаны на годах обучения, магической чувствительности и бесподобных инстинктах. Те немногие ошибки, что он совершил, он обратил в своё преимущество. Вот почему что-то, подталкивающее его к Гарри, не могло ошибаться. Приводить сильного потенциального врага было, возможно, рисковым, но он также чувствовал, что это может сыграть ему на руку. Он посмотрел в сторону нового шефа, спокойно идущего по коридорам дома, в который его привели под угрозой, и приметил отчётливое отсутствие страха. Гарри осматривался с кривой улыбкой, опасаясь находиться наедине с Лордом Волдемортом не больше, чем пребывать в штаб-квартире Пожирателей Смерти. Он знал, что Гарри чувствует его мощь, точно также, как он ощущал силу Гарри – способность показывать такие искусные манёвры с применением беспалочковой магии требовала отличной чувствительности и контроля. Только двое его последователей могли показать минимальные умения в ней. Они остановились перед дверью в спальню, которую он выбрал для Гарри, и кратко пожелал доброй ночи. Он расслабился, когда мужчина быстро развернулся и захлопнул за собой дверь – его сдержанность уже истончилась после последней перепалки с Гарри. То, как он называл его, – как именем, данным от рождения, так и выбранным, — граничило с фамильярностью. Язык ласкал слоги, будто они были старыми друзьями. Мог ли он встретить шефа ранее и просто забыть об этом? …нет, это невозможно. Он банально не мог выкинуть из головы волшебника, настолько захватывающего дух, как Гарри. Отвернувшись от двери Гарри, он прошёл пару шагов до своей. То, что он разместил своего великолепного шефа в прилегающей к его комнате точно не значило ничего примечательного. Он просто хотел убедиться, что тот не попытается сбежать. Том был уверен, что со временем Гарри перестанет желать побега. Сила Тёмного Лорда была неоспоримой, а очарование Тома Риддла – неотразимым. Гарри склонится пред ним, как склонились самые гордые из его чистокровных последователей. Он начал раздеваться, чтобы лечь спать, наблюдая за стеной, разделяющую их с Гарри, представляя, что он занимается тем же. Неожиданно, мысль о преклонившимся Гарри приобрела совершенно новый оттенок. Он точно знал, как заставить его прекрасного шефа доказать свою верность Лорду. Это желание не вызывало у него стыда, и, хотя и было вторичным по сравнению с его интересом к впечатляющей силе Гарри, неоспоримо угрожало его уничтожить, когда он находился в присутствии этого человека. Каждая частичка Гарри вызывала в нём голод – от изумрудных глаз до идеально сложенного тела. Вероятно, его положение рядом с Волдемортом тоже станет свидетельством его победы, когда он завоюет верность Гарри. Его уважение. Место в кровати Гарри. Он прислонил ладонь к стене между ними, прислушиваясь к дразнящему голосу, повторяющему вновь: «Мудро? Нет. Но забавно?». И не стало ли это девизом всего дня? Пожалуй, его решение окажется ошибочным, но он был уверен в собственных способностях. Лорд Волдеморт не сомневался в себе. Находясь на грани сна, он с редкой вспышкой веселья подумал о том, что Лорд Волдеморт правда фантазировал о еде, которую предстоит съесть завтра –с ледяным сливочным пивом на гарнир и умопомрачительным шеф-поваром, который его ему подает. Он уже был ужасно голоден.