Как жить зверем.

Для молодых зверолюдей сменяющиеся дни не приносили особых изменений. Они продолжали играть в разнообразные игры и регулярно кормиться с рук своих старших коллег. У меня была возможность заметить, что каждый из караванов привез с собой достаточно еды для питания нас всех, на протяжении приблизительно двух лет. Мою новую внешность после эволюции зверолюди оценили весьма положительно. Для большинства из них даже само понятие, что из маленького, относительно их стандартного роста, зверька, может вырасти особь размером с взрослого зверолюда, было открытием. Не говоря уже о том, что все мое тело после эволюции обладало отчетливыми отличиями от остальных Фурри. Темно-зеленый цвет шерсти выделял меня гораздо сильнее, чем мультяшно-милая мордочка лисы, вместо лица. Как и у каждой Фурри по всему моему телу росла шерсть, торчали ближе к макушке лисьи уши, а густой хвост начинался из копчика. Впервые стоя на своих двух ногах как человек, даже если из-за строения ног поднявших пятку приходилось всегда передвигаться "на цыпочках", меня распирало необъятное ощущение восторга. Мой мех вернулся, пусть он так и остался цвета мха, зато он располагались повсюду и в том числе на морде. Радость от того, что мне снова получалось моргать веками и шевелить ушами, была гораздо больше, чем недоумение по поводу не вернувшегося цвета моей шерсти и стойкого запаха мха цепляющегося за меня. Множество времени у меня ушло на повторное привыкание к передвижению на двух ногах, питанию из тарелок при помощи рук и ношению одежды в местном стиле. Счастье от того, что малейшая потёртость об любой предмет теперь не имеет возможности снять пласт моей шкуры, удивительно окрыляло. Но даже с этими эмоциями у меня не было силы отказаться от своей старой маски - она оставалась своеобразным символом всего пережитого мной. Ещё недавно этот шлем из смолы плотно прикрывал мою лисью морду, но с нынешним этапом эволюции он был на удивление мал. И мог служить только аксессуаром, без возможности исполнять свое назначение. С эволюцией мне удалось вырасти по множеству параметров, что подтверждала даже табличка профиля. *** Имя: [Тиара] Действующий титул: [Подросток-Зверолюд] Класс: 2 Тип: Фурри Подтип: Лиса Благополучия Статистика подтипа (D-B): Телосложение: В Анализ: С+ История: В Навыки: [Лиса Благополучия]: EX [Эволюция]: C [Гравировка]: (Разум гуманоида) Unique [Семейная Реинкарнация]: Unique [Ритуал]: (Печать Тайны) С [Ритуал]: (Исповедь Секрета) D [Ловец Смысла]: А+ [Гравировка]: D [Евгеника]: С *** Единственное, что мне во всем происходящем не нравилось, это поведение самых старших зверолюдов. Уже на протяжении нескольких дней, они собирались в небольшие группки по трое-пятеро особей и ночевали совместно. Следом за ним начали подбирать себе компанию перед сном и зверолюди помладше. Издалека, их взгляды и движения не были такими настороженными, но присутствовало состояние повышенного внимания. Подсматривая за их поступками, мне получилось обнаружить, что каждый из них поочередно стоит в ночном карауле, пока остальные спали. Малышня зверолюдей по-прежнему беззаботно играла часам между собой. Но заражённые эмоциями остальных, они уменьшили шум и не убегали далеко в глубину переходов. Все это не было похоже на проживание в крепости, предназначенной для защиты от враждебной среды. Это выглядело так, будь-то с уходом взрослых, мы все попали на опасную территорию. Решив, что ничего плохого в осторожности не было, моими усилиями для совместной ночёвки Херес и Мадера собирались каждый вечер. Хотя в связи с увеличенными габаритами спать плотным клубочком, как прежде, не получалось. Их звериные инстинкты отточенные выживанием оставались по-прежнему сильными, повышая наши шансы проснуться при появлении опасности. За несколько прошедших дней напряжение только увеличивалось, пока в одно утро при регулярном пересчёте по головам перед завтраком, мы не досчитались пятерых молодых зверолюдов. Кризис выживания как одеялом накрыл всех, без разделения на хищные и травоядные подвиды. Каждый из нас осознал, что на присутствующих здесь началась охота. Теперь самым знающим из всех ничего иного не оставалось, как рассказать всю информацию с предыдущего раунда выживания в крепости. Слушать это было познавательно, но тревожно. Смутные воспоминания очевидцев четко смогли запечатлеть в памяти только опасную атмосферу выживания. Подробности они расспрашивали после уже в сознательном возрасте у ныне покинувших нас взрослых. Это оказалось неприятной истинной - на нас охотились "Мать Чащи" с ее выводком чудовищных детей. Суммируя описания слухов и особое строение крепости можно узнать немного фактов. На данной территории помимо босса, был молодняк древесных змей, примечательных разнообразными оттенками зелёной чешуи. И наше молодое поколение зверолюдов могло либо стать кормом новому выводку чудовищ, либо выжить, перебив большую часть врагов. Только такое колебания маятника жизни могло обеспечить природный баланс в этой крепости. Если игровые условности вообще требовательны к природному балансу. На мой прямой вопрос относительно того выходит ли сама Мать Чащи наружу внятного ответа узнать не удалось. Молодежь просто не знала подобной информации. Но мне не нравился огромный проем в толстых наружных стенах, лишённых какого либо намека на ворота. Очевидный вопрос от детей, есть ли возможность побега из крепости наружу, конечно получил негативных ответ. Была бы возможность побега отсюда, тогда здесь не проводили бы испытания на достижение взросления среди зверолюдей. Как мной и предполагалось, из территории крепости никто не мог выйти или зайти около двух лет, что подтвердили остальные зверолюди. В этот период нам всем нужно было выживать самостоятельно. Учитывая, что большинство зверолюдов к этому времени умрут, дорога в наше будущее предстояла быть ухабистой. Никто из собранных здесь подростков не хотели оказаться в числе неизбежных потерь. Над нашим собранием нависли тяжёлые эмоции бессильной злости и страха. Приятное время приема пище оказалось безнадежно испорченным. По всем присутствующим было заметно, как они начали собираться в группы по видовому признаку, даже будучи природными одиночками. Косули, зайцы, серые волки, благородные олени, хомяки и бурые медведи, даже будучи врожденными зверолюдьми, не могли избавиться от своих животных признаков. Возможно, это была моя предвзятость, но мое восприятие их было скорее как прямоходящих зверей, без больших ожиданий относительно интелекта. Пользование столовыми приборами и ношение одежды, ещё не делало из них людей в моих глазах. Но, не мне только недавно поднявшейся в прямоходящих выдвигать претензии. Реакция на новости у всех присутствующих делилась на три типа: бей-беги-непонимание. Большинство представителей хищных подвидов зверолюдей, скалило свои зубы в ожидании опасности. Подростки, имеющие травоядные корни, очень плотно сбивались в стада, стараясь проникнуть внутрь, в поисках самого безопасного места. Но, даже среди зверолюдей присутствующих подвидов, встречались особи с нехарактерными реакциями. Таких как: двое очень агрессивных зайцеголовых, или напуганный фурри-медведь. Малыши не понимали ситуации, и их оттаскивали к своим группкам старшие зверолюди. Мы, троица эволюционировавших Монстров, привычно собрались поближе треугольником, выставив Хереса и Мадеру на фронт, а меня в тыл. Ещё со времён выживания возле яйца Лизарда-друида, у нас сложилась определенная тенденция подготовки к бою, чему нынешняя человекоподобная форма совершенно не мешала. Стоя в такой формации, хотя самым габаритным из нас был Мадера, мы с Хересом наловчились скрываться за ним как за щитом, при случае выпрыгивая для неожиданной атаки врага. Таким образом, самые разумные из присутствующих пытались решить ситуацию словами, предлагая различные варианты для действия. Эмоциональные споры и размеренные словесные уколы, наполняли когда-то дружелюбное пространство, ещё больше разделяя зверолюдей. Будущее в этой крепости обещало пестрить острыми ситуациями.