Останется лишь портрет

Его глаза напоминают мне тот лес, в котором я избавлялась от излишек магии. Сначала больно и страшно вглядываться в эту топь, но потом, меня беспощадно влечет туда, в самую глубь, где я пытаюсь увидеть отблеск души Себастьяна. Я просто не могу чувствовать к нему злость из-за того что мы не общались так долго. Не могу чувствовать страх из-за того что он убил своего собственного дядю. Лишь жалость. Лишь жалость я чувствую к Себастьяну Сэллоу. Мой друг, которому пришлось пройти слишком многое и слишком многое сотворить. Он мой друг. И что бы не случилось, я буду рядом. Если он позволит. Именно так я решила, наконец взглянув в его карие, с темно-зеленым отливом, глаза. Он так печально глядит на меня, будто с его губ хочет сорваться тысяча речей, которые, кажется, уже слишком поздно говорить. — Могу я с вами тут поужинать? — Тихо поприветствовав двух одноклассников, задаю вопрос, не отрывая взгляда от Себастьяна. — Ты не обязана спрашивать нашего разрешения.– Спокойно отвечает Сэллоу, пока Мракс медленно пережевывает свою пищу. Утвердительно киваю и придвигаюсь к свободной тарелке, куда начинаю накладывать ароматную куриную ножку и картофельное пюре. Себастьян с секунду потупил свой взгляд над моими действиями и нерешительно потянулся за небольшим куском куриного мяса вслед за мной. Не знаю почему, но я невольно улыбнулась, уткнувшись в свою тарелку. Боюсь вновь взглянуть на него, боюсь встретиться с ним глазами, хотя уверена, что он также как и я просто смотрит на стол перед собой. Боже, как хочется хоть на секунду ещё раз удержать свой взор на нем, побольше рассмотреть его. Я же скучала по нему. Меня переполняет желание схватить его за плечи, встряхнуть что есть силы и крикнуть ему это прямо в лицо. И все-таки, на секунду меня одолевает злость. Ну как он мог так просто оборвать наше общение? Неужели он думает что все, что с нами приключилось должно послужить полным прекращением нашей дружбы? Мы не общались пол года, Себастьян кажется даже ни разу не взглянул на меня за все это время! И теперь он просто со мной здоровается своим меланхоличным тоном. И какая я была глупая, когда представлялся себе нашу встречу яркой, с теплыми объятиями и словами негодования о том, как мы были глупы, не общаясь остаток прошлого учебного года. Я даже перестаю жевать на какое-то время, крутя в голове гневный поток мыслей. И будто чтобы убедиться в своих догадках о том, что Себастьян даже не вспоминал обо мне, быстро бросаю на него взгляд. Но тут же отвожу его обратно в тарелку, потому что наши глаза встречаются. Мой — раздраженный и нетерпеливый, и его — печальный, но будто все понимающий. И этот его тоскливый взор будто отрезвляющий удар напоминает мне, что и я сама не подходила к нему те полгода нашего молчания. Он был так одинок и не понят абсолютно никем. Даже родной сестрой, ради которой он был готов пожертвовать всем миром. Вижу как он хочет что-то сказать мне, начать разговор, но боится, даже губы в неуверенности медленно то открываются, то обратно смыкаются. И у меня тут же появляется желание помочь ему в начале разговора. И не понятно, откуда берусь уверенности, спрашиваю, быстро и даже как-то невнятно: — Где ты был всё лето? — Получается слишком громко и я замечаю как кто-то неподалеку за столом Слизерина с раздражением бросает на нас взгляд. Себастьян неподдельно удивляется тому что я начинаю разговор и неуверенно приоткрывает искусанные от нервов губы для ответа. — У себя дома. А что? — Опережает его своим словами Оминис. — Ничего. — Даже не придумав нормальный ответ, говорю я, переведя взгляд на бесстрастного однокурсника. Я даже не пытаюсь объяснить ему, что вопрос был адресован другому, потому что не собираюсь выслушивать его монолог о том, что вопросы нужно задавать конкретнее. — Я остался в Хогвартсе на лето.- Спасает ситуацию сам Себастьян, слегка улыбнувшись неожиданному ответу друга. — А, ясно, так это не мне вопрос был. Можно было и уточнить, у кого спрашиваешь, Агата. Теперь я выгляжу как дурак. — Все же беззлобно выпаливает Мракс, пряча лицо за кубком виноградного сока во время глотка. — Нет, что ты, на дурака ты совсем не смахиваешь. Только на зануду. — С хитрой улыбкой отвечаю я и тут же вздрагиваю от удивления, когда слышу негромкий и искренний смех Себастьяна. Такой чистый и яркий, но более низкий чем было раньше. — Ну спасибо…– не успевает закончить свою тираду Оминис, как слышит обращение директора: — Прошу внимания! — Перезвон приборов, гогот пятикурсников за столом Пуффендуйцев и радостные разговоры начинают медленно утихать, когда профессор Блэк встает со своего места и направляется к трибуне, где позолоченная сова уже расправила свои крылья в преддверии речи директора школы. Прочистив голос, Блэк вновь просит тишины, но Гриффиндорцы будто нарочно его не замечают. — Прошу внимания! — В очередной раз повторяет он, перейдя почти на писк, из-за моментального выхода из себя. Наконец гул в зале полностью утих. — Спешу поздравить всех с началом учебного года! И спешу объявить, что год всех ждёт необычный, но об этом позже! Сначала хочу пожелать каждому ученику упорства и терпения, а профессорам также желаю терпения и упорства! — Нервная, кривая улыбка, чёрная, сальная прядка волос, свисающая на лоб и идеально завязанный на груди бант. Все как и год назад, разве что сейчас он начал хотя бы с приветственной улыбки, выдавленной по совету профессора Уизли. Но, кажется, в этом году он стал будто ещё глупее, судя всего только по паре строк его приветственной речи. Или он таким и был, не знаю. — И хочу объявить о пополнении в нашем преподавательском составе! Как нам всем известно, в прошлом году нас покинул профессор Фиг. Но выручить школу и занять должность нового преподавателя теории магии вызвался профессор Герберт Беван! — Вскинув ладонь в сторону нового преподавателя и ожидая громких оваций, Блэк оскалил свои зубы в подобие доброжелательной гримасы, — Надеюсь, Вы продержитесь у нас дольше прежнего профессора.- Вскользь бросает директор и на этот раз ждёт всплеск смеха по залу, за свой, как считает он сам, искрометный юмор. Но по залу прокатились только редкие хлопки, и лишь в поддержку нового профессора. Бедный старик с короткими седыми волосами и широким животом, который обрамляла темная мантия, он неуютно поерзал на своем месте, переглядываясь с профессором Уизли, которая уже даже не скрывала своего раздражения от глупой речи Блэка. — И спешу представить вам Три́шию Сорви́но, которая с этого года заступает на новую должность — глава по работе со студентами! — После этих слов, каждая пара глаз устремилась на тоненькую девушку, сидевшую между новым профессором теории магии и профессором Ховин. Это была смуглая молодая иностранка, с тонким носом и пухлыми губами. У неё был темный и жесткий волос, а за ухом виднелась косичка светлого цвета, которая ещё больше выделяла её среди других. На девушке не было преподавательской мантии, но и белая блуза с длинной юбкой выглядели на ней как-то неестественно. Странно что я не заметила её сразу. — Профессор Сорвино прибыла к нам с другого континента и была направлена к нам от самого Министерства для выполнения методических, и укрепляющих дух учеников Хогвартса, работ. И теперь, если у ученика возникнут какие-либо проблемы, он может подойти не только к своему декану факультета, но и к главе по работе со студентами! На этот раз зал встретил новое лицо с бо́льшим энтузиазмом, и большинство людей тут же начали аплодировать в знак приветствия. Девушка слегка привстала со стула и аккуратным, легким взмахом ладони, поздоровалась со всеми, наградив всех белоснежной улыбкой. Уверена, куча мальчишек будут втайне влюблены в неё. Её внешность действительно завораживает. Разглядывая новое лицо, я невольно поправила прядку своих волос, неаккуратно выбившихся из незамысловатой прически. Далее проходило распределение первокурсников по факультетам, и в этом году на Слизерин попало удивительно малое количество ребят, в то время как Когтевран заполнился так сильно, что ребятам с дальнего конца стола пришлось двигаться, чтобы могли поместиться все новые студенты факультета. Перебирая в тарелке уже остатки пищи, я краем глаза замечаю, как глава по работе со студентами тихо встает со своего места и пройдя за спинами остальных преподавателей, остановилась возле директора. Наклонившись и что-то шепнув ему с улыбкой, она получила вальяжную отмашку руки, в знак согласия. — Друзья! Попрошу минуточку внимания! — Уже бодрым шагом подойдя к трибуне, начала профессор Сорвино. Её голос оказался очень звонким и громким, а сильный акцент придавал её словам немного грубости. Дождавшись, когда большинство глаз будут устремлены на неё, она продолжила: — С позволения нашего многоуважаемого директора, хочу рассказать вам об одном важном событии, которое ждёт школу. Как уже упомянул профессор Блэк — в Хогвартсе наступает необычный учебный год! А всё потому что, с этой минуты я объявляю начало конкурса факультетов! Все студенты начали переглядываться друг с другом, не понимая, о чем идет речь. Кажется, в истории школы ещё не было подобного. Или может она имеет в виду Квиддич и он наконец возвращается? Я взглянула на Себастьяна, который точно как и остальные выглядит настороженным. — Этот конкурс, с разрешения директора и деканов факультета я придумала для сплочения учеников, а также с целью научить ребят здоровой конкуренции и стремлению вперед! — Сорвино лучезарно улыбается, надеясь зажечь своей речью огонь в глазах юных волшебников от преддверия озвученного ею события. — В конкурсе будут учавствовать все курсы, за исключением пятого и седьмого — профессор Уизли подсказала мне, что у ребят с этих курсов грядут важные экзамены, и что им необходимо все свое свободное время уделить учебе и не отвлекаться лишний раз на общественные мероприятия. — После этих слов по залу проскакал рокот улюлюканья в качестве бунта от пятикурсников и семикурсников. Узнаю профессора Уизли — учеба на первом месте. — Понимаю ваше негодование, но тоже попрошу Вас уделить достаточное время на подготовку к экзаменам. И к тому же, вы всегда сможете поддержать ребят со своего факультета, которые будут учавствовать в соревновании! — Она вскидывает обе ладони вверх, в качестве призыва к молчанию, — Итак! Суть конкурса! И она описала нам критерий соревнования: От каждого курса всех четырех факультетов понадобится по 4 человека: 2 мальчика и 2 девочки. Первый этап конкурса будут проходить 6 курс, и далее по убыванию, где закрывать основной этап соревнования будут первокурсники. На выбор участников от каждого курса ученикам дали срок в 1 неделю, потом, в главном зале, деканы факультетов озвучат списки выбранных ребят. — И самое главное — победившая команда будет награждена призовыми баллами факультета, что может оказать огромную помощь в борьбе за кубок школы! — После этих слов профессор Сорвино получила гул аплодисментов, что доказывало, что у неё получилось заинтересовать учеников своей идей. Мальчишки с Гриффиндора аплодировали громче всех, в то время как их соседки ревностно поглядывали на главу по работе с учениками. — А теперь попрошу старост проводить первокурсников в их гостиные! — Стараясь перекричать бурные разговоры и смех за каждым столом, сказал директор, быстрым шагом вновь вернувшись к трибуне, и также быстро от неё удалившись. После этих слов, Оминис выпрямился как струна и встал со своего места, и именно тогда я заметила значок старосты факультета, украшенного атласной изумрудной лентой, на его груди. Значит, теперь он будет задирать свой нос ещё выше. — А я думала Агата будет старостой. — Слышу негромкое недоумение третьекурсницы за нашим столом и смущенно ерзаю на лавке, когда замечаю по взгляду Имельды Рейес, что она тоже это слышала. На самом деле, думаю ей действительно подходит роль старосты, может под её руководством ученики будут стараться чаще зарабатывать положительные очки для нашего факультета. Но и укол обиды на профессора Ронена я почувствовала где-то внутри. Ну и ладно, я же хотела прожить обычную студенческую жизнь. У меня итак полно забот, ещё не хватало следить за поведением других учеников. Все стремительно стали покидать свои места, и я и не заметила, как в толпе затерялся Себастьян. С минуту поискав его взглядом и не найдя, я направилась к главному входу, вслед за всей вереницей людей. И вдруг почувствовала как кто-то пальцем постучал мне по левому плечу. Обернувшись в ту сторону я никого не увидела и тут же последовал ещё один стук, но уже по правому плечу. Натсай. Только она может так ловко прятаться. — А вот и ты! — Полностью обернувшись назад и наконец встретившись с подругой глазами, я крепко обняла её, чувствуя сильное тепло от её тела. — Пойдем скорее отсюда, в этой толпе так душно.- Натсай добродушно улыбается мне и беря под руку, стремительно ведет к выходу. Во время дороги до главной лестницы, подруга рассказала мне, что все-таки, ей с матерью удалось в конце лета посетить родную страну, хоть и ненадолго. По её нежному тону, звучавшему, когда она вспоминала о родных пейзажах, я поняла как она тоскует по просторам Уганды и по её палящему Солнцу. К сожалению, здесь в Англии Натсай редко может насладиться ясной погодой. — Я очень рада за тебя! Видно как глоток родного воздуха взбодрил тебя! — остановившись у стены коридора, кладу свою руку ей на плечо, наконец имея возможность получше рассмотреть подругу спустя 3 месяца разлуки. Сначала мне показалось что она совсем не изменилась, но потом я поняла, что прическа стала другой. Кажется, будто пучок сзади стал менее аккуратным, каким-то более свободным что ли, прямо как и её дух, после прогулок по любимому сафари. Поболтав ещё немного о прошедших каникулах, мы договорились встретиться завтра, на первом в нашей жизни, уроке по трансгрессии. По Натсай было видно, как она с нетерпением ждёт начала занятий. Весь оставшийся вечер я провела в своей спальне, слушая разговоры соседок о том, как каждая из них ждала приезда в школу, потому что с семьей время стало проводить как-то скучно. Я не так открыта перед девочками, и чтобы не выделяться киваю, соглашаясь с их мнением, попутно раскладывая вещи из чемодана. А Лейрия наверное уже где-то охотится и вспоминает прошлый загруженный год, когда она постоянно то приносила, то уносила мою почту. Хорошо что мистер Мун сам переносит сов в совятню, а то сейчас там было бы огромное столпотворение. На следующий день утро выдалось необычайно солнечным, что сыграло большую роль в моем приподнятом настроение. Я даже попросила свою соседку помочь мне сделать аккуратный и красивый низкий пучок. Она с радостью согласилась, потому что любила возиться с волосами и частенько заплетала других девушек, иногда в абсолютно невероятные прически. Позавтракав с Поппи за одним столом и разделив между собой, как оказалось, слишком большую булочку для одного человека, и посыпанную сахарной пудрой, мы вместе направились в класс зельеварения. Уже в классе, поздоровавшись с профессором, мы встали неподалеку от его стола, где он подробно объяснял и показывал, как сварить эйфорийный эликсир. — Только не переборщите с дремоносными бобами, иначе человек, выпивший эликсир впадет в сон на 3 дня, — строго говорит Шарп и дает следующее указание: — Делитесь по парам, чья пара справится лучше всех — получит очки. — А проигравшая выпьет их зелье.- Хрипит откуда то с конца кабинета Гаррет Уизли. Слышала, что он потерял голос объевшись ледяных конфет. — Как пожелаете, мистер Уизли.- Бесстрастно отвечает Шарп и уходит в свой кабинет. — Могу я с тобой в пару встать? — Неожиданно прямо передо мной возникает Себастьян. Какую-то долю секунды я нахожусь в замешательстве, пытаясь позади него найти Поппи, с которой, я думала и буду в паре. Но заметив как к ней подошла Аделаида Дубс, я смущенно кивнула однокласснику в знак согласия. Мы оба как-то нерешительно подошли к столу с котелком и начали рассматривать ингредиенты. — Кажется, нужно начать с инжира.- Будто сам себе слегка улыбается Себастьян и его тонкие, длинные пальцы обхватывают стеклянную баночку, в которой хранятся сушеные плоды. Я в свою очередь схватилась за железный половник с деревянной рукоятью и начала акккуратно перемешивать жидкость, пока Себастьян добавлял в котел инжир. Молча, но очень слаженно мы варили свое зелье. Оба стеснялись вновь взглянуть друг на друга. Интересно, что же происходит в его голове? Какие мысли крутятся там? Знал бы он, какой вихрь творится в моей. Может быть тогда, мы бы и смогли понять, что происходит между нами немного лучше. Если конечно нас не снесут ураганы в головах друг у друга. Добавив иглы дикобраза, мы ждали, когда зелье вновь изменит свой цвет, и уже потихоньку теряя терпение от долгой реакции, я вздыхаю, после чего, Себастьян неожиданно говорит: — Я скучал по тебе. — Тон абсолютно спокойный, будто он и не нервничал прямо как и я пару минут назад. Я резко поворачиваю голову в его сторону, но он так и не смотрит на меня, лишь следит за котлом. — Что? — быстро сглотнув неожиданно подступивший ком к горлу, спрашиваю я, надеясь что мне послышалось. Или наоборот, может я очень надеялась, чтобы мне это не послышалось. — Я скучал по нашему общению. — Вновь говорит он и уже поднимает на меня глаза. Серьезные, не терпящие шуток в этот момент. Этот настрой ввел меня в ступор на мгновение, но я тут же вышла из него, вспомнив, как каждый день ждала от него хотя бы самого коротенького письма, хотя бы слов что с ним все в порядке. Слов, что мы ещё встретимся. Поэтому не видела смысла врать. Просто не хочу врать ему об этом. — Я тоже скучала по тебе, очень. — Не улыбаюсь, прямо как и он и нескрываемо разглядываю его, в то время как он уже отвел взгляд обратно к столу. — Пообещай мне что мы больше так не будем. Пообещай мне что мы будем общаться. Себастьян Сэллоу все время лишает меня дара речи. Все выглядит так, будто это только по моей вине мы не разговаривали друг с другом полгода. Неужели, с его стороны это все выглядело именно так? Не знаю, что с ним было все лето, и какие выводы он делал, но вот мы пошли на контакт, и обрывать его, только из-за задетых чувств я не собираюсь. — Если и ты пообещаешь мне. — Я протягиваю ему через стол руку, оттопырив мизинец. — Обещаю.- Легко, почти незаметно улыбается Себастьян и скрепляет наши мизинцы в примирительном жесте. И именно в этот момент, прямо под нашими ладонями, из котла поднялся небольшой столб ярко-желтых искр. Вот она. Магия.