Рвать цветы, пока они цветут

- Мы можем вернуться через Кеммерик, - предложил Тим, кивнув в другую сторону. - Я там был утром, - не особенно вдохновенно ответил Илья. - Развалины как развалины. Это короче или длиннее нашего изначального маршрута? - Длиннее, но там есть тень от развалин, родник и глубокий разлом земли. - Маршрут перестроен, - после недолгого раздумья, покрутившись вокруг своей оси, торжественно объявил Илья. - Веди меня. В этот раз Тим не стал отрываться, и они шли почти наравне. - Что за разлом? - Повреждение тектонической плиты после землетрясения. Это же Крым. Тут всегда трясет. - Глубокий разлом? - Хотите проверить? - не сдержался и усмехнулся Тим. - По старым данным 26 метров, по новым 33. - Неплохо, одинадцатиэтажная высотка получается. - Угу, около того- кивнул Тимофей, глядя им под ноги, и отмечая не самую удачную обувь своего спутника. - открытые сандалии, серьезно? - Что такого? - Мы в Опукском заповеднике. - Я знаю, что тут много птиц, мы видели утром дрофу и розовых скворцов. - Ну а если будете смотреть иногда под ноги, то увидите скалапендр, степных гадюк, каракуртов и скорпионов. - М, - альфа неверяще скривился. - Угу, - кивнул Тим, - любуясь красотой, не забывайте смотреть под ноги. - Ты паясничаешь, - отмахнулся альфа, вновь спрашивая, - Почему Опук? - Серьезно? Тот, кто привез вас сюда, не рассказал? - Тим старался звучать просто, но судя по улыбке альфы прозвучал он ревниво. - Тот, кто привез меня сюда, больше увлечен дайвингом и скульптурой, чем историей и мифологией. - Рассказать легенду? - Расскажи. И Тим принялся рассказывать. За одной легендой потянулась вереница других. Тим науживал истории на леску их пути словно жемчужины, заставляя альфу каждый раз по завершении очередного мифа останавливаться и задумчиво рассматривать скалистый пейзаж опука, вслушиваться в птичьи трели и шум морского прибоя. Тим очень очень старался быть интересным рассказчиком, он хотел подцепить альфу на крючок своего обаяния будто Шахерезада, чтобы тысячу и одну ночь альфа просто физически не мог отойти от него, ожидая новых и новых историй. Но Илья был скуп на похвалу. Они неспешным шагом дошли до разлома, а после спустились к роднику. Тим сбросил обувь, очки и рюкзак и забрался в воду по самые колени. - Ледяная, - ступивший за ним альфа, убирающий очки в карман шорт, восторженно прикрикнул и принялся умываться. Тим не удержался и пнул воду, разбрызгивая ее на согнувшегося над водой Ильей. - Детский сад, - беззлобно отметил альфа, осознав, что у него намокли волосы и футболка. Впрочем, после он сам зачерпнул воду и повторно омыл свой затылок, а затем, ненадолго замерев, резко ринулся в сторону Тима, намереваясь также в него плеснуть. Тим бросился прочь, но не рассчитал и наступил на скользкий камень, растянувшись, погружаясь с головой. Тим закашлялся и поспешил приподняться на локтях, протирая нос и рот. Холодная вода в такую жару была удовольствием, а горячий ветер высушит одежду в считанные минуты. Тим не спешил подниматься, продолжая лежать по шею в воде и наблюдая за альфой снизу вверх. Капельки сияли на загорелой коже. И Илья, нависающий над ним, казался Тиму совершенным божеством. - Хватит валяться, пойдем, - альфа протянул руку, и Тим взялся за нее, поднимаясь. Через мгновение он уже был в объятиях альфы. Тим чувствовал, как соприкасаются их влажные грудные клетки, животы, члены и бедра. Ладонь альфы у него на талии каким-то образом оказалась под задравшейся майкой. Их лица были очень близко, он чувствовал мельчайшие нотки запаха Ильи. Он подумал про себя, а что будет, если они сейчас поцелуются? Они вообще могут поцеловаться? Он подумал, что хотел бы. Может, и Илья хочет? Может, нужно как-то просигнализировать? А вдруг он будет выглядеть как идиот, и к нему и вправду как к ребенку относятся? Илья потянулся к нему, и Тим, решив про себя, была не была, тоже подался вперед. А Илья в последний момент повернул лицо, уворачиваясь, и прижался к его волосам, шумно вдыхая. Тиму тут же стало неловко. Он наверняка выглядел как идиот. Ситуация разозлила. Он попытался извернуться, и альфа не стал держать его отпуская. - Пахнешь детством, - насмешливо брякнул вслед ему Илья. Он точно издевался! Тим вышел из родника и не подавая виду, обулся, закинул рюкзак на плечо, выжидающе посмотрел на альфу. Внутри у него был ураган, но он не хотел еще больше позориться и выдавать свои чувства. Альфа же, ничего не говоря, прокрутился вокруг своей оси и неспешно вышел из родника следом за Тимом, загадочно улыбаясь. Остальную часть пути они преодолели молча. На Тима накатила злость: на самого себя за глупый порыв, раздражение в адрес Ильи, за наглую провокацию. Зачем он это делал? Он считал это забавным?