Как жить зверем.

После прослушивания курса лекций, нас распределили по группам. Хотя корпус "Мертвая Голова" имел наивысшую текучесть кадров, большинство солдат в нем состояло из ракшас. Зверолюды-солдаты, служащие в армии под их командованием, в основном оставлялись на должностях "рядовых" и редко поднимались на уровень капитана группы. Несмотря на жёсткую тренировку в центре обучения, даже имеющий самый сильный подтип зверолюд класса Фурри или Звероглавца, не мог превзойти Ракшасу в сражении. Стартовая позиция из базовых характеристик, настолько отличалась для этих классов, что шансы обрести общего потомка между ними были возможны только при наличье общего звериного подтипа. В этом отношении, не имеющий подобного видового порога оборотень, как мой отец в этой жизни, по фертильности намного ближе к людям, чем сами зверолюди. И без наличия богини Плодовитости с ее чудесами, зверолюди действительно не смогли бы настолько процветать. Пока пребывая в армии мне было ещё рано думать о рождении потомства. Но, если учитывать прогресс роста моих характеристик, было бы совершенно не удивительно, если бы у меня получилось эволюционировать прямо на поле боя. Насколько мне известно, на сегодняшний день у зверолюдей пропала способность самостоятельно повышать свой класса, пересекая расовые границы. Поэтому, даже получив от меня откровенно сомнительную информацию про Хереса, жрицы Либидо немедленно среагировали. Сама возможность передачи способности совершить эволюцию по наследству своим потомком, была пленительна для каждой из мнящих себя аристократией зверолюдов кланов. Вполне возможно, что матери клана фурри пятнистых гиен, относились бы ко мне гораздо любезнее, если бы я сразу при начале своего ухаживании за Кагеру сообщила им о моей способности. Но, при этом было совершенно точно, что меня лишили бы свободы передвижения и права выбора партнёра для случки. Даже пройдя специальную подготовку горного фронта, мне требовалось убеждать себя в правильности своего присоединения к армии зверолюдей. Моя служба в армии длилась уже около двух с половиной лет, и хотя она состояла в основном из обучения, у меня до сих пор просыпались сомнения в правильности своего пути. Мне слишком давно повезло ощутить запах удачи, но неприятная вонь неудачи усиливалась в воздухе при моем приближении в сторону расположения корпуса. Мне действительно хотелось, что бы Кагеру тогда смирился с моим выбором нашего будущего, а не рванул в центр подобной катастрофы. Оказалось, что стремление жить, избегая опасности, как во времена боев в крепости Матери Чаши, не удалось искоренить даже после жесточайших тренировок в центре обучения натаскивающих кадетов на лобовой бой. Мне действительно не хотелось идти на фронт. ... В очередной раз мои пессимистические ожидания были оправданны. На условной границе Десяти Тысяч Гор и территорий Великого Леса располагались цепочки лагерей, защищавших мирную жизнь Фурри, Звероговых и Ракшас. Патрулирующих определенный командованием район, десятки не имеющих фиксированных позиций группы солдат представляли собой корпус "Хищных Когтей". Периодически они сменялись солдатами корпуса "Терпеливого Охотника", защищавших форты расположенные глубже к территориям зверолюдей. Нам, только закончившим специальные тренировки новичкам, предстояло присоединиться к своей группе и отправится с ними вглубь вражеской территории на постоянные патрули. К этому времени, - возможно, благодаря выходным, возможно из-за инстинкта выживания, - очнулись от апатии даже самые оболваненные особи из нашего курса. Не смотря на то, что в этот раз нас сопровождало гораздо меньше старших солдат, никто из зверолюдей сбежать на волю не стремился. На лекциях нам вполне доступно объяснили, что изредка "охотничьи рейды" огров, добирались даже до расположения командного пункта в желании получить "особый трофей". По итогу, которого ракшасам приходилось сниматься с оставшихся после сражений руин и переносить командную ставку на новое местоположение. На памяти одного из солдат-лекторов подобное происходило дважды. И никто из зверолюдей не был уверен в своих способностях противостоять ограм в одиночку, как это смогла сделать Мелисса. Даже стандартные пятерки зверолюдов различной специализации, которым приходилось тренироваться нам на специальных тренировках, не были гарантом победы. Никто из моих однокурсников не был настолько глуп и безрассуден, что бы пытаться сбежать в столь опасную среду. Потому на этот раз мы передвигались без происшествий. ... Мы проходили мимо монолитных древесных крепостей корпуса "Терпеливого Охотника", неожиданно напомнивший мне стены крепости Матери Чаши. Передвигаясь по территории корпуса "Хищных Когтей", под равнодушным присмотром неуловимых для взгляда солдат охраны. И вот мы достигли промежуточной цели - "Ущелья Воющих Духов". Там нас уже встречали представители большинства групп из корпуса "Мертвой Головы". Наш караван, помимо нового пополнения из закончивших обучения солдат, привез для них ещё провиант и новое военное снаряжение. Все что мы притащили на точку встречи, разойдется по группам, а обратно в штаб отправятся расширенные доклады по выполненным заданиям. Связь командной ставки со своими подразделениями в поле, поддерживалась при помощи тандема зверолюдей из специальности Заклинателя и Подчинителя. Где при помощи заклятий зверолюда, капитан команды ментально связывался с командой расположенной ближе к штабу и передавал краткий доклад. Который затем отправлялся дальше в основной центр обработки информации горного фронта. Данный метод был не слишком эффективен, но позволял не быть привязанным к гонцам и избегать вражескому перехвату. И на самом деле, это способ передачи сообщений был самым базовым в армии. В связи с высокой смертностью зверолюдей на фронте, у ракшас составляющих основной состав солдат в армии были собственные средства связи. Но, эти способы использовались только для экстренных случаев, когда в группе не было нужных специалистов и срочно требовалось передать сообщение. ...Как показала практика, Ракшашсы на самом деле не любили что-либо делать, если за них это было возможно сделать зверолюдьми. Потому, в большинстве случаев, ракшасы активировали свои умения только при наличие угрозы проникновения врагов, для неизменного участия в бою. Все остальные рутинные дела они оставили своим подчинённым - нам.