Рвать цветы, пока они цветут

- Приложи к переносице, - Илья нашел его на балконе, протянул укутанный в полотенце лед. Тим без разговоров принял его, прикладывая, хотя у него и без этого уже почти закончилось. Он так хотел, чтобы они остались наедине. Но теперь испытывал совершенную растерянность. Между ними повисла пауза. - Надеюсь, это не из-за меня. - Что? - Тим вскинул на него раздраженный взгляд. - Кровотечение? Вряд ли. Илья помялся, а после присел рядом, уложив ладонь на острую коленку. Тим проследил взглядом за этим действием, но не выразил негодования. Наоборот, даже протянул свободную руку , укладывая на плечо альфе, проводя ладонью по шее. И вот альфа, тут же будто передумав, убрал руку и, отстранившись от ладони Тимофея, сказал: - Надо было побеседовать напрямую. Но я не хотел идти на попятную, когда ты окажешься в непосредственной близости. Прости за откровенность, но рядом с тобой звон яиц перебивает голос разума. Поэтому так. - Поэтому так, - ровно рассудил Тим, отводя взгляд. На самом деле, он бы сказал другое. И набравшись духу, все же сказал. - Мне не двенадцать, мне семнадцать. - Еще бы тебе было двенадцать, - возмутился Илья. - Я сам знаю, чего хочу. Я сказал, что понимаю, что это ненадолго. Я не буду на вас злиться или в чем-то обвинять. Я все понимаю, и все равно хочу. - Чего? - Всего, - разозлился Тим. - Вас. Столько, сколько вы сможете, - Тим тут же поправил себя. - Захотите мне дать. - Ты не еще не созрел. - Итальянцы рекомендуют рвать цветы, пока они цветут, - серьезно произнес Тим, раз уж Илья так любил метафорический язык. Они смотрели друг на друга. Тим ждал. - Я могу предложить тебе дружбу. Это все, что могу тебе дать. Тим от негодования фыркнул. - Я рассказывал вам сказку? Я прочитал ее в библиотеке у отца, про Трусливого Короля? - Про того, который боялся признаться трусливому принцу в своих чувствах? - уточнил Илья, вспоминая одну из их бесед на утренней пробежке. - Да, они оба боялись своих чувств. - Помню, - кивнул Арманд. - Ты сказал, что он так и не признался в чувствах. - Он сплоховал, сказал принцу, «Что лучше, сказать или умереть?», и принц не спешил открываться, предчувствуя ловушку в его вопросе, он ответил «Лучше сказать ВАМ». И король сказал неправду, потому, что струсил. - Ладно, оставим, мне пора, - раздраженно заключил альфа, понимая намек, но игнорируя, поднимаясь. - Бывай. - Я должен умолять? - возмутился ему вслед Тимофей. - Нет, ты должен повзрослеть. - Что мне сделать? - Ничего. Забудь. Все бесполезно. *** В остальные дни Илья стал неуловимым. Тим только и успевал слышать от родителей, что он встал спозаранок и за чашечкой кофе, зачитав на пробу очередную пикантную новеллу, уехал, бросив свое небрежное «Бывайте». Первую пару дней Тим гордо держался. Потом его начала одолевать страшная тоска. Ему хотелось, чтобы Илья присутствовал в его жизни. Не важно как. Просто, чтобы был. Чтобы Тимофей имел возможность видеть его, слышать, говорить. По истечении недели он сдался и написал записку, подложив ее под дверь, разделяющую их комнаты. «Давайте будем друзьями.»