За гранью корпораций

– Мисс Росс? – голос Горо Такемуры раздался за спиной Ви, отвлекая её от разглядывания раздражающей щетины на лице стажёра, в очередной раз потерявшего папку с отчётами. – Я не закончила с тобой. Если к вечеру не найдёшь, неси своё резюме к мальстремовцам, потому что только туда тебя и возьмут, ясно тебе? Бедолага быстро кивнул, бросая испуганный взгляд сначала на неё, а затем и мужчину, стоящего за её спиной. Сложно сказать, кто из этих двоих внушал ему больший ужас. – Проблема с ценными кадрами? – донеслось до его уха уже на отходе. – Обычные рабочие вопросы. Вы что-то хотели, мистер Такемура? – Мы можем переговорить в вашем кабинете? Что ответила его непосредственная руководительница, стажёр уже не услышал. Скрылся за поворотом, переводя дух и пытаясь привести сердцебиение в порядок. По какой бы причине личный телохранитель самого Сабуро Арасаки не явился на их этаж, парень надеялся, что это отвлечёт стервозную брюнетку и даст ему немного форы. – Какие-то проблемы? У меня неприятности? – капризно скривив губы в некотором подобии ухмылки, Ви указала на свою дверь, разблокировав её электронным ключом. – Я слегка тороплюсь. Если несложно, давайте решим всё поскорее. – Я не отниму у вас много времени. Дверная панель отъехала в сторону, пропуская их двоих в просторный кабинет. Вечером он освещался сотней неоновых вывесок, подглядывающих в панорамное окно. Днём же прозрачную стену закрывали заглушки, создавая в помещении приятный полумрак, разбавленный несколькими светильниками, распространяющими вокруг себя мягкий белый свет. Комната делилась на две части резной перегородкой, отделив большой стол с серой мраморной столешницей и двумя кожаными креслами, от зоны отдыха с мини-баром и небольшим диванчиком. Роскошь минимализма, присущая почти всему, что находилось в башне Арасака, оставила свой отпечаток и здесь. – Я пришёл поговорить о твоём боссе, – медленно обводя взглядом кабинет, Горо сложил руки за спиной и сделал несколько шагов в сторону женщины. Когда им не нужно было делать вид, словно их не связывает ничего, кроме работы, казалось, разговор должен идти легче, но напряжение в воздухе лишь усилилось, стоило им остаться наедине. Ви поджала губу и, помедлив, покачала головой. – Тогда ты пришёл зря, Такемура. Я понимаю, что ты, как верный пёсик своего хозяина хочешь знать всё, что происходит вокруг, но мне просто нечего тебе доложить. Определённо мужчина не ожидал такого ответа, хоть и понимал, что Ви всегда отличалась независимостью и не любила, когда её пытались контролировать. Его губы сжались в тонкую линию, но он не позволил себе проявить раздражение. – Это не имеет отношения к Сабуро-сама, – его голос был ровным, без намёка на обиду. – Это касается лично тебя. И я говорю это не как «пёсик», а как… – он сделал паузу, словно подбирая подходящее слово, – как тот, кто не хочет, чтобы с тобой что-то случилось. Скрестив руки на груди, Росс только хмыкнула. Ей не слишком верилось в альтруистические намерения её визитёра, если учесть, что с последней их встречи прошло больше двух месяцев. Кроме того, закончилось всё на громкой ссоре. И Горо, судя по всему, извиняться не спешил, а Ви и вовсе не считала себя виноватой. С того дня, как он улетел в Японию, она слышала о нём разве что мельком в офисных сплетнях. А теперь он явился и делал вид, будто ему не наплевать. Верилось с трудом. – Это всё очень здорово, но мне по-прежнему нечего тебе рассказать. – Дженкинс что-то задумал. И я почти уверен, что он посвятил тебя в свои планы. По меньшей мере в какую-то их часть. Мне нужно, чтоб ты рассказала, что тебе известно. Ви приподняла бровь, скривив губы в саркастической усмешке. Вечно холодный и неприступный. Эта женщина уж точно знала, сколько офисных сотрудниц шепчется и втайне мечтает, чтоб он как следует напился на одном из корпоративов и “позволил себе лишнего” в их адрес. А ещё Росс точно знала, что ни одна из них не сможет доставить ему столько же удовольствия, сколько приносила она. И всё же, ситуация казалась скорее раздражающей. Её бесило, что он ведёт себя как персонаж из какого-то дешёвого боевика. – О, правда? И почему же ты так уверен, Такемура? – она нарочито растянула слова, пытаясь скрыть раздражение, пробивающееся сквозь маску спокойствия. – Ты что, научился читать мысли? Или, может, у тебя есть какие-то свои источники в моём кабинете? Она обвела взглядом комнату, делая вид, что ищет спрятанные микрофоны. Движения были резкими, а тон – колким. Всем своим видом стараясь показать, насколько нелепыми выглядят эти слова, женщина готова была прибегнуть даже к подобным “грязным” приёмчикам, особенно сильно бесящим её собеседника. Это читалось в его позе, которая внезапно стала “враждебной”, а также выражении лица, внезапно ставшего раздражённым. Он привык, что с ним считаются. Что его уважают, к его словам прислушиваются, а офисные крысы бегают на цыпочках, не желая лишний раз получить один из его фирменных осуждающих взглядов. Только вот женщине, стоящей сейчас перед ним, было ровным счётом наплевать на то, что она раз от раза не оправдывает его ожиданий. Или оправдывает? Ведь зачем-то же он возвращается каждый раз. – Я понимаю твоё недоверие, но, мне кажется, ты не до конца понимаешь… – Кажется, это ты не до конца понимаешь. У тебя есть своё начальство, а у меня своё. Не только тебе знакомы понятия “чести” и “преданности”. Ты не к тому человеку обратился, чтоб завербовать шпиона. – Думаешь, он ценит тебя и прикроет, если что-то пойдёт не так? Он воспользуется тобой и подставит под удар, чтоб на тебя спустили всех собак, а он вышел сухим из воды. Как ты этого не понимаешь? – Это всё актуально только в случае, если Дженкинс что-то задумал. А это не так. Ты можешь и дальше играть в благородного рыцаря, но я не принцесса в беде, – добавила она, её голос был твёрдым, как сталь. – Так что, если ты закончил, можешь идти. У меня есть дела. Нельзя сказать, что ей было неуютно в его присутствии. Повернувшись лицом к столу, девушка небрежно переложила парочку бумаг, словно гость её совершенно не интересовал. Она не видела лица мужчины, но чувствовала на своей шее его пронзительный и недовольный взгляд. А затем раздался приглушённый стук шагов. Горо ворвался в её пространство, неся с собой ароматы кожи и ладана. Близость его тела Ви ощутила даже сквозь тонкую ткань своей чёрной блузки. — Не думаю, что мы закончили, Ви, — голос Горо, низкий и хриплый, заставил мурашки пробежать по её спине. Он всегда так делал. Пользовался тем, какое влияние на неё оказывает, и никогда этого не стеснялся. А против Рос не сомневалась, что-то веди Такемура личный ежедневник со своими победами, то непременно добавил бы её в список перечисленных трофеев. Его пальцы легли на подчёркнутую ремнём талию чуть выше пояса и потянули девушку назад, заставляя упереться в его бёдра. Ви едва успела вздохнуть, когда вторая рука скользнула вверх, обвивая шею. Слегка её сжимая, заставляя наклонить голову и приоткрыть ему особенно чувствительный участок кожи, который он мгновенно обжёг своим дыханием. Ви слегка прогнулась, а её руки сжали край стола, словно если она не будет держаться, то и вовсе упадёт. Она знала, что должна его оттолкнуть, напомнить обо всём, что он выпалил тогда в разгар ссоры, но его рука уже двигалась вниз, расстёгивая пуговицы рубашки, скрывающей под собой красивое ажурное белье, и силы на сопротивление просто испарились. Осознание происходящего пришло вместе с жаром горящих щёк, этот мужчина знал её, как никто другой. Он наслаждался тем, как её тело становилось услужливым и податливым. А разум затуманивается в ожидании этой близости, сколько раз в прошлом ей приходилось задаваться вопросом: «Чувствует ли он то же самое, когда она оказывается рядом.» Его пальцы скользнули под ткань её бюстгальтера, осторожно коснувшись торчащего соска. Тело Росс напряглось от электрического импульса, пущенного через все её тело, а дыхание участилось, словно он только что пробежала марафон. Ви почувствовала, как Протянет её назад, заставляя обернуться, а затем горячие, мягкие губы обожгли её рот поцелуем, глубоким и требовательным. Она без раздумий на него ответила, впуская его язык, чувствуя, как внутри пробуждается зверский голод, который прежде мог утолить только Такемура. – Я скучал по тебе, – наконец прошептал он, ненадолго отрываясь от поцелуя, но продолжая касаться её губами. – Я заметила. По двум месяцам молчания. – Вот тебе обязательно вставить слово поперёк даже в такой момент? – в его голосе слышалось раздражение, но скорее из тех, что потом неизбежно приводили их в постель. Его бесило её упрямство, желание любой разговор заканчивать последней, спорить даже в мелочах и бесконечно огрызаться. Это же, пожалуй, он смело бы назвал своими любимыми чертами в ней. Её губы изогнулись в лёгкой усмешке, когда девушка почувствовала его раздражение. Ви знала, что он не злится на самом деле, что его слова были лишь частью бесконечной игры, где до сих пор не объявился победитель. Она всегда наслаждалась тем, как легко ей удавалось его завести, как хваленые спокойствие и собранность исчезали в её присутствии. – Хотел бы безропотную овечку, поехал бы на чпок стрит. За умеренную плату они выполнят все твои пожелания, – она видела зарождающийся огонёк ярости в его глазах, и уже сам этот факт заводил сильнее, чем любые интимные разговорчики в полумраке. – Ты невыносима, – Он прикусил её губу, и она почувствовала, как его рука скользит вниз по её спине, притягивая её ещё ближе, а когда заговорил, его голос словно потеплел от едва сдерживаемого желания, – Но именно поэтому я тебя так сильно хочу. Он вновь накрыл её губы поцелуем, на этот раз жадным, глубоким, почти грубым. Задохнувшись от очередной волны возбуждения, прокатившейся по телу, Ви издала приглушённый стон, который мужчиной был воспринят исключительно как согласие. Он провёл пальцами по её шее, спускаясь к ключицам, и Росс чувствовала, как её кожа горит от его прикосновений. Он потянул её за руку, разворачиваясь лицом к столу, прижимаясь пахом к ягодицам, обтянутым тонкой тканью узкой юбки. Сильная рука надавила девушке между лопаток, вынуждая буквально лечь на мраморный стол, среди бумаг. — Ты сводишь меня с ума… — простонал он, навалившись всем телом, буквально выдавливая из неё остатки воздуха. Рука Такемуры скользнула вниз под юбку, поглаживая по внутренней части бедра, задевая тугую резинку капроновых чулок. Может быть, он и был верным пёсиком Сабуро, но как только дело доходило до спальни, он становился куда больше похож на хищника, чем на послушного слугу. Во всяком случае, ей он никогда не уступал. Движения его были уверенными и требовательными, будоражащими внутренние инстинкты. Ви могла злиться на него сколько угодно, только вот стоило ему прикоснуться, как тщательно возведённые укрепления защиты начинали рушиться одно за другим. Его пальцы словно по нотам, касались кожи в тех местах, где это было особенно приятно, дразняще избегая единственного места, всё ещё скрытого тканью нижнего белья. — Мне не хочется говорить о делах в такой момент, — большой палец мужчины осторожно поддел успевшую намокнуть ткань и прикоснулся к горячему лону, погружаясь в него буквально на фалангу, — Но я уверен, что ты не понимаешь, насколько опасную игру ведёт Дженкинс и насколько большими проблемами это может обернуться для тебя… — Ты серьёзно? — прошипела она, пытаясь обернуться. — Говоришь о делах, когда твоя рука у меня между ног?! Тело Ви напряглось от этих слов, и она попыталась оттолкнуть от себя мужчину, однако он был непоколебим. Палец лишь глубже погрузился в горячую плоть, заставляя стон сорваться с её губ. Бёдра поддались этому давлению, и Росс слегка приподнялась. Ладонь накрыла промежность, а кончики его пальцев коснулись клитора, вызывая по телу волну мурашек. — Ты думаешь, что умнее всех, что можешь вести корпоратские игры, но Дженкинс просто воспользуется тобой и выкинет, как только дело запахнет «жареным». — Я знаю, что делаю, Такемура, — Ви вновь дёрнулась, пытаясь сбросить его руку. — Не учи меня жить и не думай, будто можешь манипулировать мной. Любое сопротивление приводил лишь к тому, что он сильнее давил, вызывая в ней новые вспышки удовольствия, приправленные яростью. Горо словно игнорировал эту злость, а может быть, она сильнее раззадоривала и его самого. — Ты слишком самоуверенна, Ви, — его хриплый от возбуждения голос обжигал её ухо. — И в этом твоя главная слабость. Щелчок расстёгивающейся молнии на его брюках заставило её тело напрячься от ожидания. Слегка приподняв её бедро, Такемура прижался членом к влажному входу. Головка скользнула по губам, и дыхание обоих участилось. Какой бы не была истинная цель, в этот момент оба абсолютно о ней забыли, полностью отдаваясь этому всепоглощающему чувству Алания и страсти. Горо вошёл в неё одним резким толчком, сопровождающимся глубоким стоном, вырвавшимся из самого нутра. Ви ощутила, как он заполняет её, растягивает стенки и мысли просто отключились, отдавая телу полный контроль над процессом. Он начал двигаться грубо и настойчиво, смешивая её жалобные постанывания с собственным рычанием. Мужчину заводила мысль, какой податливой становилась эта упрямая женщина в его руках. Пальцы впились в нежные бёдра, не давая ей сдвинуться с места. Каждый новый толчок буквально впечатывал её в ребро письменного стола. — Если ты расскажешь, что он задумал, я смогу тебе помочь, — он практически вбивал в неё каждое слово. — Иди… нахуй… Такемура, — выплюнула Ви в ответ, упираясь перед собой и прогибаясь в спине. — Вот же… упрямая сучка. Ви чувствовала, как её тело горит, уступая всепоглощающему желанию. Наслаждаясь запахом его тела, жаром рук, будоражащим тембром голоса, она в то же время ненавидела его за то, что он так легко её ломает. Ощущала, как ярость мешается с наслаждением. Бледнеет на фоне других, куда более желанных чувств, теряя окончательный контроль над собой. – Скажи, что он задумал… И я смогу тебя защитить. – Ты меня… Не защитишь… Ты… Меня сломаешь… – прохрипела она в ответ дрожащим от напряжения голосом. Он продолжал двигаться внутри неё, ни на мгновение не сбавив темп. Движения были грубыми и резкими, и каждый толчок отдавался болью и удовольствием. Ви чувствовала, как её тело начинает пульсировать, как волны наслаждения разливаются по телу, поднимаясь снизу вверх. Издав громкий, протяжный стон, девушка опустила голову, всем телом вздрагивая от каждого нового движения. Мужчина же продолжал двигаться, пока не почувствовал, как его собственный оргазм подступает. Издав громкий рык, он навалился на неё всем телом, ставя точку в этой своеобразной борьбе. Тишина, повисшая в кабинете после того, как всё закончилось, буквально оглушала. Тяжёлое дыхание обоих, да тихое шуршание бумаг - вот и все звуки, которые доносились до их ушей. Тело Ви постепенно начинало затекать, так что она зашевелилась под Такемурой, вынуждая того, наконец, подняться и слегка отступить, чтоб освободить её. Потянувшись к салфеткам на краю стола, он мельком ещё раз оглядел свою партнёршу. – Всё ещё не готова говорить? – пробормотал он с полуулыбкой, продолжая разговор, будто ничего не случилось. – Неужели ты настолько глупа, что готова пожертвовать собой ради этого ублюдка? – Я не глупа. Просто не хочу, чтоб ты вмешивался. Горо ещё раз усмехнулся, но осёкся, поймав на себе её раздражённый взгляд. Росс села, облокотившись на стол и поправляя свою юбку, и явно выглядела ещё более сердитой, чем в начале. За время, проведённое рядом с ней, он успел отлично узнать, что продолжать беседу здесь будет просто бесполезно. Пока она не переварит всё услышанное и не поймёт, что он прав, просто не позволит ему высказаться. – Ты не понимаешь, Ви, - предпринял он последнюю попытку, заранее зная, что она не будет успешной. – Я пытаюсь тебе помочь. Ви резко встала, оттолкнувшись от стола, и в два шага, преодолела расстояние между ними, с силой ткнув указательным пальцем мужчине в грудь. – Помочь? Ты пытаешься меня контролировать как всегда! Ты думаешь, что знаешь меня лучше, чем я сама, но ты ошибаешься. Я сама разберусь со своими проблемами. – Ты упряма до невозможности. Ты всегда всё усложняешь. Почему ты не можешь просто довериться мне? – Довериться тебе? - усмехнулась Ви, её голос был полон сарказма. – Ты только что трахнул меня на моём рабочем столе, пытаясь выбить из меня информацию. Ты думаешь, что это доверие? Я не нуждаюсь в твоей защите. Сама справлюсь. А ты лучше займись своими делами и оставь меня в покое. Горо едва не задохнулся от гнева. Окажись на её месте кто-то другой, разговор бы даже не дошёл до подобного русла, но она знала, что останется безнаказанной. И это ощущение вседозволенности развязывало ей руки. Какое-то время Такемура просто молча сверлил её взглядом, словно ждал, что Ви одумается, но этого не случилось. – Как знаешь, - наконец бросил он, и на этот раз его голос был холодным и отстранённым. Развернувшись, мужчина направился к двери, не сказав больше ни слова. Он вышел из кабинета, оставив Ви одну, с её яростью и её упрямством. Дверь за ним закрылась, и в кабинете вновь повисла тишина.