Видящая

Встретить Сагу на острове было подобно чуду. Очередному. Она вновь появилась в его жизни, также внезапно, как и раньше. А он, подумать только, чуть не зарубил её, перепутав с драконом. Но откуда Дагур мог знать, что в кустах таится не опасность, а милая дева, что пахла ветром и хвоей? Она его опасалась, что больно кольнуло. Он ведь не специально, совсем не нарочно! Как объяснить беловласой красавице, что бояться нужно совсем не его? Молодой Вождь не знал. К тому же, его захватила привычная горячность. Дагур тараторил без умолку, вновь погружаясь в события на Олухе. Хотелось делиться с валькирией своими мыслями, что крутились в голове с тех самых пор. Сага ведь не случайно оказалась здесь вместе с ним, он был уверен, что судьба опять свела его с посланницей богов не просто так! Потому опять было неприятно видеть, как девушка ведёт себя совсем иначе, не как в ту ночь, когда случилась кража. Очевидно, она так испугалась за него, как только услышала про другого дракона, став из бледной совсем прозрачной. Прекрасной деве не пристало бояться за могучего Вождя, ей следовало бы восхититься его бесстрашием, вдохновить на подвиги, как и в первую встречу! Однако даже так, рядом с Сагой проявлялись совсем не свойственные ему чувства: её хотелось оберегать, поддержать даже. Уже поняв, что валькирия прячется под личиной тонкой и хрупкой девушки, похожей на дикого зверька, Дагур решил проявить не свойственное ему сочувствие. Так, как мог. А потому отвёл Сагу в свой лагерь -- ладонь горела в том месте, где касалась её кожи -- и поделился едой. Ему хорошее кушанье всегда помогало, так может и девушке станет лучше? Первая горячка сошла, от того стало заметно, как сильно колотилось его сердце, когда Дагур протянул ей куриную ножку. Это даже немного злило. Он что, юнец зелёный?! Потому на лицо вылезла привычная маска вождя, с которой он давал подачки своим подданным. Дальнейший диалог завернул в совсем неожиданную сторону, однако позже, уже лёжа в своём спальном мешке, парень только улыбался, вспоминая его. Дева поведала, откуда она, а так же то, что не любит крови. Это в голове не укладывалось -- викинг, которая не хочет убивать драконов! И ему, на какое-то время придётся не трогать этих тварей, но оно того стоило. Из под личины трусливой девчонки вновь показалась валькирия, что не побоялась бросить ему вызов и диктовать условия. Как она была хороша в тот момент! Угольки-глаза так и пылали, белые волосы растрепались и падали на точёное личико, скрашивая суровое выражение. И голос, прямо такой, как в ту ночь: тихий, твёрдый, уверенный в своей правоте. По коже шли мурашки от одного воспоминания. Будь на её месте кто-то другой, да даже будь кто-то ещё рядом, он бы не спустил ей такое поведение. Дагур Остервенелый -- Вождь Берсерков, ему не пристало торговаться условиями, как бабке на базаре! Но здесь и сейчас, когда они одни на этом острове, куда строго-настрого запрещено ступать его воинам, он мог ей позволить эту игру. В конце концов, в моменте она вряд ли что-то сделает. А итогом этой "сделки" может стать и то, что девушка оставит Олух, и он заберёт её к Берсеркам! Вполне вероятно, и без её согласия. Уже следующим утром он наслаждался её попытками придумать развлечение, достойное самого Вождя! Дева отправила его спать очень рано и, как он думал, бегала к своему кораблю. Ну как ещё она может путешествовать с острова на остров, да и как бы иначе она смогла выбраться с Большого? Не на драконе же. Ничего, это тоже простительно. Дагур знал, как молодые девчонки любят наводить тумана на себя, пытаясь казаться привлекательнее, так почему и Саге не иметь такую черту? Однако суровая реальность оказалась не такой сладкой, как некоторые мысли, что иногда мелькали в его голове. Девчонка повела его учиться ставить силки, и откровенно смеялась над провалами Вождя! Да как она смеет! Дагур и так рядом с ней старался держаться спокойнее -- откровенно говоря, это получалось как-то само собой, без сознательного решения -- чтобы та быстрее к нему привыкла, перестала дичиться как зверёк. Но ударить в грязь лицом не хотелось, от того парень старался изо всех сил, пытаясь повторять своими грубыми от тренировок пальцами чудные узлы и конструкции из веток. Деву спасло то, что после этого унизительного "занятия" она дала ему выпустить пар на охоте. Удержаться от преследования драконов было трудно, хотелось сорваться в погоню за тварями и показать, кто на этом острове настоящий охотник! Однако нарушать договорённость так откровенно было бы проигрышем. А ещё не хотелось показывать, что Вождь брал припасы у своего войска, не утруждая себя охотой за обычным зверьём. Он бы с удовольствием вцепился зубами в мясо яка, однако приходилось давиться костлявыми кроликами и птицами. В этот же день пришла так же не свойственная ему робость -- он боялся говорить рядом с ней. Хотелось задать ей тысячу вопросов, но ни один не лез, застревал поперёк горла. Девушка в итоге спросила сама, прекрасно видя его терзания. Это покоробило, однако возможность поговорить с такой умиротворённой в тот момент Сагой, тонкими и ловкими пальцами творящей -- менее высокопарного слова не нашлось -- венки стёрла неприятное чувство. Понять по её лицу, насколько деву заинтересовал родной остров, не получилось. Ещё и венок порвал! Ладно, зато в голове родился коварный (или глупый) план: посмотреть, как цветы украсят девушку. А ещё после этого у него будто кляп изо рта достали, слова полились совсем без контроля. Ужин взялась готовить Сага, так что времени на то, чтобы совладать с собой, отчаянно и позорно трусившим перед девчонкой, было достаточно. Ещё и внимательные карие глаза не следили за каждым его движением. Названий он не знал -- не баба же, чтобы таким интересоваться -- но белые и жёлтые цветы смотрелись на Саге прекрасно, даже немного помятые его руками и его же попытками изловить вёрткую девицу. А её улыбка делала их ещё краше. Задумка третьего дня, ещё не известная, вызывала и интерес, и раннее раздражение. С одной стороны, одна возможность проводить время рядом с девушкой радовала, а с другой, венки и силки были совсем не весёлыми занятиями. Именно поэтому, когда на поляну уже должен был выйти дракон, Дагур не раздумывая потянулся за мечом. Во-первых, Сага не выполняла условия, а во-вторых, крылатая тварь однозначно напала бы. Вот только девушка не дала достать меч, подсечкой отправив их обоих в кусты. Да как она смеет!.. Всё возмущение из головы выдуло, стоило понять, в каком положении они оказались. Хрупкая и неожиданно нежная Сага лежала под ним. Такая тёплая, с дурманящим запахом леса, практически пропитавшим само её существо. Лицо само оказалось возле тонкой шеи, в которую страшно хотелось уткнуться и дышать-дышать-дышать. И даже смрад дракона -- ему показалось, Чудовище пахло так сильно, что чувствовалось даже до того, как он приблизился? -- совсем не мешал. Тварь давно ушла с поляны, но Дагур не решался сделать хоть одно движение. В голову вновь полезли томительно-сладкие мысли, что мешали думать трезво и были в корне неправильны по отношению к валькирии. Пылкое, молодое тело желало девушку под ним. Её тычок в бок отрезвил, заставил ухнуть и откатиться в сторону. Как только Сага выскользнула из под укрытия, из закромов его души вылезло давно забытое смущение. И немного всколыхнулась злость. Девчонка таки помешала ему зарубить дракона. Ещё и сказала, что он воняет! Прятки поначалу были восприняты в штыки: ему же не пять лет! Однако потом пришло понимание, что это почти та же охота. Только теперь на девушку. Не читая её возражений, Вождь принялся считать. Сага и правда отлично пряталась. Искать её следы под тенью деревьев было тяжело, что вызывало уважение. Сразу видно -- умелая охотница. Какое же животное она ему напоминает? Ответ в голову не шёл, от того парень предпочёл не отвлекаться и "играть" дальше. Очевидная попытка сбить его со следа вела к поваленному дереву, что застряло верхушкой в кронах живых сосен под углом. Дагур излазил всё в округе вдоль и поперёк, но не нашёл ничего. Либо девчонка настолько хороша, либо... В кронах ближайших деревьев не удалось заметить знакомую белую макушку. Ну ничего, они не обговаривали правила, так что Сага попытается перепрятаться, он был уверен в этом. Углубившись в лес ещё немного, парень принялся ждать, очень-очень медленно возвращаясь и тщательно следя, куда наступает. Попалась! Сверху и правда раздалось шуршание, девушка перебиралась с одного дерева на другое, пользуясь тем, что их ветки касались друг друга. Однако следом раздался треск, характерный для ломающегося дерева. Дагур сначала откровенно и по-мальчишески испугался -- неужели сейчас свалится -- но нет, цепкая Сага смогла удержаться. -- Ага! Сага, я тебя нашёл! -- торжественно объявил он на весь лес, подходя к нужному дереву и приплясывая возле него. Этого было слишком мало, хотелось ещё! Девушка сдалась, принялась спускаться, но на последних ветках, стоило парню отвлечься, побежала прямо так, не спускаясь на землю, и прыгнула на соседнее дерево. Ну точно валькирия! Дагур практически видел крылья, что выросли у неё за спиной, иначе объяснить это сумасшествие не получалось. Он так и замер, всматриваясь в подсвеченную солнцем фигуру, что приземлилась на ветви другой сосны и продолжила по ним бежать... Бежать! Тело рванулось само, желая выплеснуть всю ту энергию, что копилась в нём эти дни. Сага скорее свалилась вниз, чем спрыгнула с другой стороны кроны, но, когда он уже думал, что вот-вот поймает её, понеслась дальше, даже не сразу встав на ноги. Вёрткая девица петляла меж деревьев, всячески избегая его рук, и хохотала в голос, улыбаясь во весь рот. Дагур вторил ей своим смехом, чувствуя, как внутри пузыриться кровь от весёлого азарта. Дева долго водила его за нос, но в итоге выдохлась и не смогла в очередной раз проползти по земле под очередными зарослями, парень умудрился ухватить её за ногу и потянул на себя. Она взвизгнула и принялась брыкаться, но куда там: сильные руки прижали тонкое тело к груди -- она была такой тощей, что он мог заключить её в кольцо рук и обнять себя ладонями -- и принялись щекотать в наказание. -- Попалась! -- Дагур выдохнул это ей в ухо, чувствуя разлившееся внутри удовлетворение от выигранной охоты. Девушка извивалась как угорь, пыталась выскользнуть и вновь удрать от заслуженной кары, но он больше ей это не позволит. Очевидно, девчонка ему нравилась. И отпускать её от себя он был не намерен -- заберёт домой вместе с её чёртовой лодочкой, пусть, если ей так нравится, плавает вокруг его острова. А на убийства драконов не смотрит. Парень остановился, только когда Сага взмолилась о пощаде -- при том вслух! -- и начала икать. Это было даже... Мило? Растрёпанная и раскрасневшаяся, она была диво как хороша собой. Весь обратный путь Дагур был счастлив до зубного скрежета, хотелось петь и танцевать, но он только говорил-говорил-говорил обо всём, что приходит в голову. Вечер не мог стать ещё лучше, как он думал, но прямо к их лагерю, стоило запалить костёр, вышел Иккинг! Его дорогой друг, тот, кто как и Сага, спас его на Олухе! Радость встречи затмила собой всё остальное, тем более что брат также, как и он прибыл на этот остров, чтобы охотиться на драконов, а не за его девой. Привычная горячка, что поутихла за последние несколько дней, вновь накрыла его с головой, смешиваясь с остатками азарта после пряток и не выплеснутым желанием охоты. Не на милую Сагу, не на безобидное зверьё, а на опасных и хищных тварей. Благо, девушка даже не пикнула, когда он непрозрачно намекнул не возникать, стоило разговору коснуться темы драконов. Он не потерпел бы её непослушания и непочтения перед Иккингом! Понятливая Сага позволила мужчинам вести свой разговор, отошла подальше. А после, видимо, побоявшись оставаться одной в лагере, направилась за ними. Дагур не переживал за неё -- его сил хватит на её защиту и даже больше, к тому же девушка была достаточно умна, чтобы прятаться без его указки, в отличие от брата. Азарт охоты позволял не замечать странности, снисходительно относиться к глупым друзьям Иккинга и его пониманию слова "одиночество". Только жирный увалень умудрился вывести его из себя, стоило Саге того обнять. Они долгое время жили вместе на Олухе, а если эти двое... Нет! Девушка не настолько глупа и слепа, но сбить спесь с наглого мальчишки всё равно стоило. Однако она его удивила. Встала на защиту увальня, да с таким взглядом, что стало даже завидно. Хотелось сорваться на неё прямо там, на месте, но Дагур, захваченный охотой, милостиво решил отложить порку и не делать её публичной. Рано он обрадовался её уму, того всё-таки не хватило. А злость вполне можно сорвать и на нём, жалко только, что стрела не попала в сальное тело. Но после стало уже всё равно и на Сагу, и на всех прочих. Ночная фурия, Иккинг вывел их к ней! Восторг захватил, и пусть брат пытался торговаться, злобное создание всё равно будет убито им! Неудача. Наглая девка, ещё одна с Олуха, согнала Жутких жутей ему прямо в лицо, от чего болт попал не в морду дракона, а в ствол дерева рядом. Ничего-ничего, он её теперь не упустит. И рядом с ним в миг его триумфа будут Сага и Иккинг. Ночная фурия не улетала, но это было только на руку. Дагур вёл её в сторону своего флота, чтобы дракону точно было некуда деться. Брат начинал раздражать своими непонятно к чему сказанными возражениями, но что ещё взять с такого как он? Однако... Следом у него из-под ног землю выбило. Иккинг, его брат, врал Дагуру! Врал с самого начала, улыбаясь в лицо, а сам якшался с порождением молнии и летал на нём! Ярость и жгучая, ядовитая ненависть жгли грудь изнутри, от того Вождь бросался в атаку на своих врагов вновь и вновь. Он убьёт дракона вместе с наездником, и их черепа будут висеть на стене в его доме! Неожиданностью стала Сага, про которую парень успел забыть. Девушка помешала ему, опрокинула на землю и сразу же понеслась помогать Иккингу, пытаясь разрезать путы. Он не дал обиде разрастись, задавил её на корню: очевидно, у неё от страха помутился рассудок, другого объяснения просто не было. В итоге Дагур проиграл. Дракон выбил меч у него из рук и почти отправил в полёт, он едва успел схватиться за край обрыва. Всё его войско было за спиной, но Вождь был сосредоточен на том, чтобы не упасть. Стоило телу почувствовать камень под собой, он уже хотел заорать во всю глотку, чтобы флот нашпиговал стрелами его врагов, но слова застряли у него в горле. Ночная фурия с Иккингом на спине уже успели взлететь и стремительно набирали высоту. А Сага, девчонка, у которой, как он думал, помутился рассудок, смотрела прямо на него обжигающе холодным взглядом, полным равнодушия с толикой отвращения. Она не была в панике, просто стояла возле края скалы, обдуваемая ветром. Девушка отвернулась и, набрав в грудь воздуха, заревела, прямо как Иккинг, когда он звал к себе свою тварь. Две косы взметнулись в воздухе, когда она немного отклонилась назад и с всё тем же усталым спокойствием сорвалась вниз. Дагур непроизвольно сделал пару шагов вперёд, вытянув руку. Он даже не заметил, как встал. Но в следующий миг мимо него пронеслась Сага, целая и невредимая, будто сидящая на чём-то невидимом. Через несколько секунд прямо из воздуха под ней проявилось крылатое тело. Ещё одна фурия, только белоснежная, чётко видимая на фоне тёмного неба. Точно, как он мог забыть? Сага же жила на Олухе. Так вот почему она выбрала его, а не остров Берсерков. Вот её способ путешествовать. Ещё одна огнедышащая тварь. Она такая же, как Иккинг. Тоже обманывала его, глядя прямо в лицо... Нет, нет! Она ещё хуже! Мерзкая, лживая тварь наверняка как-то очаровала его, ввела в заблуждение. Играла с ним все эти дни, изображала фальшивые улыбки! Заколдовала его, заставила поверить, что она посланница богов, валькирия! Сейчас каждое её действие, каждое движение, каждый поступок, эмоция или слова виделись в другом, отвратительном свете. Он думал, что ненавидел Иккинга также сильно, как ценил его. Оказалось, что Сагу он ненавидел намного, намного сильнее. До Дагура наконец дошло, какое животное она напоминала ему всё это время. Дракона.