Изумрудный плен

За стеклом вырисовывалась небольшая эспланада перед зданием университета, богатая на украшенные клумбы и скамейки, где в тёплое время собирались студенты, нежась под тёплыми лучами солнца. Сейчас же покрытая плиткой площадь была абсолютна пуста, словно всех студентов разогнали по аудиториям, и лишь одинокая фигура светловолосого волшебника возвышалась над широкой клумбой, вся растительность которой понуро ожидала наступления весны, чтобы украсить собой живописную эспланаду. Молодой человек, спрятав руки в карманах пальто, чуть наклонив голову вбок, наблюдал за девушкой, чей образ являлся отголоском его прошлой жизни. Она ассоциировалась с юностью, с прежней невинностью, что так стремительно унесло время. Она же с опаской не могла оторвать от него взора, словно боясь, что если моргнёт хоть раз, он тотчас материализуется рядом с ней в заполненном студентами коридоре учебного заведения. Тело пробила дрожь, и судорожно схватившись за края широкого подоконника, Гермиона, не прерывая зрительную связь с пожирателем, сползла с подоконника. — В чём дело? — нахмурился Феликс, проследив за направлением её взгляда. — Ты его знаешь? Гермиона словно его не слышала. В ушах стоял шум, и девушка старательно давала мозгу команды начать соображать. Думай, Гермиона, думай! Вряд ли он осмелится напасть на неё при таком количестве свидетелей, вряд ли со сменой режима в стране изменился и статут секретности. Он не посмеет выдать свое происхождение в такой куче маглов. Или посмеет? — Элени? — Феликс пощелкал перед её лицом пальцами, переводя недоумённый взгляд то на подругу, то на незнакомца за окном. Гермиона на миг взглянула на друга, не справляясь с выражением ужаса на лице, а когда в очередной раз перевела взор на университетскую эспланаду, там уже никого не было. Страх сковал конечности. Когда видишь перед собой свирепого монстра не так страшно, нежели, когда теряешь его из виду, и тогда остаётся лишь гадать из какого угла он вынырнет и ухватится кровожадной пастью за твою шею. Гермиона судорожно принялась оглядывать людный коридор, со страхом ожидая увидеть рядом платиновую шевелюру. Но он не появлялся, или же старался не попадаться на глаза, чтобы не лишаться эффекта неожиданности. Через несколько мгновений Гермиона начала сомневаться, что это был правда её бывший однокурсник, а не лишь плод её воображения. Возможно, бессонные ночи сыграли с девушкой жестокую шутку, награждая галлюцинациями. Но он ведь был так реален, и так близок. Стоял и глядел прямиком в душу своими серыми усмехающимися глазами. Только Малфой мог так смотреть, выражая лишь положением бровей и губ своё превосходство. Да и ведь Феликс тоже его видел. Или же это был просто до умопомрачения похожий на Малфоя человек? Экс-гриффиндорку передёрнуло. — Да что с тобой, скажи наконец?! — ворвался в сознание голос теряющего терпение Феликса. — Просто, — неуверенно пролепетала Гермиона, — мне показалось, я его знаю. — Показалось? — Феликс скептично вздёрнул брови, поджав губы. — Ты выглядишь так, словно кто-то сжёг драгоценный трактат по истории Рима. Ну, хотя, — парень деланно призадумался, — в таком случае ты бы упала без чувств, — пробормотал с усмешкой. — Мне нужно уходить, — Гермиона трясущимися руками принялась укладывать вещи в рюкзак, и получалось это из рук вон плохо. — Да тихо ты, — вмешался Феликс, перехватывая её руки. — Позволь мне, ты только что скомкала черновик своего диплома. Ты явно не в себе. И, отбросив руки подруги, принялся аккуратно укладывать её тетради в рюкзак, пока Гермиона, оперевшись о подоконник, пыталась унять колотящееся сердце. Феликс, тем временем, натянув на плечо её рюкзак, раскинул в стороны руки. — Куда направляемся? — Нет, мне нужно побыть одной. — Даже не думай, моя милая ботанка, я тебя в таком виде не оставлю.Бросишься еще под автобус в состоянии аффекта, а мне потом скорбеть всю неделю, — парень лукаво хихикнул, но заметив серьёзное лицо подруги, смиренно поправил: — ну ладно, месяц, — и, хохотнув со своей шутки, потянул шатенку к выходу из здания. Он всегда так делал, когда замечал, что девушка погружается в мрачные мысли. Принимался стрелять шуточками как из пушки, в надежде, что хоть одна попадёт в угрюмую цель, и чаще всего это помогало. Гермиона невольно расплывалась в улыбке с очередного абсурда, что вылетал из уст Феликса, и тучи рассеивались. Но это был не тот случай. Сейчас, если Гермиона как можно скорее не предпримет меры, пострадать может не только она, но и ни в чём неповинный мальчишка, который не имел ни малейшего отношению к хвосту, что тянулся за Гермионой из прошлой жизни. Она не имела права его так подставить. Весело щебеча о переменчивом нраве Элени, Феликс, схватив её за запястье, вывел на свежий воздух, позволяя лёгкому прохладному ветерку освежить мысли. Парень натянул на себя куртку, не сводя глаз с подруги. — Так что, куда отправимся? Можем сходить в кино, там в прокате как раз новый фильм, что-то про маньяка, или пойдем в наше кафе, расскажешь мне, кто это был. Но у тебя такое лицо, будто ты не прочь пореветь, так что можем посидеть у меня, подставлю тебе жилетку. Парень безостановочно продолжил накидывать варианты, пока Гермиона молча взирала на него, придумывая причину, которая убедит его, что сейчас нужно правда оставить её в покое. — Феликс! — решительно прервала болтовню парня Гермиона, хмуро взирая на него. — Мне сейчас правда нужно побыть одной. Не знаю куда пойдёшь ты, но я иду домой! Феликс, замолкнув, с недоумением взглянул на подругу. Похоже, получилось чуть грубее, чем Гермиона рассчитывала. Но так даже лучше. Ему нужно держаться от неё подальше, пока Гермиона во всём не разберётся. — Ну, эм, ладно. Хорошо, — неуверенно изрёк Феликс. — Извини, если бываю чересчур настырным. Утеряв прежний позитивный настрой, однокурсник вернулся в здание университета. Гермиона вздохнула, прикрыв глаза. Надеясь, что это был не последний их разговор и она сумеет извиниться за резкость, Гермиона направилась в банк. После побега из магического мира Гермиона не придумала ничего лучше, чем оставить свою палочку на хранение в ячейке местного банка. Таскать её с собой не хотелось, а хранить в квартире, где она будет каждый раз напоминать о прошлом, не было никакого желания, и Гермиона каждый месяц выделяла средства на аренду сейфа, где хранила одинокое деревце с волшебными свойствами. Сотрудники банка довольно быстро провели клиентку к её ячейке, и вытащив неприметный чёрный футляр, девушка сразу направилась к выходу, проигнорировав вопрос сотрудницы о том, планирует ли деспинис* продолжать пользоваться услугами их банка. Завернув за ближайший безлюдный угол, Гермиона впервые за три года трансгрессировала, боясь, что после такого длительного перерыва у неё ничего не получится. Но аппарация прошла успешно, хоть и Гермиону чуть ли не вывернуло на белоснежный ковёр в собственной спальне. Всё-таки отсутствие практики сказывается на качестве выполнения магии. Не теряя времени, Гермиона принялась укладывать в сумку, зачарованную заклинанием незримого расширения, всё самое необходимое. Если пожиратели действительно смогли выйти на её университет, то в её квартире их стоит ожидать в самое ближайшее время. В спешке носясь по дому, Гермиона закидывала в сумку предметы, что попадались на глаза. Ворвавшись в ванную, Гермиона залезла руками в шкафчик под раковиной, нащупывая спрятанный баллончик с жидким перцем: хоть и магловское, но средство действенное. Любой волшебник точно будет застигнут врасплох. Сунув баллончик в карман, Гермиона выбралась в гостиную, и, бросив последний взгляд на своё жилище, с хлопком исчезла, оставляя комнату в звенящей тишине. Переместилась она в подворотню рядом с железнодорожным вокзалом, намереваясь запутать следы с помощью немагического транспорта. Если путь трансгрессии они и могут отследить, то железные поезда взять под контроль им невозможно. В голову Грейнджер пришла шикарная мысль не покупать билет вовсе. Один незаметный империус, и любой проводник пропустит её без вопросов. Всё-таки за три года Гермиона подзабыла о преимуществах, которые имеешь с палочкой в кармане. Решительно направившись к путям, Гермиона уже второй раз за день замерла на месте, оторопев. Сквозь снующих в разные стороны маглов Гермиона вновь заметила насмешливый взгляд цвета грозовой тучи, что глядел на неё так снисходительно, словно она пятилетний ребёнок, намеревавшийся уйти из дома. Не мешкая, Гермиона пустилась прочь, пытаясь раствориться в толпе. Петляя между посетителями вокзала, Гермиона неслась в сторону железнодорожных путей, в надежде успеть заскочить на любой поезд, когда заметила, что наперерез к ней направляется ещё одна знакомая фигура в тёмно-синей мантии, укрывающая его фигуру полностью, но его лицо Гермиона помнила чётко. Теодор Нотт нёсся к ней, резкими движениями расталкивая людей вокруг, и глядел на Гермиону, напряжённо сдвинув брови. Гермиона в панике сменила курс, оборачиваясь на месте, когда Нотт в несколько шагов подлетел к девушке, ухватывая её за локоть, и в тот же миг Нотт отшатнулся от неё, падая на спину, словно налетел на невидимую стену. Прохожие с удивлением глядели на распластавшегося парня, который метнул гневный взгляд, но только не на Гермиону, а на Малфоя, что с палочкой в руках направлялся к ним. Не поднимаясь на ноги, Теодор вытащил палочку, направляя её на Малфоя, и, воспользовавшись моментом, Гермиона дала дёру. Тем временем Теодор, крайне раздражённый поведением Малфоя, вскочил на ноги, направляя конец волшебного атрибута на друга. Маглы глядели на двоих парней как на умалишённых, стараясь обходить стороной двоих сумасшедших, что стояли посреди вокзала, тыча друг в друга палками. К ним уже направлялась охрана, когда Теодор злобно прошипел: — Ты бы уже проиграл, Драко, если бы не выкидывал свои подлости. Ну впрочем как обычно: ты всегда так делаешь, когда чувствуешь, что соперник сильнее. — Кто бы говорил, — в тон ему ответил Драко. — Я сказал тебе, Грейнджер — моя. И будет так, как я сказал. — Это мы ещё посмотрим. *** Гермиона бежала со всех ног, боясь даже оборачиваться. Улицы сменялись одна за другой, а девушка всё не останавливалась. Неторопливые по своей природе греки оставлялись лишь изумлённо глядеть вслед несущейся по городу девушке, отскакивая с её пути. Позволила себе Гермиона передохнуть только в людном парке, обессиленно усаживаясь на лавочку. Но долго рассиживаться девушка не могла, только Мерлину известно как эти двое так быстро нашли девушку, и не было гарантий, что их только двое. Учитывая, что они в открытую обнажали палочки в людном магловском вокзале, то при возможности и с Гермионой церемониться они не будут. Опасливо оглядываясь, Гермиона раздумывала дальнейший план действий. Нужно передвигаться так, чтобы не оставлять за собой зацепок. Судя по всему, они сумели напасть на след, и всё-таки отслеживали путь её аппараций. Но кое-что не вписывалось в общую картину девушки: Малфой не позволил Нотту приблизиться к ней, отбросил заклинанием, словно они действуют не за одно в стремлении поймать девушку. Гермиона нахмурилась, прикусив внутреннюю сторону щеки, прокручивая момент, как Нотт отлетает от неё и злобно глядит на Малфоя. Это было довольно странным в поведении пожирателей. В школьное время эти двое были не разлей вода. И сейчас экс-слизеринцы явно охотятся за Гермионой, поэтому нужно было действовать обдуманно, а самое главное быстро. Видимо придётся вновь сменить страну и имя, давая себе возможность прожить еще несколько лет спокойной жизнью. Судя по всему, волшебный мир не был готов отпускать Гермиону Грейнджер, что так рьяно пыталась стереть с лица земли свою истинную личность. Бросив взгляд в сторону проезжей части, что находилась в полумиле от девушки, Гермиона решительно настроилась поймать такси. Вскочив на ноги, Гермиона бегом направилась к цели, на всякий случай сжав палочку в руках. Но планы волшебницы вновь разрушились, нещадно разбиваясь о жестокую реальность. На горизонте появился третий человек из прошлой жизни, которого Гермионе пришлось встретить за этот крайне мрачный день. Он вынырнул из-за дерева в нескольких ярдах от Гермионы, перекрывая ей путь к дороге. Рванув влево, Гермиона понеслась через парк, замечая за спиной преследователя в лице Забини. Да чего они прицепились? Неужели Реддл до сих пор желает поквитаться с подружкой Поттера, и у него не нашлось дел поважнее за эти три года, что он посылает за ней своих прихвостней? Выбежав за территорию парка, Гермиона оказалась в узком, заставленном мусорными баками, тёмном переулке. Перепрыгнув через бочки с мусором, Гермиона свернула вправо на ближайшем разветвлении, в надежде скрыться из виду, но напоролась лишь на высокую кирпичную стену, перекрывавшую путь к отступлению. Моментально обернулась назад и встретилась взглядом с Забини, что вылетел из-за угла, направляя на неё палочку. — Попалась, — ухмыльнулся он. Гермиона вскинула палочку в попытке защититься, но парень лишь одним движением своей палочки обезоружил девушку. — Да что вам нужно всем от меня?! — в сердцах воскликнула Гермиона, вжимаясь спиной в холодную кирпичную кладку. — Поверь, Грейнджер, ты будешь охреневать, когда узнаешь, — ухмыльнулся Забини, стремительно надвигаясь на девушку. Приблизившись, парень попытался ухватить Гермиону за плечо, но девушка проворно увернулась, пнув парня ботинком по колену, и, отскочив, распылила ему в лицо заготовленный перцовый баллончик. Схватившись одной рукой за глаза, Забини заорал. — Сука! — взревел ослеплённый парень. — Экспульсо! — рявкнул он, наугад бросив заклинание, что зацепило Гермионе плечо, прибивая её к стене. Девушка больно ударилась головой. Искры посыпались из глаз, и не сдержав болезненного стона, Гермиона схватилась за раненую часть тела. В глазах потемнело, и Гермиона принялась обшаривать рукой землю, в надежде нащупать палочку, стараясь игнорировать острую боль в плече. — Что ты сделала с моими глазами, сука?! — орал Забини, пытаясь стереть с лица магловское адское пламя, и в следующую секунду принялся заливать на лицо воду заклинанием Агументи. Но это мало чем помогало. Между тем зрение Гермионы прояснилось после удара, и, рассмотрев свою палочку в ярде от себя, Гермиона кинулась к ней. Схватив её непослушными подрагивающим пальцами, пустилась наутёк из переулка. За несколько минут добежав до проезжей части, Гермиона поймала первое попавшееся такси. Порадовавшись первому за день везению и назвав единственный пришедший в голову адрес, Гермиона откинулась на сиденье, бросая взгляд на разодранное плечо. Пальто было порвано в клочья, а из-под лоскутов ткани виделась алая кровь, что текла из зияющей раны на плече. Водитель бросал обеспокоенные взгляды в зеркало заднего вида, не решаясь предложить помощь, а Гермиона лишь прикрыла глаза, с грустью вспоминая те дни, когда можно было беззаботно строить планы на счастливое будущее. Все воздушные замки остались в далёком прошлом, и сейчас единственный план на будущее, это пережить хотя бы сегодняшний день. Через десяток минут машина прикатила к многоэтажке в спальном районе города. Обессиленная Гермиона, расплатившись с мужчиной, ступила на тротуар, захлопывая дверь автомобиля. — Может вам нужна помощь? — послышался вслед голос работника такси, что, высунувшись из машины, глядел на девушку. — Нет, благодарю, всё в порядке, — уверила мужчину Гермиона, выдавив улыбку вежливости, и, не дожидаясь ответа, направилась к парадной. Гермиона считала свой поступок крайне эгоистичным, но ей было попросту больше некуда пойти. Феликс был единственным человеком, которому она могла доверять в своей новой жизни. Гермиона остановилась в прохладном подъезде, хватаясь о перила лестницы, планируя подождать несколько минут, дабы убедиться, что никто из бывших однокурсников не объявится хвостом. Гермиона намеренно управилась без трансгрессии, чтобы преследователи не сумели отследить её магическим путём, и Гермиона выиграла себе время, скрывшись в неизвестном направлении. Гермиона вжалась в стенку, когда парадная дверь раскрылась, и в проёме появился тёмный силуэт, но облегчённо выдохнула, когда девушка в тёмной куртке прошла мимо, бросив любопытный взгляд на стоящую у стенки незнакомку. Убедившись, что пожирателей на горизонте не появляется, Гермиона поднялась на первую ступеньку и со скоростью бладжера преодолела четыре лестничных пролета, останавливаясь у двери в квартиру Феликса, всеми фибрами души надеясь, что он дома. Неуверенно постучав, Гермиона прислушалась. Секунды тянулись словно годы, пока Гермиона ожидала что друг откроет дверь, и сердце встрепенулось в волнении, когда послушался звук задвижки, и перед ней предстал темноволосый Феликс. Улыбнувшись подруге, парень перевёл взгляд на раненое плечо, моментально приобретая в глазах взволнованный оттенок. — О Святой Фанурий! — воскликнул он в сердцах. — Элени, что с тобой приключилось? Гермиона прижала к губам указательный палец, призывая его к тишине, вваливаясь в квартиру, закрывая за собой дверь. — Кто-то напал на тебя? — ошарашенно глядя на рану, требовал ответа парень. Схватил ладонями её за лицо, принимаясь разглядывать. — У тебя ссадина на голове. Почему ты вся изранена? Это связано с тем парнем у университета? Ты же из-за него была сама не своя? — Феликс, стоп, — зная, что его монологи могут быть бесконечными, призвала друга к молчанию Гермиона, скидывая его руки с лица. — Мне нужна твоя помощь, я не могу долго задерживаться. — Ты мне сейчас же всё объяснишь! Уперев на девушку серьёзный взгляд, Феликс скрестил руки на груди, поджав в напряжении губы. — У меня правда мало времени, пожалуйста, прошу тебя, сейчас не спрашивай ничего, а чуть попозже я тебе правда все расскажу. Мне как можно скорее нужно переодеться, по возможности перевязать рану, ты поможешь мне? Феликс недовольно фыркнул, не веря своим ушам покачал головой. — То есть сначала ты, увидев какого-то человека в окно, меняешься в лице и уносишь ноги из университета, намекнув мне, это мягко сказано, отвалить от тебя. Гермиона скорчив стыдливую гримасу, пожала плечами. — Потом, спустя пару часов, заваливаешься ко мне в квартиру, с разодранным плечом, вся в ссадинах, будто реально всё-таки бросилась под автобус, и просишь без вопросов побыть твоим медиком и стилистом? Гермиона, потупив взгляд к потолку, кивнула, поджав губы. Феликс снова вскинул брови, что на его лбу образовались глубокие морщинки. — Бред какой-то, — бросил он, зарываясь рукой в волосы, поднимая голову к потолку, разглядывая люстру, в попытках переварить поступившую информацию. Выглядел он так, будто его оперативная память уже переполнилась, и сейчас на его лбу проступит надпись «error». — Ладно, — парень развёл ладони в стороны, вновь ловя взглядом подругу. — Давай ты останешься у меня, всё расскажешь, и мы вместе придумаем как решить твои проблемы, идёт? Гермиона, вздохнув, прошла в гостиную, понуро опускаясь на диван. Феликс помог ей снять пальто, и болезненно морщась, Гермиона позволила ему спустить блузку с плеча. — Это выглядит как рана от взрыва, — пробормотал Феликс, что сейчас, опустившись на колени перед диваном, оглядывал рваную рану на молочной коже Гермионы. Парень пытливо поднял взгляд на лицо девушки, которая, зажмурившись, прикусила губу, стараясь не одёргивать плечо от прикосновений Феликса. — Феликс, пожалуйста, — еле слышно изрекла Гермиона сквозь зубы. — Мало времени. Вздохнув, шатен закатил глаза, удаляясь на кухню за аптечкой. Гермиона окинула взглядом небольшую гостиную в тёплых тонах. Диван, на котором восседала Гермиона, стоял посредине на круглом ковре, за диваном громоздкий шкаф молочного цвета, а перед диваном же стоял современный пузатый телевизор, который Феликс практически никогда не включал. Над телевизором небольшая подвесная полка с многочисленными кубками и медалями, что Феликс выигрывал в бесконечных соревнованиях и конкурсах. Гермиона с усмешкой взглянула на золотистый кубок, что Феликс зубами вырывал в гонке на кроватях прошлым летом. Парень несколько дней уговаривал подругу поучаствовать вместе с ней. Суть соревнования заключалась в том, что участникам наперегонки нужно было преодолеть дистанцию с кроватью на колесиках в руках. Гермиона истерически хохотала, лёжа на кровати, пока напыженный Феликс толкал её через улицу Салоников под громкий рёв толпы. Гермиона хваталась за прутья изголовья на резких поворотах и вновь взрывалась хохотом, замечая красное лицо друга, что усердно толкал кровать на подъём. На последних ярдах соперник в виде светловолосого парня чуть ли не обогнал их, но не привыкший проигрывать Феликс нарастил темп, и преодолел финишную черту на секунду раньше соперника. Гермиона обнимала друга и визжала как умалишённая, принимаясь петь строки Гаудеа́муса — студенческого гимна. Гермиона грустно улыбнулась мыслям, понимая, что скорее всего ей больше не суждено встретиться с этим озорником, что мог вызвать солнце даже в самый пасмурный на свете день. *** Связное кольцо на пальце Теодора нагрелось, когда Нотт, расталкивая маглов, сновал по людной улице, в надежде зацепить взглядом ту самую грязнокровку, за которой сейчас охотились три волшебника: приближённый повелителя магической Британии Теодор Нотт, богатейший наследник древнего рода Драко Малфой, и лучший артефактолог страны Блейз Забини. И Теодор должен был найти её первым. Целый месяц ушёл на то, чтобы установить куда запропастилась золотая девочка. Не сказать, что это было просто, запутала следы девчонка отменно. Но следы магии не выветриваются бесследно, тем более непростительных заклинаний на подобии империо, что были использованы на маглах. Явно Грейнджер сменила имя, она же не глупая, и для этого, как выяснил Теодор, ей нужен был паспортный офис. В другую страну девушка трансгрессировать явно не смогла, поэтому круг поиска сужался до Великобритании, а это не так уж и сложно, как казалось. Зачарованная сотрудница безропотно показала Теодору архив, где обнаружилась запись о смене Гермионой Джин Грейнджер имени на Клару Мюллер. Тем же образом обнаружив билет на рейс в Германию, в город Мюнхен, Нотт отправился по следу. Но ситуация осложнилась после того, как во всём городе молодой человек не обнаружил ни одного совпадения. Нотт начал подумывать, что возможно Грейнджер сменила внешность, когда решил в очередной раз навестить паспортный стол. Случаев кардинального изменения имени и фамилии за последние три года было всего несколько, и Клара Мюллер в таком списке была единственная. Узнав новую личность Грейнджер под именем Алисы Крассовской, Теодор направился в Россию. Пришлось преодолеть еще несколько таких цепочек, пока Нотт не остановился в Греции, уже намереваясь банально подать в розыск эту чертовку, что исколесила пол мира, словно прицепившись к крылу самолёта капюшоном. Наведав справки, Нотт определил, что Элени было самым распространённым именем в Греции, так же, как и выбранная фамилия, и на то, чтобы перепроверить каждую, нужно выделить несколько лет как минимум. Теодор откинул из списка тех, кто не подходил по возрасту, и круг поисков приятно сузился, но, тем не менее, искать её по всей Греции то же самое, что искать снитч в дремучем лесу. Теодор на всякий случай проверил список тех, кто менял имя за последние годы с Элени Деметриу на другое, и, не найдя результатов, принялся шерстить страну, словно голодный волк. Палочка Нотта уже должна была рассыпаться от того количества империо, что он применил за последний месяц. Кабинеты, в которых содержались базы с информацией о жителях Греции, уже мелькали перед глазами, словно верхушки деревьев при полёте верхом на метле. Нотт уже без предисловий с порога швырял империус, отдавая приказ выгрузить всю информацию о Элени Деметриу, и листал бесконечные досье на неподходящих девушек. Теодор уже несколько дней рыскал по городам, когда на ум пришла гениальная идея. Явно среди маглов есть службы, что занимаются поиском людей по всему миру, и имеют достаточные полномочия, чтобы перевернуть страну с ног на голову, но только так, чтобы Грейнджер об этом не подозревала, иначе её след простынет довольно скоро, и Нотту придётся искать её ещё столько же. Нотт довольно быстро вышел на сотрудника национальной службы разведки Греции, чья штаб-квартира находилась в Афинах, и, перехватив его на выходе из здания, одним движением палочки заставил собрать всю информацию о девушке, что приехала в страну в 1999 году под именем Элени Деметриу. Через два дня Нотт получил чёрную папку, раскрыв которую расплылся в широкой ухмылке. На белом листе было изображено до боли знакомое гриффиндорское лицо, и указан адрес университета в городе Салоники. И если бы не дурной характер Малфоя, Грейнджер была бы уже у него в руках, и Теодор во всеуслышание объявил бы о том, что он женится на самой лучшей в своём роде грязнокровке, на самой Гермионе Грейнджер. Но Драко никогда не умел принимать поражения, и играл грязно в любой ситуации, когда карты ложились не в его пользу. Теодор дотронулся до чёрного кольца на мизинце, что являлось связующим артефактом между тремя друзьями — это была личная разработка Блейза. Коснувшись металла, Теодор переместился в точку, которую назначил Забини. Нотт оказался в узком переулке, где рядом с кирпичной стеной валялся Забини, заливая лицо водой, выплевывая ругательства. — Ты чего тут потерял? — удивился Нотт, с недоумением взирая на друга. Тем временем позади появился Драко, что так же откликнулся на послание Забини. — Какого…? — вопрос Драко повис в воздухе. — Эта грёбаная сучка выжгла мне глаза! — взвыл Забини. — Помогите мне уже, хрена ли вы стоите? Переглянувшись, аристократы подошли к Блейзу, опускаясь рядом. — Да не дёргайся! — приказал Теодор, хватая Забини за голову, поворачивая его лицо к себе, внимательно рассматривая. — Перестань лить уже эту воду. Веки Забини, покраснев, опухли, словно от аллергии, или жалящего заклинания. Последнее предположение Теодор озвучил. — Да не жалящее это! Мерзавка брызнула чем-то мне в лицо, её палочка лежала на земле в тот момент. — Правильно понимаю, речь о Грейнджер? — уточнил Драко, озадачено глядя на обожжённую слизистую друга. Его глаза бесконечно слезились, что капли стекали по покрасневшим щекам. — А зачем бы я еще припёрся сюда, конечно, за Грейнджер, — оскалился Забини, всё еще не в состоянии разлепить веки. — Сука, она ослепила меня! — Да девчонка тебя отделала, — усмехнулся Драко, поднимаясь на ноги. — Сходи нахер, — пробурчал Забини, вновь принимаясь тереть глаза, когда Теодор выпустил его из своего хвата. — Давай мы сейчас перенесёмся ко мне в номер, — заявил Теодор, — и подумаем, что с этим можно сделать. По прибытию в Салоники Теодор нашёл ближайший отель и забронировал номер, уже мудрёный опытам понимая, что путешествие может затянуться надолго. Нотт ухватил Забини за плечо, дождался, пока к ним присоединится Драко, и выполнил трансгрессию, перенеся друзей в отель. Это был просторный светлый номер с панорамным окном, стандартная двухспальная кровать с белым постельным бельем стояла у восточной стены, и неприметный стол в противоположном углу. Ничего лишнего и без дешёвого шика. Двое парней усадили Забини на кровать, словно слепого котёнка направляя его в правильную сторону. — Ты как? — Драко стоял у кровати, скрестив руки на груди, и глядел на Забини, даже не предполагая, как ему помочь. — Дерьмово, — сипло отозвался пострадавший, закашливаясь. — Кожу жжёт, сначала было ощущение, что в меня плеснули кипятком. Дышать тяжело. Самый жгучий перец запихали мне в нос — вот, что я чувствую. Реально думал, что подохну. — Промой ещё раз, «фините» не помогает, — пожал плечами Теодор, почесав подбородок, после того как опробовал на друге контрзаклятие. Забини молча указал себе на лицо палочкой, принимаясь вновь поливать себя, словно растение в горшке. Вода уже заливала пол, а облегчения всё не наступало, и отчаявшийся Забини уже готов был вызвать магловского врача, лишь бы это недоразумение закончилось. — На самом деле, может правда обратиться к местным сотрудникам? — озвучил Малфой, переглянувшись с Теодором. — Возможно это их магловские штучки. — Я уже на всё согласен, — прогундел Блейз, громко шмыгая носом. — Внизу есть администратор, — Теодор направился к выходу, заклинанием убирая накопившуюся на полу воду. — Позовите, когда магл уйдёт, — Драко с хлопком исчез из номера. Закатив глаза, Теодор выбрался в прохладный коридор отеля. Собрав анамнез, миловидная брюнетка, что работала администратором, предположила, что это перцовый газ — способ самообороны маглов, и лучшим способом справиться со жжением было молоко. Достаточно промыть глаза молоком, и жжение должно со временем утихнуть. Пождав губы, Теодор всучил девушке несколько купюр, чтобы хватило на покупку молока и на оплату её услуг доставки, попросив принести «лекарство» как можно скорее. — Легче было применить «Империо», — отметил Забини, когда девушка удалилась выполнять просьбу. — Хочу оставаться человеком, — буркнул Нотт, усаживаясь на подножье кровати. — Тошнит уже от этого «Империо». Забини громко фыркнул. — Ты всегда был конченым моралистом. — Ты говоришь это про правую руку Тёмного Лорда, — Малфой появился в комнате бесшумно, сумев подслушать последние фразы. Он ухмылялся, глядя на Теодора, многозначительно приподнимая брови. — Моралист, — произнес он, словно пробуя слово на вкус. — Моралист Теодор Нотт. А это отличный анекдот. — И рядом с ним Драко Малфой, — язвительно отозвался Теодор, — человек, что в двадцать один год боится маглов. — Я их не боюсь, Нотт. Не неси чепухи, — Малфой скрестил руки на груди, — не хочу находиться с ними в одном помещении. Через несколько минут дверь тихо постучали, и Драко моментально растворился в воздухе, вызывая усмешки у друзей. Забрав бутылку молока, Теодор поднёс горлышко к глазам Забини, и обильно залил слизистую. — Какая мерзость, — пробурчал Забини, вытирая лицо, — ненавижу молоко. — Стало лучше? — Не сказал бы, на время охладило, но жжение возвращается, — Забини очищающим заклинанием вывел пятна молока отовсюду, и, вздохнув, откинулся на подушки, пытаясь разлепить глаза. Теодор коснулся кольца на пальце, вызывая Драко, который через несколько секунд с хлопком вновь появился в помещении. — Надо обсудить условия, — объявил Теодор, — и нам не пришлось бы делать это во второй раз, если бы кое-кто не начинал свои грязные приёмчики, — Теодор влетел в Драко недовольным взглядом, поджимая губы. — А в чём проблема? — вскинулся Драко. — Кто первый аппарирует с Грейнджер, тот и забирает. Я просто иду к цели, — в снисходительном жесте развёл руки в стороны. — Я думал это будет честная игра, Драко. — Какая к Мерлину игра, Нотт? — воскликнул Драко. — Речь идёт о репутации моей семьи, и брать какую-то низкосортную грязнокровку я не намерен. Это вопрос моей чести! — с расстановкой разъяснил Драко. — Игра? — выплюнул, словно ругательство. — Не цепляйся к словам, Драко. Если бы не твоё заклинание, я бы уже привёл Грейнджер в поместье! Я почти победил, а ты лишь испугался. — Да чёрт с два! Я, между прочим, нашёл Грейнджер первым, и когда ты объявился там, я пас её уже полдня. И про какое поместье ты говоришь, не про то ли, в которое ты зайти боишься? — Драко делал медленные шаги в сторону друга, и в конце концов приблизился к Нотту вплотную, свирепо прожигая его взглядом. — Если ты заговорил про честь, Драко, так веди себя соответствующее, — процедил Теодор, хмуро прищурив глаза. — Парни, вы сейчас реально из-за грязнокровки грызться будете? — вмешался Блейз, поднимаясь с лежачего положения и усаживаясь на белоснежном покрывале. — Совсем долбанулись? Его глаза уже были слегка приоткрыты, и Забини глядел на фигуры друзей из-под ресниц. — А тут уже вопрос не только в Грейнджер, — не отворачивая взгляда от Драко, протянул Нотт. — Нужно указать Драко на его место, ибо его самонадеянность начинает меня бесить. Драко саркастично хохотнул, отворачиваясь от Теодора и отходя к окну. — Если я сказал, что Грейнджер будет моя, значит так и случится, — лишь уверил он снова, и вновь трансгрессировал в неизвестном направлении. — Походу я умываю руки, — буркнул Забини в наступившей тишине. — Моя мотивация явно до вашей не дотягивает. *** Ночь уже была на исходе, когда Гермиона в который раз намеревалась встать и навсегда исчезнуть из жизни Феликса. Она пообещала ему, что переночует у него в квартире, дала обещание, заранее зная, что не сдержит его. Грейнджер чётко решила, что уедет в Египет и превратится в невидимку. Никаких университетов, никакой работы, никакой социальной жизни. Нужно переждать хотя бы год, а там будет видно. Только вряд ли это можно назвать жизнью: жалкое существование подобно крысе, забившись в угол и не подавая ни писка, не лучше ли уже добровольно пустить себе аваду в голову? Но эти мысли отметались одним лишь желанием жить, она не позволит Реддлу восторжествовать над её бездыханным телом. Не в этой жизни. Феликс уснул лёжа на диване, подложив ладонь под щёку, и тихо сопел, пока Гермиона глядела на него, сидя на полу. Единственное, что Гермиона рассказала другу, это то, что она сбежала из своей страны, в которой шла гражданская война, и люди, от которых она скрывается, сторонники выигравшей стороны, что вынудили её в своё время покинуть страну и больше никогда туда не возвращаться. И сейчас они зачем-то ищут её, и Гермиона не знает почему. И она ведь не солгала. Сказала чистую правду, лишь немного недоговорив, но Гермиона увидела пламя, что разожглось в глазах Феликса, прожигающее её немыми вопросами. Если бы Гермиона не взяла с него обещание не задавать вопросов, она бы уже утонула в них. И Феликс сдержал своё обещание, но Гермионе придётся своё слово нарушить. Бросив взгляд на оконную раму, что виднелась за раскрытыми шторами, Гермиона вздохнула в ночной тишине, до ушей доносилось лишь тревожное тиканье наручных часов Феликса. Гермиона рывком вскочила на ноги, когда послушался тихий стук в дверь, прерывая чуткий сон Феликса. Гермиона незаметно вытащила палочку, пряча её за спиной. Феликс сел на диване, поднимая беспокойный взгляд на подругу. — Пойду проверю кто там, — прошептал он, поднимаясь. — Нет, — успела лишь произнести Гермиона, когда послышался оглушительный грохот со стороны входной двери, и гриффиндорке осталось лишь направить палочку на ошарашенного Феликса. — Остолбеней, — прошептала она со слезами на глазах, и быстрым движением палочки отлевитировала перевалившегося через диван парня в шкаф, когда послышался взрыв, что разнёс входную дверь в щепки. Для надёжности набросив на Феликса дезиллюминационные чары, Гермиона обернулась, встречаясь с серьёзным взглядом Драко Малфоя, что возник перед ней в том же чёрном пальто. Гермиона с ужасом обнаружила что не может трансгрессировать, и с трудом успела отбить обезоруживающее заклинание пожирателя. Вперив напряжённый взгляд на Малфоя, Гермиона принялась обходить диван, стараясь держать дистанцию. — Убирайся, — прошипела сквозь зубы девушка, целясь в него палочкой. — Хватит брыкаться, Грейнджер. У тебя нет шансов, — и отправил очередное заклинание, которое Гермиона отбила не без труда. Она явно подрастеряла свои навыки в колдовстве. Гермиона на миг отвлеклась на шорох со стороны коридора, когда в неё прилетел моментальный Петрификус тоталус от Малфоя, и Гермиона застыла с выражением паники на лице, глядя на появившегося в дверях Нотта. Он бросил несколько заклинаний в Малфоя, но парень уже подлетел к Гермионе, и, схватив её за локоть, аппарировал, оставив разъярённого Нотта в квартире Феликса. В этот момент Гермионе захотелось поскорее умереть, и она пожалела, что это не случилось три года назад в битве за Хогвартс. Мир сомкнулся вокруг, сжимая внутренности, а в глазах потемнело. Гермиона могла концентрироваться лишь на руке пожирателя на локте, которую так хотелось стряхнуть резким движением плеча.