Нонсенс

— Тебе пора домой? — Да. Но ты уверен, что этот вопрос нужно задавать именно сейчас? Серьёзно, мы лежим на кровати голые, его член всё ещё в моей заднице, причём кончил он почти минуту назад в четвёртый раз, а мой альфа только сейчас решился задать этот вопрос. В первый раз он использовал презерватив, но дальше решил без него, изливая всё своё семя только в мой зад. Мне до первой течки ещё, возможно, не скоро, но я уже опасаюсь, что от такого напора Макса я могу залететь и до течки. Если это случится, то его отец прямо-таки накаркал и от меня благодарности за это не дождётся. Блин, Макс в прямом смысле вытрахал из меня все силы, а мне ещё домой идти и подниматься в свою комнату через окно. — О да, — Максим хитро улыбается и мы вновь целуемся, пока он медленно выходит из меня с особым звуком. Мы прерываем поцелуй и он смотрит вниз. — Да, мой милый Нери, я смог заполнить твою попку до краёв, — блин, я снова покраснел и чувствую, как из меня вытекает его сперма, причём обильно. — Если хочешь, я воспользуюсь своим особым средством, чтобы из тебя ничего не вытекало до душа, — из-за этого ехидства в голосе хочу ему врезать. — Уверен, что не сорвёшься по дороге и не возьмёшь меня прямо в коридоре, на глазах своих родных? Не уверен, что ты готов делиться таким зрелищем с другими, — в эту игру могут играть двое. Альфа слегка трёт мои соски и я тут же издаю сдавленный стон. Никогда бы не подумал, что грудь может быть моей эрогенной зоной, но Макс за всё время нашего с ним секса нашёл все мои зоны, как и я его, что помогло нам обоим получить просто неземное удовольствие в постели. — Мне домой надо, — нежно убираю руки своего альфы со своей груди, на что получаю его недовольное лицо, прямо как у ребёнка. — А твои ещё ничего не сказали по поводу твоего желания моего переезда к вам. — Ну вообще-то они сказали, вернее написали. Макс достаёт свой телефон с тумбы и показывает мне сообщение от своей мамы: «Скажи Никите, что мы не против, но в воскресенье я, он и Миша идём покупать ему нормальную одежду, раз ты не в состоянии. Это не обсуждается». Блять, я счастлив, но ощущение, будто я влип по крупному, раз уж Алла Сергеевна решилась изменить мой имидж. Мысли мыслями, но надо собрать себя в руки, помыться, одеться и идти в старый дом, чтобы завтра навсегда его покинуть.

***

— На свете совпадений не бывает зря. Зло истребить добру без жалости и исключений - Дело чести. Все для нас с тобой уже предрешено, Не изменить сценария — лишь щелкну пальцами, Зло исчезнет. И вот, наконец, наступила пятница. Я рад, как никогда, что даже в голове всплывают строки любимой песни. Уже сегодня я наконец-то свалю из этой сраной берлоги навсегда и восвояси. Вчера вечером, перед уходом, я договорился с Максимом и его семьёй, что приду к ним сам ближе к обеду, но мой альфа будет ждать меня у подъезда, даже в школу не пойдёт, чтобы хоть как-то помочь с вещами. Мне приятна такая забота, но у меня всего одна сумка и портфель, так что гигантского или тяжёлого багажа у меня не будет. Мне плевать, что мать задумала насчёт меня на сегодня, но я хочу свалить как можно быстрее, учитывая тот факт, что лёг спать я только сегодня после трёх ночи и проснулся аж в девять утра со слабостью и какой-то странной тяжестью во всём теле, что для меня непривычно. И во всём виноват мой альфа Максим, ведь он снова взял меня в душе, причём когда я повернулся спиной к нему, чтобы смыть шампунь с головы! Да, было приятно и до его комнаты он нёс меня, закутанного в большое полотенце, на руках, но мне было очень стыдно, когда мы наткнулись по дороге на его брата. Мише только десять и он ещё не всё понимает, но его довольное лицо прямо светилось от счастья, когда он сказал, что хочет быть моим свидетелем на моей свадьбе с Максимом. За меня ответил альфа, пообещав исполнить желание младшего брата. Ну вот, опять отвлекаюсь на свои мысли, а надо бы уже собраться и валить. Я даже знаю как уйду: прилюдно через входную дверь, чтобы вся эта семейка знала, как я их ненавижу и презираю. Вот они все обрадуются, особенно мать. Одеваюсь, проверяю все вещи в сумке, обуваюсь прямо в своей комнате, ведь я не стал оставлять кроссовки в прихожей для такого случая, оглядываю комнату, чтобы удостовериться, что ничего не забыл, и хватаю сумку с портфелем. Всё, к уходу я готов. Выхожу неприлично довольным из уже бывшей своей комнаты и иду к выходу. Только захожу в прихожую, как слышу грубый и вечно недовольный голос своей недоматери, которая скоро станет мне абсолютно чужим человеком в жизни, хотя не так — она уже давно является такой для меня. — Нерест, и куда это ты сваливаешь с сумкой и портфелем? Я же говорила тебе, что сегодня ты сидишь дома весь день! — сколько неприкрытого яда в её голосе. О, а вот и её отпрыски подошли, которые тоже уже для меня чужие люди. — Я сваливаю нахуй из этого дома и из ваших поганых жизней, — отвечаю даже не оборачиваясь на них, быстро повернув ключ в замке. — Вы ведь давно этого хотели: чтобы я навсегда исчез и больше никогда тут не появлялся? Ну так вот празднуйте — этот день настал, — одной рукой беру ручку двери, а другую засовываю в карман, чтобы незаметно достать маленький нож, который подготовил ещё ночью на случай, если они попытаются удержать меня силой, для своих нужд. О да, улыбка сама собой появляется на моём лице. — Вот так ты хочешь отплатить мне за всё, что я для тебя сделала? Вот как мы заговорили, да ещё и на повышенных тонах. Хочешь состроить их себя этакую благородную мать, которую кидает на произвол судьбы единственный сынок-омега, который в очередной раз устраивает подростковый бунт с уходом из дома. Валяй, женщина, я тебе мешать не буду, а если ты или твои любимые сыночки-корзиночки-альфы захотят меня остановить силой, то я уже готов к этому. Подойдите ко мне — и вы умрёте в особых муках. Хочется повернуться к ним, чтобы увидеть их поганые лица, но сдерживаю себя, ведь все мои инстинкты наёмного убийцы кричат о том, что надо уже быстро валить отсюда. Но я хочу насладиться этим моментом и личным триумфом. — Играй свою роль, женщина, набивай свои бесполезные соц баллы, можешь хоть всему дому рассказать свою гнилую сказку о неблагодарном сыне-омеге, но мы все здесь знаем правду! — даже не понижаю тон, ведь мне плевать, что соседи могут всё услышать. Пусть услышат и сделают выводы, пусть даже и в пользу этой падшей твари. — Прикуси свой язык, щенок, — да, да, продолжай в том же духе. Строй дальше из себя жертву, захлёбываясь собственными лицемерными словами. — Не смей затыкать мне рот, тварь! Ты и твои говноеды-альфы меня ненавидите только за то, что я такой, какой я есть на самом деле! Захлебнитесь собственной ненавистью с желчью и сдохните, как подобает бесполезным людишкам! Вы никогда не были моей семьёй и никогда не станете. Мы друг для друга больше не существуем, — это мои последние слова в этой семье и в этом доме. Спешно выхожу из квартиры, почти бегом спускаюсь по лестнице к выходу и выхожу из подъезда. Делаю несколько шагов и полной грудью вдыхаю утренний воздух. Невероятное чувство свободы, будто все держащие меня цепи рухнули и исчезли в один момент. С этого момента начинается моя абсолютно новая жизнь. Но радоваться ещё рано. Не сбавляю скорости и быстрым шагом ухожу в мой новый дом, к моему истинному альфе и его семье, что приняли меня, не побоюсь этого слова, с распростёртыми объятиями. Прохожу пару домов и тут же слышу быстрые приближающиеся шаги. Оборачиваюсь и вижу бывших братьев. — Вернись домой, бомжара, — Игорь, старший брат, разминает кулаки вместе со Стасом, причём у обоих выражения лиц хищников, которые загнали желанную жертву в угол. Но я с удовольствием покажу им, кто из нас на самом деле хищник. — Мама сказала привести тебя домой всеми средствами, но попросила оставить твою уродливую рожу нетронутой. Видимо, нашёлся дурак, который готов присунуть тебе в пьяном угаре. Бросаю поклажу на землю рядом с собой и делаю пару шагов в сторону альф, при этом проверив оба кармана, чтобы можно было быстро достать оба ножа. Хорошо, что я решил пойти менее людным путём и никто не обратит внимание на явно образующуюся драку. — Вас двое альф против меня одного, — улыбаюсь им своей садистской улыбкой, отчего они останавливаются и смотрят на меня с удивлением. — Это не в пользу каждого из вас, — развожу руки в стороны, словно собираюсь обнять своих врагов. — Давайте, нападайте. Эта женщина ведь приказала вам силой притащить меня обратно в ваш клоповник, — быстрыми движениями достаю из задних карманов по паре дротиков. — Вы оба не более, чем мусор под ногами в современном обществе. Моя провокация удалась. Оба альфы подбегают ко мне и пробуют ударить в живот, но это слишком прямолинейно, клишировано и предсказуемо. Впрочем, от этой парочки бесполезных тупиц другого ждать не приходится. Они ведь не профессиональные бойцы или убийцы, а потому все их движения я вижу насквозь. Обхожу Игоря сбоку и наношу точный удар кулаком в челюсть, при этом пнув его в сторону брата, отчего оба падают на землю. Признаюсь, я разочарован, так как ожидал от этих двоих хоть чего-то достойного, а не падения с одного тычка. Надеюсь, что этим всё не закончится. — Мелкая тварь, — огрызается Игорь и оба альфы быстро встают. — Такая бесполезная шлюха, как ты, должна молча следовать приказам и быть покорной собачкой. — Как видишь, нет, — точно бросаю дротики в братьев, которые царапают им щёки и плечи. — Мне плевать на ваши бесполезные жизни, а потому я могу убить вас. Но давайте вы сперва меня позабавите. Игорь и Стас обходят меня с двух сторон и тут же пытаются атаковать, но и это для меня слишком предсказуемо. Быстро обхожу Стаса сзади в нужный момент и, схватив его тупую башку за волосы, направляю её в сторону старшего брата. Их лица ударяются друг об друга и слышу хруст с глухим ударом. Отпрыгиваю назад и вижу, как оба альфы упали на колени и закрыли лица руками, при этом громко матерясь. Их незнание и невежество играют мне на руку, но думаю, что даже если бы они знали правду обо мне, то всё равно ничего не смогли бы сделать. Хочется подбежать и ударить обоих со спины, но не решаюсь, чтобы у них не было никакого преимущества. — Возвращайтесь к своей мамочке! — кричу им и подхожу к своим вещам, при этом постоянно поглядывая на них. — Я больше не её сын и не ваш брат! Мы друг другу — никто! — закидываю рюкзак за спину, беру сумку в одну руку и делаю несколько шагов к всё ещё сидящим, с закрытыми лицами, альфам. Видимо, удар был что надо, раз уж даже слышно, как оба шмыгают носами. — Вот моё предупреждение для вашей поганой семейки, с которой меня ничего не связывало и не связывает: я исчез из вашей жизни и вы исчезните из моей. Если попытаетесь или сделаете мне что-то плохое, или хоть как-то ещё раз окажетесь в моей жизни, то следующий день вы уже не увидите. — Мать… Была… Права… — слышу хриплый голос Игоря и замечаю, что он убрал руки с лица, на котором был виден покрасневший нос и лоб, а также тонкие струйки крови из носа. — Ты ничтожество… Которое опозорило… Нашу семью… — он сплюнул на землю кровью, но я даже не дёрнулся. — Свали нахуй… Из нашей жизни… Чтоб глаза тебя… Больше не видели… — Я вас предупредил, — бросаю на ослабевших бывших братьев полный презрения взгляд и ухожу прочь. Они получили свой урок, но попытались выставить всё так, будто они великодушно позволили мне уйти. Таким лицемерным поступком они прекрасно поняли и показали, что со мной им не совладать, а потому сделали мне этакое «одолжение». Надеюсь, что я больше никогда не увижу эту сраную семейку. Ну а сейчас я пойду окольными путями в свой новый, настоящий дом, где меня ждут мой любимый истинный альфа и его семья, которых я умудрился полюбить всего за один проведённый вечер. Что ж, буду учиться жить более позитивно. Уверен, что Максим с радостью мне в этом поможет.