Время умирать

***

Нино всё ещё не было дома. Он ушёл днём, сказав лишь, что возникли какие-то дела и что ему нужно поехать вместе с братьями. Ни объяснений, ни подробностей — как обычно.   Я старалась не думать об этом, но тревога не давала мне уснуть. К тому же, к вечеру начался дождь, который быстро перешёл в грозу.   Чуть позже в комнату пришла Мирабелла. Она тихо встала в дверях, сжимая в руках свою мягкую игрушку, и смотрела на меня, не решаясь подойти.   — Что, милая? — я села на кровати, протягивая к ней руку.   Она не ответила, но в следующее мгновение забралась ко мне в постель, тут же прильнув к боку. Её крохотные пальцы вцепились в мой рукав, а дыхание было немного сбивчивым.   — Испугалась грома? — тихо спросила я, поглаживая её по спине.   Мирабелла лишь крепче прижалась ко мне. Я больше ничего не сказала, просто обняла её, пока она наконец не задремала.   Часы на тумбочке показывали почти три ночи, когда я, убаюканная её размеренным дыханием, тоже провалилась в неглубокий сон.   Проснулась я от лёгкого скрипа двери. В полумраке мелькнула высокая тень, и кровать чуть прогнулась, когда кто-то сел на край.   — Нино? — прошептала я, ещё не до конца осознавая, что он вернулся.   — Это я, — так же тихо ответил он.   Он уже успел переодеться, избавившись от промокшей и вероятно, грязной одежды. В темноте слышался лишь приглушённый шум дождя за окном и слабый, почти неуловимый запах табака.   — Почему так долго? — спросила я, приподнимаясь на локте. — Я ждала тебя…   Нино на секунду замер, потом коротко ответил:   — Были небольшие проблемы… с албанцами и мексиканцами.   Я тут же напряглась.   — Какие ещё проблемы? Что случилось?   — Ничего серьёзного, — спокойно ответил он. — Всё решится быстро.   — Ты уверен?   Он молчал. Некоторое время в комнате слышался только шум дождя. Потом он наконец тихо сказал:   — Мы не можем быть уверены во всём, верно?   Этот ответ мне не понравился. Я чувствовала, что он что-то недоговаривает, но настаивать не стала.   Я только молча легла обратно, слушая, как он укладывается рядом. Через пару минут дыхание Нино выровнялось — он уснул почти сразу, что было довольно не характерно для него. Я же ещё долго лежала с открытыми глазами, невольно прислушиваясь к звукам за окном и надеясь, что всё и правда быстро решится.   Утром я поняла, что была права.   Нино, как и всегда, ушёл рано. Я подумала, что он, возможно, отправился купаться, но, когда шла готовить завтрак, застала его в гостиной вместе с Римо и Савио. Римо, вероятно, мог встать ни свет ни заря из-за детей, но Савио? Он редко поднимался так рано. Это значило лишь одно — разговор был серьёзным.   За завтраком Римо объявил, что на следующей неделе часть семьи отправится в Нью-Йорк. В числе тех, кто поедет, оказались я, Нино и дети — потому что я считаюсь родственницей Луки. С нами также поедут Римо и Серафима с близнецами, как капо и его жена, а ещё Фабиано с женой и дочерью — потому что он брат Арии. Дома останутся Савио и Адамо с их жёнами.   Я ощутила волнение, но не сказала ни слова. Мы редко ездили к Фамилье, чаще всего просто ради формальности. Последняя поездка была не так давно, но теперь нас снова вызывают. Я чувствовала, что это связано с мексиканцами и албанцами. Но до конца надеялась, что это просто дружеский визит.  Когда завтрак закончился, я собиралась пойти к Нино за ответами, но меня остановила Мирабелла. Сегодня она была особенно ласковой и тут же потянулась ко мне, прося на руки. Отказать ей я не могла.   Так как моя девочка устроилась у меня на руках и явно не собиралась слезать, возможность поговорить с Нино отпала сама собой. Моему солнцу ещё слишком рано слышать подобные разговоры. Поэтому я решила просто выйти прогуляться. Нужно было проветрить голову.   Но даже после трёх часов на свежем воздухе Мирабелла не хотела отпускать меня. Моя спина начинала сдавать, поэтому, вернувшись, я несколько раз прилегла на лежанку. Но даже так боль никуда не уходила. Я пробовала аккуратно снять её с себя, несколько раз уговаривала спуститься, но всё было тщетно. Мирабелла цеплялась за меня, как за спасательный круг, и даже пыталась удержаться ногами, когда я осторожно разжимала её пальцы.   Вернувшись на кухню, я была невероятно рада увидеть Савио. Только сейчас мне в голову пришла простая мысль — почему я не попросила кого-то помочь?   — Савио! Помоги! — почти отчаянно обратилась я к нему.   — Ого, мольба о помощи? Давно я такого не слышал, — он широко улыбнулся. — И с чем же?   — Мирабелла не хочет слезать с рук. А моя спина готова отвалиться. И ещё обед нужно приготовить.   Савио сначала посмеялся, но потом всё же взялся за дело.   — Ого, наша малышка Бель не хочет отпускать маму? — поддразнил он, пытаясь аккуратно её снять.   Мирабелла тут же возмущённо посмотрела на него и отрицательно покачала головой.   — Что такое, принцесса? Почему не хочешь спускаться?   — Я тоже не понимаю, — вздохнула я. — Такое бывает крайне редко.   Савио посмотрел на неё с прищуром, потом ухмыльнулся.   — Что ж, не хочешь по-хорошему, значит, будем по-плохому!   И в следующую же секунду его пальцы начали щекотать Мирабеллу по бокам.   Она зашлась беззвучным смехом, дёрнулась, но держаться уже не могла. Почти сразу разжала руки, хотя ещё пыталась цепляться ногами.   — Надо было соглашаться на добровольное снятие, — хохотнул Савио, подхватывая её на руки.   Но стоило Мирабелле увидеть меня, как её лицо снова изменилось. Она попыталась перелезть обратно ко мне, и вдруг… её плечики затряслись.   Мирабелла расплакалась.   Это было настолько неожиданно, что я даже на секунду замерла. Моя девочка нечасто плакала, но если это происходило, то… смотреть на это было невозможно. Она не могла издавать звуков, но её безмолвный плач разрывал сердце куда сильнее обычного.   — Эй-эй, милая… Ты чего? — я сразу протянула к ней руки.   — Ого, малышка Бель плачет! — Внезапно Савио подкинул её вверх, поймал, поцеловав в лоб.   Она посмотрела на него ошеломлённо, будто забыв, почему вообще плакала, но стоило её глазам вновь найти меня — слёзы полились снова, а ручки снова потянулись ко мне.   — Что-то не так, солнце? — я снова обняла её.   Но вдруг мне пришла мысль.   —… Может, ты объяснишь мне? Нарисуешь?   Мирабелла чуть задумавшись, кротко кивнула.   — Тогда я отпущу тебя на пол?   Снова еще один кивок. — И мы не лезем к маме, договорились?   На этот раз она чуть дольше колебалась, но потом всё же согласилась.   Я быстро сходила за бумагой и цветными карандашами. Когда вернулась, у Савио уже был совершенно потерянный вид. Судя по всему Мирабель не понравилось, то, что я ушла.  — Я куплю тебе килограмм конфет, только успокойся, — причитал он, в то время как Мирабелла извивалась у него на руках. — Эй, малышка Бель, ну я же твой любимый дядя! Что случилось?   Когда я снова появилась в зоне ее внимания, она немного успокоилась. Теперь не внимание было обращено на бумагу у меня в руках.  Я поставила бумагу и карандаши на столик, и Мирабелла тут же побежала туда.   — Что на неё нашло? — спросил Савио.   — Не знаю… Впервые такое.   Когда рисунки были готовы, Мирабелла молча показала их мне.   На первом была нарисована девочка, мирно спящая.   На втором всё было красным и чёрным. В огне стояли две девушки.   На третьем одна из них исчезла.   — Это был сон? — спросила я, присев рядом.   Она кивнула.   — Там я ушла?   Снова кивок.   — Это был всего лишь сон, милая.   Но она замотала головой, показала руками «огонь».   — Огонь? — я переглянулась с Савио. — Пожар?   Мирабелла кивнула и указала на меня. А потом показала жест «рассыпаться».   — Я… рассыпалась в огне?   Она снова кивнула.   — Откуда ты знаешь, что так бывает? Ты смотрела какие-то фильмы?   Она пожала плечами.   — Это просто страшный сон, солнышко, — я поцеловала её в лоб. — Наверное, ты случайно увидела что-то у мальчишек, и плохая погода спровоцировала этот кошмар.   «Слова дяди, завтрак», — показала она руками. — «Заберут» «ты».   — Ох, милая… Никто меня не заберёт. Мы едем все вместе.   «Правда?»   — Конечно, солнце. Я никогда не оставлю тебя одну.   Я потянулась чтобы обнять дочь, как тут же заметила, что меня перехватил Савио. — Так, сентиментальности в сторону! — вдруг воскликнул Савио. — Пора мстить! За тебя, Киара! За человека, который делает мой любимый торт «Красный бархат»!   И в следующий же миг он бросился щекотать Мирабеллу. Та сначала пыталась сопротивляться, но вскоре уже каталась по полу, извиваясь, как червяк, и, кажется, забыла про всё плохое. Савио, конечно же, не мог так просто оставить попытки развлечь Мирабеллу. Он щекотал её до тех пор, пока она буквально не сползла на пол от смеха.   — Всё, хватит! — я рассмеялась, качая головой. — Ты её совсем утомишь.   — Да брось, Киара, посмотри на неё! — Савио указал на Мирабеллу, которая, едва отдышавшись, уже снова потянулась к нему. — Ей нравится.   Мирабелла кивнула, подтверждая его слова.   — Ну раз так… Что ж, у тебя есть целый день, чтобы развлечь её.   — Я готов! — Савио гордо вскинул голову.   Я лишь улыбнулась.   — Хорошо. Но если что — готовься её укачивать.   — Да я мастер! Я же любимый дядя!   — Это мы ещё посмотрим, — вдруг вмешался другой голос.   Я повернулась и увидела Римо. Он стоял в дверях, сложив руки на груди, и с лёгкой усмешкой смотрел на Савио.   — Что, брат? Хочешь посоревноваться за звание лучшего дяди?   — Оно у меня уже есть.   — Да ну? Киара, подтверди!   Я лишь рассмеялась, пожав плечами.   — Думаю, это должны решать дети.   — Ну вот! — Савио махнул рукой. — Где Невио? Пусть скажет, кого любит больше! Я потратил столько времени на него! — Ты хочешь заставить моего сына выбирать?  - внезапно угрожающее произнес Римо.  — Ну…   Римо посмотрел на него так, что Савио сразу сдался.   — Ладно, ладно, признаю твоё первенство.   — Как великодушно, — усмехнулся Римо.   Мирабелла в это время уже прибежала и устроилась у меня на коленях и с любопытством наблюдала за разговором. Её пальчики легонько постукивали по моей руке, будто проверяя, здесь ли я.   — Куда все дети ушли? — спросил Савио, переводя тему.   — В игровую. Грета затеяла что-то грандиозное.   — Тогда нам туда дорога! — Савио подхватил Мирабеллу и весело подмигнул мне. — Пойдём, маленькая принцесса, мы захватим эту крепость!   Мирабелла взглянула на меня, словно спрашивая разрешения, и я кивнула.   — Только без лишнего шума.   — Ты меня знаешь, Киара, — ухмыльнулся Савио. — Я — сама тишина.   Римо тихо хмыкнул, но ничего не сказал.   Я наблюдала, как Савио уносит Мирабеллу в игровую, и только тогда заметила, что тревога, мучившая меня с утра, наконец ушла.