Видящая

Проснуться с высоченной температурой -- не весело. Отвратительная слабость, головокружение, озноб и ощущение, будто в мозги напихали мокрой ваты, сквозь которую мысли могут пробираться очень медленно и тяжело. А, и конечно же просто фантастическая головная боль, как будто голова чугунная, и её всю ночь били огромным молотом. Или хвостом Громмеля, в целом тоже подходит. Перепуганная Эир, как только поняла, что с человечкой что-то не так, понеслась в деревню. Ну, попыталась понестись, благо седло ещё со вчерашнего дня не сняли. Вот только Сага даже с его помощью едва держалась на спине драконицы, так что о полётах речи не было. Пришлось идти бодрым и очень плавным шагом, пока человечка пыталась не поменять небо и землю местами. На подходе к домам девушка думала, что сейчас всё-таки брякнется, но повезло. Из леса возвращалась Астрид с топором наперевес. Она и помогла дойти, наконец, до камеры, весь остаток дороги поддерживая Лунн за плечо. И она же кинулась за Готти. Что показательно, так это реакция Эир. Та даже не рыкнула на девочку, несмотря на топор, что всегда воспринимался как угроза. Дальше было долгое забытьё, периодически прерываемое невнятными пробуждениями, в которых что-то тихо говорили, стучали, шуршали, рычали, поили и грели. Вроде бы Сагу. Так продолжалось около недели. Когда девушка наконец пришла в себя, оказалось, что её доставили в жилище старейшины прямо на пике горы. Домик был маленьким и очень хорошо отапливался, так что там было откровенно жарко. Как объяснила -- вернее написала -- Готти, ей было банально удобнее наблюдать за так тяжело больной на своей территории, да и держать такую температуру в камере было бы сложно. А Саге сейчас очень было нужно тепло. Вернее её лёгким. Хорошо она простудилась, качественно. И такое странное забытьё было связано с тем, что всё это время Лунн поили чем-то снотворным, чтобы организму было легче бороться с заразой. Порывшись в памяти, девушка припомнила слово. Пневмония. Хотя, может это и не оно. В прошлой жизни, вроде, она болела редко, потому и о болезнях знала мало. Отдуваться приходилось в этой. Да и, за два (уже с половиной) года это был первый настолько тяжёлый случай. Последний раз серьёзно Сага болела ещё на Большом, под присмотром чуткого отца. Видимо и за это тоже приходилось отдуваться. Эир тоже поселилась в хижине, вернее рядом с ней. Из-за маленького пространства Готти было бы просто не развернуться в своём доме, когда внутри дракон, так что она совсем без страха выгоняла не маленькую рептилию на улицу -- иногда клюкой -- и запускала только когда не была занята или отлучалась. Дневная фурия стойко терпела старую женщину, рычала, огрызалась, иногда даже плевалась огнём в небо или скалу, но не трогала. И слушалась. Видимо понимала, что всё это не просто так. А стоило войти в дом, как тут же сворачивалась возле товарки клубочком и укрывала крылом, клала голову на лежанку и ласково мурчала. В первые дни "в сознании" у девушки не всегда хватало сил даже нормально погладить подругу. Ослабленный организм бунтовал и отказывался нормально себя вести, подкидывая то головную боль, то ломоту во всём теле, то озноб. Благо что температура больше практически не скакала. Но взамен неё пошёл кашель. Сначала сухой, но за пару дней он перетёк в жуткий и влажный, будто Сага сейчас выхаркает лёгкие, а сверху и желудок. В такие моменты, когда её скручивало на кровати, Эир переставала мурчать и с практически ужасом смотрела на человечку, ожидая конца приступа. Лунн иногда хотелось стукнуть драконицу, ведь было стойкое ощущение, что так смотрят на умирающего. В какой-то момент она не выдержала и "выговорила" белоснежной морде, что думает. После этого стало ещё хуже, ведь взгляд не ушёл, но теперь кидался "незаметно", от чего складывалось впечатление, что Сага умирает, но ей об этом не хотят говорить. В общем, времяпровождение было просто фантастическим. Интересно, а вот как пожилая женщина спускалась с этого утёса, когда у Олуха не было драконов? В чём вообще смысл селить старушку так высоко? Хотя, зная характер Готти -- а его не изучить было просто невозможно, когда живёшь с ней в одном доме -- она сама тут поселилась, а её ещё отговаривали. Ещё через неделю начали пускать гостей. Первым заявился Рыбик, который, как оказалось, первые дни, когда ещё было не ясно, сможет ли вообще Сага выкарабкаться, чуть ли не ночевал под дверью рядом с Эир. Потом его практически уволокли со скалы другие Наездники. -- Ну и напугала же ты нас! -- друг сел прямо на пол рядом с кроватью, случайно задев Эир ногой. Та только немного отсела, но даже не зарычала. Удивительное единство. Возможно, ради такого стоило заболеть. В слух она это говорить, пожалуй, не будет. "Я не специально", -- чуть улыбнувшись, Сага немного медленнее, чем обычно выводила слова на страницах всё той же книжечки. Руки, как и всё тело, были ещё слабыми. -- Главное, что с тобой всё хорошо, -- Рыбик махнул рукой, прекрасно понимая, что она и правда не специально. -- А нам полёты разрешили, -- отлично, наконец-то новости! Сидеть взаперти в четырёх стенах уже не то что осточертело, откровенно остопиздело. Паренёк поведал про события прошедших недель. Как его "взяли в плен" на следующую ночь Стоик и Плевака, как он не раскололся (в этот момент Сага его искренне похвалила), и как на деревню напали Изгои, из-за чего вождь поменял своё решение. А потом приправил это всё слухами, сплетнями и прочим из жизни деревни. После его ухода Лунн лежала довольная как наевшийся дракон, и существовать сразу стало приятнее. Следующим пришли Иккинг вместе с Беззубиком, в свою очередь рассказали всевозможные истории и отвлекли Эир, чему Сага была просто и по-человечески рада. Драконица, видимо, винила себя, а Ночной хоть смог её немного растрясти. Также вождёнок порекомендовал поскорее приходить в себя, ибо он готовит для девушки сюрприз. В чём он заключается, признаваться отказался. Путём длительных пыток удалось узнать только то, что для этого сюрприза он так старательно собирал линяющую чешую одной голубоглазой красавицы. Голубоглазая красавица в этот момент чихнула, из-за чего разбудила Готти, которая вытолкала визитёров взашей. Эти двое заходили регулярно (ну, формально четверо, если считать драконов), скрашивая постепенное выздоровление. Один раз заявились Близнецы, но именно к Готти. Придурки умудрились во время очередных своих игрищ сорваться со скалы и знатно ободрались по камням, так что вышли от старушки они перевязанные сверху до низу. Повезло ещё, что ничего не переломали. Также проведала больную Астрид. Диалог вышел немного неловкий, но без напряжения или негатива. Девочка прочитала благодарность от Саги, рассказала свою порцию новостей и пожелала выздоравливать. В остальное время девушка наблюдала за работой целительницы и читала Книгу драконов, что ей любезно предоставил Рыбик. Многих рептилий она видела, с некоторыми не встречалась, а также были и те, кого в учебнике просто не было. Сага долго думала, стоит ли о них сообщать главной мозговой силе Наездников -- в миру известных как Иккинг и Рыбьеног -- но в итоге от этой мысли отказалась. Она не художница, так что даже зарисовать их не сможет. Да и, "видеть" и "изучать" всё же разные вещи. Если встретятся -- расскажет, а так нечего парней вводить в состояние "лететь, хватать и изучать". На полное выздоровление ушёл практически месяц. Мимо неё прошла история с Железом Громмеля, которое в непонятно каких пропорциях наела Сарделька. Было грустно, что друг порой чувствовал себя пятой ногой у собаки, но с этим тоже мало что можно было поделать. Для Саги в принципе эта концепция была непонятна в силу характера, так что она даже помочь советом не могла. Пыталась вселять в Рыбика уверенность, из-за чего тот и правда всё меньше сутулился и старался говорить смелее не только на хорошо ему знакомые темы. Но этого было мало, да и многолетние привычки так просто не искоренить. На момент "выписки" из домика Готти, Лунн была самым счастливым человеком на всём архипелаге. Старейшина только последнюю неделю позволила девушке выходить из дома на прохладный воздух -- приближалась осень, от того ночи становились всё холоднее -- потому что до этого "было опасно для здоровья". Приходилось, чтобы не одеревенели ноги-руки, изображать хоть какую-то деятельность в четырёх стенах. Учитывая маленькость жилища, это было проблематично. На пару дней Сага просто растворилась в лесу, наслаждаясь свободой и поправившимся здоровьем. Но потом поняла, что и ей, и Эир опять хочется простора, как и в первое время прибывания на Олухе. "Мы опять улетим. Ненадолго, пара недель", -- на этот раз вождёнок нашёлся в отчем доме, и, видимо, только проснулся. Об этом говорило отсутствие привычной безрукавки, растрёпанные волосы и наполовину открытые глаза, с трудом понимающие написанное. История повторялась, так что Сага опять с самого утра была собрана, и её опять у опушки ждала Эир, только в этот раз в седле. И Рыбик в этот раз был предупреждён ещё с вечера. -- Хорошо. Да. Стой, подожди! -- в последний момент, когда она уже собралась уходить, включился паренёк. -- Дай хоть сюрприз тебе покажу, -- точно. Девушка совсем забыла про него. Успевшее за пару недель улечься любопытство вновь всколыхнулось. Вождёнка ждать практически не пришлось, он по ощущением развил скорость Беззубика, когда умывался и в целом совершал утренний туалет. За это время успела подойти и драконица, недовольная промедлением. Она соскучилась по полётам за это время, так что нетерпеливо переступала с лапы на лапу и то и дело дёргала крыльями. -- О, и ты здесь. Отлично! -- состроил хитрую мордашку Иккинг и повёл их в кузню. Подросток чуть ли не светился от предвкушения, контрастируя с довольно пасмурным днём. Как бы дождь не пошёл, не хватало только ещё раз простудиться. -- Смотри! -- паренёк сдёрнул ткань с чего-то. Это было... Седло? Только какое-то странное. Будто с Эир шкуру сняли и её использовали в качестве кожи для изделия. Выше упомянутая рептилия с ярким недоумением и любопытством на морде обнюхала сюрприз и теперь смотрела на Иккинга как-то странно. Потом фыркнула и дыхнула огнём. Сага уже хотела схватиться за голову, понимая, что не успела одёрнуть подругу и та сожгла труды пацана, но... Тут стало понятно, зачем он так усердно собирал чешую Эир. Седло зазеркалилось. Цензурных слов не нашлось. Лунн немного ошалело потыкала кожу мыском обуви, проверяя, не привиделось ли ей. Не привиделось, подарок был на месте и продолжал отражать довольную морду драконицы. Иккинг рядом, судя по его лицу и позе, был в шаге от того, чтобы надуться как довольный и гордый собой шарик и взлететь. Это же, получается теперь единственным, что будет демаскировать Эир, будет сама Сага. И теперь она не будет постоянно так недовольна от того, что нужно носить седло. О Боги. Вместо слов девушка просто сделала два шага и сгребла пацана в объятия. Тот сначала оторопел от таких нехарактерных действий, но потом расслабился и немного неловко похлопал ту по плечу. -- Думаю, это значит, что тебе понравилось, -- он ещё и предполагает, с этой его дурацкой улыбкой до ушей! Сага не заметила, что у неё была такая же. Этот пацан не заслуживал мир, в котором он живёт. *** Несколько дней прошли как один. Подруги, как и в прошлый раз, наворачивали круги вокруг Олуха, то приближаясь к острову, то отдаляясь. Завернули, кстати, на тот самый, крохотный островок с горячими источниками и вдоволь накупались в такой приятной, хоть и немного отдающей серой воде. Сага затискала драконицу, когда та, совсем расслабившись, принялась играться с бликами от солнца на поверхности тёплого озерца. Это было просто слишком мило. Помимо этого, девушка не забывала следить за здоровьем. Поэтому, кстати, на источники и завернули, делая большой крюк и практически возвращаясь к Олуху. Лунн умудрилась навернуться с небольшого оврага и угодила в мерзкую жижу, в которую превратилась мокрая грязь после небольшого дождика, что товарки переждали в пещерке на одном из тысяч островов вокруг. Страшно хотелось отмыться, но лезть в холодную воду было бы сродни самоубийству. Все рекомендации Готти тщательно соблюдались, парочка снадобий, которыми её снабдила старушка, когда выпускала из своего дома, принимались вовремя и в нужном количестве. Хотя на вкус они были просто отвратными, настолько, что порой аж лицо кукурузило. В остальном всё было прекрасно! Последние тёплые летние деньки девочки встречали ранним утром и провожали поздним вечером, наслаждаясь свободой, тишиной и друг другом. И новое седло прекрасно себя показывало. Эир в первый день не могла наиграться, постоянно подбрасывая Сагу и влетая в пучки своего пламени. Зеркальная поверхность если и выбивалась из силуэта драконицы, то едва-едва, и стороннему человеку это точно было незаметно. Дракону, скорее всего, тоже. Лунн же в конце дня дула на немного обожжённые ладони. Чешуя (и седло) зеркалились, когда нагревались, потому если защищённые одеждой ноги и что повыше чувствовали себя приемлемо, то вот рукам досталось, пусть и не сильно. Не смотря на это, их всё равно старательно облизали с виноватым мяуканьем-курлыканьем. И вот, очередной остановкой стал Остров драконов. Как Сага поняла, тот самый, где и состоялась битва с Красной смертью. Искать останки колоссального дракона желания не было. У девушки каждый раз в местах, где с мучением кто-то умирал, становилось странное состояние. Исключением, наверное, был только Большой. Хотя, была вероятность, что просто за прочими эмоциями это состояние не чувствовалось. Конец дня, что они провели на острове, начинался привычно и понятно. Клочок суши был достаточно большим, чтобы задержаться там на пару дней, потому Сага первым делом отправилась ставить силки. Утром уже можно будет собирать первый "улов", а вечером будет рыбка, которую отправилась добывать Эир. Плохо, что с местом лагеря они не определились сразу, но это не так страшно. Главным было избегать драконов, что в изобилии водились в местных лесах. Мимо как раз вальяжно и косолапо промаршировал Громмель, довольно дёргая хвостом. Судя по всему, наелся камней где-нибудь неподалёку. По спине прополз жук, от чего по коже девушки пошла дрожь и она поспешила убрать наглое насекомое. Хорониться от рептилии пришлось в ближайших кустах у подножия скал, возле какого-то позднего цветка. Кажется его называют Чихотником, но она не была уверена. Благо, чихать от него не захотелось. Но, когда Сага уже собралась выползать из-под веток и листьев, раздались тихие шаги. Человеческие. Замерев в крайне неудобной позе, она уставилась на заросли по соседству. От туда, тихо шурша, вышел... Дагур. Остервенелый. С мечом наперевес. От неожиданности и удивления девушка слишком резко попыталась скрыться глубже в кустах и неосторожно хрустнула веткой. Юноша моментально напрягся и сделал одно слитное, резкое движение в сторону Саги. Не до конца убитые болезнью рефлексы взвыли, так что следующим, что она обнаружила, был воткнутый в землю меч прямо под подмышкой. А над ним два идеально круглых, зелёных глаза под рыжими бровями. -- Сага? -- голос молодого вождя откровенно дал петуха. Да и поза, в которой они замерли, была какой-то слишком неловкой. Вся в листьях Лунн, в спину которой очень неприятно впивались ветки кустарника, ибо пришлось здорово изогнуться, уходя от лезвия, а над ней Дагур, что чуть ли не нос-в-нос с ней столкнулся. И меч, так и воткнутый в землю. Руки начали затекать. -- Ты что тут делаешь? -- наконец смог справиться с собой вождь, убирая меч за спину и за шкирку вытаскивая девушку из растительности. Та, стоило вновь почувствовать под ногами землю, сделала пару шагов в сторону, чтобы между ними было какое-то пространство. Так, от греха. Всё же Остервенелым его звали не просто так. И, судя по лицу, этот скользящий жест не оценили. -- Я не причиню тебе вреда. Ну, если только ты сама не решишь сделать то же самое! Но ты же не решишь, да? -- в его голосе прорезались визгливые нотки, а последние два предложения и вовсе были сказаны тараторкой. Со вздохом Сага полезла за книжечкой с угольком. Хорошо хоть, уже привыкла всегда носить с собой. "Я просто гуляю. Отдыхаю", -- после некоторых раздумий, вывела на бумаге. Ну не говорить же, что она прилетела сюда на своём драконе после болезни? -- Одна? -- теперь в голосе было неподдельное удивление. "Ну, да. Сам то один тут, или с армадой Берсерков?" -- чуть улыбнувшись. Юноша зарделся и засуетился. -- На острове -- один, -- Сага наклонила голову совсем по-драконьи, рассматривая рыжего вождя. В первую встречу было темно, а во вторую как-то не до этого, так что только сейчас получилось рассмотреть цвет глаз. Красивые, блин. Глубокого, тёмно-зелёного цвета, куда темнее, чем у Иккинга. Рыжий и зеленоглазый, очаровательно. -- Нет, подожди! Я думал, ты погибла! Тогда на Олух напали драконы, и вы с Иккингом такие бам, бам! -- юноша достал меч и очень остервенело принялся изображать, как он запомнил "битву" на арене, размахивая мечом. -- И ты как валькирия защитила меня и потом: "Заткнись и беги!" И я так: "Да! Что? Ну ладно, я побежал!" И я пытался увести тебя с собой, а ты... Почему ты не пошла? -- под конец этой сумасшедшей тирады Дагур неожиданно переменился и даже немного обиженным взглядом окинул девушку, подходя ближе. Лунн опять сделала шаг назад, понимая, что все её "очаровательные" мысли о нём ветром сдуло. Но, тем не менее, вождь ждал ответа. "Я хотела помочь людям с Олуха. Они меня выходили", -- принялась торопливо писать. Остервенелый небрежно кинул книжку Саге в руки, опять распаляясь. -- О-о-о да-а-а, помочь им в битве с Ночной фурией! Одержать над ней победу! И над тем, другим драконом! -- Лунн приложила все силы, чтобы мысли не отразились на лице, молясь всем богам, что она не сильно побледнела. Получилось, наверное, хреново, ибо девушка сначала замерла совсем неподвижно на несколько секунд, а потом искривила мышцы в кривое удивление и опять принялась марать бумагу. "Другим драконом?" -- Да! Вспоминая ту битву, я понял, что там был ещё один дракон! За пределами арены, с почти таким же огнём, как и у Ночной фурии! Но я бы просто не смог не заметить ещё одну, а значит, это был какой-то другой дракон! И я страшно хочу его поймать и убить, -- а вот сейчас Сага точно побледнела. Нет, нет-нет-нет и ещё раз нет! Бежать, улепётывать прочь с этого острова! Подальше от рыжего сумасшедшего! -- Сага? Ты чего? Не бойся, я не позволю этому дракону причинить тебе вред! -- теперь девушка едва успевала следить за сменами настроения собеседника, пытаясь сохранить хоть какие-то крохи самоконтроля под волнами откровенного ужаса. Отметила только, что он надулся как индюк. -- Ты только скажи, что стало с Ночной фурией? И ты не заметила того, другого дракона? -- Дагур снова сделал шаг вперёд и схватил её за плечи, наклоняясь, чтобы заглянуть в глаза. Девушку замутило. Всё внутри кричало, что рядом опасность и нужно дёрнуться, уйти вниз, вытечь сквозь сжавшие пальцы и нырнуть обратно в кусты. А потом сломя голову нестись как можно дальше, петляя и путая следы, чтобы не нашёл, не выследил. Вот только молодой вождь сжимал крепко, а у Лунн кружилась голова, и она в этом вихре своих и чужих эмоций просто не могла совладать с собой. -- Сага? -- понимая, что с ней что-то не так, Дагур вновь попытался дозваться до ушедшей в себя девушки и легонько встряхнул. Что иронично, помогло. Она наконец смогла глубоко и шумно вдохнуть и помотала головой. Смотреть ему в лицо не хотелось, так что даже смутно понять, что двигало юношей, когда он неожиданно и на удивление аккуратно повёл её куда-то с поляны, не получалось. Мысленно плюнув на это, Сага предпочла потратить время на то, чтобы наконец собрать себя в кучу и успокоиться. Потом выберет момент и исчезнет, растворится в лесу, тихо и аккуратно, как всегда. Эир пока в безопасности, она далеко, в море, развлекается одиночным полётом и ловлей рыбы. Время есть. *** В итоге Сага смогла собраться уже на другой поляне, которую, очевидно, облюбовал Дагур. Для того чтобы мысли и эмоции окончательно улеглись, она принялась внимательно осматривать окружение, пока сам парень был занят чем-то. Всё вокруг было утыкано оружием. Мечи, мечи и ещё раз мечи, поляна буквально пестрела ими. И, судя по виду, всё это оружие Остервенелый так или иначе использовал. Вот же любитель острых и блестящих штук. Сидя на поваленном бревне после этого пути, Лунн смогла, наконец, трезво мыслить. Эка её проняло от неожиданности. Плохо, на самом деле, если даже такое может настолько выбить из колеи. Хотя, это же касается её милой, любимой рептилии. Можно сделать скидку. Сейчас, на трезвую голову, такая откровенная паника показалась глупой. Судя по поведению рыжего вождя, для самой Саги опасности нет. По крайней мере явной и откровенной. Эир не покажется, у них всё ещё работает правило, да и Дагура та наверняка запомнила. То есть, пока тот не нападёт на Лунн, можно не беспокоиться о появлении белой красавицы на поляне, особенно с учётом количества колюще-режущих вокруг. А значит, либо пытаться улизнуть ещё до ночи, тикать, прятаться, находить подругу и давить по крыльям, либо дожидаться ночи, спящего вождя и делать то же самое. Мысли прервал незнакомый объект возле лица. При ближайшем рассмотрении обнаружилось, что это куриная ножка. Жареная. И немного подгорелая. Которую держал уже обсуждаемый мысленно Дагур со странным выражением лица. Кажется, он пытался спрятать смущение за маской великодушной подачки. -- Поешь, полегчает, -- глядя в сторону. Девушка выразительно подняла бровь, но "подачку" приняла. Мясо было довольно постным и суховатым, но на запах и вкус без примесей. Судя по всему, то, что Сага обнюхала ножку перед тем, как в неё вгрызться, оскорбило. Ибо вождь насупился и так и остался неловко стоять перед ней, даже не обращая внимания на кивок, выражающий "Спасибо". Ну... И пёс с ним? Наверное. Ощущение угрозы пропало, оставив после себя странное чувство. Этот, по сути, мальчишка немного старше её, в прошлую их встречу стеснялся и не всегда знал, куда себя деть, ну серьёзно? Дагура не хотелось расстраивать и воспринимать опасным. Да и, это, вроде как, забота? Опять же, наверное. Радует, что он ничего не понял и не связал состояние Саги с привязанностью к "тому, второму дракону". -- Ты так и живёшь на Олухе? -- удивительно хмуро и... спокойно спросил рыжий вождь. Девушка от удивления аж жевать перестала, настолько это было нетипично. Но потом, сообразив, что она так и сидит с открытым ртом и круглыми глазами, дожевала и молча кивнула. -- Почему? И откуда ты, вообще? -- да блин. Ну вот и что ему написать? "На Олухе есть Ночная фурия, которая, так получилось, очень похожа на мою драконицу, Дневную фурию, а еще там есть Иккинг, которому Сага просто не смогла отказать"? Фантастика. Ладно, от того, что он узнает, откуда Лунн, с неё не убудет, а он может перестать допытываться. Проще рассказать это, чем пытаться объяснить, почему девушка осталась. "Ты знаешь про Большой остров?" -- оказалось, что руки ещё немного дрожали. Рыжие брови чуть нахмурились, а на лице отразилась работа мысли. -- Это тот, на котором деревня сгорела? -- настроение моментально упало. Блин. Дура, надо было отбрехаться. -- Так ты от туда? -- последовал ещё один кивок, на этот раз довольно мрачный. -- Что там случилось? Люди до сих пор спорят, -- этот непривычно серьёзный и спокойный Дагур был каким-то слишком незнакомым, да и отвечать совсем не хотелось. Так что Сага невнятно пожала плечами и поспешила перевести тему. "А ты что тут делаешь?" -- видимо, правда один. Мысли насчёт присутствия парня на острове, на самом деле, и так были, так что она очень надеялась, что уловка сработает. -- О-о-о, -- сработало, юноша моментально переключился на, очевидно, одну из любимых тем. -- Я охочусь на драконов! После Олуха мне захотелось понять их, изучить! -- Дагур вроде хотел продолжить свою одухотворённо-остервенелую речь, но неожиданно осёкся и посмотрел на Сагу с недовольным лицом. -- Что-то не так? Только после этого вопроса Лунн поняла, что всё время его разглагольствований сидела с кислым лицом. Она поджала губы, думая, как бы опять уйти от темы, но, как на зло, в голову ничего не шло. Придётся отвечать, рыжий вождь уже начал терять терпение. "Я не люблю насилие. Особенно над драконами", -- наконец вывела угольком. На лице у Остервенелого вылезло такое ошарашенное выражение, будто Сага призналась, что она и правда валькирия. -- Как это? -- в голосе читались неподдельные удивление и даже возмущение, а Лунн, неожиданно, разозлилась. -- Ну вот так это, -- буркнула себе под нос, а потом сразу ойкнула, прикрыв рот ладонью. Да что, блин, у него на уме? Вот только что стоял недовольный и возмущённый, а сейчас расплылся в улыбке, как кот на сметану. -- Прекрасная дева не любит кровь? -- эка завернул. Захотелось закатить глаза, но это желание, благо, удалось сдержать и просто кивнуть. -- В таком случае тебе лучше покинуть этот остров, ибо я собираюсь пролить очень много крови этих тварей, -- желание закатывать глаза резко пропало. Как и более-менее весёлый настрой. Дагур опять стремительно сменил настроение, в очередной раз подтверждая своё прозвище. На этот раз Сага не удержалась, и в рыжего вождя упёрся хмурый, прямой взгляд. У того, по ощущениям, в глазах заплясали бесы, и он ответил ровно таким же прямым взором, в котором отчётливо читался вызов. Неожиданно для самой себя, Лунн почувствовала, как ускорило свой стук сердце, разгоняя по жилам адреналин. Ну хорошо, маленький вождь, давай поиграем. -- Нет, -- девушка по-звериному медленно и плавно встала, не отводя глаз. Низкий рост диктовал свои условия: приходилось запрокидывать голову, ибо стояли они теперь очень близко. -- Нет? -- приподнял он брови, наклоняя рыжую голову в шлеме и расплываясь в хищной, предвкушающей улыбке, почти оскале. -- Нет. Пока я на этом острове, ты не будешь проливать кровь драконов. И уйду я тогда, когда захочу, -- тихим, отрывистым, но твёрдым тоном. Появилось ощущение, что Сага дёргает Ужасное чудовище за рога, но после такого финта ушами отступать было бы очень глупо. Ещё более глупо было это начинать, но тут уже нельзя было ничего сделать, новый мозг не купишь. -- А не много ли ты на себя берёшь, воровка? -- глаза Дагура угрожающе сузились, но оскал никуда не делся, заостряя и так резкие черты лица. Он немного придвинулся, уже откровенно нависая над ней. Светлая коса соскользнула с плеча и повисла вдоль спины. -- Уже не "Прекрасная дева"? -- каким-то животным чутьём Сага понимала, что отступать никак нельзя. Ему нравится то, что она сейчас делает, а значит продолжаем играть концерт. -- Одно другому не мешает, -- всё тем же тоном. А в следующую секунду вождь неожиданно дёрнулся и... Рассмеялся. Зашёлся этим своим жутким, безумным смехом, отходя на шаг. -- Ладно. Но тогда мне будет скучно. Придётся тебе, немая Сага, меня развлекать. Весь боевой настрой как ветром сдуло, а взгляд соскользнул с юноши на ближайшие мечи. Девушка сама не заметила, как начала спокойно говорить. Нет, стоп, это что сейчас вообще было? Она на кой хер это устроила? И, главное, этому рыжему сумасшедшему реально понравилось? Возникло какое-то странное ощущение, которое усилилось, стоило посмотреть на опять до невозможности довольного Дагура с эмоцией во взгляде, которую она не бралась толковать, что прекрасно видел все чувства Саги. Ну конечно, блин, видел, у неё же всё на лице написано! Ладно, не важно. Надо доигрывать концерт, раз уж начала его. "Ну и как мне тебя развлекать, вождь?" -- с хмурым лицом ему была всучена книжечка. -- Придумай что-нибудь. Давай, ты же достаточно изобретательна, чтобы каким-то образом путешествовать по островам! -- он опять начал тараторить, еще и кольнул в их прошлый разговор, где она отказалась раскрывать "способ своих путешествий". Ну блин. "Я что-нибудь придумаю." -- Давай, или "что-нибудь придумаю" уже я. *** Следующие три дня были... странными. Нет, правда, очень странными. В основном из-за самой Саги. Пока они спорили, как оказалось, уже начало смеркаться. Так что после короткого ужина, пользуясь возможностью, девушка ультимативно заявила -- ну, написала -- что нужно лечь пораньше, ибо завтра будет насыщенный день. Рыжий вождь, казалось, искренне наслаждался происходящим и безропотно улёгся в свой спальник. А потом, на удивление быстро, уснул. Как только Сага удостоверилась, что он правда спит и это не игра, она тихонько выползла с поляны. На этот раз коленки не хрустнули. Было бы так и в прошлый раз, и не было б проблем. Но нет, спасибо Норны, что распорядились её судьбой именно так. Эир пришлось поискать, и та, стоило почуять от подруги незнакомый человеческий запах, напряглась. Первым желанием было плюнуть на всё, залезть в седло и улететь. И Лунн даже сделала шаг в эту сторону, но потом нерешительно замерла. Этот кавардак, вызов, что она ему бросила. Да, мысленно Сага костерила себя, как могла. Вот только... Вот только стоило признаться хотя бы самой себе, что ей понравилось. Это ощущение адреналина и хождения по краю. Нечто подобное было и во время полётов, но там куда больше захватывал восторг и безумное, необъятное чувство свободы. Ладно, если подумать логически. Рациональных причин оставаться здесь нет, но Дагур несёт опасность только ей. Сейчас она умудрилась даже драконов обезопасить, хотя бы в теории. А на кой, она, кстати за них вступилась? Ладно Эир, ладно даже драконы Наездников, но просто дикие рептилии то ей зачем сдались? Да, сама она их убивать не хочет, да, кровь и насилие в целом не очень любит, хотя и принимает, что этот мир жесток, и в нём такие штуки не искоренишь. Сама не святая, спокойно кушает рыбку и мясо, а если разозлится, легко в это насилие опускается. Но вот конкретно сейчас то что за хрень была? Ответ, если честно, не понравился. Её действия были продиктованы не любовью к летающим печкам, а собственным, абсолютно глупым желанием бросить Дагуру вызов. А, раз уж дела обстоят так... "Спрячься в дальних пещерах и днём не высовывайся. Тут один мой давний... Приятель. И он не обрадуется встрече с тобой. Я сама тебя потом найду, не гуляй по острову и не летай над ним. Хорошо?" Эир такой расклад не понравился. Однако она, когда уже почти разразилась гневным рычанием, неожиданно захлопнула пасть со звонким щелчком и ещё раз обнюхала Сагу, с двойным усердием. Потом посмотрела на неё таким грустным и тоскливым взглядом, что в груди защемило, вздохнула совсем по-человечески и потрусила куда-то к берегу. "Эй, ты чего это?!" Ответ получить было не суждено. Ну и ладно, потом допытает рептилию. Сейчас голова болела о другом -- что бы придумать, чтобы малолетнему вождю не было скучно? В голову полезли совсем уж стыдные и неправильные вещи, настолько, что Сага решительно подошла к дереву и пару раз грюкнула лбом о кору. Вот ещё, он явно не это имел в виду! А если и это, то она ему всё лишнее отрежет. В итоге, проломав голову пол ночи, Лунн так ничего и не придумала, завалилась спать и проснулась ближе к обеду. За "завтраком" её не переставая сверлили насмешливые зелёные глаза. -- Итак, что же мы будем делать в этот невероятно насыщенный день? -- ни капельки не пытаясь скрыть издёвки громко провозгласил вождь, тем самым спугнув стайку Жутких жутей неподалёку. Захотелось его чем-нибудь треснуть. Котелок выглядит вполне увесисто. "Ты умеешь ставить силки?" -- плюнув и решив просто делать то, что ей нравится, попутно немного помучив заносчивого пацана, Сага нацарапала на бумаге это предложение. -- Э... Нет? И вот, следующие пол дня девушка скрупулёзно показывала молодому вождю, как правильно выбирать место для силков, как их сооружать, как правильно вязать узлы и какие конструкции лучше всего для этого подходят. Сам Дагур явно пытался произвести впечатление и сделать всё с первого раза, но каждый раз допускал ошибки, сердился, ругался и порой ломал всё, что успел смастерить. Лунн в ответ на это только мстительно улыбалась и спокойно предлагала начать заново, ведь "Неужели могучему вождю не под силу справиться с какими-то узлами и ветками?" Душа пела и танцевала, и от вида мучений Остервенелого, и от того, насколько же тот ещё был мальчишкой. -- Всё, хватит! Я сказал развеселить меня, а не... А не... А не вот это! -- наконец не выдержал Дагур, отшвыривая от себя очередную палку. Сага не сдержалась и тихо засмеялась, от чего и так раздраконенный парень окончательно впал в бешенство и навис над сидящей неподалёку девушкой. -- Это не смешно! -- голос практически сорвался на визг. Лунн поспешила состроить серьёзное выражение лица и послушно закивала, всем видом демонстрируя, насколько он прав. Вождь не проникся, рыжая бровь дёрнулась пару раз, и девушка очень явственно ощутила, что он едва сдерживается, чтобы не вцепиться ей в шею. "Тебе же нравится охота? Я не думаю, что в эти силки хоть что-то попадётся, так что бери свой арбалет и пошли выслеживать зайцев", -- не торопясь она протянула ему книжку. Дагур зло выхватил её из рук, но, стоило прочесть написанное, тут же сдулся как шарик. -- Ты же не любишь кровь и насилие, -- протянул с подозрением. Сага одним движением встала на ноги и пожала плечами. "Когда убийство совершается ради еды, это приемлемо. Ты хочешь убивать драконов без какой-то цели, просто, чтобы убить. Вот такое я и правда не люблю." Лунн не стала дожидаться его ответа и спокойно пошла обратно к лагерю, слыша, что молодой вождь потоптался на месте и недовольно попыхтел, но поплёлся следом. А в мыслях крутилось только одно: она чувствует от него настоящую угрозу, только когда дело касается Эир. Остаток дня прошёл за охотой, и вот тут юноша смог развернуться во всю ширь своей души. Им, видимо, везло, поскольку дикие драконы не вставали у них на пути, пусть порой и были слышны их гулкие шаги и рёв. Дагур каждый раз тоскливо поворачивал голову в ту сторону, но практически сразу переводил взгляд на Сагу и продолжал заниматься делом. Удивительно, но рыжий вождь практически весь остаток дня и вечер был молчалив, особенно для себя. Он будто хотел разразиться очередной тирадой или задать какой-то вопрос, но каждый раз перед тем, как открыть рот, решал этого не делать. Когда такое продолжилось и на следующий день, Лунн не выдержала и, что удивительно, сама спросила словами через рот, не отрываясь дела. -- Что ты хочешь сказать? -- теперь они сидели на поваленном дереве и... Плели венки. Те тоже получались кривыми-косыми под грубыми пальцами юноши, но хотя бы получались. Тот от такой словоохотливости Саги сначала открыл рот от удивления, но быстро мотнул головой и немного раздражённым взглядом вновь уткнулся в венок. -- Ты ведь путешествовала, да? -- девушка чуть нахмурилась, следя за тем, как её собственные ловкие пальцы вплетают в уже готовую основу цветы с более короткими стебельками, чтобы нарастить объём. -- Да. -- Почему решила осесть на Олухе? -- ...а не на острове Берсерков, так и читалось продолжение вопроса. Смутное понимание, почему парень так себя ведёт, уже вырисовывалось в мозгу, но думать о нём не хотелось. -- Я не осела. Через некоторое время пойду дальше, -- она решила немного слукавить. В конце концов, была вероятность, что девочки и правда продолжат своё путешествие. Зарекаться на что-либо желания не было. -- И какой будет твоя следующая остановка? -- и, не дожидаясь ответа, затараторил. -- Ты ведь видела, мой остров очень живописный, и скалы там куда выше, чем на Олухе. От туда открывается отличный вид на закаты и звёзды, или что вам, девчонкам, там нравится... Вот теперь Сага посмотрела на него в упор, в глазах плескалось недоумение. Видя это, вождь нервно улыбнулся и порвал свои труды, переборщив с силами, но сам этого не заметил, неожиданно и очень неловко засмеявшись. Девушка моргнула пару раз и предпочла вернуться к работе, кинув только смутное "Я подумаю". Ни к чему ему знать, что она ни при каких обстоятельствах не попадёт на остров Берсерков. Следом за затихшим смехом раздались звучные ругательства, когда Дагур понял, что порвал свой венок. Лунн только головой покачала, слабо улыбнувшись. Вечером ужин готовила Сага. Ей осточертело есть пережаренное мясо, да и, пока юноша доплетал последний венок, она успела немного полазить по кустам и собрать пару травок, что добавят вкуса. А ещё одну, про которую узнала у Готти: отваром именно из неё девушку поили первую неделю болезни, чтобы она не просыпалась. Прямо в процессе готовки, когда неожиданно разговорившийся Дагур наворачивал круги у неё за спиной, тарахтя про, по ощущениям, вообще всё на свете, ей неожиданно что-то закрыло обзор. Лунн дёрнулась, перекатываясь подальше от костра, но потом увидела, что это было, и так и замерла на месте. Отчаянно изображающий независимый вид парень надел на неё венок. Свой, тот самый, что так старательно доплетал последним. Сага выразительно перевела взгляд с венка на юношу и подняла бровь. Тот неловко улыбнулся, но потом сделал пару шагов вперёд, подобрал своё творение и вновь попытался водрузить на голову девушки. Она отклонилась. На лица обоих медленно вылезали одинаковые, игривые улыбки. Следующая попытка таки оставить венок на голове Лунн опять провалилась, только теперь она откатилась в сторону и плавно встала. -- Я не просто так его делал. А ну замри! -- Дагур дёрнулся вперёд, теперь уже пытаясь схватить вёрткую девушку, но та, давя задорную лыбу, принялась практически плясать вокруг костра и паренька, не позволяя себя поймать и отклоняя голову от летящих в неё сплетённых цветов. Игра завершилась, когда Сага почуяла запах гари. Пронзительно зашипев, она метнулась к огню и поспешила снять с котелка получившуюся похлёбку, поспешно её перемешивая. Блин. Подгорела не сильно, но вкус всё равно подпорчен. Обзор опять перекрыл венок, водружённый на голову с победным кличем. В ту ночь Сага опять ускользнула, чтобы наведаться к Эир. Сонные травки, добавленные в порцию Дагура, отлично того усыпили, так что проблем не было, а подгорелый вкус их спрятал. Хотя, он всё равно сказал, что получилось вкусно. И даже удивился, что так сильно и внезапно захотел спать. Драконица обнаружилась в одной из пещер, немного недовольная, но больше беспокойная. Человечка подверглась тщательному осмотру, обнюхана и, в финале, облизана с ног до головы, после чего белая рептилия немного успокоилась. Лунн немного рассказала об этих двух днях и пообещала, что уже скоро они улетят отсюда. Всё же, надолго её не хватит. Голова уже болела от попыток что-нибудь придумать, и выходило всё равно глупо как-то. Удивительно даже, что Дагур не возмущается. Но его тоже надолго не хватит. Всё же, ежедневная охота на простых зверей и маяние хренью -- не то, зачем он прибыл на этот остров. На вопросы о тоскливом взгляде Эир отвечать отказалась. Занятие на третий день пришлось придумывать на ходу. Проспавший сильно дольше обычного вождь как-то слишком уж подозрительно поглядывал на Сагу. Та поспешила заверить его, что у неё есть отличная идея, и повести куда-то за собой. В какой-то момент, когда вот-вот должно было появиться из-за деревьев Ужасное чудовище, девушка хотела, было, по привычке юркнуть в кусты, но потом сообразила, кто с ней. Дагуру, что уже потянулся к мечу, пришлось делать подсечку и вместе с ним кубарем катиться под ветви орешника. Получилось довольно шумно, так что Лунн молилась, чтобы рептилия не обратила на это внимание. Потом мысли резко сместились вообще в другую степь. Итогом такой попытки спрятаться оказалось то, что парень практически лежал на Саге, ткнувшись ей в шею. Он уже попытался встать, но шаги дракона были совсем рядом, и шуметь ещё больше было нельзя, так что девушке пришлось едва слышно на него шикнуть. Как на зло, Чудовище решило задержаться на поляне и почесать рога об ветки дерева. Дагур был, блин, тяжёлым и пах, вообще-то, не одуванчиками. А ещё, как ей казалось, очень шумно и тяжело дышал прямо в шею, вызывая мурашки по всему телу. Ощущения были знакомо-незнакомыми, и первое шло из прошлой жизни. Копаться в памяти прям вот откровенно не хотелось, в основном потому что было чёткое понимание: станет хуже. И так в животе будто бабочки порхают. Рептилия наконец, удалилась, грузно ступая по земле, вот только рыжий вождь не сдвинулся с места. Сага чувствовала, что ей уже тяжело дышать, а после очередная волна мурашек, когда он чуть шевельнул головой, показывая, что вполне в сознании, и задел носом шею, подстегнула. Девушка здорово ткнула Дагура в бок, слыша, как он сдавленно ухнул и откатился. Стоило почувствовать свободу, как она выскользнула из-под куста, делая судорожные вдохи. -- Тебе срочно надо помыться, -- свежий воздух был просто прекрасен. Особенно для чувствительного нюха. Следом из-под ветвей вылез и парень, красный как рак и откровенно смущённый. Он глянул на Сагу и тут же отвернулся, буркнув только. -- Куда дальше? Дальше привело их на берег, туда, где встречались здоровенные каменные глыбы и лес. Стараясь не думать о смущающем эпизоде -- и дышать! Как же прекрасно дышать! -- Лунн пощёлкала пальцем, оглядываясь. Идея в лихорадочно размышляющую голову пришла спонтанно и, на удивление, понравилась. "Мы будем играть в прятки", -- вновь достала книжку девушка. Кажется, не очень довольный этим Дагур выгнул бровь и вполне резонно спросил: -- Мне что пять лет? -- быстро же он достиг точки кипения. Значит, сбежать надо будет раньше, чем планировалось. Хотя, может и не сбежать. Она ещё не решила. "Других идей нет", -- честно призналась. Юноша тяжело выдохнул, но потом, неожиданно, повеселел. -- Отлично. Это тоже своеобразная охота! -- и залился жутким смехом. Саге резко стало не весело. "Вообще-то я думала тебя искать", -- поспешила остудить пыл разошедшегося вождя, но фокус не сработал. -- Раз. Два. Три... -- совсем не обращая внимания на недовольную гримасу на лице девушки, Дагур отвернулся к морю и принялся считать. Зарычав сквозь зубы, и понимая, что он совсем не плохой охотник, Лунн припустила к скалам, но, стоило сойти с песка, круто сменила направление и сиганула в лес. До скольки хоть считать будет? Разогнавшись посильнее, Сага взбежала по поваленному дереву, что лежало под углом на ветках ещё живых сосен, и с разбегу прыгнула на то, что подальше. Так меньше вероятность оставить следы или обломанные сучья. А она лёгкая, заберётся повыше, где густые иголки и другие ветки скроют от глаз. Конец счёта ознаменовался громким возгласом "Я иду искать!", который просто обязан был либо привлечь, либо распугать всех драконов в округе. Очень хотелось верить, что всё же второе. Лунн прижалась плотнее к стволу дерева, вслушиваясь в шумную тишину леса. Жужжали насекомые, щебетали птицы, шелестели ветви под ласковым ветерком. То и дело с разных сторон раздавались скрипы могучих сосен, сгибаемых под всё тем же ветром. Наконец, спустя минут десять, раздались тихие шаги. Дагур и правда был хорош в охоте, и, не смотря на свой взрывной нрав и шумную натуру, умел двигаться практически бесшумно. Практически. Наученная умелым охотником и поистине скрытным драконом, Сага научилась различать малейшие шорохи. Особенно тогда, когда не уходила в себя. Юноша сумел проследить её путь там, где только начиналась земля, когда она ещё бежала неосторожно, нарушая равномерную моховую подушку и приминая траву. После она уже выбирала как и куда ступать и петляла меж деревьев, так что след должен был затеряться. Если Дагур сможет опять его поймать возле поваленного ствола, где ей пришлось набрать скорость, а от того вновь ступать неаккуратно -- девушка его зауважает. Смог. Усмехнулся, бормоча себе под нос что-то, что не получилось разобрать, и, видимо, подумал, что Сага попыталась таким образом его обмануть. Осмотрел всё вокруг упавшего дерева, пытаясь найти следы, естественно безрезультатно. Лунн затаила дыхание и прикрыла глаза, чтобы он не почувствовал цепкий взгляд сверху. Но, толи она это сделала поздновато, толи молодой вождь просто оказался достаточно сообразительным, чтобы резко задрать голову вверх и начать вглядываться в зеленую массу иголок ближайших сосен. Та крона, в которой схоронилась девушка, была чуть дальше, и, видимо, он решил, что мелкой и хрупкой Саге до него просто не допрыгнуть. Поискал ещё следы и направился дальше, постепенно удаляясь. Как только его шаги стихли, девушка расслабилась и прижалась лбом к тёплой коре, чувствуя, как стучит сердце в ушах. На лице расцвела лёгкая, но немного лихорадочная улыбка. Ладно, надо перепрятаться. Они не обговаривали это правило, так что никаких мук совести по этому поводу Сага не испытывала. Осторожно спустившись ниже, где ветви были толще и длиннее, Лунн выбрала подходящий маршрут и осторожно, цепляясь за ветки выше и по возможности избегая иголки. Не очень острые, но приятного мало. Таким образом удалось перебраться с одного дерева на другое без проблем, они стояли очень близко. По округе разносилось тихое шуршание и поскрипывание, но Дагур его услышать не должен был, ибо уже ушёл достаточно далеко. На следующее дерево уже пришлось прыгать, оно стояло чуть дальше, и... одна из веток, за которую девушка ухватилась, оказалась слишком тонкой и сухой даже для тощей Саги, обломилась. Довольно громко, вообще-то. Вторая рука и опора под ногами, пусть и раскачивались, но всё же позволили сохранить равновесие, и Лунн щеманулась ближе к стволу, в безопасность. -- Ага! Сага, я тебя нашёл! -- раздалось неподалёку. Торовы портки! Этот рыжий жук её обхитрил, схоронился где-то, а сам ушёл совсем недалеко! Тихо и раздражённо шипя себе под нос, Сага лихорадочно думала, что сделать. Сдаваться так просто не хотелось. -- Спуска-а-айся, я жду тебя внизу! -- нараспев протянул парень, судя по звукам, даже немного пританцовывая у ствола сосны, на которой пряталась девушка. А следом расхохотался, уже почти привычно. Ага, не дождёшься. Она ещё побарахтается. Правила ведь они и правда не обсуждали. Сделав вид, что приняла поражение, Сага принялась неторопливо слезать, от чего всё отчётливее могла различить довольство Дагура и его широкую, хищную улыбку. Но, на последних ветках -- которые, кстати, были довольно высоко от земли, просто так девушка бы до них не допрыгнула -- она притормозила, будто пытаясь отдышаться. Но стоило уличить момент, когда уставший стоять с задранной головой юноша отвернулся, Лунн рванулась по самой широкой ветке, которую смогла найти, к соседнему дереву. Прыжок вышел, наверное, красивым. Ветвь жалобно скрипнула, но не обломилась, так что практически чудом не кувыркнувшаяся Сага не особо сбавляя скорости понеслась дальше, хватаясь за соседние ветки и чувствуя, как некоторые иголки всё-таки больновато впиваются в нежные руки. Она успела обогнуть ствол, когда Дагур, наконец, пришёл в себя и с воплем кинулся следом. Ещё один прыжок был чуть менее удачным -- девушка немного не рассчитала высоту и вместо переката просто кубарем покатилась по земле. Голова зазвенела -- повезло ещё, что она не влетела в другое дерево -- но Лунн собрала руки-ноги в кучу, привычная к подобному после полётов, и прямо с земли рванула дальше, только потом перетекая с четверенек на две ноги. Сзади раздавались гулкие шаги и шумное дыхание, а ещё крики "Так не честно!", такие возмущённые, что на секунду даже захотелось остановиться и сдаться. Но потом в ход пошли ругательства и весёлое "А ну стой, чертовка!", так что желание как рукой сняло. Заливисто рассмеявшись, она припустила дальше, петляя меж деревьев и то и дело ныряя в кусты, перекатываясь, прыгая с поваленных деревьев и прячась за камнями. В этот момент Сагу не беспокоили ни драконы, что вполне могли заявиться на шум, ни весь остальной мир. Ей просто было весело, особенно от того, что иногда она ловила взгляд зелёных глаз, таких же радостных. Нет, ну а что? Он же хотел охоты. *** Они вернулись в лагерь уже практически ночью, уставшие, извалявшиеся во мху и траве, пыльные, но оба довольные, с зеркальными улыбками. Дагур её всё-таки поймал, всё же выносливости и силы у него было куда больше, и даже уловки, которыми Сага прекрасно владела, не могли это изменить. "Наказанием" девушки стала щекотка, после которой она икала половину обратного пути. Рёбра теперь немного болели -- силы у рыжего вождя было много -- но это ничего, бывало и хуже. От смеха болел живот и она даже немного охрипла. Дагур практически светился всю дорогу и не переставая болтал, хвалясь, какой он хороший охотник. Эта трескотня под ухом на удивление не раздражала, Сага даже слишком быстро привыкла к такой особенности юноши. Признаваться самой себе, что всё это время он был даже... Милым? не хотелось. Хотелось поесть и завалиться спать, а ещё опять в тёплые источники. В итоге, когда на поляну вышел Иккинг, с щитом наперевес, Лунн совсем глупо потёрла глаза, посчитав, что ей померещилось. Дагур синхронно с ней замер, удивлённый этим занимательным обстоятельством. Лицо вождёнка было непередаваемо: такой смеси замешательства, удивления и откровенного не верения собственным глазам девушка не видела никогда. -- Иккинг, старый друг! Как я рад тебя видеть! -- замешательство Дагура продлилось совсем недолго, и вот он уже заключает паренька в объятия, голося на всю округу. -- Дагур и... Сага?! Какой... Э... Приятный сюрприз! -- после встряски вождёнок наконец смог выдавить из себя хоть пару слов. -- Как удачно, что ты тоже здесь! Я так жаждал тебя увидеть! Я думал ты погиб! -- рыжий вождь, по ощущениям девушки, напоминал сейчас перевозбужденного дракона, что очень соскучился по своему хозяину. Или собаку. На последних словах он "легонько" и "по-дружески" хлопнул Иккинга по плечу. Ну, так подразумевалось, а на самом деле получился увесистый шлепок, от которого бедный пацанёнок отлетел на пару шагов, и теперь морщился, потирая ушибленную конечность. Вмешиваться не хотелось, такой Дагур -- откровенно бешеный -- был приятен куда меньше обычного, с которым она успела познакомиться за эти три дня. -- Но Сага рассказала мне, что с вами двумя всё хорошо, и что Ночная фурия улетела, а значит у меня ещё есть шанс подстрелить её! И того, другого дракона! А вместе мы тем более с ними справимся! -- юношу откровенно несло. Он восторженно, даже исступлённо тараторил, носясь по поляне туда-сюда, а под конец рванулся к Саге и Иккингу, прижимая их с двух сторон к себе. Но тут же осёкся, переводя немного более адекватный взгляд на девушку. -- Вернее... Мы вдвоём! А Сага посидит здесь, чтобы ничего не видеть. Правда же? -- сощурив глаза он наклонился ближе к её лицу, переходя на низкий, угрожающий тон. И в этот раз, видит бог, вставать перед ним в позу совсем не хотелось. Особенно при Иккинге. Тем более, что Лунн смутно догадывалась -- наедине ей ещё "позволено" взбрыкивать, но вот перед "старым другом" ему это совсем не понравится. Тьфу, мысли, как будто Сага -- вещь, что принадлежит вождю. Сравнение не понравилось. -- Э... Да, конечно... Стой, другого дракона? -- в девушку метнули вопрошающий, немного опасливый взгляд. Та, пользуясь тем, что Дагур сразу повернулся к пареньку, скорчила "всё-нормально-я-потом-объясню" выражение лица. -- Да, там, на арене был ещё один дракон! И он... А что ты сейчас здесь делаешь? -- очередная, как внезапное пике, смена настроения, с восторженного на опасное, подозрительное. Сага запнулась внутри своих мыслей. Чего? "Пике"? Это что такое? Смысл слова вспомнить не получалось. -- О да, что я здесь делаю... -- попытка объясниться -- хотя скорее мысли вслух на тему "Как я оказался в этом дурдоме" -- провалилась, остервенелый вождь перебил пацана. -- Ты прибыл забрать Сагу на Олух? -- в его голосе отчётливо скользнула ревность. Все мысли о причинах поведения Дагура стряхнули с себя пыль и поднялись с дна сознания. Думать их вообще не хотелось. -- Нет, стой, не отвечай! Я точно знаю, что ты сейчас здесь делаешь. -- Эм, да? Точно-точно? -- Иккинг напрягся. -- О да, точно. Мы здесь по одной причине, Иккинг. Охотимся на драконов! -- конец фразы был сказан с удовлетворённой улыбкой на лице. Сага впала в ступор на несколько секунд, а после издала сдавленный хрюк, одновременно с фразой вождёнка. -- Ну да. Ты угадал. Я... за этим и пришёл. В по-олном одиночестве, -- девушка прямо видела, как пацан сдерживает улыбку, настолько глупо это звучало. Дагур, что уже выпустил Иккинга из объятий, но так и держал Лунн за плечи, поочерёдно посмотрел на них и скорчил довольную гримасу. Захотелось скинуть его руку, что, в целом, девушка и сделала, отойдя на пару шагов. Нужно как-то уличить момент и поговорить с вождёнком, объяснить ситуацию и узнать, какого рожна они забыли на Острове драконов. Рыжий вождь мазнул по ней взглядом, но потом цапнул Иккинга за руку и дёрнул вниз, ставя на четвереньки. А потом... Начал выть. -- Давай, вой со мной! Клёвое чувство! -- и продолжил. Паренёк посмотрел на Сагу умоляющим взглядом, но та только отошла ещё немного назад и задвигала ладонями, призывая не впутывать её в этот бред. Ему ничего не оставалось делать, кроме как подчиниться, бормоча себе под нос. -- Кошмар... Вообще, глядя на то, в какое эмоциональное возбуждение впал Дагур рядом с Иккингом, все мысли о том, что она могла ему нравится стали вызывать смутное сомнение. Может он по мальчикам? Так, нет. Стоп. Никаких "нравится", нет-нет-нет. Она подумает об этом потом. Когда-нибудь. Возможно. Перед рагнарёком. От дальнейшего разговора Лунн самоустранилась. Пока мальчики сели на бревно, она приземлилась прямо на землю с другой стороны костра и под его светом быстро карябала в книжке объяснение, что тут происходит и почему она рядом с вождём Берсерков. В конце концов, ей когда-то пришлось оправдывать, почему она не их шпион. Если Астрид узнает, опять будет топором угрожать. Не хотелось бы, если честно. Дагур продолжал скакать с настроения на настроение, то вереща на весь лес, то переходя на иступлённый практически шёпот, то тараторя без умолку. И, судя по тому, что краем уха уловила девушка, рассказывал, как они "здорово и весело, пусть и глупо и нудно, проводили время вместе". "Они" это Сага и вождь. То и дело Лунн чувствовала на себе взгляды обоих, но не отвлекалась. И так начинает голова болеть от этого дурдома. Этот Дагур был совсем не похож на того, кого она видела последние три дня. Да, они оба были достаточно остервенелы, громки и даже немного безумны, но рядом с девушкой он правда вёл себя более спокойно и адекватно. Этот рыжий вождь ей не нравился совершенно, от него всё ещё не чувствовалось опасности конкретно для неё, но находиться с ним рядом было просто больно. В основном, ушам. -- Мы с тобой побратались, -- настолько странная фраза вырвала из потока мыслей. Чего-чего они сделали?! Сага вперила в вождёнка абсолютно ошалелый взгляд, но тот только руками развёл, бормоча себе под нос. -- Недоразумения продолжаются. Ясно. Он тоже ничего не понимает. Это обнадёживает, на самом деле. Чувствовать себя самой тупой неприятно. Дальше Дагур потащил Иккинга за собой, "охотиться на Ночную фурию!". Девушка потащилась за ними сама, от чего словила полный непонимания взгляд вождя. Ну хоть не сказал ничего по этому поводу, и на том спасибо. И даже как-то всё равно на то, что он нарушает их "договорённость". Ничего, она это как-нибудь переживёт. Главное понять наконец, что происходит. Писать на ходу неудобно, но Иккинг, скорее всего, ещё во время разговора сложивший два и два, держал свой фонарь достаточно высоко, чтобы хотя бы было видно свои собственные слова. Наконец, заветная книжка была всучена пареньку в руки -- в её собственные перекочевал фонарь, ибо иначе взять "рассказ" просто не получилось бы. Вождёнок практически проглатывал информацию, скользя по неровным строчкам. Впрочем, информации было не так много: случайно столкнулись, затеяли глупое соглашение, отослала Эир в дальние туда-то-туда-то и потом занимались всякой хренью. Объяснений, почему Сага вообще всё это затеяла, она решила не вставлять. Это не так важно (хотелось на это надеяться, по крайней мере), можно и потом добавить. Стоило дочитать, он скосил взгляд на идущего впереди Дагура и зашептал. -- Мы здесь на тренировке, всеми Наездниками. В той пещере, где сидит Эир, скорее всего сейчас Задирака и наши драконы, так что не волнуйся. Надо что-нибудь придумать... -- он не договорил, ибо юноша спереди шикнул. -- Это наш дракон, -- сверху раздался топот. Тяжёлый, скорее всего кто-то вроде Ужасного чудовища или Тайфумеранга. -- Не он, слишком большой, -- естественно не мог не поправить Иккинг. Со скал сверху и правда высунулась морда Чудовища, что сразу же дыхнул пламенем и взлетел, скользя вдоль земли. Дагур ещё до плевка огнём успел свалить вождёнка на землю -- Сага схоронилась сама -- а следом взвёл арбалет, вставая на ноги. -- Ты прав. Но я всё равно его собью! Ради смеха, -- кровожадность так и сочилась с его губ. Девушка продолжала сидеть, припав к земле, и не сводила с напряжённой, как стрела, фигуры глаз. И вот он не вызывает у неё чувства опасности? Даже не так, вот к этому человеку она успела... Привыкнуть? Даже проникнуться, что-ли? При том так быстро. В голове стоял хаос из мыслей, хотелось хорошенько стукнуться о что-нибудь, чтобы хоть немного их устаканить. Саму себя понять не получалось, от того на душе было как-то мерзко. А ещё, почему-то, обидно. Выстрелить, естественно, не дал Иккинг. Стоило ему оттолкнуть арбалет, сбивая с прицела, как Дагур тут же рассвирепел. -- Как. Ты. Посмел?! -- заревел тот не хуже дракона, нависнув над пацанёнком. Казалось, он просто не верил в то, что кто-то мог помешать ему. -- Мне пришлось! Ночная фурия могла нас учуять, -- поспешил отбрехаться Иккинг. А ведь Сага тоже не дала вождю убить дракона, тогда, когда другое Чудовище должно было выйти на поляну. Но он отреагировал совсем по-другому. Почему? -- Глянь на нас! -- пришлось вернуться в реальность, вставая, наконец, на две ноги. -- Ты у нас такой немощный... Да ты сам всё знаешь! А я -- Дагур Остервенелый! Кто бы подумал, что у нас такая дружная команда! -- юноша был просто в восторге, тряся вождёнка за плечи. Перед другом было немного стыдно за такие мысли, но сейчас она была благодарна всем богам за то, что всё внимание Дагура полилось на пацана. -- Не я, это уж точно, -- неловко смеясь и не зная, куда себя деть, подыгрывал Иккинг. -- Идём дальше! -- Сагу цапнули за руку и потащили вслед за ними. Жалко, она надеялась, что про неё совсем забыли. Слишком много было мыслей в голове, и отрешиться от них опять получалось плохо. Какая сложна штука, эти ваши человеческие взаимоотношения! Раньше жила с драконом и не знала бед. "Охота" продолжалась, и, стоило раздаться ещё одному шороху, как Дагур вновь утянул пацана в укрытие. Лунн вновь справилась сама. Да он ведь и так знает, что она спрячется, вот и даже не смотрит в её сторону! Изучил, блин. К диалогу даже не хотелось прислушиваться, как и смотреть на очередные попытки Иккинга спасти драконов. -- Иккинг! -- раздалось со стороны шуршания, стоило двоим парням показаться из-за пня. Плохо, надо будет пытаться объяснить Дагуру, почему вместо "в по-олном одиночестве" оказался ещё один человек. Тяжело вздохнув и потерев лоб, Сага неслышно поднялась и последовала за теперь уже тремя мальчиками, слушая разглагольствования новоприбывшего. -- Ох, как я рад тебя видеть! Ты не поверишь, через что я прошёл! На плоскогорье полно диких драконов! -- Да, мы же на Драконьем острове, Сморкала, -- попытался вставить в этот поток жалоб слово Иккинг. -- Дагур! Сага? А вы то как здесь оказались? -- радость сменилась недоумением, стоило обратить внимание на застывшую сзади беловолосую фигуру. -- Сморк... Как там дальше? -- а вот такое пренебрежение от вождя она услышала впервые. Положа руку на сердце, его можно было понять. -- Да Сморкала, Сморкала! -- Да не важно. Ты же прибыл в одиночку? -- полетел вполне закономерный вопрос Иккингу. -- Я... думал, что один! Сморкала, ты же должен был остаться в базовом лагере! -- А? -- Пока я... Охочусь на драконов один в лесу! -- Не понял, кто, что и где? -- и от актёрской игры одного, и от тупости второго хотелось прикрыть лицо руками. Благо, внезапно выросшее эго Дагура застилало ему глаза. -- Не самая острая стрела в твоём колчане. -- Не то слово... -- как только вождь отдалился, Иккинг приглушенным тоном продолжил. -- Подыграй мне, чтобы Дагур не узнал о наших драконах. Он хочет украсить ими стены в своём доме. -- Стой, в смысле?.. -- Сага молча прикрыла тому рот рукой и потянула дальше. Дальнейший путь проходил в молчании. Девушке оно казалось гробовым. Именно поэтому различить походку друга удалось сразу. Опять сжавшийся Рыбик -- оказалось, что она успела по нему соскучиться -- шёл спиной прямо к спине Сморкалы. Пришлось зашипеть, чтобы эти двое не столкнулись и подняли шум. Прекрасно видящий её Йоргенсон только замер на месте, а вот Рыбьеног шумно выдохнул и развернулся, тоже узнавший характерный звук подруги. -- Сага? -- что сегодня за парад удивлений и восклицаний? В прочем, в этом сумасшедшем доме глупо удивляться. Девушка, впервые с появления Иккинга, с искренней и не напряжённой улыбкой на лице обошла застывшего Сморкалу и обняла друга. Из-за внезапности и проблем, связанных с появлением Иккинга, положительные эмоции затёрлись, отошли на третий, а то и четвёртый план. Иначе он был бы встречен также. -- Да, Рыбьеног... Как ты видишь, это Дагур! Он тоже охотится на драконов, наподобие нас! -- Дагур, что охотится на драконов наподобие их, сверлил Рыбика совсем не дружелюбным взглядом. -- Да! Мы охотники на драконов! Охотимся на драконов! -- а они случайно не забыли, что находятся на острове, полном, собственно, драконов? И что, вообще-то, было бы здорово не шуметь? -- Иккинг, твои представления об одиночестве и мои сильно разнятся. Но, быть может, этот парень может послужить неплохой мишенью для тренировки... -- друг неожиданно обнаружил, что ему в переносицу был направлен арбалетный болт. Пока ещё в арбалете. Сага нахмурилась и выступила вперёд, резко отводя оружие от лица Рыбика. В груди потихоньку начинало клокотать совершенно драконье рычание. Этот рыжий придурок мог так вести себя с Иккингом, который вполне мог постоять за себя. Но он совершенно точно не имел права обращаться таким образом с чутким и стеснительным Рыбьеногом, который только-только научился ходить по родному острову с прямой спиной. И уж точно он не смел наставлять на него оружие, по крайней мере с настолько прямой угрозой. -- Ла-а-адно, может вернёмся к охоте на драконов? -- вклинился между двумя недовольными взглядами Иккинг, опасливо косящий то на одного, то на вторую. Наконец, зелёные глаза моргнули. Дагур фыркнул и рассмеялся своим безумным смехом, закидывая арбалет на плечо. -- Ты чертовски прав, брат! Напряжение не ушло из воздуха, только сгустилось вокруг Саги, легло на её плечи. Рыбик осторожно коснулся её руки, как только вождь отвернулся и пошёл дальше. -- Спасибо. Дальнейший путь был таким же неловким, только иногда прерываемый болтовнёй Дагура, в основном направленной на Иккинга. Лунн предпочитала плестись сзади, рядом с другом, что уже успел прочесть краткое объяснение, как она здесь оказалась. Теперь он сверлил девушку удивлённым взглядом, то и дело переводя его на рыжего вождя. Очередной полу-монолог был о вождях, которых нужно было уничтожить. Подождите, он же не имеет в виду, что убил собственного отца? Это слишком даже для него! Но болт, выпущенный прямо в помалкивающего Рыбика говорил об обратном. От ошеломления и шока Сага даже не пикнула, хотя прекрасно видела, каким сожалеющим стало лицо Дагура, когда он увидел, что болт не прошил друга. О Тор... Голова закружилась. И вот с этим монстром она проводила время? На шорох в кустах даже не получилось напрячься. Девушка просто замерла статуей самой себя, тупо уставившись в пустоту. Отвращение и глубокое, накрывающее волной разочарование разлились внутри, так что когда сзади подошла Астрид и тихонько тронула за плечо, приложив палец к губам, она заметила только лицо, полное растерянности. Девочка напряглась с реакции, совершенно нетипичной для Саги, взглядом спрашивая "Что случилось?" В голове была невнятная, болотная пустота, так что, так и не получив ответа, она скрылась в кустах также тихо, как и появилась. Знакомый рёв и характерный звук залпа заставили собраться и хотя бы на время выкинуть из головы всё лишнее. Верхняя часть куста загорелась, разгоняя темноту ночи, и от туда высунулась оскаленная морда Беззубика. Отсветы огня блестели на чёрной чешуе, отражались от острых клыков, так что зрелище вышло внушительное и даже пугающее. -- Ночная фурия! Иккинг, брат мой, спасибо! Ты привёл меня к нему! -- полный восторга голос Дагура прорезал ошалелую тишину, накрывшую лагерь. Он же сейчас выстрелит! А еще... Если здесь Беззубик, значит рядом и Эир. В то, что эти двое не нашли друг-друга, не верилось. Взгляд заметался по округе, пытаясь найти знакомый, зеркальный силуэт. Дракон за кустами медлил, не желая причинять боль человеку, пусть и такому, как рыжий вождь, но при этом подставлялся сам. Хоть бы её рептилия не додумалась вытворить что-то подобное! Иккинг разберётся со своим настоящим братом, ей бы найти свою подругу. Ситуацию спасла Астрид. В момент, когда Дагур уже собрался стрелять, она направила в его сторону Жутких жутей, из-за чего болт улетел в молоко, а Иккинг, пользуясь тем, что юноша отвлёкся, указал своему дракону бежать. Отлично, отлично! Умница, Астрид, просто умница! Одновременно с этим, пока девочка голосила, сзади раздался знакомый, мяукающий звук. По позвоночнику прошлась волна ужаса, которую пришлось давить в зародыше. Улизнуть в кусты, пользуясь моментом, было легко. Всё ещё зеркальная, Эир обеспокоено обнюхала девушку и, удостоверившись, что она в порядке, ультимативно подставила бок. Хотелось, страшно хотелось плюнуть на всё, залезть в новенькое седло и улететь к ебени матери. Вот только... Белая драконица могла летать без всадника. Беззубик не мог. И Иккинг пойдёт его спасать, не может не пойти. А бросить его тут одного... Да она себе просто это не простит. "Не показывайся, умоляю. Он тебя пристрелит, а меня не тронет", -- возмущение в голубых глазах было таким ярким, что стало стыдно. Зеркальный хвост попытался сделать подсечку, вот только прекрасно знакомая с товаркой Сага перепрыгнула его и выкатилась обратно на поляну, обезоруживая Эир этим поступком. Она послушает, не покажется. В неё моментально уставились тёмные зеленые глаза. Блин! Чтобы Дагур не заметил возможных шевелений сзади, девушка поспешила встать и подбежать к нему, яко бы оглядывая на предмет повреждений. Довольная улыбка моментально расплылась на губах парня, и он, приобняв Сагу одной рукой, уже привычно заголосил. -- Давай же, Сага, пошли! Посмотри на мой триумф, я уверен, тебе понравится! В темноте крови не видно, -- последние слова были сказаны с едва уловимым ехидством. От прикосновений стало мерзко. -- Невозможно охотиться в такой толпе, возвращайтесь на Олух! Не мешайте нам делать дело! -- подхватил Иккинг, следуя за ними. Отлично, о драконах ребят можно не беспокоиться. Преследование началось, так что Дагуру просто пришлось выпустить Лунн из объятий. Та сразу юркнула назад, ёжась. Желание помыться вернулось и только усилилось. -- Не понимаю, почему он не улетает? -- хорошо, что в темноте было не видно седло и хвостовой протез. -- Может, он нас куда-то заводит? -- Вроде ловушки? -- Э… Вроде того, да... Вдруг нас ждёт засада? -- попытался отвадить от Беззубика безумного вождя Иккинг. -- О-о-о, брат мой, ты забыл, что засаду засадить засаднее, чем засидеться, -- не смотря на ситуацию и свербение между лопаток, вызванное одним конкретным взглядом голубых глаз, Сага зависла, пытаясь переварить эту фразу. -- И что это значит? -- вождёнок был в похожих чувствах. -- Кто его знает! -- Дагур вновь зашёлся безумным смехом, что перешёл в боевой клич, спрыгивая с возвышения, на котором они остановились. Беззубик не хотел сильно отдаляться от своего наездника, из-за чего подставлялся под болты. Скорость Ночной фурии позволяла ему избегать их, но вечно так продолжаться просто не могло. Иккинг успел запыхаться от бега и постоянных карабканий туда-обратно, что было трудно с щитом в одной руке. Сага то и дело подталкивала его снизу, чтобы паренёк совсем не отстал. -- Так мы его точно не достанем, -- пытаясь глотнуть воздуха, он предпринял очередную попытку. -- Это я понял. Поэтому я гоню его в том направлении, -- Дагур деловито поджёг один из болтов и запустил его в воздух, чтобы он перелетел через скалу. -- А что там? -- Сага почувствовала, как у неё сжались внутренности. Сейчас будут совсем хреновые новости, так и шептала интуиция. -- Если честно, Иккинг, я тоже прибыл сюда не совсем один... -- и, будто в ответ на его слова, из-за всё той же скалы прилетела четвёрка таких же подожжённых стрел. -- Дагур, Ночная фурия -- орудие смерти, парочка бойцов ничего не решит. "Ну, да. Сам то один тут, или с армадой Берсерков?" -- чуть улыбнувшись. Юноша зарделся и засуетился. -- Да что ты, правда что-ли? -- На острове -- один. Ну она и дура. -- К счастью для нас, -- просто идиотка! -- я привёл целую армаду и свою бесчисленную армию Берсерков! -- абсолютно непроходимая, конченная идиотка! В след за его словами на них полетела целая стена стрел, от которой хорониться пришлось за Иккингом, что укрылся щитом. -- Да, это может решить исход боя, -- вождёнок кинул на Сагу испепеляющий взгляд, и та поспешила прошептать одними губами "Я не знала". Она правда не знала! Это была шутка, глупая шутка! Как можно было подумать о том, что Дагур правда притащил с собой чуть ли не весь свой флот?! -- Мы направим эту бестию прямо к ним, и они её прикончат, -- пронизанный самодовольством, пугающе тихий голос рыжего вождя сочился удовлетворением. -- Но это неспортивно! -- попытался найти хоть какой-то аргумент паренёк. -- Да плевать я хотел на спорт! Я убью Ночную фурию, а из её черепа сделаю шлем! -- и, не дожидаясь ответа, он понёсся вперёд. Схоронившийся на краю уступа Беззубик оказался загнан в ловушку, а Дагур уже взвёл арбалет вновь. Сага судорожно пыталась придумать, что можно сделать, но в голову ничего путного не лезло. У неё с собой был только нож. Можно попытаться подобраться к вождю сзади и всадить его в шею. Она сможет? Сможет, выбора нет. -- Ну всё, хватит. Ты не убьёшь этого дракона! -- не выдержал Иккинг, наконец показывая настоящие эмоции. Лунн скользнула в сторону, обходя юношу по широкой дуге. Тело привычно застелилось вдоль земли, практически перетекая из одного положения в другое. Ладонь нащупала в кармане рукоять ножа. -- Что, опять? Ну ладно, ты первый его увидел, можешь взять крылышко или лапку, -- практически как от мухи, отмахнулся Дагур. -- Я планирую забрать его целиком, -- и заревел по-драконьи, отвлекая парня от его цели. Беззубик, пользуясь шансом, запрыгнул на возвышение и одним большим прыжком перемахнул вождя, демонстрируя, наконец, всего себя. -- Это же... -- Седло? Да Дагур, так оно и есть, -- собранный и спокойный, Иккинг не боясь подошёл к могучей рептилии, полностью владея ситуацией и вниманием Дагура. -- Значит, я был... -- Прав. Всю дорогу. Мы не охотимся на драконов на Олухе, мы на них летаем, -- протез наконец встал в паз, раскрывая элерон. Беззубик, добравшийся до своего всадника, раскрыл крылья, чернее самой ночи. Вот так, отлично. Она почти дошла, ещё пара шагов, и можно будет одним рывком запрыгнуть ему на спину. Сага так уже сделала, она сможет. Особенно сейчас, когда он полностью захвачен своими мыслями и происходящим перед ним. -- Твой отец обманул... Нет, это ты обманул меня! -- Дагура захватывала ненависть. Он сделал пару широких шагов вперёд, от чего Лунн чертыхнулась. Слишком близко к дракону и его всаднику. Нужно опять красться, вот только... Иккинг. А одобрит ли он убийство? Особенно теперь, когда ситуация больше не критическая. Не одобрит. Не он, этот светлый паренёк, что смотрит на мир ясными и добрыми глазами. -- Он пытался сохранить мир между нашими племенами, как и я, -- от былой неловкости Иккинга не осталось и следа, он говорил спокойно и чётко, уверенный в своих силах и своей правоте. Сага же предпочла отойти назад, в тень камней. Сейчас вождёнок в седле, а значит, они справятся. -- Вы выставили меня на посмешище! -- Ты и сам прекрасно с этим справляешься, -- охваченный злобой и яростью, Дагур потянулся к мечу за спиной, но Беззубик тут же заревел предупреждая. Вождь замер, стоя практически нос к носу с драконом. -- Твой ход. -- Ты мог бы стать моим братом, Иккинг! А теперь мы заклятые враги! -- если в начале его голос был немного визгливым, то последние слова были сказаны совсем не смешным, жёстким тоном. Все усилия Иккинга по сохранению мира пошли насмарку. -- Думай как хочешь, но запомни: у нас есть драконы, и мы не боимся бросать их в бой! -- поставил точку в разговоре вождёнок, а потом куда мягче обратился к дракону, думая что Дагур сдался отвернувшись. -- Полетели отсюда. Напоследок, паренёк кинул взгляд туда, где схоронилась Сага. Иккинг как никто другой знал, насколько она может быть незаметной, а уверенный кивок подтвердил его мысли. Ничего, летите. Эир её подберёт, выберутся. Но, стоило им взлететь, как рыжий вождь молниеносно достал болас и, сноровисто размахнувшись, кинул в Наездника. Высота была небольшой, но приземление всё равно вышло жёстким. Беззубик оказался связан, с прижатыми крыльями, а Иккинг отлетел от него на пяток метров. Лунн чертыхнулась. Ну конечно, так просто всё не могло закончиться! Следующий бросок связал и пасть дракона, а дальше Дагур с безумным криком и мечом наперевес бросился на Ночного. Она не успеет, просто не успеет ничего сделать! Бессилие струилось по венам не хуже яда. Сага никогда не была воином и могла только убегать и прятаться. Даже нападать со спины толком не умела, спасали незаметность и маленький вес, эффект неожиданности. Удар отразил Иккинг, успевший встать и достать щит. Завязалась драка. Дагур был сильным и хорошим воином, но ярость просто слепила его. Он отшвырнул пацана ногой и вновь замахнулся. Из рук меч выбил всё тот же щит, брошенный как бумеранг и вернувшийся к хозяину. Следом в него полетели кинжалы, что не могли пробить железо Громмеля. Сейчас вмешаться будет равно самоубийству. Беззубик, защищая друга, приложил вождя хвостом, от чего тот отлетел обратно к арбалету. -- Твой ход, Иккинг, -- захлёбываясь своим ядом, парень принялся стрелять по пацану, что укрылся за деревом. Следующие несколько стрел полетели в беззащитного дракона, благо тот успел перекатом уйти от них. Да к чёрту всё! Она должна сделать хоть что-то. Главное, что Эир в безопасности, остальное не важно. Плюнув на скрытность, Сага разбежалась что есть мочи и прыгнула на Дагура, сбивая того с ног. В моральных терзаниях и горячке боя он совсем забыл про неё, от того не сразу сообразил, что случилось. На его лице выступило какое-то детское, обиженное удивление от того, что она помогает Иккингу, но той было плевать. Она скатилась с парня и кинулась к Беззубику. Вот и нож пригодился. -- Сага? -- донеслось ей в след, но вождёнок успел сориентироваться и выстрелил крюком-кошкой из центра щита, обматывая ту вокруг сухой ветки над Дагуром. Раздался треск, и сверху его хорошенько приложило древесиной. Иккинг присоединился к Саге, пытаясь разрезать верёвки на морде своего дракона, пока Лунн разбиралась с теми, что на теле. Вот только, викинги всегда славились своей твердолобостью. Рыжий вождь быстро пришёл в себя и налетел на пацана, сбивая того с ног и нависнув сверху. Верёвка наконец поддалась, и Беззубик сразу вскочил, сдирая когтями путы с морды. В Дагура полетел залп. Иккинг поспешил встать, подбегая к другу. -- Спасибо! -- через секунду он уже был в седле. В безумного вождя полетели ещё залпы, выбивая из рук меч и вновь опрокидывая. Он почти слетел с края обрыва, но всё же смог удержаться, повиснув на одних руках. -- Давай убираться отсюда? -- Сага только и смогла, что кивнуть. Наконец-то. Всё закончилось.