На белых простынях

Долгое нахождение в кровати было чуждо, только если это не секс-марафон с милым омегой. Чон, который не был любителем слишком много времени проводить в телефоне и тем более в инстаграме, приходит к безысходности. Развлечения здесь — это спортзал, что в большом количестве запрещён, телевизор, книги и телефон. Чёрт возьми, этот телефон со своим инстаграмом. Нет, он, конечно, выставлял фотки, видео с тренировок, но обычно этим занимался Хью. Поэтому сейчас, лёжа на постели, он смотрит отрывки выступлений с Ким Тэхёном. То, как фанаты сходят по нему с ума, видно сразу, не только тут, в Америке, а по всему миру. Кажется, нет такого человека, который не знал бы этого певца. К такому мнению приходит Чонгук. Также продолжает наблюдать, как тот проводит встречи, выступает на музыкальных шоу в Корее, что удивительно, ведь продвигается на Западе. Похоже, он настолько в сильном отчаянии, что смотрит его официальную страницу в инстаграме. Вот фотографии, одни — с концертов, где благодарит стафф за организацию и своих фанатов за то, что пришли и поддержали его. Другие фотографии, где он сидит в окружении больших букетов цветов, на что сразу фыркает — не нравится ему это. На четвёртой фотография в зеркале, там он в мартинсах, коротких шортах и синей худи, что раз в десять больше него, явно альфы. Даже есть видео со студии, где он сидит и играет на барабанах и поёт, судя по комментариям, эта песня не выпущена. Крайнее фото, два человека на фоне океана в чёрных худи обнимаются, и их лица скрыты. Не понимая себя, Чон лезет и туда, пытаясь узнать, кто же это, от фанатов узнаёт, что это Мин Юнги, его лучший друг и музыкальный продюсер, который написал и омеге пару песен. Это приводит его в восторг. — И как тут поживает мой самый любимый брат? — Хью стоит в дверях и улыбается. — Как может поживать твой брат с пересаженным сердцем? Омега подходит к вставшему альфе и крепко обнимает. — Чёрт возьми, Чон Чонгук, сколько я тебе раз говорил бросать это дерьмо? Но нет, ты же большой мальчик, это баловство, всё будет хорошо, малыш. — Ты не говорил отцу, что произошло? — Сказал, он спросил, как ты, и больше ничего. Папа переживает. Затянувшиеся объятия и тишина говорят о многом. Отец всё так же поглощён работой, и не заинтересован в нем, отчим переживает. — Какие прогнозы? Что будет дальше? Ребята из зала ждут твоего возвращения, как для них и для клуба ты просто болеешь. — Когда выйду? Сложный вопрос. Прогнозы? Лет пятнадцать или двадцать, такие прогнозы. Для мужчины говорить это вслух сродни смерти и унижению. Хью чувствует, как напрягается альфа, понимает, что это тяжело. Сколько раз он просил, умолял прекратить. Слёзы льются, этот альфа стал для него братом, хоть и во взрослом возрасте, но он рад. Чонгук для него стал ближе чем семья. — Перестань реветь, ты уже большой для этого. Если продолжаешь дальше это делать, то ни один альфа не посмотрит на тебя, и будешь один. Омега сквозь слёзы посмеивается, чувствуя, как руки брата вытирают его слёзы. Чонгук целует его в лоб.

***

Во снах омеге приходят образы Чонхёна. Это приятные воспоминания: в одних они отдыхают в горах, альфа очень много смеялся над Тэхёном, который после долгого перерыва встал на сноуборд и покатился с горы, кувыркаясь. А омеге в тот момент было явно не до смеха, и когда альфа всё же съехал к нему, то мгновенная расправа не заставила себя ждать — Тэхён уж очень сильно перестарался, закапывая того в сугробе. И вместо того, чтобы кататься по склону, принимать горячие источники, они сидели в номере возле камина и обвиняли друг друга в том, что заболели. Но всё же после таких ругательств, как чаще всего у них и случалось, примирение наступало в сексе. Обоим нравилось начинать с долгих прелюдий, наращивая темп, и кончать одновременно, завершая сцепкой. В последнюю неделю омега спит урывками, из-за чего и видит только Хё, который просит скорее приходить в себя и больше заниматься. Сейчас же Тэхён стоит возле открытого окна. У него не было пристрастия к курению, но в его окружении часто курили знакомые, люди, работающие с ним в студии, поэтому он относится к пассивным курильщикам. Но сейчас он вертит пачку сигарет Юнги, которые тот оставил здесь. Открывает пачку ментоловых сигарет и прикуривает. Плевать на то, что курение в палатах запрещено, и на персонал тоже, который будет снова читать нравоучения о вреде курения для здоровья. — Не знал, что ты куришь. Чонгук подходит к нему и забирает сигарету, делая затяжку, выдыхает и выбрасывая её в открытое окно. Он так погряз в мыслях, что не услышал, как в палату кто-то зашёл. Обычно Юнги приходит под вечер или уже ночью после работы. — Что ты тут делаешь? — Принёс нам покушать, — альфа машет пакетами перед лицом омеги, и до второго в тот же миг доносится запах еды. Чон проходит к кровати, нагло забирается на неё и вытаскивает на кровать контейнеры с едой. Тэхён в изумлении смотрит на него, как тот раскладывает маульташен, — они похожи на пельмени, только начинка из свинины со специями и добавлением шпината. Рорнундель — эти пончики Тэхён обожает всей душой, но после них ему всю неделю пропадать в спортзале. Омега пытается понять, что этот наглый альфа забыл тут, — тот, кто испортил жизнь в подростковом возрасте, издевающийся в зале и спорящий на него с врачами. Взяв себя в руки, он медленными движениями подходит к кровати и присаживается на неё. Не выдержав, он начинает есть маульташен, традиционное немецкое блюдо. В детстве папа часто готовил их, он так давно не ел немецкой кухни. Чонхён всё же не был большим поклонником, предпочитая в большей части корейскую кухню, проживая в Лос-Анджелесе. И как только Чон узнал, что он это любит? Съев пару штук, он переводит взгляд на Чона, что тоже ест, причём не с сильным восторгом. Этим выражением лица он напоминает ему Хё. — Как ты узнал? Это еда богов. Не желая отвечать, альфа продолжает есть. Первая мысль, что такого сказать? Сам не знает, почему попросил брата привезти это, он просто почувствовал, что ему хочется накормить этим омегу. — Наткнулся в инстаграме, где ты говорил, что твой папа немец и ты больше предпочитаешь эту кухню, но редко её ешь. Поэтому подумал, раз ты не ешь в больнице, то от этого не откажешься. — Так ты следишь за мной в инстаграме? Омега вскидывает с неверием бровь, явно не веря в то, что услышал. Может, ты тогда и музыку мою слушаешь и на концертах был? Альфа цокает в ответ на его слова. Ничего он не следит за ним в инстаграме, у него нет на это времени. — Оу, чёрт, Чон Чонгук, ты что, мой фанат? Ходишь на мои концерты, покупаешь диски, и мои постеры расклеены в твоей спальне? Тэхён смеётся со своих же слов, а в груди у Чонгука сердце разрывается, отчего-то видеть улыбку и слушать его смех приятно. Так, как будто это всё в порядке вещей. И это пугает больше всего. — Ты слишком высокого мнения о себе. Не может же он признаться, что парни включают его треки на тренировках и говорят о том, что хотели бы с ним переспать. Чону больше нравится альтернативный метал, пост-хардкор. Но отрицать очевидное трудно. С возрастом он стал ещё лучше, присущая угловатость, что была в его шестнадцать, ушла. Сейчас же он обрёл округлые формы, именно те, которые обожают альфы. Его немного волнистые чёрные волосы ярко контрастируют с его бледно-нефритовыми глазами, а радужная оболочка имеет тёмный насыщенный цвет. Его глаза всегда завораживали, парни с баскетбольной команды засматривались на него, некоторые приглашали на свидания, но получали отказ. Чонгук же делал неспешные движения, так как университет и школа, которую посещал Тэхён, находились недалеко друг от друга, и второй чаще всего проводил время с омегами выпускных классов, поэтому и оказывался с альфами из университета. Он чаще начал замечать его на вечеринках, делая маленькие ухаживания в его сторону, получая покрасневшие щёки. На одной из таких вечеринок Чон поспорил с другом, что сможет переспать с этим мальчиком. Так и случилось, хоть он мало чего и помнит, но точно знал одно Тэхён был девственником, а пьяный и обкуренный альфа точно не был тем, кому бы доверили свой первый раз. Сейчас Чон желает этого сексуального взрослого омегу у себя в постели. Ни один любовник не сравнился бы с ним. Решив проверить рамки дозволенного, он опускает ладони на его бёдра и начинает медленно двигаться вверх. Тэхён же цепенеет. Этот чокнутый альфа хоть и был его первой любовью, тем, кто забрал первый раз, а на следующий день делал вид, что не знает его, а через несколько дней ограничился смс: «Ты классный омега, с тобой было прикольно, но отношений я не хочу». Было унизительно. С того дня он забрал документы, перевёлся в другое место и не подпускал к себе альф. А потом он встретил Юнги, начинающего продюсера в компании, где он стажировался. Тот всё чаще появлялся рядом, а после неудачного прослушивания в группу альфа нашёл его в своей студии, рыдающего и ругающегося на себя, что не сумел попасть в состав. Тэхён, не раздумывая, сбрасывает его руки, какое право он имеет такое делать? Резко бьёт ладонями по груди, отталкивая его от себя. И сразу слышит глухой вздох и скривившееся выражение лица альфы. — Чёрт, ты в порядке? — омега начинает волноваться: с ним точно всё в порядке? — Тебя так легко развести, ты купился на мой актёрский талант. Чонгук тяжело дышит, но всё же поднимается с кровати и идёт в сторону выхода. Его движения немного шатающиеся. У Тэхёна мысли путаются, не мог же он как-то ему навредить. Этот большой и грозный альфа, в котором мышц больше, чем во всём омеге. Разве такими действиями его можно как-то задеть? — Если захочешь по боксировать, жасминовый, то рад буду видеть у себя в зале. Тяжёлый у тебя удар, бьёт прямо в сердце. Понять, что сказал альфа, было сложно, его настолько сильно поглотили мысли о том, что за проведённый час времени ему стало не по себе. Каким-то странным образом он всё ещё вызывает тёплые чувства внутри, то, чего не мог вызвать Чонхён, и это пугало больше всего. Тэхён понял, что Хё не придёт к нему во сне, не будет мучить воспоминаниями и кошмарами. Отчего-то на сердце стало легче.

***

Возвращение в дом, где омега делил жизнь с Чонхёном на протяжении нескольких лет, кажется ему ошибкой. Первая реакция — желание бежать без оглядки, скрыться от всех и остаться в одиночестве. Сейчас их обитель кажется холодной, тусклой и лишённой жизни, словно кадры старого чёрно-белого фильма. В первые сутки после возвращения из больницы Тэхён прошёл по всем комнатам, задерживаясь в каждой и находя предметы, напоминающие о Чонхёне. Не находит в себе сил спать в их общей кровати, он устраивается на полу в гостиной или на качелях в заднем дворе. Засыпает в обжигающе горячей ванне, наполненной до краёв водой, и просыпается от леденящего холода, пронизывающего до костей. Звонки по телефону вызывают раздражение, Юнги навещает его каждые несколько дней, наполняя холодильник продуктами. Они долго сидят в тишине, смотря документальные фильмы о животных, иногда альфа остаётся на ночь. Мин рассказывает о том, что происходит в отсутствии омеги. Дядя, по просьбе вместо звонков, засыпает его ежедневными сообщениями, беспокоясь о его самочувствии и состоянии. Единственное, что пришло от отца – лаконичное сообщение: «Осторожнее, ты мне ещё понадобишься». От этих слов к горлу подступает тошнота. Он убеждает себя, что следующая неделя должна стать переломной. И она действительно начинается иначе. Вместо бесцельного лежания он выходит на утреннюю пробежку. Старается вытеснить навязчивые мысли, не позволяя им терзать его изнутри, ведь и так уже ничего не осталось. Долго сидит на берегу океана, пока его не заполняют люди. Когда их становится слишком много, он сильнее опускает кепку на глаза и снова бежит, теперь в сторону дома. По пути заходит в супермаркет, покупает продукты и, подходя к дому, здоровается с пожилой семейной парой Лестеров — милыми супругами, которым уже за пятьдесят. Когда Тэхён и Чонхён только переехали, они оказались их соседями и в первый же день угостили их абрикосовым пирогом. С тех пор омега был готов отдать всё за пирог, испечённый мистером Денни, а его муж Иттан всегда посмеивался над ним. Сейчас Тэхёну очень не хватает этого, он бы с удовольствием поговорил с Денни и узнал, сделал ли его старший сын предложение своему парню, с которым встречается уже лет шесть. А мистер Иттан наверняка рассказал бы о своей службе, развитии компании, об интересных и порой невероятных событиях, через которые ему пришлось пройти. Вечерами он находился с гитарой, пытаясь что-то сочинить в тиши заднего двора, он замечал соседа, поселившегося чуть менее года назад. Их общение не было тесным, гораздо больше Чонхён общался с Хантером. Иногда они собирались на чьём-то участке, пропускали пару бокалов, обсуждая дела, а затем переходили к хоккейным обсуждениям, споря о составах команд. Тэхён не был знатоком хоккея, лишь знал имена нескольких игроков, мелькавших в громких спорах альф, и даже был подписан на одного из них в инстаграме. После трагической аварии альфа выразил соболезнования по поводу гибели Чонхёна. Это было неожиданно, ведь они неплохо сдружились, и утрата такого человека оказалась болезненной не только для него. Хантер был весьма привлекательным альфой, высокий, светловолосый, с карими глазами и с яркой улыбкой. Во время редких совместных ужинов Тэхён предлагал познакомить его с миловидными парнями, но всегда получал отказ, аргументируя его тем, что они с тайным омегой только узнают друг друга. Их ужин вчетвером так и не состоялся — Чонхёна больше нет. Последнюю неделю, что Тэхён проводил время на улице, альфа угощал его зелёными яблоками со своего двора. Они нравились ему. Красивые снаружи и с лёгкой кислинкой внутри, на вкус как сама жизнь. На следующий день он принял решение разобрать вещи Чонхена. Сложить в коробки, отдать на благотворительность то, что осталось неношеным, а старые вещи спрятать в гараж, отложив принятие решения об их дальнейшей судьбе. Он действительно старался навести порядок, делая это постепенно, прощаясь с каждой вещью, подолгу вдыхая запах, ставший воспоминанием. Эта работа, казавшаяся вечностью, заняла несколько дней, пока он не добрался до кабинета и не обнаружил коробку на столе. В ней лежали вещи, что были с Чонхёном в машине. Телефон, кошелёк, документы, рабочие отчёты. Его внимание привлёк телефон. Он поставил его на зарядку, сам не зная зачем, — какое-то внутреннее чувство заставляло его это сделать. Глядя на экран, он увидел уведомления, незнакомые номера, коллеги, друзья. Чувство тревоги переполняло его. Он понимал, что не должен открывать и читать сообщения, но его тянуло к этому. В фотоплёнке — их общие фото, несколько личных снимков омеги, запечатлённых на фоне вечернего солнца в их доме. Пролистывая вверх, взгляд натыкается на фото малыша. Тэхён напрягает память, пытаясь вспомнить, у кого из их знакомых мог быть ребёнок. Но почему-то мальчик кажется до боли похожим на его альфу, особенно на той фотографии, где он обнимает плюшевую игрушку, и эта улыбка так ему знакома. Подступают слёзы, в голове хаос, и вот уже череда снимков, где они втроём. Незнакомый омега, альфа и ребёнок, сидя на полу, увлечённо строят башню из кубиков. Дальше — видео, где малыш, устроившись на коленях у омеги, машет рукой и передаёт привет отцу. Телефон выскальзывает из онемевших пальцев Тэхёна, готовый разбиться вдребезги. Он стирает дорожки слёз с лица, всхлипывает и переключает внимание на сообщения — те самые, полные тоски и ожидания, где омега пишет, что скучает и ждёт его возвращения, и что малыш тоже очень скучает по своему отцу. И обещание Хё сразу по приезду забрать сына, чтобы провести с ним время. Омегу разбирает истерический смех. Его альфа, тот, кто клялся в вечной любви, тот, кто так яростно осуждал измены в кругу друзей, тот, кто сделал ему предложение, — у него есть ребёнок. Ребёнку на вид года два, не больше, и он скрывал его всё это время. Сколько же всего от него утаили? Была ли это единственная измена или предательств было гораздо больше? Когда это случилось, во время их отношений или в тот период, когда они были в ссоре? Смех становится громче, перерастая в отчаянный крик. Слёзы безудержно льются по щекам, оставляя солёный привкус на губах, капают на руки. Он задыхается от переполняющих его эмоций. Всё это — дурной сон, сейчас он проснётся от кошмара, который преследует его по ночам, и всё закончится. Но он не спит. Кошмар не отступил, а только начинается. Эта реальность, к которой он совершенно не был готов, обрушивается на него. Он едва оправился от последствий аварии, как столкнулся с новым, ещё более ужасным потрясением, чем летящая навстречу фура. Находится в ступоре, отказывается верить в происходящее. Это происходит не с ним, это какая-то чудовищная ошибка. Такого просто не может быть. Он кричит, дрожащими руками сметает со стола все предметы: монитор, рамку с фотографией — всё летит на пол. В памяти всплывает, что в гараже есть бейсбольная бита, которую альфе подарили инвесторы после совместной игры. Сейчас она кажется спасением. Бросается туда, рыщет среди вещей, находит её и возвращается в дом. Сжимая в руке биту, он врывается на кухню и замахивается. Звук разбивающихся чашек разносится по помещению. Затем удар обрушивается на столешницу, стулья, кухонную мебель — всё вокруг превращается в осколки. Тэхён издаёт смех сквозь рыдания, слёзы безудержно текут из его глаз. С затуманенным взглядом он направляется в гостиную, где с яростью разбивает стеклянный стол рядом с диваном, украшенным увядшими астрами, которые никто не решался убрать. Он питает отвращение к этим цветам, альфа знал об этом, но всё равно преподнёс их как подарок без повода. Ярость заставляет его крушить всю обстановку в доме, превращая два этажа в хаос. Мебель изломана, одежда в шкафах разорвана в клочья, а их совместные фотографии горят в огне на заднем дворе. Чонхён, спаситель в момент аварии, стал его палачом после. Лучше бы он погиб тогда. Чонхён предал его, оставил одного. Альфа неоднократно поднимал вопрос о детях, но омега не был готов к ответственности, которая ляжет на его плечи. Какой из него родитель, если он не знает, как им быть? Теперь становятся ясными его частые командировки за последний год. Тэхён отправляет сообщение Юнги, умоляя о нескольких одиноких днях, просит дать ему это время и убеждает, что с ним всё будет в порядке. Затем включает песню, достаёт ангельскую пыль и бутылку рома.

У меня места в первом ряду — на мои

Похороны

Я пытался быть таким

Идеальным, как на картинке

Того не стоило

Так что я выбросил это

В могилу, да.

Если передозировка станет реальностью, значит, такова судьба. Он пережил спасение, предательство и унижение. Если это краткое забытье поможет, пусть будет так. Юнги обнаружит его лишь через три дня, неподвижно лежащим на полу гостиной, совсем рядом с пылающим камином, в то время как снаружи стояла сорокаградусная жара. Этот трек был ему знаком, омега его обожал, но Юнги не разделял этого восторга. Стало ясно, что он находится под пылью, рядом валялись две пустые бутылки рома и небольшой пакетик с белым порошком, который летит в камин. Мин проверит пульс — жив, просто спит, вот что он поймёт. Он обойдёт дом, оценив весь масштаб произошедшего, устало проведёт руками по лицу и направится на кухню за прохладной водой в бутылке. Разбудит омегу, слегка похлопывая его по щекам, всучит бутылку воды и заставит выпить её залпом, затем насильно потребует выпить и вторую, а после поведёт в ванную комнату, где будет ждать, пока того не стошнит, и прямо в одежде опустит его под ледяную воду. Омегу будет бить дрожь, а его красные от слёз глаза смотрят на Юнги, словно возвращая в реальность, и он начнёт рыдать, как маленький ребёнок. Плач будет неистовым, слёзы смешивались со смехом, и затем он лишь сильнее зарыдает. Альфа присоединится к нему в ванной, крепко прижмёт к себе, возьмёт его лицо в свои ладони, посмотрит в глаза и нежно вытрет слёзы. Ему самому захочется плакать, их переживания всегда были общими. И этот момент они делили вместе. Позже он узнает о поступке Чонхёна, о мотивах омеги, о его нервном срыве, приведшем к наркотикам и алкоголю. А затем заберёт его к себе, заставит прийти в себя, возвращать к нормальной жизни маленькими, постепенными шагами. Тэхён вернётся к своей команде, к тренировкам, выпустит две музыкальные композиции, проведёт встречи и появится в развлекательном телешоу.

***

После выписки Чон возвращается к привычной жизни, решив пока отложить бои. Он переключится на организационную работу, уделяя больше времени тренировкам молодых альф на ринге и обучению омег в спортзале. Его существование войдёт в прежнюю колею, хоть и с некоторыми ограничениями, пока он не определится с дальнейшими планами. Сейчас он находится в клубе, который является частью комплекса. С ним здороваются, выражают радость при встрече, омеги оказывают знаки внимания, скучая по своему фавориту. Он подходит к бару, заказывает виски и вращает стакан в руке. Проклятое сердце, мешающее жить как прежде. Единственной отрадой в его жизни был тот омега, которого он боготворил. Ему нужно забыться, выкинуть этого юношу из мыслей, необходимо переспать с кем-нибудь. Осматривает зал, но никто не привлекает внимания, все кажутся однообразными. Превозмогая себя, он залпом выпивает виски и ощущает прикосновение к плечу. Это омега, симпатичный, блондин с голубыми глазами, пухлыми губами и хорошей фигурой. Неплохо, сойдёт, — решает он. — Пошли, — говорит альфа, увлекая парня за собой. Ему не нужно знать его имя, и омега не сопротивляется. Видимо, понимал, на что идёт. Они входят в туалетную кабинку, Чон прижимает его к стене и начинает целовать. Омега задыхается, чувствует, как сжимают его ягодицы, и стонет. Альфа разворачивает его, кусает за шею, стаскивает штаны вместе с бельём, надевает презерватив и резко входит в него. Чон целует его, их языки переплетаются, омега стонет с каждым толчком, альфа предвкушает разрядку. Но что-то не то. Туалетная кабинка, случайный партнёр, такой же, как и остальные омеги здесь. Но в мыслях только тот мальчик, который знал себе цену и не разменивался на подобное. Он знал себя и свои желания. В голове тот омега, который позволял делать то, о чём Чонгук и не подозревал. А сейчас он здесь и видит, как какой-то парень разрешает трахнуть себя в туалете. — Боже, какой ты большой, — шепчет тот, задыхаясь от толчков. Удовольствие. Кратковременное и отвратительное. То, к которому он привык, но из-за этого чёртова сердца его тошнит от этого. Отталкивает омегу. Осознание того, что он мог быть с мальчиком из его снов, но выбрал другой путь, который представляет собой грязь, похоть и бои. Раньше это его устраивало, но теперь — нет.