Секрет

Но Ыль

      Молодая женщина, одетая в зеленый спортивный костюм, вошла в общий зал для игроков. Никто ее не узнает, но все равно она испытывала мандраж.       Свет в помещении был ярким и белым, он слепил и не давал глазам сфокусироваться, чтобы рассмотреть присутствующих. Но Ыль знала, что все глазеют на новых игроков и на нее в том числе, но нужно было как можно быстрее найти тех, к кому можно втереться в доверие. План Шелли и Ведущего ей не нравился — в нем было слишком много дыр, которые они не успели обдумать. Как ей втереться в доверие к тем, кто уже сидел по группам, будучи необщительным человеком? Она обернулась. Гён Сок в ее розовом комбинезоне и маске с треугольником шел неподалеку, держа наперевес винтовку. «Держит криво» — подумала Но Ыль.       Их — саму Но Ыль и переодетых в игроков солдат — вывели в центр зала. На платформу у входа в зал вышел офицер в черном и объяснил, что прибывшие — это новые игроки, которые заменят тех, кто пытался устроить мятеж, и нужны они, чтобы сохранить честность игры. Вокруг поднялся гвалт, все хотели узнать больше, но помощник Ведущего лишь развернулся и вышел из зала, сопровождаемый солдатами.       — Это нечестно, — завопил старик в углу. — Мы боролись за свои жизни, а эти будут участвовать лишь в трех играх вместо шести.       — Ты бы помолчал, — крикнула ему женщина с другой стороны комнаты. — Ты не сделал ничего, чтобы говорить, что боролся за свою жизнь.       — Я уже сыграл в три игры и провел еще четыре дня здесь с вами, уроды, — старик не мог угомониться, но тут встал другой мужчина и тот замолчал.       Сон Ки Хун.       Но Ыль почувствовала, как у нее похолодели пальцы. Она заранее знала, что Ки Хун будет здесь, но видеть его вживую, без оптического прицела между ними, было совсем другим. Мужчина был высоким и худощавым, щеки впали, а под глазами у него были огромные синяки, прибавлявшие ему десяток лет.       Он медленно оглядел новичков, задержавшись взглядом на ней.       — Какая нам разница? — его голос был хрипловатым, но уверенным. — Их ввели в игру, и нам придется с этим смириться.       В зале повисла напряженная тишина. Ки Хун посмотрел на старика, потом перевел взгляд на остальных.       — Нам надо думать не о них, а о том, как выбраться отсюда живыми.       Это подействовало. Недовольные переглянулись, но никто больше не проронил ни слова.       Но Ыль сжала кулаки. Ки Хун был не просто выжившим — он был лидером. Если она хотела втереться в доверие, то единственным выходом было прибиться именно к нему.       Она сделала глубокий вдох и, стараясь казаться как можно более спокойной, подошла ближе.       — Господин, что тут происходит? — сказала она достаточно громко, чтобы перебить шум и ее услышали.       Ки Хун медленно повернулся к ней. Некоторые игроки зашептались. Сон внимательно посмотрел на нее, словно пытался понять, кто она такая.       — Ты новенькая, — наконец сказал он. — Как тебя зовут?       Это был тест. Он хотел проверить, солжет ли она.       Но Ыль улыбнулась.       — Кан Но Ыль.       Ки Хун кивнул, словно запоминая, но его лицо оставалось потерянным и не выражало никаких чувств.       — Посмотрим, как долго ты протянешь, Кан Но Ыль.       Женщина изобразила недопонимание и посмотрела прямо в камеру.

Ин Хо

      Ин Хо пристально смотрел на экран. Но Ыль прекрасно справлялась с задачей, у него бы не возникло вопросов к ней, не знай он о том, кто она на самом деле.       Игрокам принесли завтрак. Прекрасно. Пока все спокойно и даже Ки Хун, казалось, не был обеспокоен новичками. Все выстроились в шеренгу и ждали своей очереди на выдачу. Силы им сегодня точно понадобятся.       Другими солдатами Ин Хо был доволен меньше: двое из пятерых выглядели слишком молодо, чтобы иметь проблемы настолько большие, что были бы вынуждены играть, а остальные постоянно поворачивали головы, осматривая периметр. Ведущий вздохнул. Тяжело, когда приходится иметь дело с такими дилетантами.       — Господин, — новый помощник поклонился. — Один из солдат, он, — мужчина замялся. — Он хочет говорить с вами. Номер одиннадцать.       Ин Хо медленно повернулся к двери, у которой стоял довольно рослый человек в розовом.       — Пусть идет сюда, — отдал приказ Ведущий, снова повернувшись к помощнику. Тот кивнул в ответ и помчался за гостем.       Солдаты обычно сюда не допускались, но в этом случае распорядитель мог позволить допуск, ведь он точно помнил, что этот номер принадлежал снайперше, которую сейчас крупным планом показывали на экране. Она отдала свой номер игроку, в которого не смогла выстрелить — об этой истории ему прожужжала уши Шелли, — она, кажется, хотела помочь его больному ребенку.       К платформе подошли двое — помощник привел солдата. Ин Хо жестом указал помощнику уйти. Теперь он молча смотрел на человека в розовом комбинезоне. Солдат стоял прямо, руки по швам, но едва заметное напряжение в его позе выдавало, что он нервничал.       — Говори, — спокойно произнес Ведущий.       Номер одиннадцать поднял голову, но Ин Хо не мог разглядеть его лица из-за черной маски. Голос, однако, звучал четко:       — Господин, я знаю, что нарушаю правила, но это важно.       Ин Хо не ответил, ожидая продолжения.       — Я хочу помочь в деле, которым занята Но Ыль.       Ведущий невольно склонил голову набок.       — Помочь?       Солдат судорожно вздохнул.       — Да, господин. Я… Я был там и знаю, что можно сделать, чтобы господин Ки Хун быстрее встал на сторону госпожи Но Ыль.       В комнате было довольно шумно и их не могли услышать сидящие за экранами офицеры. Ин Хо медленно встал со своего места, поправляя черные перчатки.       Ведущий задержал взгляд на солдате.       — Интересно.       Он повернулся к экрану, на котором показывали, как Но Ыль сидела рядом с Ки Хуном, изображая новичка, цепляющегося за надежду.       — У тебя семья?       Солдат насторожился.       — Есть… Да, у меня есть дочь, господин.       — Сколько лет?       — Пять.       Ин Хо усмехнулся.       — Разве ты не читал контракт, в котором написано, что когда входишь в эту игру, пути назад нет?       Мужчина в комбинезоне печально опустил голову.       — Читал.       — Тогда почему ты здесь?       — Потому что был глуп и хотел заработать.       Ин Хо медленно кивнул.       — Вернись на пост.       — Господин…       — Это приказ.       Ведущий понизил голос, чтобы теперь его мог слышать только стоящий рядом мужчина.       — Час назад на счету больницы появились деньги на лечение некой пятилетней Пак На Ён, — от этой фразы номер одиннадцать замер, сделав громкий выдох.       Ин Хо ухмыльнулся, такой реакции он и ждал. Шелли пыталась надавить на жалость, рассказав историю Гён Сока, которую он, конечно, и так знал, просила дать номер его страховки, чтобы перечислить деньги. Но это бы их выдало, а денег и у Ведущего хватало. Тем более, подобный жест тешил его самолюбие, которое приходилось преуменьшать в сложившихся обстоятельствах. Солдат продолжал стоять в оцепенении, но потом медленно кивнул.       — Спасибо вам, господин.       Он развернулся и вышел.       Ин Хо сел обратно, откинулся в кресле и взглянул на экран. Ки Хун что-то говорил Но Ыль, его лицо было серьезным.       «Все под контролем», — подумал он.       Но контроль — это иллюзия. И Ин Хо знал это лучше, чем кто-либо.

Шелли

      Как же трудно играть заинтересованность. Девушка сидела рядом с отцом и старалась пропускать мимо ушей как можно больше бессмысленных разговоров гостей.       Отец не верил ей и это было очевидно, но нужно было заставить его верить, иначе она подвергла бы риску Кан Но Ыль. И Ин Хо. Его она подвести никак не могла. Она слишком много сделала за эти пару недель, чтобы сейчас все рухнуло. Наверное, это то, что он чувствует каждый день — страх потерять контроль надо всем, что у него есть.       Шелли думала об этом всю ночь, так и не успев поспать. Они оба могли потерять все. Ин Хо ставил под удар свою, если можно так сказать, карьеру, привычную тихую жизнь, но и она играла на все в любом случае — мать, друзья, влияние, деньги, даже собственная жизнь — от всего придется отказаться. А ведь ей всего 23. Стоит ли спасение одного мужчины этого? Сейчас Шелли думала, что определенно стоило.       — Что им дают на завтрак? — решила поинтересоваться она. Отец присмотрелся к экрану.       — Кажется, это бисквиты, — его совсем не заботил этот вопрос, к тому же, росло напряжение — сейчас она закатит сцену о голодных голодранцах на глазах людей, которых он уважает.       Но этого не последовало.       Шелли лишь кивнула и сделала вид, что снова погрузилась в экран. На самом деле, она внимательно следила за лицом отца. Он не доверял ей, но и не знал, насколько далеко она уже зашла. Это давало небольшое преимущество.       Она бросила взгляд на других ВИП-гостей. Большинство выглядели откровенно скучающими. Игры развлекали их, но они ожидали чего-то большего. Действительно, в этом году все шло иначе — мятеж, новые игроки, а теперь еще и Ки Хун, который выглядел так, словно знал, что делает.       Шелли сжала руки в замок. Нужно было продолжать играть свою роль.       — Отец, ты ведь знаком с Ведущим? — спросила она, не отрывая глаз от экрана.       Отец повернулся к ней с чуть заметной ухмылкой.       — Конечно.       — Что ты о нем думаешь?       — О, это человек, которому можно доверять. Он выполняет свою работу безукоризненно. — Он внимательно смотрел на нее. — Почему ты спрашиваешь?       Шелли пожала плечами.       — Просто любопытно.       — Любопытство — опасная штука.       Она улыбнулась, как ни в чем не бывало.       — Разве не в этом весь смысл нашей игры? — слово «нашей» она намеренно подчеркнула.       Отец коротко рассмеялся.       — В этом что-то есть.       О’Брайан снова посмотрел на экран. На нем Ки Хун спокойно ел свой завтрак, пока вокруг царило напряженное молчание. Что-то в его осанке, в том, как он двигался, настораживало. Он не выглядел испуганным, не выглядел сломленным. Он выглядел опустошенным, словно терять ему было нечего, а значит готовым пойти ва-банк.       Шелли это заметила. И, судя по всему, отец тоже.       — Этот игрок, — отец кивнул на Ки Хуна. — Он мне не нравится.       — Почему?       — Потому что он жив дольше, чем должен был.       Шелли почувствовала, как ледяной холод пробежал по спине.       — Ты думаешь, он опасен?       — Он был опасен еще в прошлый раз. Теперь же… посмотрим.       Он поднял бокал с виски, сделал глоток и снова повернулся к ней.       — Не слишком ли много вопросов, дорогая?       Шелли улыбнулась и отвела взгляд.       — Просто хочу научиться у тебя.       — Вот это правильно.       Он повернулся к экрану, но теперь Шелли знала — Ки Хун стал мишенью. Все было под контролем, но нужно быть внимательной, как никогда ранее.

Но Ыль

      Но Ыль поняла, что Ки Хун наблюдает за ней. Он не задавал лишних вопросов, но его взгляд говорил сам за себя — он не доверял новичкам. И правильно делал.       — Ты знаешь что тут происходит? — наконец спросил он.       Она знала, что ответ имеет значение. Если скажет «нет», ее воспримут как чужака. Если скажет «да», ей придется поддерживать эту ложь.       — Нет, — честно ответила она.       Ки Хун кивнул.       — Тогда слушай внимательно. Здесь никто никому не друг.       Она выдержала его взгляд.       — Разве ты не доказал обратное, когда оставил себе номер мертвого игрока? — женщина кивнула на куртку с номером 001.       Некоторые игроки зашевелились, услышав это. Ки Хун медленно наклонил голову, изучая ее.       — Ты много знаешь для новичка.       — Я наблюдаю.       — Посмотрим, как долго ты будешь наблюдать, прежде чем тебя это убьет.       Но Ыль улыбнулась уголками губ.       — Если ты прав, значит, мне нужно найти союзников.       Ки Хун ничего не ответил. Он взял свою порцию и направился к лестнице у своей кровати. Но Ыль не стала медлить и села рядом.       — Если ты хочешь выжить, тебе лучше держаться подальше от меня, — тихо сказал он, прежде чем откусить кусок сухого бисквита.       — Или наоборот.       — Или наоборот, — повторил он.       В этот момент рядом присел еще один игрок — высокий молодой мужчина с длинными убранными волосами и напряженным взглядом.       — Что вы о ней думаете, господин Сон? — спросил он Ки Хуна.       — Еще не решил, — коротко ответил тот.       Но Ыль обернулась к новому собеседнику.       — А ты?       Он пожал плечами.       — Если ты продержишься до следующей Игры, тогда поговорим.       Она молча кивнула, делая вид, что ее это устраивает. Но внутри уже прокручивала в голове новые шаги. Все шло по плану — Ки Хун ее заметил. Теперь ей оставалось доказать, что она на его стороне.

Шелли

      Шелли сидела с безмятежным выражением лица, покручивая бокал с шампанским в руках. Все вокруг уже напились, громко смеялись и обсуждали ставки, но она знала, что отец внимательно за ней следит.       Она не могла позволить себе расслабиться.       — Дорогая, ты сегодня активнее, чем обычно, — заметил он, отпивая виски. — Даже не уходишь от нас.       — Просто наблюдаю, — ответила она с легкой улыбкой.       — За чем?       — За тем, как развлекаются твои друзья, — Шелли кивнула на одного из мужчин, бесцеремонно хватающего за ягодицы девушку с тигровым гримом.       О’Брайан усмехнулся, но глаза его остались холодными.       — Ты становишься такой же циничной, как я.       — Разве это плохо?       — Напротив. Это значит, что ты взрослеешь.       Шелли снова сделала вид, что смотрит на экран, но ее мысли были далеко. Ки Хун привлек внимание отца. Это плохо и хорошо одновременно. Если он заподозрит, что Но Ыль связана с ним, их план рухнет. Но, с другой стороны, пусть он держит свое внимание на нем, пока они будут по одному прятать игроков.       Она огляделась. Один из ВИП-гостей, мужчина в дорогом костюме, наклонился к ее отцу.       — Ты говорил, что этот Ки Хун — темная лошадка. Думаешь, он продержится до финала?       — Вряд ли, — ответил отец и покачал головой. — Но он может создать проблемы.       — Может, стоит вмешаться?       Шелли сжала бокал чуть крепче.       — Отец, разве не в этом вся прелесть Игр? — встряла она в разговор, делая вид, что просто болтает. — Смотреть, как все развивается естественным образом?       Отец снова посмотрел на нее, будто оценивая.       — Ты права. Но иногда небольшое вмешательство делает шоу только лучше.       Шелли улыбнулась, но внутри у нее все сжалось.       Она должна была что-то сделать. И быстро. Девушка отпила шампанское из бокала, стараясь сохранить невозмутимость, но внутри все сжималось от клокочущей тревоги.       Если отец решит вмешаться, Ки Хун долго не протянет. А вместе с ним под удар попадет и Но Ыль, а значит и Ин Хо, а после и она сама.       Шелли бросила взгляд на экран. Ки Хун спокойно доедал свой завтрак, не обращая внимания на напряженную атмосферу вокруг. Он выглядел сосредоточенным, но не напуганным. Словно уже что-то знал.       — Кто-нибудь хочет сделать ставку? — раздался громкий голос одного из гостей. — Я ставлю на этого парня! — Он ткнул пальцем в экран, на котором был Ки Хун.       Отец лишь усмехнулся.       — Смело.       — Ты не веришь, что он дойдет до конца?       — Я верю в статистику. А она говорит, что выжившие прошлых игр редко выживают снова.       Шелли почувствовала, как холодок пробежал по спине.       — Может, в этот раз будет исключение, — осторожно заметила она.       Мужчина снова посмотрел на нее, потом на экран.       — Ты слишком им увлеклась, дорогая.       — Мне просто интересно, что ты предпримешь.       Он усмехнулся и сделал знак одному из людей в углу зала. Тот встал и отошел, будто получил невидимый приказ.       Шелли почувствовала, как в груди поднялась паника. Отец только что отдал распоряжение.       Она не могла сидеть сложа руки.       — Разве так не слишком скучно? — вдруг сказала она, наклоняясь ближе. — Если ты сейчас избавишься от него, то где интрига?       Мистер О’Брайан прищурился.       — Хочешь предложить что-то лучше?       Шелли медленно улыбнулась.       — Дай ему шанс. Пусть покажет, на что способен. Если он действительно так слаб, как ты думаешь, он все равно не доживет до финала.       Отец смотрел на нее еще несколько долгих секунд, затем кивнул.       — Хорошо. Пусть поиграет еще немного.       Шелли вздохнула с облегчением, но знала: это лишь временная передышка, а не контроль над ситуацией. Ей нужно было предупредить Ин Хо.

Ин Хо

      Ин Хо наблюдал за происходящим на экране, вычитывая каждую деталь: движения игроков, выражения их лиц, их стратегию. Ки Хун продолжал есть, но Ин Хо видел напряжение в его плечах — тот был начеку.       Но Ыль сидела рядом, не отвлекаясь, но Ведущий знал: она думает. Просчитывает. Он не знал, какой она сделает следующий ход, но в одном был уверен — она не просто жертва обстоятельств. Она выживет.       Дверь в его кабинет приоткрылась.       — Господин.       Это был тот самый помощник, что недавно приводил сюда Гён Сока.       — Говори.       — Госпожа О’Брайан передала сообщение. Она просила напомнить вам, что если интрига пропадает слишком рано, зрители теряют интерес.       Ин Хо замер.       Он поднял взгляд на экран, где Ки Хун медленно поднимался, собираясь уходить, и рядом с ним вставала Но Ыль.       Значит, Шелли уже сделала ход.       Он кивнул помощнику.       — Принято. Можешь идти.       Тот поклонился и вышел.       Ин Хо провел языком по зубам, размышляя. Если О’Брайан решил избавиться от Ки Хуна, значит, тот действительно представляет угрозу для него. Но раз Шелли удалось отложить решение, у него появился небольшой люфт времени.       Но Ыль стояла рядом с Ки Хуном, и теперь тот впервые смотрел на нее без прежнего недоверия.       «Интересно, что ты задумала?» — подумал Ин Хо, прищуриваясь.       Контроль был иллюзией. Но пока у него оставался хотя бы его призрак, он собирался им воспользоваться.       Все шло так, как он и ожидал, но что-то изменилось.       Он заметил, как один из людей О’Брайана покинул зал. Это означало только одно — кто-то получил приказ. Ин Хо почувствовал, как в груди сжалось нехорошее предчувствие. Ки Хун привлек внимание не того человека.       Он собирался связаться с операторами, но тут тихий шум клавиш, стелившийся по комнате прервал громкий звон телефона. Шелли.       Ин Хо поднял трубку.       — Я знаю, — сказал он, не дожидаясь, пока она заговорит. Он точно знал, что это она.       — Он собирается убрать Ки Хуна, — быстро выпалила она. — Я смогла убедить его отложить это, но это ненадолго.       — Сколько у нас времени?       — Одна игра. Может, меньше.       Ин Хо молчал, обдумывая ситуацию. Он знал, что О’Брайан не из тех, кто оставляет угрозу без внимания. Если Ки Хун ему не нравится, значит, его уберут. Вопрос лишь в том, когда и как.       — Нам нужен новый план, — продолжила Шелли. — Но Ыль должна понять, что времени мало.       — Я разберусь, — ответил он.       — Ин Хо, — голос девушки стал тише, — он наблюдает за мной. Я не знаю, сколько у меня осталось времени.       Ин Хо стиснул зубы. Он знал, на что идет Шелли, но теперь впервые услышал в ее голосе нескрываемый страх. Она не могла больше делать вид, что она сильнее, чем есть на самом деле.       — Держись. Я найду способ.       Он положил трубку.       Ин Хо снова посмотрел на экран. Но Ыль продолжала сидеть рядом с Ки Хуном, стараясь вести себя непринужденно. Она даже не подозревала, что теперь они не просто участники — они мишени.       Ведущий откинулся в кресле, переплетя пальцы.       Контроль — это иллюзия.       Но иногда иллюзии — это все, что у тебя есть.

Но Ыль

      Она чувствовала, что Ки Хун к ней присматривается. Но Ыль не могла сказать, что он доверял ей, но он и не отталкивал. Это было уже лучше, чем ничего.       Когда все закончили есть, в зале включился громкоговоритель.       — Игроки, приготовьтесь к следующему испытанию.       Но Ыль встала вместе с остальными, стараясь не выказывать беспокойства. Она знала, что Ведущий наблюдает за ней. И если она хочет выжить — и выполнить свою миссию, — ей придется действовать быстро.       Она бросила взгляд на Ки Хуна. Он смотрел прямо перед собой, но уголками глаз тоже следил за ней.       «Все под контролем», — сказала она себе.       Но контроль — это иллюзия.       И скоро она в этом убедится.

***

      Игроки цепочкой вошли в игровой зал и охнули. Перед ними стояли две огромные куклы, похожие на ту, что была в игре «Тише едешь — дальше будешь». Интерьер напоминал станцию на вокзале в маленьком городе — невероятно большой шлагбаум и светофоры. Пожилая женщина схватилась за своего сына, стоящего рядом с ней, и вжалась в него. Большая часть людей была напугана, но оставались и те, кто не проявил подобных эмоций.       Рядом с Но Ыль стоял молодой парень Нам Гю, которого она сама однажды чуть не застрелила. Он и излишне активный парень с фиолетовыми волосами — «кажется, его звали Су Бонг» — употребляли наркотики, которые оставили по указаниям командующего офицера. «Они получили свое наказание» пронеслось в голове Но Ыль вместе с картиной смерти парня во время драки в мужском туалете и довольно приятным воспоминанием о распластавшемся на полу ее комнаты офицером, в которого она, не задумываясь, выстрелила.       В зале повисла тяжелая тишина. Кто-то нервно сглотнул, кто-то переминался с ноги на ногу, но большинство просто стояли, замерев в ожидании.       Гигантские куклы стояли по обе стороны импровизированной железнодорожной платформы. Их пустые глаза смотрели прямо перед собой, но Но Ыль знала, что в любой момент они могут ожить.       Ведущий появился на экране за головами кукол.       — Добро пожаловать в четвертую игру. Сегодня вам предстоит пересечь платформу.       Он сделал паузу, будто наслаждаясь напряжением, которое сковало участников.       — Однако, — добавил он, — вам придется подчиняться сигналам светофора.       В этот момент один из светофоров, стоявших у края платформы, моргнул. Загорелся зеленый свет.       — Когда горит зеленый, вы можете двигаться, — пояснил Ведущий. — Когда загорится красный — остановитесь.       Простые правила. Но все понимали, что дело не только в них.       — Ах да, — добавил Ведущий, будто улыбаясь. — Вокзал работает по своим законам. Оставайтесь на рельсах слишком долго — и вы узнаете, как это быть сбитым поездом.       Но Ыль заметила, как несколько человек вздрогнули.       Поезд.       Она повернулась к Ки Хуну, но он смотрел вперед, не показывая никаких эмоций.       Нам Гю рядом с ней нервно провел рукой по волосам и ухмыльнулся.       — Ну что, сыграем? — пробормотал он себе под нос.       Светофор мигнул.       Зеленый.       Первый участник сделал шаг вперед.       Игра началась.       Но Ыль не двинулась сразу. Она внимательно оглядела платформу: широкие бетонные плиты, натянутые над головой провода, по бокам темные тоннели, скрывающие то, что могло стать их смертью.       Кто-то уже пошел вперед — сначала медленно, на негнущихся ногах, затем все быстрее, пока страх не заставил их снова замереть, оглядываясь по сторонам.       Но Ыль сделала первый шаг.       Нам Гю двинулся сразу, почти вприпрыжку, явно не воспринимая ситуацию всерьез. Его взгляд метался, будто он пытался вычислить что-то в механике игры.       Светофор мигнул.       Красный.       Тишина.       Но Ыль замерла на месте, чувствуя, как напряглись мышцы.       Куклы зашевелились. Их головы повернулись к тем, кто не успел остановиться вовремя.       Раздался выстрел.       Первый игрок упал. Кровь растеклась по плитам платформы.       Пожилая женщина, что прижимала к себе сына, задохнулась от крика, но прикрыла рот рукой, боясь пошевелиться.       До этого беззаботный парень рядом замер, перестав улыбаться.       Светофор загорелся зеленым.       Движение возобновилось, но уже медленнее, осторожнее.       Но Ыль понимала, что время ограничено. Если они будут двигаться слишком медленно, игра закончится для них под колесами несущегося поезда.       Она ускорилась.       Нам Гю рядом тоже шагнул вперед, держа ее в поле зрения.       Светофор снова мигнул.       Красный.       Еще один выстрел.       Кто-то за спиной рухнул на рельсы.       Поезд был еще далеко, но Но Ыль слышала слабый гул, доносящийся из тоннеля.       Времени оставалось все меньше. Она уже догнала Ки Хуна. Они входят в тоннель и им нужно дождаться остальных.